Я к тому же не против, свободное время есть всегда. Просто человек проделал такой путь издали, а ты его так наспех отшил — не слишком вежливо, тебе не кажется?
Последовала короткая пауза, и когда голос зазвучал снова, в нём послышалось чуть больше улыбки:
— Ладно, поступай как знаешь. В половине девятого заеду за тобой, я запомнил.
Это был Ин Бо, и он направлялся как раз в сторону уборной.
Необъяснимое стеснение и растерянность заставили Лу Цунгу инстинктивно захотеть скрыться, но было уже явно поздно. Не успел он даже сделать шаг, как знакомая мужская фигура в тёмном прямо с порога шагнула внутрь, наглухо перекрывая ему дорогу. Ин Бо изначально смотрел в телефон, но, заметив кого-то впереди, поднял голову и вновь нос к носу столкнулся с Лу Цунгу, который застыл на месте, не имея возможности спрятаться.
На этот раз врасплох застали уже Ин Бо. Лу Цунгу молча смотрел на него, неподвижно замершего на пороге: правая рука всё ещё висела в воздухе, а парень даже забыл заблокировать экран телефона.
— Ты...
Он проколебался добрую минуту, не в силах выдавить из себя следующее слово. Пожалуй, посчитав, что начинать с местоимения ты не слишком удобно, он тут же исправился:
— Я...
— Я всё это время тебя искал.
— Не ожидал встретить тебя здесь.
Выпалив обе фразы на одном дыхании, Ин Бо с облегчением глубоко вздохнул, а затем поднял глаза и прямо посмотрел на Лу Цунгу, излучая нечто вроде: Я всё сказал, а дальше крутись как знаешь.
— Искал меня?
Однако Ин Бо больше ничего не добавил, развернулся и решительно вышел из уборной. Пока Лу Цунгу в полном недоумении размышлял, стоит ли ему уйти или остаться, тот вернулся, зажав в пальцах бумажный стаканчик, доверху наполненный водой.
— У тебя губы жутко пересохли, даже потрескались. Выпей воды, смочи горло, прежде чем идти.
Лу Цунгу остолбенел. Он чуть прикусил губу: во рту явственно ощущался слабый привкус крови — сказывались последние дни суматошной работы, хронический недосып и нехватка воды. Хоть Лу Цунгу и не понимал истинных мотивов Ин Бо, стакан он всё же взял. Ин Бо выглядел весьма довольным; проследив, как тот делает глоток, он с полуулыбкой произнес:
— Полицейские тоже совсем не умеют защищаться от посторонних?
Лу Цунгу вздрогнул, вода застряла в горле и пошла не в то горло, вызвав приступ удушливого кашля.
— Кхе... кхе-кхе, кхе-кхе...
Ин Бо испугался такой реакции, поспешно поддержал одной рукой теряющего равновесие Лу Цунгу, а другой принялся хлопать его по спине, помогая восстановить дыхание.
— Я, я просто шучу, прости-прости... Как ты, лучше?
Кашель постепенно стих, Лу Цунгу отдышался и наконец смог выпрямиться, лицо его раскраснелось от напряжения. Шмыгнув носом, он вытянул из пачки салфетку и принялся медленно вытирать выступившие на кончике носа капли влаги, хрипло произнеся:
— Когда вернулся?
— А?
Столь резкая смена темы застала Ин Бо врасплох. Поняв, что все его обходные манёвры были с лёгкостью раскрыты, Ин Бо смущённо улыбнулся и едва слышно вздохнул:
— Да в это же время в прошлом году. Пробыл в уездном районе больше трёх лет, а как прошёл аттестацию, так сразу и перевёлся по конкурсу.
— В прошлом году?
Лу Цунгу смерил Ин Бо странным, полным скрытого смысла взглядом с головы до ног, от которого у того мороз по коже пробежал. Ин Бо смущённо отвёл глаза и добавил:
— После возвращения я всё время был в третьем отделении, чаще приходилось иметь дело с комиссией по проверке дисциплины и инспекцией, а во второе перевёлся совсем недавно. Так что вполне естественно, что ты меня не видел.
