Вэй Сюаньлань под конец разговора поднял взгляд и встретился с глазами Гу Юэшу. Гу Юэшу замер на добрую минуту; тот всматривался в него всё с большим усердием, словно пытаясь распознать ложь в его словах.
Спустя изрядное время Гу Юэшу наконец ответил:
— Было кое-какое недоразумение.
Вэй Сюаньлань решил ковать железо, пока горячо:
— Я потерял память. Нельзя ли списать всё, что было раньше, и сделать вид, будто мы познакомились заново?
Гу Юэшу помедлил с ответом и лишь спустя мгновение тихо отозвался:
— М-м.
Услышав это, Вэй Сюаньлань мысленно с облегчением выдохнул. Как же легко иметь дело с честными чиновниками, вот бы все люди в этом мире были такими сговорчивыми.
Вэй Сюаньлань придвинул ступл к постели и заговорил о недуге Гу Юэшу:
— Тот лекарь сказал, что твою болезнь может вылечить только Божественный Врач из Долины Призраков с Горы Тяньчи. Ты раньше обращался к нему?
Гу Юэшу ответил:
— Нет.
— Почему?
Гу Юэшу немного помедлил и произнес:
— Не могу уехать.
Этот ответ был неожиданным, но в то же время вполне предсказуемым. Вэй Сюаньлань скривил губы: он попытался выдавить из себя улыбку, чтобы разрядить обстановку, но ничего не вышло; попытался сказать хоть что-то, но в голову упорно ничего не шло. В конце концов он выдавил из себя сухой звук в ответ.
Взгляд Гу Юэшу помрачнел:
— Старая болячка, ничего страшного.
Чем легче он к этому относился, тем тяжелее становилось на душе у Вэй Сюаньланя. В его голове внезапно мелькнула мысль:
— Гу Юэшу, нам ведь необязательно самим возиться со всеми здешними делами. Давай воспользуемся этой поездкой и заглянем на Гору Тяньчи, как ты на это смотришь?
Гу Юэшу, казалось, не ожидал от него такого предложения и попытался робко возразить:
— Хэ Сихуай не здесь, а если мы оба уедем, дела Шэнь Ляньюя и остальных, боюсь, пойдут не так гладко.
Вэй Сюаньлань ответил:
— Я отдал золотую пластину Шэнь Ляньюю, так что даже если Хэ Сихуай вернется, он не сможет ему помешать.
Раз уж он сказал это, Гу Юэшу больше не стал упорствовать и кивком дал свое согласие.
На сердце у Вэй Сюаньланя наконец отлегло:
— Как только тебе станет чуть лучше, мы сразу же выдвинемся.
Гу Юэшу задал вопрос, прекрасно зная ответ заранее:
— Ваше Величество тоже поедет?
Вэй Сюаньлань кивнул:
— М-м, я не спокоен, если ты отправишься один.
Гу Юэшу опустил взгляд, уголки его губ дрогнули в подобии улыбки, но больше он ничего не сказал.
В этот момент пожилой лекарь вошел с отваром. Гу Юэшу протянул руку, собираясь взять чашу, но Вэй Сюаньлань заметил, что от лекарства всё еще поднимается обжигающий пар, и перехватил ее первым:
— Горячо.
Старый лекарь улыбнулся с умилением на лице:
— Какая у вас, братьев, крепкая привязанность друг к другу.
Гу Юэшу перевел взгляд со старого лекаря на Вэй Сюаньланя, и тот поспешно сменил тему:
— Да-да-да... А что за история с тем, что Божественный Врач из Долины Призраков не выходит в мир людей?
Тема сменилась успешно, и лекарь пустился в рассказы о легендах, связанных с Божественным Врачом из Долины Призраков.
Сказывали, что в молодости Божественный Врач из Долины Призраков поступил в ученики к клану Чжан из Семьи Мудреца Медицины в Медицинский зал Хуэйчуньтан, но выдающимися талантами не обладал и за три года учебы не преуспел ни в чем. Когда он пребывал в глубоком унынии и тоске, ему случайно довелось встретить старшую барышню Медицинского зала Хуэйчуньтан. Божественный Врач с первого взгляда влюбился в барышню, однако та не испытывала к нему никаких романтических чувств. Убитый горем Божественный Врач покинул Медицинский зал Хуэйчуньтан.
Вернувшись домой, он потерял покой и сон, и в конце концов у него даже зародились мысли о самоубийстве. Он взобрался на Гору Тяньчи, бросил прощальный взгляд на Медицинский зал Хуэйчуньтан и шагнул вниз в пропасть. Кто бы мог подумать, что он не только не погиб, но и обрел на дне обрыва наследие самого Бога Медицины. Изучив от корки до корки его рукописи, он прозрел, отринул бренные страсти и с тех пор остался жить на Горе Тяньчи, не интересуясь мирскими делами.
— И это всё? — недоверчиво глядя на замолчавшего старого лекаря, переспросил Вэй Сюаньлань.
Старик ответил:
— Всё.
Вэй Сюаньлань изумился:
— Ну и бред! Раз он не интересуется мирскими делами, откуда тогда такая громкая слава?
Лекарь пояснил:
— Он обнародовал рукописи Бога Медицины, и хотя сам заявлял, что отстранился от мирской суеты, он все же принимал тех, кто приходил на Гору Тяньчи за исцелением и лекарствами. Вот постепенно слава о нем и разнеслась повсюду.
— А-а.
Вэй Сюаньлань не унимался:
— Ну а когда он добился всеобщего признания и успеха, сошёлся он в итоге с той старшей барышней из Медицинского зала Хуэйчуньтан?
Лекарь ответил:
— Конечно нет, барышня еще два года назад вышла замуж. К тому же Божественный Врач отринул мирские соблазны и целиком посвятил себя спасению людей, так что о подобных мирских желаниях у него и мысли не было.
— А-а.
Вэй Сюаньлань продолжил расспросы:
— Выходит, к нему ходит очень много больных?
Лекарь покачал головой:
— Не то чтобы очень. Гора Тяньчи расположена недалеко от Медицинского зала Хуэйчуньтан, но тропа на нее крутая и опасная, больным тяжело туда взбираться. Поэтому, если недуг не относится к числу неизлечимых и сложных, люди предпочитают обращаться в Медицинский зал Хуэйчуньтан.
— Вот оно как.
А погода тем временем прояснилась, болезнь Гу Юэшу отступала быстро, и уже на следующий день они были готовы выдвигаться на Гору Тяньчи.
Вэй Сюаньлань как раз собирался позавтракать, когда узнал, что Гу Юэшу уже сидит в повозке. Ему сразу расхотелось есть: прихватив с собой тарелку с паровыми пирожками-баоцзы, он в спешке выбежал к крыльцу. Всех стоявших вдоль дороги стражников уже отозвали; Вэй Сюаньлань думал застать его у выхода, но никого там не обнаружил, заметив лишь стоявшего неподалеку Жэнь Цзи.
Увидев приближающегося императора, Жэнь Цзи шагнул ему навстречу:
— Ваше Величество, князь приказал мне вернуться в Чжандэ и позвать с собой Цзи Сяо на Гору Тяньчи.
Вэй Сюаньлань не стал вдаваться в подробности:
— Ладно, ступай.
Жэнь Цзи отдал честь и развернулся, чтобы уйти. И тут Вэй Сюаньлань с удивлением увидел, как из ниоткуда материализовались два десятка стражников и гурьбой двинулись за Жэнь Цзи. Вэй Сюаньлань поспешно окликнул его:
— Жэнь Цзи!
Но тот не услышал и, не оглядываясь, вскочил на коня и ускакал.
Услышав его голос, Гу Юэшу приподнял оконную занавеску и выглянул наружу. Вэй Сюаньлань скосил на него глаза и замер: сегодня тот облачился в длинные одежды невероятно яркого, алого цвета, а его лицо все еще хранило болезненную бледность. Стоило ему лишь поднять взгляд, как в его глазах заиграли переливы волн, словно лучи солнца на золотистой ряби воды. В тот миг у Вэй Сюаньланя перехватило дыхание, и мозг погрузился в кислородное голодание.
— Я... почему ты забрал с собой всю стражу?
Только выговорив это, Вэй Сюаньлань почувствовал, как его бешено колотящееся сердце постепенно успокоилось.
Гу Юэшу непринужденно пояснил:
— Божественный Врач скрывается в глуши, а излишняя толпа лишь станет помехой.
— Ах да, верно, ты всегда все продумываешь до мелочей.
В голове у Вэй Сюаньланя была абсолютная пустота, он готов был поверить любому слову Гу Юэшу.
У ворот стояла всего одна повозка, и Вэй Сюаньлань нерешительно спросил:
— Выходит, мы поедем вместе?
— Если Ваше Величество не желает ехать со мной в одной повозке, я могу пересесть на коня.
Гу Юэшу уже собирался выйти, но Вэй Сюаньлань испугался, что тот погорячился с верховой ездой, поспешно запрыгнул в повозку и преградил ему путь:
— Нет-нет-нет, я вовсе не это имел в виду! Вдвоем в самый раз, по крайней мере, будет о чем поговорить по дороге.
Гу Юэшу покорно вернулся на место, а Вэй Сюаньлань с натянутой улыбкой опустился напротив. Как только он устроился поудобнее, Гу Юэшу бросил кучеру:
— Поехали.
Повозка тронулась с места, и только тогда Вэй Сюаньлань сообразил, что по-прежнему держит в руках тарелку с пирожками. Протянув ее вперед, он спросил:
— Будешь баоцзы?
Гу Юэшу опустил взгляд на угощение, а затем снова посмотрел на него:
— Ваше Величество еще не завтракало?
От этого вопроса Вэй Сюаньланю стало неловко. Ему так хотелось оправдаться, что он вовсе не залежался в постели, просто это спутник поднялся слишком рано. Но сейчас он не решался бросаться такими легкомысленными фразами — вдруг Гу Юэшу истолкует их как-то не так?
— А... да... я привык есть попозже.
Гу Юэшу протянул руку и взял один пирожок. Вэй Сюаньлань с удивлением заметил, что его пальцы были белее самих баоцзы — длинные, точеные, а под бледной кожей проступали зеленоватые жилки, невольно приковывая к себе взгляд.
Заметив его внимание, Гу Юэшу мягко спросил:
— Что такое?
— А... да... ничегó.
Вэй Сюаньлань торопливо отвел глаза, схватил баоцзы и целиком запихнул его в рот. От спешки он поперхнулся, и тогда Гу Юэшу положил недоеденный пирожок обратно в тарелку, налил чашку воды и протянул ему. Вэй Сюаньлань жадно осушил ее до дна и громко икнул, но наконец пришел в себя. От неожиданного звука его собственные уши покраснели — до того ему стало стыдно, хоть из повозки на ходу выпрыгивай.
— С-спасибо.
— Не за что.
Вэй Сюаньлань уже не смел притрагиваться к еде; его мозг принялся навязчиво прокручивать недавнее иканье, отчего неловкость лишь усилилась. Желая сменить тему и поскорее перевернуть эту страницу, он завел пустой разговор:
— Откуда у тебя вода? Я ведь даже не заметил, где она стояла.
Гу Юэшу указал на шкафчик у сиденья:
— Здесь лежала.
Вэй Сюаньлань отозвался:
— Надо же, как спрятано.
Гу Юэшу бросил взгляд на шкафчик:
— М-м.
Вэй Сюаньлань тут же продолжил расспросы:
— А далеко до Горы Тяньчи?
— Двести ли.
— Ого, как далеко.
— М-м.
— Наверное, дня три добираться будем?
Гу Юэшу ответил:
— Если гнать коней во всю прыть, за сутки обернемся.
— А твое здоровье выдержит?
— Ваше Величество спешит, а со мной всё будет в порядке.
— Я никуда не спешу, я просто переживаю за твое здоровье.
Гу Юэшу поднял на него взгляд. Окно заливали яркие солнечные лучи, и, прислонившись к раме, Гу Юэшу казался необычайно мягким в этом золотистом ореоле.
Лучик света косо падал внутрь, пробиваясь сквозь прядки волос у виска Гу Юэшу, и скользил к ногам Вэй Сюаньланя; крошечные пылинки кружились в этом золотом потоке — красиво и сказочно. Вэй Сюаньлань приподнялся и толкнул створку окна, и в тот же миг потоки ослепительного солнца ворвались внутрь, окутав их обоих с ног до головы.
Пространство внутри повозки было невеликим, и Вэй Сюаньланю пришлось податься вперед, почти касаясь тела Гу Юэшу. Похоже, он совершенно не отдавал себе отчета в том, насколько близко они оказались друг к другу. И когда Гу Юэшу позвал его, он резко повернулся — их губы встретились точно, безо всякого промаха.
Рассудок Вэй Сюаньланя на секунду помутился, и инстинктивное желание отпрянуть назад тут же пресекла рука Гу Юэшу, крепко зафиксировавшая его за затылок. Вэй Сюаньлань широко распахнул глаза. Осознав, что происходит нечто неладное, он обнаружил, что его собственные руки в какой-то момент тоже легли на затылок Гу Юэшу. Ощущение нежной гладкости заставило его пальцы испуганно дрогнуть, и он поспешно отдернул их, обратившись в бегство.
Внезапно вывалившись из повозки наружу, Вэй Сюаньлань до смерти испугал кучера, который тут же резко натянул поводья. Кони остановились так резко, что повозка качнулась назад; Вэй Сюаньлань не удержал равновесие, кубарем влетел обратно внутрь и тяжело врезался спиной в стенку.
На лице Гу Юэшу проступила тревога, он протянул руку, чтобы поддержать его:
— Ваше Величество, вы в порядке?
Вэй Сюаньлань боялся даже прикоснуться к нему. Замахав руками и избегая смотреть на него в упор, он с напускной бодростью выпалил:
— Всё в порядке, всё в порядке! Снаружи такая прекрасная погода, пойду погреюсь на солнышке!
С этими словами он снова стремглав выскочил из повозки. Гу Юэшу проводил взглядом его поспешную фигуру, храня молчание.
http://bllate.org/book/36894/4591387
Готово:
