Даже если бы Ци Янь без тени смущения попытался заявить такое, Цяо Кэ, пожалуй, всё равно постеснялся бы слушать.
Впрочем, с тех пор прошло уже столько времени, отношения у всех стали очень хорошими, так что в том, что Цяо Кэ узнает правду, не было ничего страшного.
Цзоу Хэн долго что-то воодушевленно и сбивчиво рассказывал, а под конец подытожил:
— Больше всех тогда досталось Шэнь Чжичжаню.
У Сок Чжао от рождения имелся талант к мягкости и нежности, а Цзоу Хэн на ходу освоил навык подлизываться — стоило им двоим приложить усилия, разве мог Шэнь Чжичжань с ними тягаться? В конце концов ему оставалось лишь в одиночку стойко взвалить всё на свои плечи.
К счастью, у Ци Янь оставалась ещё капля совести, и он вызвался составить ему компанию на дополнительных тренировках, заодно стараясь изо всех сил помочь ему разобрать и исправить танцевальные движения. Иначе их группа 1st, пожалуй, давно превратилась бы в квартет.
— Я рассказываю тебе это по секрету, потому что считаю хорошим братом, только смотри не проболтайся и не сдай меня — эй, эй, ты чего плачешь?!
Услышав шум, Ци Янь обернулся и увидел, что Цяо Кэ поднимает руку и вытирает глаза, выглядя совершенно несчастным и обиженным. Сидевший рядом Цзоу Хэн растерянно хлопал глазами, совершенно не соображая, как его успокоить, и Ци Янь тут же большими шагами направился к ним:
— Что случилось? Цзоу Хэн, ты его обидел?
Цзоу Хэн тут же опешил, словно пораженный молнией:
— Да я же невиновен!
— Нет, с ним это не связано. — Цяо Кэ не стал подставлять Цзоу Хэна и соврал: — Просто ресница в глаз попала.
Ци Янь опустил голову и внимательно всмотрелся в его лицо. Заметив, что на нём действительно нет ни следа гнева или грусти, а напротив, настроение выглядит весьма неплохо, он наконец успокоился:
— Вытащил теперь? Только не три слишком сильно, так и глаза повредить недолго.
Цяо Кэ заморгал и сказал:
— Уже намного лучше, просто в тот момент не удержался.
Глядя на его длинные и густые ресницы, Ци Янь полностью поверил этой версии:
— Напугал меня. С первого взгляда показалось, что ты плачешь.
— Точно, судя по всему, иметь слишком длинные ресницы — вовсе не такая уж хорошая вещь, — Цзоу Хэн ещё не забыл, как только что на него возвели напраслину, и язвительно сострил с двойным дном: — Вот если бы эти ресницы росли у меня на лице, стоило бы мне только потереть глаза, как тут же нашёлся бы желающий броситься меня защищать.
Услышав это, Цяо Кэ даже почувствовал легкий укол вины, однако Ци Янь вовсе не собирался терпеть подобные выпады и замахнулся, намереваясь пнуть его под зад:
— Говори нормально, нечего тут ядом плеваться.
Цзоу Хэн припустил со всех ног и, убегая, завопил:
— Капитан! Тут снова пользуются тем, что носят фамилию Ци, и бесчинствуют, обижают людей!
Сун Чжао не понял, в чём дело, и, заметив бегущего прямо на него коллегу, машинально расставил руки.
Однако Цзоу Хэн не смог вовремя затормозить и так врезался в него, что Сун Чжао качнулся и едва не рухнул в реку.
Шэнь Чжичжань, который давным-давно предвидел такой исход и благодаря своей ловкости заранее отпрыгнул в сторону, тут же озарил всё вокруг загадочной улыбкой.
Как хорошо, что у него богатый опыт и отличная реакция.
Шумной толпой добравшись обратно до отеля, они наконец выложили сделанные на берегу реки фотографии в качестве официального поста для продвижения.
Цзоу Хэн со скрытым умыслом вставил между общим снимком группового фото и одиночными селфи свой собственный шедевр — кадр, снятый исподтишка, — и с огромным торжеством заявил Шэнь Чжичжаню:
— Просто жди и увидишь, лайков и репостов у моего поста точно будет невероятно много!
И пусть у него нет ультрапопулярного пейринга? Зато он умеет ловить хайп на чужих шипперах!
Комментарии действительно оправдали его ожидания: вскоре множество фанатов пейринга прислали слова благодарности, заявляя, что он — просто главный мастер фандома по семи звёздам.
Пусть мастер так мастер, думал про себя Цзоу Хэн, всяко лучше, чем звучит как тот самый никому не нужный бездарный лузер из группы.
Покрасовавшись некоторое время, Цзоу Хэн вдруг почувствовал, что что-то здесь не так.
Что еще за комментарии вроде: «От этой сладости мне в обычное время хватило бы послевкусия на полдня, жаль только, что сегодня она годится разве что в качестве скромной закуски к выпивки»?
Эта поза, эта атмосфера, это освещение, эта композиция — в кадре не было буквально ни единого недвусмысленного места, ни единого изъяна, и при этом всё это считают лишь закуской?
Цзоу Хэн с чувством глубокой непокорности кликнул на профиль этой фанатки, решив взглянуть, какими же императорскими пиршествами она балует себя обычно.
Но стоило ему увидеть последний пост, который она только что перепостила с воплями восторга, как он тут же безоговорочно сдался.
Это была серия одиночных снимков Ци Яня, а подпись состояла всего из четырех иероглифов: [Снял Сяо Цяо.]
Когда кумиры открыто радуют фанатов сладостью, поклонникам, разумеется, больше не нужно выискивать крупицы внимания по углам у остальных участников.
Количество лайков, комментариев и репостов под этой записью Ци Яня в десятки раз превосходило его собственные показатели, и Цзоу Хэн со злостью швырнул телефон на кровать:
— До чего же умеют продавать образ! Тут не состязаться, тут даже пытаться бесполезно.
-
На этот раз их собственная команда стилистов не поехала с ними, поэтому они заранее связались с местной профессиональной студией имиджа, сотрудничающей со звёздами, и на следующий день рано утром отправились туда на макияж.
Закончив преображение, парни посмотрелись в зеркало и испытали неожиданный восторг.
Такой гармоничный, в меру яркий и в меру сдержанный макияж, идеально подчеркивающий достоинства лица каждого из них, кажется, появился на их лицах впервые в жизни.
Прежде фанаты то и дело обвиняли их в «антимакияже» и советовали «лучше выходить на сцену совсем без косметики» именно потому, что штатные визажисты компании никогда не учитывали их индивидуальных особенностей, неизменно используя для всех пятерых один и тот же шаблонный, тяжелый макияж.
Нельзя было сказать, что те визажисты совсем не умели работать — напротив, подобный стиль отлично подходил для того, чтобы заурядным людям с посредственной внешностью значительно улучшить образ и в один миг произвести яркое впечатление.
Беда заключалась в том, что среди всех пятерых не было ни одного с посредственной внешностью, а их собственные стили отличались яркостью, и этот трафаретный макияж лишь скрывал их собственное сияние.
— На самом деле я слежу за вами уже очень давно, — с улыбкой произнесла руководительница студии. — Мне всегда казалось, что если вы попробуете побольше разных стилей макияжа, то сможете раскрыть свое очарование еще ярче, и теперь я вижу, что была права.
— Можно с вами сфотографироваться на память? Я никуда не стану это выкладывать, просто похвастаюсь перед друзьями в узком кругу.
Сун Чжао тут же отозвался:
— Конечно, без проблем. И выкладывать тоже можно, у вас получилось так здорово, как раз послужит рекламой для студии.
Тогда руководительница радостно позвала нескольких визажистов, и они вместе сделали несколько совместных снимков.
После съемки одна из визажистов, выглядевшая моложе остальных, робко подошла ближе и спросила:
— Скажите… а можно сфотографироваться отдельно с учителем Ци и учителем Цяо? Я ваша фанатка… безумно вас люблю!
Она говорила с заметным волнением и трепетом, а ее глаза возбужденно бегали туда-сюда между Ци Янем и Цяо Кэ.
— Конечно можно, — охотно согласился Ци Янь, а затем поманил Цяо Кэ пальцем и, нарочно поддразнивая его с помощью обращения, принятого у юных девушек, бросил: — Иди сюда, учитель Цяо.
Вероятно, из-за присутствия фанатки пейринга учитель Цяо машинально включил режим работы на камеру и на этот раз даже не стал метать в него сердитые взгляды.
Они привычным движением встали по обе стороны от поклонницы и по ее просьбе вместе сложили руками сердечко, отчего девушка покраснела от восторга и крепко зажала рот ладонью, с трудом сдерживая крик.
Под трогательные прощания сотрудников студии они сели в машину, а добравшись до торгового центра, прождали в салоне еще больше двадцати минут, пока наконец кто-то из организаторов не выбежал быстрым шагом, чтобы провести их внутрь через служебный вход.
Каждый этаж торгового центра был забит плотной толпой людей, и даже верхний уровень, откуда сцену было совершенно не разглядеть, оказался полностью заполнен зрителями.
Поскольку мероприятие не требовало покупки билетов, помимо примчавшихся по слухам фанатов, вокруг толпилось множество праздных зевак.
— Разве организаторы не должны как-то контролировать поток людей? — с беспокойством произвел Сун Чжао. — Создается ощущение, что здесь очень легко спровоцировать давку.
— Исключено, — ответил Сяо Ян. — Разве не для того они тратят огромные деньги на приглашение звезд, чтобы привлечь как можно больше народу?
Цзоу Хэн пошутил:
— Если вдруг хоть кто-то из присутствующих превратится в зомби, никому из нас уже не спастись.
Ци Янь внезапно произнес:
— Когда поднимемся на сцену, что бы ни случилось, не паникуйте, просто постарайтесь выступить изо всех сил.
Осмотревшись вокруг, он заметил, что фанаты с плакатами и в мерче стихийно сбились в кучки, однако они составляли лишь малую часть толпы.
Гораздо больше вокруг было взрослых зевак, причем некоторые из них разглядывали скопления поклонников далеко не самыми дружелюбными взглядами.
Впрочем, им уже доводилось бывать в подобных ситуациях: айдол-группы по определению не принадлежат к сфере развлечений, рассчитанной на все возрасты, и к критике или насмешкам со стороны широкой публики они уже привыкли относиться с глухим равнодушием.
В конце концов, они ведь не бумажные купюры, чтобы нравиться абсолютно всем.
Но проблема заключалась в том, что раньше у них еще не было преданных фанатов, и уж тем более никому и в голову не пришло бы вступаться за них.
А собравшиеся на площадке поклонники — сплошь молоденькие девчонки, и если вдруг вспыхнет какой-нибудь конфликт...
Услышав это, остальные посерьезнели.
Подождав еще немного, они наконец дождались сотрудника, который прибежал сообщить о готовности к выходу на сцену. Бросив распоряжение, тот торопливо собрался уходить — у него оставалась еще гора неотложных дел.
Сяо Ян поспешно окликнул его:
— Эй, а звуковое оборудование нам так и не дали!
Судя по масштабу мероприятия, на профессиональные ушные мониторы и гарнитуры рассчитывать не приходилось, но не выходить же им на сцену вовсе без микрофонов?
Сотрудник остановился. Загнанный хлопотами до полусмерти, он ответил раздраженным тоном:
— Разве они не на сцене? Вот теперешний певец закончит и спустится, тогда и получите, чего вы спешите?
Сяо Ян:
— ...Но на сцене только один певец, даже если прибавить микрофон ведущего, их всего два, а нас вообще-то пятеро.
Сотрудник поднял голову, грязно выругался про себя и выдал:
— Никто мне не говорил, что нужно готовить на пятерых! Ждите здесь, пойду поищу на складе.
После того как он поспешно удалился, все присутствующие погрузились в молчание.
Они и так понимали, что подобные мероприятия не отличаются высоким профессионализмом, но всё же не до такой же степени балагана!
Даже во времена их дебюта ничего подобного им переживать не доводилось.
Когда сотрудники наконец кое-как собрали нужное количество микрофонов и парни только успели взять их в руки, из динамиков раздался полный страсти голос ведущего, объявляющего выход:
— Давайте встретим бурными аплодисментами самый популярный мужской коллектив современной индустрии развлечений — И-Айс-Тим!
Даже название группы переврали, но делать было нечего, и парням пришлось скрепя сердце подняться на сцену.
Фанаты в зале мгновенно разразились восторженными криками, поднимая камеры и телефоны, чтобы начать запись.
Среди приглашенных сегодня гостей их группа 1st не была самой крупной величиной — в конце концов, там присутствовало немало признанных ветеранов эстрады.
Но по части популярности они определенно находились в совершенно иной весовой категории.
После короткого обмена репликами с ведущим их выступление официально началось.
Первым зазвучало высокое вступление Сун Чжао. Обладая огромным диапазоном и глубокой эмоциональной подачей, он взял первую ноту, и даже несколько шумная площадка мгновенно стихла.
http://bllate.org/book/36813/4581307
Готово:
