Готовый перевод The Little Villain I Found Is a Green Tea Girl / Мой приемыш — коварный злодей: искусство манипуляции: Глава 12

Удары пинками болели еще много дней, а пощечины от мамы заставили его лицо распухнуть до неузнаваемости — он стал похож на свиную голову, выглядело это ужасно, и когда он пришел в школу, одноклассники смеялись над ним.

Пэй Цюэ на самом деле не очень понимал, почему никто не слушает его объяснений, почему всё, что он ни сделает, — всё неправильно. Он не понимал мира взрослых и наивно думал, что взрослые все такие.

Не только его папа и мама вели себя так.

Поэтому он совершенно естественно полагал, что и на этот раз всё будет точно так же.

Он уже придумал: если старший брат станет ругать его, он сначала наберет для брата стакан воды, чтобы поберечь его горло.

Но брат не стал его ругать.

Брат сказал, что главное — он сам не пострадал.

Пэй Цюэ моргнул, в глазах отчего-то защемило, и он торопливо опустил голову.

Оказывается, не все взрослые такие.

Пэй Цюэ тихонько ухватил Цзянь Яня за запястье, чуть приподнял голову и позвал:

— Брат.

Цзянь Янь хмыкнул, опуская взгляд на него:

— Что такое?

Пэй Цюэ покачал головой, и у него на макушке торчавший вихром волосок качнулся в такт его движениям.

Учительница Ляо сказала:

— Ученика, которого побили, родители уже забрали домой, а родители Пэй Цюэ, послушайте…

Цзянь Янь не хотел ставить учительницу Ляо в неловкое положение. Он взял Пэй Цюэ за руку и твердо произнес:

— Я бы хотел, чтобы в этом деле присутствовали родители обеих сторон, к тому же мне нужно услышать, как всё было, из уст самого второго ученика.

Учительница Ляо ответила:

— Подождите минутку, я сделаю звонок.

Когда учительница Ляо вышла из кабинета, Цзянь Янь присел на корточки и с некоторым испугом посмотрел на Пэй Цюэ:

— Что случилось? Можешь рассказать брату?

Возможно, сейчас он выглядел слишком серьезно, а может быть, дело было в том, что хоть кто-то захотел выслушать его объяснения и не стал огульно во всем обвинять.

Пэй Цюэ опешил, замялся и лишь спустя долгое время глухо произнес:

— Потому что он сказал, что брат меня бросил.

Сказав это, он почувствовал некоторую неловкость и добавил совсем тихо:

— Прости меня, брат, я больше так не буду.

Он-то думал, из-за чего весь сыр-бор. Цзянь Янь с досадой потрепал его по голове и принялся терпеливо наставлять:

— В следующий раз в подобных ситуациях рассказывай всё учителю или брату, но ни в коем случае не пускай в ход кулаки, понимаешь?

Никакие вопросы нельзя решать с помощью драки, это неправильно. Цзянь Янь прижал малыша к груди:

— К тому же, с чего бы брату тебя бросать?

Наш малыш Пэй Цюэ такой милый и послушный, брат души в тебе не чает, с какой стати ему тебя бросать? Не слушай всякую чушь, что болтают другие. Он пощипал ребенка за щечки.

Пэй Цюэ, казалось, немного вырос, на щеках появились округлости, и Цзянь Янь никак не мог оторваться, тиская его лицо. Он с восторгом потискал его и с большим трудом заставил себя остановиться.

Пэй Цюэ слушал его с ошеломленным видом, втайне радуясь, и, сжав губы, послушно кивнул:

— Я понял.

Брат не бросит его.

Брат любит его.

Пэй Цюэ со светлой растерянностью запечатлел этот ответ в своем сердце.

Он поднял руку, легонько зацепил Цзянь Яня за палец, осторожно прижался к нему, а затем тихонько произнес:

— Пэй Цюэ тоже любит брата.

Больше всего на свете любит брата.

Айя-яй, подумал Цзянь Янь, откуда же берется такое сладкое создание на этом свете.

Он слегка кашлянул:

— Раз понял, в чем был неправ, значит, нужно извиниться перед тем мальчиком, понимаешь?

Пэй Цюэ немного посомневался, но в конце концов кое-как выдавил из себя:

— Угу.

Учительница Ляо вернулась и сообщила:

— Я только что связалась с родителями второй стороны. Говорят, ничего страшного, тот ученик тоже признал, что наговорил лишнего, отчего Пэй Цюэ расстроился.

Учительница Ляо замялась:

— Но то, что ученик Пэй Цюэ распустил руки, в любом случае неправильно. Родители того мальчика требуют оплатить медицинские расходы и принести извинения, родители Пэй Цюэ, что скажете?

К счастью, на том конце провода оказались не скандалисты, и Цзянь Янь тут же ответил:

— Разумеется, это само собой разумеется.

Полагая, что на этом всё и разрешится, Пэй Цюэ тянул Цзянь Яня за руку, уставившись в пол, и настроение у него было мрачноватым.

Цзянь Янь неожиданно произнес:

— Мухи отдельно, котлеты отдельно. Я точно так же требую, чтобы тот ученик извинился перед Пэй Цюэ.

Учительница Ляо на мгновение растерялась.

Цзянь Янь продолжил:

— Если разобраться в сути дела, первыми начали именно они. У моего ребенка хрупкие тело и душа, из-за их бредовых измышлений он впал в уныние и получил психологическую травму, которая вполне может оставить след на всю жизнь и испортить ему судьбу.

Он держался невозмутимо и уверенно:

— Поэтому я требую, чтобы та сторона тоже принесла Пэй Цюэ извинения.

Пэй Цюэ резко поднял голову и ошеломленно уставился на Цзянь Яня.

Учительница Ляо неуверенно произнесла:

— Ну, знаете ли…

Цзянь Янь улыбнулся:

— Я уверен, что для такого опытного преподавателя, как учительница Ляо, это не составит большого труда.

Учительница Ляо сдалась:

— Я передам.

Цзянь Янь перевел деньги на медицинские расходы учительнице Ляо и, гордо задрав нос, вывел Пэй Цюэ из школы.

Стоило им выйти за ворота, как ему показалось, будто даже воздух стал свежее.

Цзянь Янь вздохнул, натянул кепку на голову Пэй Цюэ и проворчал:

— Опоздай мы хоть на секунду — и всё, маска бы слетела, до чего же страшно.

В конце концов, он и сам был недавним студентом, в свои двадцать два года он впервые выступал в роли родителя и был вынужден вести жесткие переговоры с учителями.

Цзянь Янь свирепо ущипнул Пэй Цюэ за пухлую щечку:

— Ну ты и вредина.

Пэй Цюэ знал, что это слово вредина не означает, что тот на самом деле сердится на него, напротив, это значило, что он ему очень сильно нравится.

Поэтому он совсем не злился и не расстраивался.

Напротив, пока ему тянули щеки, он улыбался Цзянь Яню — сладко-сладко.

Словно полная чаша меда. Цзянь Янь не удержался и чмокнул его в щеку.

Улыбка Пэй Цюэ вмиг застыла.

Он тупо замер на месте, тупо уставившись на Цзянь Яня, и вмиг… превратился в абсолютного глупышку.

Цзянь Янь не заметил его странного состояния — а может, и не хотел замечать, потому что был полностью поглощен мыслью: он только что чмокнул в щечку своего бумажного сыночка!

Разве об этом можно молчать?!

Это ощущение было точь-в-точь как во сне.

Он определенно самый счастливый папаша на свете!

Цзянь Янь слегка возбужденно попытался сохранить остатки приличия и выдал бессвязную фразу:

— Так, что мы сегодня будем есть?

Пэй Цюэ пришел в себя от оцепенения, заторможенно поднял руку и потрогал собственную щеку — на ней, казалось, до сих пор отчетливо ощущалось прикосновение.

http://bllate.org/book/36836/4584013