Готовый перевод Winter Journey Flying Birds Squirrel Leisure / Зимний маршрут: Встреча на высоте 4500 метров: Глава 12

Чу Чжунцзю забрал конфету у него из пальцев, развернул и поднёс к его губам.

Чжоу Чжуфэн взял её прямо губами:

— Спасибо.

— Не за. — Чу Чжунцзю слегка качнул оставшейся у него карамелькой. — Ты ведь мне тоже принёс.

Съев конфету, они ощутили укус холодного ветра.

Чжоу Чжуфэн легонько толкнул Чу Чжунцзю в плечо и спросил:

— Слушай, может, сходим внутрь ещё раз прогуляться?

— Я правда не интересуюсь, не обманываю тебя. — Чу Чжунцзю беспомощно вздохнул. — Как же быстро ты восстанавливаешься.

Чжоу Чжуфэн перевел тему:

— Я отношусь к тем людям, которые оживают через тридцать секунд после взгляда на небо.

— Посмотри пять минут — и станешь само совершенство, — ответил Чу Чжунцзю.

Из-за большой высоты налетевший легкий ветерок мгновенно разогнал облака, оставив лишь бескрайнее небо. Прислонившись спиной к стене, они молча любовались высью, как вдруг в синеве промелькнул чей-то силуэт.

— Орёл! — восхищённо выдохнул Чжоу Чжуфэн. Он потянулся к поясу за камерой, но схватил пустоту.

Чу Чжунцзю снял фотоаппарат и вложил ему в руки. Чжоу Чжуфэн тут же вскочил на ноги, вскинул объектив и принялся непрерывно щелкать затвором, преследуя птицу.

Орёл летел очень высоко, гордо и надменно взирая на суету под своими крыльями — на нескончаемый людской поток и голубей, прикормленных у подножия Дворца Потала. Голуби, которых здесь охотно подкармливали проходящие мимо туристы, стали частью местной достопримечательности. С приходом зимы этот орёл прилетел с безмолвных пустынных гор в шумный город в поисках хоть какого-то шанса на выживание.

Объектив Чжоу Чжуфэна следовал за ним. Широкие крылья орла сомкнулись, он резко ринулся вниз, и в кадр одновременно попали разноцветные молитвенные флаги лунгта и паломники, вращающие молитвенные барабаны.

— Голубь!

— Где? Да это же орёл!

— Быстрее смотри!

С улицы донеслись испуганные возгласы. Туристы, выходившие из Дворца Потала, тоже увидели эту сцену.

Орёл поймал свой обед, но с некоторым замешательством и суетой взмыл обратно в воздух, покидая шумный город.

Не только орёл вздрогнул от неожиданности — Чжоу Чжуфэн тоже подскочил, когда к нему внезапно подбежал ребёнок.

— Брат! Ты сфотографировал птицу? — В глазах малыша горел яркий огонек, а взгляд был прикован к фотоаппарату.

Чжоу Чжуфэн опустился на корточки и с энтузиазмом показал снимок, на котором орёл поймал голубя.

Малыш пришел в полный восторг, замахал руками и запрыгал, тыча пальцем в экран:

— Ого! Какая мощь, поймал! А голубя теперь съедят?

— Ага. — Чжоу Чжуфэн не задумываясь кивнул.

Лицо ребёнка скривилось, и он горько зарыдал. Родитель судорожно вздохнул, подхватил малыша на руки и принялся наперебой извиняться, объясняя, что ребенок еще совсем маленький и только-только узнал, что такое смерть.

Присев на корточки, Чжоу Чжуфэн встретился взглядом с Чу Чжунцзю и неловко дернул уголками рта.

— Кажется, я сболкнул лишнего...

— Ты сказал правду. Ребенок плачет вовсе не из-за твоих слов. — Чу Чжунцзю поднял его за шиворот на ноги. — Еще будешь фотографировать?

— Больше нет.

Летом во Дворце Потала редко увидишь орла — здесь слишком шумное для них место. Но зимой даже владыка небес покоряется суровой природе. Солнце немного сместилось, лучи слепили глаза до боли, и оба они, ступая по ступеням, спустились от Дворца Потала вниз.

Земля купалась в лучах солнца. Чжоу Чжуфэн был в темных очках, а за его спиной висел фотоаппарат, который нес Чу Чжунцзю.

Внезапно до него дошло: стоить им пообедать — и их пути разойдутся.

Чжоу Чжуфэн вовсе не хотел, чтобы тот возвращался в Пекин, в больницу. Дело было вовсе не в том, что врачи плохи. Просто у Чу Чжунцзю слишком развита способность к эмпатии, а в больницах сопереживать приходится лишь чужому горю и подавленности. Ему хотелось, чтобы Чу Чжунцзю любовался горами, реками, озерами и проникался величием бескрайних просторов.

— Тебе нездоровится? — спросил Чу Чжунцзю. — Чего это ты еле плетешься? Стареешь, что ли?

Чжоу Чжуфэн собирался что-то сказать, но замялся, поджав губы: они были знакомы слишком мало, и большая часть того, что крутилось на языке, могла прозвучать бестактно.

— Даже если ты напишешь на лбу слово проблемы, читать мысли я не умею. — Чу Чжунцзю отвел его в тень, снял с него темные очки и смягчил тон: — Хочешь что-то сказать — говори.

— Я еще молод, так что мои слова могут быть не во всем правильны. — Чжоу Чжуфэн поднял на него взгляд и больше не колебался. — Эмоции в городе слишком хаотичны, там ты себя не найдешь. Поедем со мной.

Чу Чжунцзю почувствовал, как от его слов по телу словно пробежал разряд молнии, а в груди разлилось странное сладковатое онемение. Он преодолел две тысячи четыреста пятьдесят километров лишь потому, что прежнее место не давало ему вздохнуть полной грудью. Но даже проехав две тысячи двести километров и добравшись до Панджотанг, он так и не понял истинной причины.

Однако в тот самый момент, когда Чжоу Чжуфэн поднял фотоаппарат, тяжесть, застрявшая в груди и не желавшая ни подниматься, ни опускаться, куда-то исчезла.

— Хорошо, я поеду с тобой, — услышал собственный голос Чу Чжунцзю. — Но только не так, чтобы ты оплачивал еду и жилье, а я просто тратил деньги. Я буду учиться мастерству.

Чжоу Чжуфэн с сомнением посмотрел на него, вспомнив его Range Rover, и подумал, что тот вряд ли похож на обычного безработного бродягу.

Он улыбнулся:

— Ладно. Но за ремонт твоей машины я всё равно заплачу.

— Это совершенно разные вещи.

— Не спеши. — Чу Чжунцзю водрузил темные очки обратно ему на нос и с улыбкой произнес: — Лучше подумай, чего бы нам съесть.

— Вон та тушеная говядина с рисом выглядит очень аппетитно. — Чжоу Чжуфэн сглотнул слюну. — Как вкусно пахнет.

Как только все застрявшие в горле слова были наконец высказаны, Чжоу Чжуфэн почувствовал себя настолько голодным, что, казалось, мог бы сожрать сырого яка. Он направился внутрь искать свободный стол, но, обернувшись, обнаружил, что Чу Чжунцзю, только что шедший позади, куда-то пропал.

Не успел Чжоу Чжуфэн выйти на поиски, как официант сам подошел к нему и положил перед ним меню:

— Таши деле!

Меню уже оказалось у него в руках, и выбегать наружу было как-то неудобно. Он ответил:

— Таши деле! Скажите, вы не видели мужчину, который шел со мной?

Официант покачал головой:

— Вы вошли один.

Сбежал?!

Чжоу Чжуфэн тут же забыл про заказ, вскочил со стула и как раз вовремя заметил входящего с улицы Чу Чжунцзю. Молча сев на место, он стал ждать.

Чу Чжунцзю отодвинул стул. Чжоу Чжуфэн уставился в меню, не поднимая головы.

— Босс Чжоу, — Чу Чжунцзю подвинул к нему стакан с молочным чаем. — Первый рабочий день, хочу немного умаслить начальство.

Чжоу Чжуфэн ничего не ответил, продолжая сосредоточенно выбирать блюда, а когда официант забрал меню и ушел, пододвинул чай обратно и произнес:

— Не нужно передо мной заискивать. Я тебе зарплату не плачу, так что никакой я тебе не босс.

— Ого. — Чу Чжунцзю воткнул в крышку трубочку, подвинул стакан обратно и сказал: — Тогда давай отпразднуем официальное начало нашего путешествия?

Чжоу Чжуфэн не удержался от улыбки, сделал глоток и сказал:

— Спасибо. Братец Чу, я хотел бы кое о чем с тобой договориться.

— Слушаю.

— Можешь ли ты хотя бы предупреждать заранее, если собираешься что-то сделать, и действовать вместе? — очень серьезно произнес Чжоу Чжуфэн. — Потому что если кто-то заблудится в каком-нибудь месте и придется искать друг друга, это может быть опасно. В конце концов, мы теперь команда, и если я куда-то соберусь пойти, я тоже обязательно тебе скажу.

— Хорошо. — Чу Чжунцзю прекрасно понял смысл его слов.

Разделиться не страшно. Страшно то, что потом придется искать друг друга.

Еда вскоре оказалась на столе. Чжоу Чжуфэн, примерно прикинув аппетит Чу Чжунцзю, заказал немного, но все равно не ожидал, что здешние порции окажутся настолько огромными.

На массивном деревянном столе красовались две фарфоровые тарелки желтоватого оттенка, доверху набитые рисом — прямо настоящие горные вершины, а из супа с редиской и бараниной торчали аппетитные куски мяса.

— Порции в туристических местах всегда такие честные? — изумился Чжоу Чжуфэн.

— Сейчас несезон, клиентов мало, — Чу Чжунцзю протянул ему ложку. — Если не доедим — завернем с собой, не наедайся до боли в животе.

Очевидно, доктор Чу сильно недооценил аппетит Чжоу Чжуфэна: мало того что ничего не осталось, так они еще и добили сверху тот самый молочный чай, который Чу Чжунцзю прихватил с собой.

После обеда Чжоу Чжуфэн зашел на почту забрать телефон и восстановить сим-карту.

К счастью, в ремонтной мастерской выяснилось, что материнская плата цела, хотя стоимость починки почти равнялась покупке нового аппарата. Перенеся данные прямо в мастерской, Чжоу Чжуфэн заметил пришедшее уведомление о переводе.

Чу Чжунцзю перевел деньги за еду и проживание за последние дни. Чжоу Чжуфэн не стал спорить и принял перевод.

— Братец Чу, сколько с меня за твои лекарства, ремонт моей машины и тот молочный чай?

— Не спеши.

— Как раз-таки спешу! Если я тебе их не отдам, у меня от горной болезни крышу сорвет и в обморок улечу. — Чжоу Чжуфэн прекрасно понимал позицию Чу Чжунцзю: оба взрослые люди, и всё должно быть честно.

Но финансы — это одно, а вот человеческие отношения — совсем другое. Им предстояло жить под одной крышей всю дальнейшую дорогу, и они же не могли каждый день сидеть с калькулятором и высчитывать всё до копейки.

— Братец Чу, мы же не в суде, в самом деле. — Чжоу Чжуфэн уныло посмотрел на него.

— Прости, я не со зла. — Чу Чжунцзю извинился с той же скоростью, с какой переводил деньги.

— Я не злюсь, просто на душе как-то неспокойно, — Чжоу Чжуфэн махнул рукой. — Понимаешь? Мы можем свести дебет с кредитом сейчас, но дальше всё равно запутаемся. И что тогда? Начнем высчитывать, кто съел на ложку больше или на сколько минут дольше вел машину?..

Хотя оба они не были людьми мелочными, стоило подобному начаться — и их совместному путешествию пришел бы конец.

— Я понимаю. Больше так не буду. — Чу Чжунцзю заглянул ему в глаза и искренне извинился.

Он отлично понял слова Чжоу Чжуфэна, но также знал, что эту проблему нужно решить прямо сейчас, до отправления в следующее место.

Чжоу Чжуфэн потер лицо, глубоко вдохнул кислород из баллончика, серьезно задумался и предложил:

— Я знаю, ты просто не хочешь за мой счет поживиться. Давай сделаем так: откроем общую карту, и все расходы в пути будут идти с нее. Как тебе такой вариант, годится?

— Хорошо, — кивнул Чу Чжунцзю.

Они быстро пришли к единому мнению и прямо у дороги открыли счет. Чжоу Чжуфэн придумал название:

— Ураган.

Экран телефона Чу Чжунцзю не сразу поймал сеть и завис на странице подтверждения создания счета.

Услышав название, Чу Чжунцзю переспросил с недоумением:

— Виноград?

— Какой еще виноград? — Чжоу Чжуфэн повернулся к нему. — Разве в Тибете сейчас сезон винограда? Пойду куплю, сто лет не ел...

Оглядевшись вокруг и ничего не найдя, он сообразил, о чем речь:

— Ураган! Ураган, который сметает всё на своем пути!

— А? — Чжоу Чжуфэн, сообразив в чем дело, подозрительно покосился на Чу Чжунцзю. — С чего это тебе виноград-то причудился?

— Ха-ха, — усмехнулся Чу Чжунцзю. — Захотелось винограда.

Чжоу Чжуфэн лишился дар речи. Он бы еще поверил, если бы тот действительно не искал глазами лотки с фруктами.

На экране телефона доктора Чу наконец прогрузилась страница. Увидев цифру тысяча пятьсот, он улыбнулся и перевел на счет точно такую же сумму.

В Лхасе стояло высокогорье, и оба они припарковали машину у входа в отель.

Глядя в зеркало заднего вида, Чжоу Чжуфэн заметил, что посветлевшее лицо доктора Чу за день заметно обгорело и потемнело, а на кончике носа даже облезла кожа.

http://bllate.org/book/36900/4592094