Объяснение звучало более чем убедительно и логично. Наконец-то добившись ответа на вопрос, который не давал ему покоя, Лу Цунгу немного расслабился. Заметив это, Ин Бо, внимательно следивший за ним, тоже почувствовал облегчение и встал рядом, точно так же прислонившись бедром к краю умывальника. Взглянув на наручные часы, он увидел, что уже почти шесть, окинул взглядом коридор и предложил:
— Чего мы тут заболтались — пошли поедим где-нибудь, я угощаю.
Лу Цунгу решительно покачал головой:
— Никак не выйдет.
Похоже, он не ожидал услышать столь категоричный отказ: Ин Бо удивленно приоткрыл рот, но вопрос почему задавать всё же не стал. Лу Цунгу и не собирался ничего от него скрывать, а заметив невысказанный вопрос на его лице, тут же почувствовал лёгкое раскаяние за излишнюю прямоту и торопливо пояснил:
— Вчера во второй половине дня произошло убийство, дело довольно запутанное, так что выкроить время действительно не получится. Ты только ничего такого не думай, я вовсе не это имел в виду.
Последняя фраза была здесь ключевой.
— А... я понимаю, всё в порядке, всё в порядке. — Ин Бо выслушал его и понимающе кивнул, но тут же невольно нахмурился: — Убийство? И это перед самым Новым годом.
При мысли об этом запутанном донельзя деле голова Лу Цунгу заболела так, будто её собиралось разорвать на куски, а впору было подумать, что молоток убийцы опустился прямо на его собственный затылок.
— И не говори. Если не раскроем до праздников, перед начальством будет не оправдаться.
Вероятно, заразившись мрачным настроением Лу Цунгу и не найдя с ходу подходящих слов утешения, Ин Бо и сам выглядел изрядно удручённым. Спустя мгновение он невпопад бросил:
— А вдруг через пару дней убийца сам явится с повинной? Всякое ведь бывает.
Звучало абсурдно, но в данный момент подобные нелепые шутки действительно лучше всего помогали снять напряжение. Лу Цунгу бросил взгляд на сочувствующее лицо Ин Бо и не удержался от улыбки:
— Не стоит меня жалеть. Как только я раскрою это дело, вся эта беготня перейдёт по наследству к тебе.
— И то верно, — смущенно протянул Ин Бо. — Ну раз так, настаивать не буду. Но перед уходом ты хотя бы оставь мне свои контакты?
Только достав телефон, Лу Цунгу озадаченно поднял голову:
— А ты вообще помнишь, о чём только что шла речь на совещании?
— ...Я тоже не слушал. — Ин Бо погрузился в глубокие раздумья. — Погоди-ка, пойду возьму текст доклада, почитаю.
До самого выхода, пока Ин Бо провожал его, они шли молча. Лу Цунгу захлопнул дверцу машины, завёл двигатель и в зеркале заднего вида заметил, что Ин Бо по-прежнему неподвижно стоит у входа в здание, провожая его взглядом. Его фигура постепенно расплывалась, пока совсем не исчезла из вида.
Столько лет прошло... Его черты лица, манеры, тон голоса — всё это так или иначе изменилось, да так сильно, что с первого взгляда Лу Цунгу даже не сразу его узнал.
Куда же он всё-таки пропал на столько лет? Через что ему пришлось пройти? Почему он внезапно исчез? И почему было обязательно использовать весть о собственной нелепой гибели, чтобы оборвать все связи? На самом деле у Лу Цунгу накопилось ещё столько невысказанных вопросов, но слова, едва дойдя до губ, тут же застревали в горле — потому что ему вовсе не хотелось портить неуместными расспросами ту хрупкую, непринуждённую атмосферу, что только что установилась между ними.
Слишком много времени утекло. Прошло столько лет, что он уже отвык надеяться на призрачную встречу, и в глубине души сам считал, что фразы о возвращении разбитого зеркала назад — лишь наивные юношеские фантазии, озвучь которые вслух, и любой рассмеётся над такой глупостью. Наверное, люди, которым суждено расстаться, должны расходиться в разные стороны, словно размытые водой песчинки, преследуя каждый свою цель, и больше не тешить себя бессмысленным упорством и самообманом.
Ничего страшного, думал про себя Лу Цунгу. Главное, что он вернулся.
Добравшись на машине до городского управления, Лу Цунгу не стал заходить внутрь сразу. Он припарковался у входа и на мгновение замер, сделав несколько глубоких вдохов в попытке взять себя в руки. Впрочем, от проницательного взгляда начальника Мэн Чанжэня ускользнуть всё равно не удалось: этот повидавший виды старый сыщик молча выслушал доклад о ходе расследования, а затем молча затушил окурок, и в его голосе прозвучала лёгкая ирония:
— Опять о чём-то тревожишься?
— Никак нет, — с натянутой улыбкой ответил Лу Цунгу. — Просто немного устал.
Начальник не стал допытываться и перевёл тему:
— Твой отец ещё позавчера спрашивал меня, надеюсь ли я, что в этом году ты наконец встретишь Новый год дома с семьёй.
Лу Цунгу прекрасно понимал скрытый смысл этих слов, невольно поражаясь дипломатичному искусству своего руководства. До наступления новогодней ночи оставалось меньше половины месяца, и Лу Цунгу, взяв на себя это тяжёлое обязательство, вышел из главного входа управления и жадным глотком вдохнул очищенный от табачного дыма воздух, позволяя своему затуманенному мозгу перевести дух хотя бы на секунду.
К сожалению, сам он к курению не пристрастился, так что даже простейшего и доступного способа выпустить пар у него не было. Пожалуй, в каком-то смысле полицейского, который не курит, найти было куда труднее, чем трёхлапую жабу.
Начальник был давним коллегой его отца. Тот в своё время служил оперативным сотрудником в городском отряде по борьбе с наркотиками, а ныне трудился уже в провинциальном управлении. Во многом благодаря этой старой связи начальник относился к нему куда снисходительнее. Когда одно из предыдущих дел о взрыве чуть было окончательно не закрыли с формулировкой несчастный случай, именно Лу Цунгу, занимавший тогда должность лишь капитана первого отдела, выразил несогласие, настояв на том, что это умышленное убийство. И тогда начальник, пойдя наперекор всеобщему мнению, разрешил ему задействовать все доступные человеческие и материальные ресурсы для расследования. В итоге всё подтвердилось в точности так, как он и предполагал, а за кулисами обнаружился совсем другой заказчик.
К служебным обязанностям он привык относиться со всей строгостью — это было его неизменное правило. Именно то дело в своё время вскрыло целый клубок скрытой борьбы за влияние различных группировок, после ликвидации которых городское руководство устроило масштабное награждение отличившихся. Лу Цунгу получил личную медаль за заслуги второго класса, после чего вполне закономерно занял нынешний пост начальника Отдела уголовного розыска. Разумеется, во всём этом не обошлось без закулисных манёвров и компромиссов между заинтересованными сторонами, но самому Лу Цунгу копаться в этом было неинтересно. Закрывать глаза на многое — это был максимум дружелюбия, на который он мог пойти, находясь в своём кресле, да и то лишь до тех пор, пока всё происходящее не выходило наотмашь наружу.
Интуиция подсказывала ему, что и нынешнее преступление простым не назовёшь. Хотя Район Пиншу, расположенный на окраине Ванхая, по уровню безопасности и уступал центральным районам, в последние годы здесь всё же обходилось без столь вопиющих кровавых преступлений. Кому понадобилось совершать убийство прямо накануне праздников, да еще и сжигать тело до неузнаваемости?
А вдруг через пару дней убийца сам явится с повинной? — пробормотал он про себя.
Глава 3. Ночной огонь
Курьер службы доставки, лихо вильнув, затормозил электроскутер у главных ворот, вытащил из кофра коробку и поднял голову, оглядывая монументальное здание.
— Доставка к северным воротам... Это вообще северные ворота?
Увлекшись сверкой ориентиров, парень совершенно не заметил приближающуюся сзади стальную громадину. Лишь когда эта машина резко взвизгнула тормозами, он в ужасе обернулся:
— Черт, полиция!
Забыв про ещё не доставленный заказ, курьер испуганно вскочил в седло:
— Я сейчас уезжаю, уезжаю, только штраф не выписывайте!
Стекло патрульной машины опустилось, оттуда выглянул молодой человек и окликнул доставщика:
— Постой-ка — это доставка?
Хотя лицо молодого человека было совершенно беспристрастным, говорил он вежливо и спокойно, явно не собираясь устраивать проблем. Поколебавшись секунду, парень обратился к нему за помощью:
http://bllate.org/book/36952/4597214
Готово:
