Готовый перевод The Sick Beauty Substitute's Slacker Life Goes Viral / Больной красавец-дублер: как ничего не делать и стать легендой [Перерождение в книгу]: Глава 7

До перемещения в книгу Чэн Шу отличался упрямством и не собирался идти по проложенной семьей дороге, во что бы то ни стало решив стать айдолом. Старейшина рода так разозлился, что объявил, будто больше знать его не желает. Из-за этого поначалу ему пришлось несладко, но, к счастью, он родился для этой сферы и, в конце концов, добился популярности без какой-либо поддержки семьи.

Однако с первоначальным владельцем тела дело обстояло иначе. Удача первоначального владельца изначально была отобрана Бай Лянем, но он по-прежнему упрямился и не хотел просить семью о помощи. Сколько бы раз старший брат ни проявлял заботу — открыто или исподтишка, — он неизменно отвергал его добрые намерения, в одиночку неся на себе все издевательства и унижения, пока в конце концов не сошел с ума и не выбросился из окна, покончив с собой.

Глупышка.

Чэн Шу тяжело вздохнул, чувствуя, как сердце гулко бьется в груди — точно безмолвные рыдания прежнего владельца.

В конце концов, они носили одно и то же имя и фамилию, и тот был своего рода другой версией его самого, живущей на страницах книги — как же он мог оказаться столь жалок?

Мелодия вызова звучала довольно долго, прежде чем трубку сняли, и сладкий женский голос произнес:

— Здравствуйте, это агентство Ваньчэнь, кого вы ищете?

— Я ищу директора Чэна, — ответил Чэн Шу. — Я его младший брат.

Сотрудница ресепшена на мгновение замерла:

— Хорошо, подождите минутку, я уточню у директора Чэна.

Чэн Шу немного подождать, в трубке послышался гудок, и звонок перевели на другого человека:

— Алло?

Голос звучал низко, с оттенком раздражения:

— Никаких инвестиций и финансирования. Если больше ничего не скажешь, я вешаю трубку.

— Брат.

Чэн Шу глубоко вздохнул, моргнул, сдерживая готовые проступить слезы.

До перемещения в книгу он упорствовал и не хотел возвращаться домой, так что уже очень давно не слышал голоса старшего брата. В тот момент, когда он рухнул на сцене, до него вдруг дошло: если он умрет, будут ли близкие горевать?

— ...Сяо Шу?

Чэн Шу опешил.

Этот его младший брат с самого детства отличался упрямым характером. В восемнадцать лет он устроил скандал из-за желания стать айдолом, до смерти разозлив родного отца. Хотя на словах семья заявляла, что больше не намерена вмешиваться в его дела, на самом деле они по-прежнему тайком следили за каждым его шагом.

Только Чэн Шу никак не ожидал, что тот сам позвонит ему по собственной воле.

— Брат, я соскучился, — тихо произнес Чэн Шу. — Я больше не хочу быть айдолом. Я буду послушным, вернусь домой и займусь семейным бизнесом, хорошо?

Он думал, что Чэн Цзюэ сразу же согласится, но вместо этого брат холодно усмехнулся:

— Чэн Шу, ты думаешь, это детские игры в дочки-матери? Захотел — бросил?

— Я...

— Тогда ты держался весьма гордо и говорил, что ни за что не позволишь семье командовать тобой. А теперь одумался? Поздно.

Чэн Цзюэ процедил сквозь зубы:

— Старейшина сказал, что больше не станет с тобой сюсюкаться. Раз уж ты сам выбрал этот путь, изволь пройти его до конца, нельзя же вечно бросать всё на полпути, понимаешь?

Сказав это, он, судя по всему, сообразил, что тон вышел слишком суровым, вздохнул и добавил:

— Но если случится что-то неприятное или с чем-то не будешь справляться — обязательно говори брату, понял? Не держи всё в себе.

Чэн Шу шмыгнул носом:

— Угу, понял, брат. Мне плохо в компании, я хочу расторгнуть контракт.

— Ладно.

Чэн Цзюэ тут же принял решение:

— Как только освобожусь, я лично поеду к ним и улажу вопрос с твоим расторжением. Если они откажутся, я сделаю так, что в этой индустрии больше никто не захочет быть их юридическим консультантом, и они вылетят в трубу.

— Значит ли это, что мне не обязательно участвовать в этом шоу талантов...

— Мухи отдельно, котлеты отдельно, — холодно усмехнулся Чэн Цзюэ, твердо решив преподать урок своему своенравному брату. — Ты уже взрослый человек и должен научиться отвечать за собственные решения. Это тебе урок, уяснил? Теперь жалеть уже поздно!

Чэн Шу уныло протянул «угу», выслушал долгие нотации брата и в конце концов повесил трубку.

Намерение семьи теперь не вызывало сомнений.

Хотя он был младшим сыном, которого баловал весь дом, выходка с разрывом отношений действительно ранила родных, поэтому и отец, и брат сочли, что его капризный нрав необходимо хорошенько проучить.

Похоже, от сюжетной линии с шоу талантов никуда не деться, придется через это пройти.

Квартальная аттестация компании уже не имела никакого значения. Сейчас главной задачей было вылететь на самом первом этапе шоу талантов, чтобы тут же уйти домой, унаследовать семейное дело и превратиться в счастливого лежебоку.

Чэн Шу поднялся, направился в ватную комнату умыться и, подняв взгляд на зеркало, без удивления встретился с отражением знакомого лица.

Он выглядел точно так же, как до перемещения в книгу, разве что из-за многолетней травли и давления в компании в уголках его глаз залегла мрачная тень, подпортившая природную красоту.

Но всё это осталось в прошлом.

Чэн Шу улыбнулся своему отражению, переоделся, взял небольшое ведрышко и, толкнув дверь общежития, вышел наружу, но обнаружил, что у его порога кто-то сидит на корточках.

Похожий на грибок.

Чэн Шу испуганно отшатнулся:

— Ты...

Лу Чжэньлю поднял голову, и при виде выходящего парня в его глазах будто вспыхнули искорки.

Он просидел здесь довольно долго.

Его угораздило внезапно переместиться в какую-то книгу, вокруг одни незнакомцы, и лишь Чэн Шу был исключением. Пусть даже этот Чэн Шу не стремился ни к какому развитию, Лу Чжэньлю инстинктивно тянулся держаться рядом с ним — казалось, только так можно было обрести хоть каплю душевного спокойствия.

Он поднялся на ноги, и в его голосе прозвучало облегчение:

— Ты собрался в репетиционный зал?

Чэн Шу окинул его взглядом, полным недоумения, словно перед ним умалишенный:

— Никуда я не собираюсь.

— Тогда...

— На рыбалку, — ответил Чэн Шу. — Ты чего у моих дверей присел?

Любимым занятием Чэн Шу для снятия стресса до перемещения в книгу была рыбалка, но из-за плотного рабочего графика ему почти никогда не удавалось выкроить на нее время. Раз уж теперь он решил залечь на дно и стать лежебокой, самое время возродить это хобби.

Он уже забронировал место на рыболовной базе на имя Чэн Цзюэ, снаряжение было полностью укомплектовано, оставалось только доехать с ведром для рыбы.

Лу Чжэньлю, похоже, не поверил своим ушам:

— Чего?

— Что не так?

Чэн Шу глянул на него так, будто тот брякнул глупость:

— Я же русским языком сказал: мне плевать на квартальную аттестацию, с какой стати мне тащиться в репетиционный зал?

С этими словами он зашагал прочь, оставив Лу Чжэньлю стоять в одиночестве.

Усевшись в машину, Чэн Шу заглянул в телефон и открыл Weibo — оказалось, что его личные сообщения просто разрывает, везде красовались отметки 99+.

[Бездарность, вали отсюда, прекращай хайпиться за счет нашего сокровища Ляня!]

http://bllate.org/book/37010/4605492