Он любил сладкое, но не до фанатизма, а в этой сахарной фигурке на палочке сиропа было слишком много — чересчур приторно.
— Раз так, значит, не понравилось. Почему же тогда сказал, что вполне сносно? — Цзо Вэйши невольно рассмеялся. Увидев, что Чу Юйсюэ не в восторге, он уже хотел сам избавиться от лакомства, но вдруг почувствовал, как тот схватил его за руку.
Чу Юйсюэ посмотрел на него, слегка нахмурившись:
— Что ты делаешь? Забыл, что тебе нельзя сладкое?
Об этом Чу Юйсюэ узнал не сразу. В тот день он принес Цзо Вэйши тарелку пирожных со сливами; тот молча съел всё до последнего кусочка, но, даже не успев подняться, тут же рухнул без чувств, чем напугал Чу Юйсюэ до смерти.
После долгой суматохи Чу Юйсюэ выяснил: Цзо Вэйши противопоказано сладкое. Фрукты еще куда ни шло, но к кондитерским изделиям с сахаром ему нельзя было даже прикасаться.
Цзо Вэйши на мгновение растерялся — привычки, вырабатывавшиеся годами, так просто не искоренить. Он лукаво прищурился и, как обычно, улыбнулся:
— Ха, и правда забыл. Хорошо, что Сяо Ци напомнил. Только жаль, немного перевел добро.
Однако Чу Юйсюэ забрал у него из рук лакомство и на его глазах откусил кусочек:
— Я не говорил, что не буду есть. Всё, что даешь ты, мне нравится.
Иначе он не сказал бы тогда, что это вполне сносно.
Они прошли несколько шагов, и, заметив, что Цзо Вэйши отстал, Чу Юйсюэ слегка нахмурился. В его глазах промелькнуло замешательство, но больше в них читались сочувствие и тревога:
— Опять стало плохо? Если совсем неважно себя чувствуешь, давай вернемся. Твое здоровье важнее.
— Нет, просто я удивился, — Цзо Вэйши с виноватой улыбкой догнал его и крепче обнял маленького императора за талию. — Мне уже намного лучше, болезнь так просто не вернется. Я еще хотел составить компанию Сяо Ци, мы ведь собирались пускать фонарики по реке?
Эта тайная поездка за пределы дворца была задумана как прогулка, чтобы развеяться, но на деле оказалась способом лучше узнать жизнь простого народа. Маленький император был на редкость мудрым правителем.
Добравшись до места, они вдруг решили запустить фонарики. Оставив основную свиту и взяв с собой лишь скрытую в тени Императорскую гвардию, они пришли к воде только вдвоем.
— Идем, учитель отведет тебя пускать фонарики.
Роли поменялись: теперь Цзо Вэйши взял его за руку и, как много раз до этого, повел вперед.
— Я действительно хотел запустить фонарик, но только чтобы помолиться за твое благополучие. Если из-за этого ты снова слегнешь, то и молитвы теряют смысл.
Чу Юйсюэ замедлил шаг, заставляя остановиться и Цзо Вэйши.
Болезнь того длилась уже долго и основательно подорвала жизненные силы. Имперские врачи лишь разводили руками, выписывая поддерживающие средства и наказывая беречь себя. За эти годы состояние заметно улучшилось, но с каждой сменой сезона из-за перепадов температур хворь напоминала о себе.
Ничего серьезного, но Чу Юйсюэ всегда волновался. Стоило Цзо Вэйши хотя бы нахмуриться, как он тут же принимался расспрашивать его снова и снова.
— О чем ты думаешь? Я не стану шутить собственным здоровьем. В конце концов, я должен крепко держать свой пост императрицы и не позволить всяким лисицам воспользоваться случаем, — Цзо Вэйши взъерошил его волосы и, подавшись вперед, легко коснулся его губ. — Правда, всё хорошо, не переживай.
На оживленной улице он не решался на большее — у Чу Юйсюэ была тонкая натура, если его слишком сильно раздразнить, он перестанет обращать внимание.
Вдвоем они всё же вышли к реке. Фонарик выбирал Цзо Вэйши, надписи на нем делал Чу Юйсюэ, и они вместе опустили его на воду. Одна рука — белая и изящная, другая — теплая и широкая.
У берега собралось много молодых людей и девушек, все в самом расцвете сил. Одни приходили сюда со своими возлюбленными в надежде на счастье, другие — чтобы излить душу супругам.
В Династии Чу были свободные нравы: без лишних ограничений, с поощрением свободы в браке. Поэтому решение императора взять в супруги мужчину, хоть и вызвало потрясение, было быстро принято обществом.
Народное гулянье оказалось великолепным, поездка того стоила.
Когда фонарик был запущен, Чу Юйсюэ, исполнив задуманное и помня о здоровье Цзо Вэйши, по возвращении тут же велел позвать сопровождающего врача.
— Докладываю Вашему Величеству, лорд Цзо здоров. Возможно, недавняя простуда отняла много сил, нужно просто побольше отдыхать.
Чу Юйсюэ выдохнул с облегчением и отпустил врача.
— Я же говорил, что всё в порядке, только ты любишь все усложнять, — Цзо Вэйши щелкнул Чу Юйсюэ по лбу и с нежностью улыбнулся. — Мой маленький Сяо Ци такой милый.
Столь дерзкий жест не разозлил Чу Юйсюэ, напротив, его голос стал чуть мягче:
— Раз знаешь, что я волнуюсь, веди себя прилежно и поправляйся.
Время было позднее, а завтра предстоял путь, поэтому Чу Юйсюэ отправил его купаться, а сам зажег ароматические палочки для спокойного сна. Цзо Вэйши несколько дней толком не спал, измученный простудой, и этот аромат должен был помочь ему отдохнуть перед долгой дорогой.
Чу Юйсюэ внезапно пожалел, что взял Цзо Вэйши с собой — такой путь был для него слишком утомительным.
Зная о порядках маленького императора, ночью никто не приближался к покоям, а Императорская гвардия охраняла периметр двора. И пусть они держались поодаль, весь двор был окружен так плотно, что даже муха не пролетела бы.
Вернувшись после купания, Чу Юйсюэ застал Цзо Вэйши сидящим на корточках перед курильницей; тот ковырялся в пепле, проверяя благовония.
— Что ты делаешь?
Цзо Вэйши вздрогнул, едва не уронив лопаточку для благовоний, но вовремя перехватил её.
— Ни… ничего, просто запах показался приятным, решил посмотреть, что это, — глаза Цзо Вэйши забегали, словно он пытался что-то скрыть.
Чу Юйсюэ чуть поджал губы, вытирая полотенцем всё еще мокрые волосы. Увидев это, Цзо Вэйши подошел, забрал полотенце и терпеливо продолжил начатое. Чу Юйсюэ послушно опустил руки и, прислонившись к Цзо Вэйши, наслаждался заботой, медленно закрыв глаза.
Прошло немало времени, прежде чем Цзо Вэйши позвал его. Открыв глаза, Чу Юйсюэ некоторое время пребывал в растерянности.
— Всё сухо, иди на кровать, — Цзо Вэйши, радостный от близости, не удержался и поцеловал его в губы.
Маленький император покорно приоткрыл рот, лишь тихо ворча, когда ему становилось не по себе, и прося отпустить.
Но в движениях, в трении одежды, чувствовалось что-то странное. Внизу живота словно вспыхнул огонь. Чу Юйсюэ нахмурился, мгновенно осознав, что что-то не так.
— Что ты опять сделал? — Чу Юйсюэ поднял взгляд, уголки его глаз уже покраснели, и он, прикусив губу, пристально посмотрел на него.
Цзо Вэйши с невинным видом обнимал его за талию, делая вид, что ничего не знает.
http://bllate.org/book/37080/4615440
Готово:
