Когда он только был новичком, Цзинь Хун, глядя на его лицо, порой слегка терял дар речи, а затем прощал ему всякие глупые слова и глупые поступки, из-за чего у того возникала иллюзия собственной исключительности.
Но почему же теперь Цзинь Хун даже не смотрит на него? Неужели позволить СМИ раздувать слухи об их отношениях — это так сильно задевает его принципы? К тому же подобные методы никому из них не приносят вреда.
Юань Кэвэй, которого попросили выступить посредником, больше не мог на это смотреть и уже собирался замолвить словечко, но Цзинь Хун поднял руку и налил ему чашку чаю:
— Кэвэй, выпей чаю.
Юань Кэвэй тут же умолк.
Цзинь Хун наконец снова перевел взгляд на Сяо Минжаня:
— Сяо Минжань, не слишком ли высокого ты о себе мнения?
Он улыбался так небрежно, в его тоне звучали увещевания, но содержание слов было острее лезвия ножа:
— Ты не первый обладатель кинопремии и не последний, рынок никогда не испытывал недостатка в новичках. Минжань, больше всего на свете я терпеть не могу, когда за моей спиной плетут интриги. То, что я дал тебе время опомниться, — уже проявление уважения к нашему прошлому, но даже этой давней привязанности недостаточно, чтобы я стерпел подобное во второй раз. Понял?
Сяо Минжань хотел было что-то возразить, но Юань Кэвэй уже усадил его на место, заставив замолкнуть и приняться за еду.
Цзинь Хун небрежно сделал пару глотков, отложил палочки, и в его мыслях вновь возник Чжуан Цзин. Поддавшись какому-то необъяснимому порыву, он достал телефон и ввел в поисковой строке два иероглифа: Чжуан Цзин. Брови его тут же сошлись на переносице, уголки губ крепко сжались в прямую линию, а привычное расслабленное выражение исчезло.
— Что случилось? — спросил Юань Кэвэй.
Цзинь Хун резко поднялся с места и надел пиджак:
— Прошу прощения, срочные дела, я пойду первым.
Уже у дверей он обернулся и сказал Юань Кэвэю:
— Встретимся уже в Столице.
Эти слова заставили сердце Юань Кэвэя, висевшее до этого в воздухе, наконец опуститься. Хотя он и не знал, какая срочная причина заставила Цзинь Хун уйти раньше времени, по крайней мере, дело было не в обиде на него самого.
Заметив, что Сяо Минжань продолжает оцепенело смотреть вслед ушедшему Цзинь Хун, Юань Кэвэй, испытывая жалость к талантливому человеку, похлопал молодого обладателя кинопремии по плечу:
— Раз он сказал это сегодня, значит, прошлое для него уже списано со счетов. Он тебя простил.
— Он ведь никогда по-настоящему не обращал на меня внимания, о каком прощении вообще речь, — Сяо Минжань горько усмехнулся и залпом осушил бокал с вином.
Цзинь Хун был твердо намерен выбросить его из своей жизни, а значит, ему придется искать другой путь.
Обед с Сяо Минжанем выдался не слишком приятным. Юань Кэвэй достал телефон и обомлел: уведомлений было множество, а Цзинь Хун, ушедший всего мгновение назад, уже опубликовал пост в микроблоге, чтобы оправдать того самого молодого актера из сегодняшнего шоу.
Вспомнив лицо Чжуан Цзин, на пять частей похожее на лицо Сяо Минжаня, и все странности в поведении Цзинь Хун за сегодня, Юань Кэвэй словно бы начал что-то понимать и невольно проникся сочувствием к Сяо Минжаню.
Каким бы похожим ты ни был, если ты не тот человек, что живет в его сердце, какой в этом толк?
Юань Кэвэй был знаком с Цзинь Хун уже лет шесть-семь и знал, что в сердце того всегда кто-то был. Только вот интересно, надолго ли этого Чжуан Цзин хватит, чтобы удерживать интерес Цзинь Хун?
Впрочем, раз уж Цзинь Хун сейчас проявил к нему интерес, он, разумеется, должен это поддержать. Юань Кэвэй немедленно вытащил телефон и тоже принялся сочинять пост с опровержением.
