Готовый перевод Suppressing the Arrogant Dragon, Becoming the Arrogant Dragon / Победить Марти Сью, чтобы стать им самому: Глава 10

Впрочем, предсказания Павильона Тяньянь тех лет уже канули в лету, однако имя этого гения гремело всё громче.

Лу Тинлань прежде видел этого человека и тоже считал его избранником Небесной Судьбы, но, ознакомившись сданным Системой содержанием первоисточника, невольно испытал смешанные чувства.

Разве избранник Небесной Судьбы должен склонять голову перед другими?

Пик Просвещения насчитывал несколько сотен построек. Лу Тинлань не жил с другими адептами — у него был собственный дом на склоне горы, а еще он часто практиковался в уединенной бамбуковой роще.

Раньше это место редко кто посещал, но сегодня кто-то долго бродил в самой глуши бамбучника.

Лу Тинлань рано встал, чтобы попрактиковаться с мечом, и, заметив, что кто-то занял бамбуковую рощу, увидел следующую картину: широкий меч рассекал воздух со свистом бури, ломая редкие стебли и срезая листья словно острые лезвия. Какое грозное и свирепое зрелище! Он невольно остановился, чтобы понаблюдать мгновение.

Насколько же чутким было восприятие пяти чувств у практикующих Дао! Практически в тот самый момент, когда появился Лу Тинлань, этот человек обнаружил его.

Он не сдвинулся с места, и незнакомец прервал тренировку. Слегка ступив на землю, тот оказался прямо перед Лу Тинланем.

Пришедший был высокого роста, волоча за собой длинный меч. Приземлившись, клинок оставил в земле неглубокую, но заметную выбоину. Простой черный наряд подчеркивал глубокие черты лица, а когда этот человек перевел на него взгляд, от него повеяло удушающей жаждой убийства.

Лу Тинлань узнал его.

Он едва заметно окинул взглядом рост парня: тот оказался даже выше старшего соученика Шань Си, уже выглядя как взрослый мужчина.

Он не удержался от мыслей про себя: должно быть, еда в Секте Цанъу отменная, раз можно вырасти таким высоким.

Система не ответила ему, храня молчание, словно еще не проснулась.

— Ты кто? — спросил тот человек.

Лу Тинлань опустил взгляд на свои одежды адепта Секты Непревзойденной Высоты, а затем слегка взвесил в руке меч:

— Культиватор Меча.

— Новоприбывший Культиватор Меча? — уточнил Янь Цзинвэй, с первого же взгляда раскусив уровень культивации Лу Тинланя.

Лу Тинлань кивнул. Помолчав, он бросил взгляд на бамбуковую рощу:

— Я обычно тренируюсь здесь и вовсе не собирался нарушать ваш покой, Ваше Превосходительство.

Янь Цзинвэй едва заметно нахмурился: он с таким трудом отыскал это уединенное местечко для тренировок с мечом, а оказалось, что оно уже занято кем-то другим.

Раз Секта Непревзойденной Высоты такая огромная, почему люди находятся буквально повсюду?

Заметив выражение лица собеседника, Лу Тинлань проявил учтивость:

— Я могу поискать другое место.

Раз уровни их культивации не равны, то даже если другой человек занял место силой, Лу Тинланю оставалось лишь смириться. Впрочем, раз они находились в Секте Непревзойденной Высоты, за собственную жизнь он мог по крайней мере не беспокоиться.

Хмурый взгляд Янь Цзинвэя стал еще глуше, и он сухо бросил:

— Не нужно.

С этими словами Янь Цзинвэй подтащил за собой длинный меч и собрался уходить, но, сделав несколько шагов, остановился и обратился к Лу Тинланю:

— Будем делить это место на двоих, идет?

Лу Тинланю было всё равно, и он слегка кивнул, считая это официальным согласием.

С тех пор они занимались по разные стороны бамбуковой рощи: на одном конце — размашистая техника владения саблей, сопровождаемая шелестом и стуком сталкивающихся бамбуковых листьев, на другом — стремительное фехтование, рассекающее воздух с редкими щелкающими звуками.

Они не мешали друг другу — царила полная гармония.

Лу Тинлань даже не заметил, когда именно тот ушел.

Однако Система наконец объявила о своем появлении.

— Хозяин, — произнесла Система, — это же второй мужчина-главный герой данной книги! У вас с ним любовная линия.

— Правда? — Лу Тинлань убрал меч в ножны, собираясь спуститься с горы пообедать.

Обычно он экономил время для культивации с помощью пилюль утоления голода, но временами позволял себе отвлечься и немного отдохнуть.

Эта привычка осталась у него с прошлых времен: если слишком сильно напрягать голову, обязательно нужно дать ей расслабиться.

Благодаря визитам делегаций из различных секты, еда в Трапезном Зале Секты Непревзойденной Высоты в последнее время стала намного лучше, и Лу Тинлань пользовался возможностью сходить поесть вверх и вниз по горе, чтобы проветрить мысли на этой бессмысленной дороге.

Система открыла страницу на месте первоисточника:

— Это же любимчик самого Небесного Пути, неужели хозяин совсем не взволнован? Если кто-то посмеет тебя обидеть, он защитит.

На мгновение Лу Тинланю показалось, будто голос Системы исказился — по крайней мере, в присутствии Янь Цзюляна её голос всегда звучал холодно и сдержанно.

Он не стал долго размышлять об этом, в конце концов, в этом Системщике было слишком много непрофессионального.

— Одиннадцать лет назад Преподобный Янцзин услышал, что в семье Янь в Чжунду появился несравненный талант, пророчество о котором из Павильона Тяньянь гласило о Небесной Судьбе, и специально отправился в Чжунду лично во всем разобраться, намереваясь взять его в ученики. По дороге он наткнулся на гору Фуцзи, опустошенную нечистью дотла — все селения были стерты с лица земли — и спас меня, совсем еще юного. Но из-за этого он упустил время: когда он добрался до семьи Янь в Чжунду, этого младшего господина из семьи Янь уже приняла в ученики Секта Цанъу. Ничего не поделаешь, ему пришлось вернуться в Секту Непревзойденной Высоты, — рассказывая то, чего Система не знала, Лу Тинлань невольно добавил в голос немного тоски.

По правде говоря, этот Преподобный Янцзин, которого он видел крайне редко, был прекрасным адептом Дао.

Но даже прекрасный человек, столкнувшись с неудачами, затаивает обиду.

— Поскольку во мне обнаружили Врожденные Мечевые Кости, Преподобный Янцзин, судя по всему, посчитал это компенсацией свыше и с радостью взял меня в ученики. А чтобы похвастаться, он даже специально свозил меня к Бессмертному Владыке Юаньхуаню из Секты Цанъу.

Лу Тинлань говорил на ходу.

Обе секты находились поблизости, к тому же оба они являлись обладающими глубокой культивацией и высочайшим положением Бессмертными Владыками. Те двое указали на них двоих, каждый расхваливая своего подопечного: говоря о Янь Цзинвэе, они называли его первым человеком на небесах и под землей, а говоря о нем, утверждали, что равных ему не сыскать во всем мире на протяжении десяти тысяч лет — в этом сквозило скрытое соперничество.

— Жаль только, что впоследствии я так и не смог заставить Ци войти в моё тело, и выяснилось, что мои Меч-Кости дефектны. Боюсь, прежнее облегчение и радость Преподобного Янцзина превратились в разочарование и досаду.

Преподобный Янцзин чувствовал, что потерял лицо перед Бессмертным Владыкой Юаньхуанем, и после этого несколько лет отказывался куда-либо выходить, а стоило ему покинуть пределы секты, как его отсутствие затягивалось на долгие годы — пока на чужбине он не взял в ученики Янь Цзюляна, после чего вновь смог гордо поднять голову.

Преподобному Янцзиню не нравилось видеть его, и в этом не было ничего удивительного, но помимо этого он никогда не относился к нему плохо.

Система с опозданием осознала, что в причинах, почему его хозяина так пренебрежительно обходили вниманием, была и доля участия Янь Цзинвэя.

— Впрочем, вероятно, из-за того, что в ту пору я только прибыл в этот мир, те воспоминания врезались в память особенно ярко. Помню, Янь Цзинвэй раньше был полным наивности и боевого задора маленьким господином, а теперь в нем не осталось и следа прежней избалованности. Раз он добился сегодняшней славы, то наверняка приложил немало усилий, — в голосе Лу Тинланя не слышалось ни капли зависти, казалось, он рассуждал о человеке, с которым у него никогда не было ничего общего. — Техника владения саблей у него превосходная.

http://bllate.org/book/36866/4587939