После того как буря улеглась, на следующий день Чжуан Цзин сел на самолет и вернулся в Столицу.Когда Чжуан Цзин прибыл в аэропорт Столицы, в его телефоне обнаружилось больше десятка пропущенных вызовов от абонента по имени Мамуля.
Чжуан Цзин немного посомневался, но всё же перезвонил. Гудок прозвучал всего раз, и трубку тут же сняли. Чжуан Цзин нерешительным голосом позвал:
— Мам?
В трубке немедленно послышался заботливый голос незнакомой женщины:
— Сяо Цзин, сынок, как ты? Как же так, в интернете произошло столько всего, а ты даже не связался с семьей? Я ведь совсем не умею пользоваться Вэйбо, узнала только сегодня, когда ходила на процедуры к другой знакомой. Родной мой, не обращай внимания на то, что пишут в интернете! Что бы ни случилось, для мамы ты всегда самый лучший!
Заметив, что Чжуан Цзин молчит, женщина заволновалась еще сильнее:
— Сынок, ты в порядке? Тяньтянь сказала мне, что ваша компания уже всё уладила, но если совсем припрет, мы можем сами заплатить за продвижение в трендах. Если тебе нужны деньги, только скажи маме, я сразу тебе переведу.
— Мам, не переживай, со мной всё в порядке.
— Прямо-таки в порядке? Обо всех проблемах нужно рассказывать нам. Как подумаем с твоим отцом, что ты один мучаешься в чужом городе, так сердце кровью обливается. Твой отец на словах только и делает, что ворчит, но на самом деле тоже за тебя переживает. Ой, я ведь, наверное, слишком долго говорю, ты уже устал, да?
— Нет, я внимательно слушаю всё, что вы говорите.
Тогда матушка Чжуан еще немного поворчала, а затем сказала:
— Ладно, не буду тебе мешать, сынок, ты человек занятой. Если будет время, не забывай нам звонить, мы все по тебе скучаем.
— Хорошо.
— Мама тебя любит.
— ...Я вас тоже люблю.
Вызов завершился. Матушка Чжуан испытала легкое умиление — сегодня сын впервые за долгое время послушно слушал её и даже не кричал в трубку, — но в то же время она немного испугалась, не перенес ли он какого-нибудь потрясения, и тут же отправила Ван Тяньтянь сообщение в Вичате, чтобы расспросить о состоянии Чжуан Цзина.
Тем временем Чжуан Цзин сжал телефон в кармане, и на душе у него было смутно, ведь он не видел мать с семилетнего возраста.
Мама — поистине чужое и незнакомое слово.
Но раз уж он переселился в тело Чжуан Цзина, нужно позаботиться о его родителях, поэтому Чжуан Цзин сделал пометку в блокноте: каждую неделю звонить родителям прежнего владельца.
Дом Чжуан Цзина представлял собой роскошную виллу, которую родители купили, жалея сына-пекинца поневоле. Она была выдержана в новом китайском стиле садово-паркового искусства — белые стены, серая черепица, элегантность и величественный размах.
Прежний хозяин считал это место старомодным и глухоманью, поэтому снял элитную квартиру у Третьего транспортного кольца и почти сюда не возвращался, зато нынешнему Чжуан Цзину этот дом пришелся по душе.
Этот особняк относился к жилью среднего размера в данном коттеджном поселке: полезная площадь составляла всего двести квадратных метров плюс небольшой сад в сто пятьдесят квадратов. Зато прямо за стеной находился самый роскошный участок во всем поселке.
Говорили, что владелец выкупил сразу три виллы: ту, что стояла рядом с домом Чжуан Цзина, просто снесли и превратили в сад, а две другие объединили. Внутри дома имелись не только небольшое искусственное озеро и большой бассейн, но даже теннисный корт и амфитеатр под открытым небом.
Впрочем, этот хозяин был очень занят на работе, поэтому приезжал сюда только на отдых и не жил здесь и месяца в году. Во всяком случае, с тех пор как Чжаншан Хун переродился, он еще ни разу не видел соседа.
http://bllate.org/book/36893/4591279
Готово:
