Готовый перевод The Heartthrob Acts as an NPC in a Supernatural Live Stream / Всеобщий любимец выживает на хоррор-стримах в роли NPC: Глава 17

[... Неужели никто не заметил? Призрачная рука только что перевела стрелку часов!]

[Да-да, я видел, у-у-у... До жути страшно!]

[У меня нехорошее предчувствие. Неужели Призрак с картины способен управлять временем в этом сценарии?]

***

После того что произошло, кусок никому в горло не лез.

Лю Моли так и не приготовила ужин. Один из новичков помог ей притащить ящик с прессованными галетами.

— Придётся пока обойтись этим, уж простите, — виновато улыбнулась Лю Моли.

— Моли ранена, так что не судите строго! — поспешил заступиться за неё новичок. — Пару дней перебьёмся галетами, ничего страшного.

Услышав о ранении своей «богини», остальные игроки тут же принялись наперебой выражать сочувствие.

— Моли, как ты? Сильно задело?

— Лекарства нужны?

Впрочем, все прекрасно понимали: в этом безумном мире медикаменты ценились на вес золота. Мало кто согласился бы добровольно расстаться с ценными запасами. Чем эффективнее средство, тем сложнее его достать. Ранения здесь — дело обыденное, и хорошая мазь или бинт нередко отделяют жизнь от смерти.

Лю Моли понимала это лучше других. К недавнему жесту Су Наньчжи она не испытывала ни капли благодарности — напротив, усмотрела в его поведении завуалированную издевку.

Прощать Су Наньчжи она не собиралась. В редких снадобьях Лю Моли не разбиралась, но интуитивно полагала, что этот сопляк ни за что не поделился бы с ней чем-то по-настоящему ценным.

Желая уколоть его, она демонстративно достала подаренный флакон.

— Наш маленький предшественник Наньчжи уже позаботился обо мне, — произнесла она, покрутив спрей перед лицами остальных, и, поджав губы, добавила: — Штука неплохая. Жаль только, на донышке.

Намек был понят мгновенно. Ведомые её тоном, новички тут же подхватили волну недовольства.

— И то верно. Что же наш маленький предшественник Наньчжи оказался таким прижимистым?

— Мог бы и пощедрее быть. Ветеранам ведь не привыкать к хорошему снаряжению, неужели им жалко?

Голосили те самые типы, которые в первый же день пытались прибрать к рукам антиквариат в гостиной — Ван Сан и Ли Сы.

Эта парочка уже вовсю шушукалась за чужими спинами, решив, что у опытных игроков полные карманы полезных побрякушек. Если выпросить или выманить у них парочку чудодейственных средств, выживать станет куда проще, а там, глядишь, и сценарий проходить не придётся.

Они рассчитывали, что юнец, уязвлённый дешёвой провокацией, тут же кинется доказывать свою состоятельность и завалит их подарками... Они и не догадывались, что в комнате трансляции их репутация уже давно пробила дно.

[Меня сейчас стошнит. Как эти двое до сих пор не сдохли?]

[Халявщики гребаные, чтоб вас черти драли!]

[Эта Лю Моли вообще в своем уме? Она хоть понимает, что держит в руках? Это же лимитированный раритет, за который любые деньги отдашь!!! Если глаза не нужны, пожертвуй ими Призраку с картины.]

[Какая ирония. Что у Лю Моли, что у Призрака с картины — на двоих ни одного зрячего глаза не наскрести.]

[Мой сыночка слишком добрый! Отдал такую редкую вещь практически даром, аж сердце кровью обливается! Сынок, ну зачем ты такой доверчивый, у мамочки душа болит.]

Лю Моли упивалась уколами в адрес воображаемого соперника.

— Ну что вы, не нужно так, — слащаво протянула она. — Я и без того бесконечно тронута заботой предшественника.

«Давайте, пусть этот гул станет еще громче!»

Она незаметно выпрямила спину, ожидая продолжения. Но тут раздалось сухое:

— Раз так тронута, почему до сих пор не на коленях и не зовёшь его папочкой?

Лю Моли опешила. Она резко повернула голову.

Высокий мужской силуэт заслонил свет. На лице подошедшего играла откровенная усмешка, а в холодном взгляде сквозило презрение.

Она не сразу поняла, к чему клонит Ван Синчжи.

Тот присел на корточки и небрежно щелкнул пальцем по флакону в её руке, блеснув ровным рядом белоснежных зубов. Улыбка вышла хищной и ослепительной.

— Неужели наша «богиня» Моли не признала вещь? — усмехнулся Ван Синчжи. — Хотя откуда тебе знать. Снаряжение ранга SSR на дороге не валяется.

Он бесцеремонно вырвал флакон из её пальцев и брызнул себе на руку. Глубокий рваный порез на предплечье затянулся прямо на глазах, оставив чистую кожу.

— Настоящий эликсир, за который коллекционеры глотки друг другу перегрызут. Раз не нужен — забираю. Наша Моли невероятно щедра и добра, зрители в чате точно оценят такой жест.

Комната трансляции не заставила себя долго ждать. Вместо цветов полетели похоронные венки.

[Моли, покойся с миром. Твои глазки мы бережно упакуем и передадим в КФС.]

[Черт, а капитан Ван чертовски хорош! Красавчик, просто секс ходячий!]

[Маленький предшественник Наньчжи, ты лучший! Вот это щедрость!]

[Если у него даже рядовые вещи такие имбовые, то что за штуку он отдал Чжоу И?]

[А, так её Чжоу И засунул в ноздрю Чжао Биню. Теперь она вместе с картиной на стене висит.]

[Ору в голосину...]

Глядя вслед удаляющемуся Ван Синчжи, Лю Моли едва не выла от досады.

«Твою мать! Если это редчайший артефакт, какого хрена ты продал его всего за двадцать монет?! Все эти топ-игроки по жизни такие безумные?! А-а-а-а!»

В этот момент в голове Су Наньчжи раздался восторженный писк Системы:

[Поздравляем! Психологическая атака на игрока прошла успешно! Уровень пугающей атмосферы повышен!]

«Замечательно», — мысленно отозвался юноша.

Потерзавшись пару минут, Лю Моли, преодолев гордость, нерешительно направилась к Су Наньчжи.

Тот как раз выуживал галеты вместе с Гу Цзиншуаном. Поскольку они подошли последними, в коробке сиротливо лежали лишь две пачки со вкусом мясной заправки.

Заметив приближение Моли, Су Наньчжи мгновенно сгреб обе пачки и прижал к груди.

Девушка замялась. Ей до безумия хотелось выкупить ещё пару флаконов — в конце концов, глупо отказываться от того, что может спасти жизнь в критический момент.

— Предшественник... — выдавила она из себя кокетливым тоном. — А у тебя... не найдётся ещё?..

Су Наньчжи перевёл взгляд с неё на галеты в своих руках, а затем поспешно запихнул обе пачки в рюкзак Гу Цзиншуана.

— Всё у него, — с самым невинным видом соврал он. — Спрашивай у него.

И, повернувшись к Гу Цзиншуану, заговорщицки подмигнул, беззвучно шевеля губами: «Ни за что не отдавай».

Лю Моли перевела умоляющий взор на Гу Цзиншуана. Этот холодный, безупречно красивый мужчина в мгновение ока показался ей самым невыносимым существом на свете.

— Брат Гу, ну поделись хоть одной, тебе жалко, что ли? — капризно протянула она.

— Жалко, — отрезал тот без тени эмоций.

Слёзы застряли у неё в горле.

«Кобель неблагодарный! Тьфу на тебя!»

Она снова напустилась на Су Наньчжи:

— И почему ты всё ему отдаёшь?

Су Наньчжи задумался. Сказать прямо «девочкам вредно много есть» или «я сам хочу это слопать» было как-то невежливо. Он смущенно опустил голову, ковыряя носком ботинка паркет, и пробормотал с явным замешательством:

— Ну... ему просто очень нравится этот вкус.

Выглядел он при этом точь-в-точь как послушная молодая женушка. В голове Лю Моли мгновенно сложился пазл.

«Да это же просто Гу Цзиншуан так издевается надо мной!»

Уголки её губ поползли вниз, лицо исказила гримаса обиды, и она, закрыв лицо руками, бросилась прочь.

— А-а-а-а-а!

— Кажется, я её обидел, — неловко протянул Су Наньчжи. — Но ведь галет с мясом действительно осталось всего две.

Гу Цзиншуан равнодушно проводил взглядом убегающую Лю Моли, которая, не заметив порога, с размаху растянулась на полу, приложившись лицом к доскам. Настоящий блинчик.

— Девушкам вредно переедать, — спокойно констатировал Гу Цзиншуан.

Су Наньчжи тем временем уже запустил руку в его рюкзак в поисках добычи.

— Чтобы не толстеть?

Его ладонь блуждала в глубине чужого кармана, натыкаясь на холодные пальцы мужчины. Гу Цзиншуан легонько щелкнул его по запястью, а затем перехватил ладошку вместе с галетами.

Су Наньчжи не стал вырываться, лишь покрепче сжал его пальцы, делясь теплом.

— Избыточный вес мешает быстро бегать, — пояснил Гу Цзиншуан.

[А-а-а-а! Я своими глазами видела, как они взялись за руки!]

[Дайте мне рентген! Я хочу знать, чем их руки заняты в этом рюкзаке!]

[Давайте дружно вспомним цитаты великих: «У меня брезгливость», «Я ни к кому не прикасаюсь», «Лишний вес мешает бегать»... Каков лицемер!]

[А ну разошлись со своими пейрингами! У нас тут приличное шоу, а не ночной канал! Сыночек, мамочка запрещает!]

[Неужели только я заметила... Время чертовски ускорилось, спасите!]

***

За окном, на ветвях четвертого дерева, неизвестно откуда взялась стая ворон. Птицы оглушительно и зловеще каркали.

В гостиной старинный напольный хронометр издал тяжелый щелчок — стрелка со скрежетом продвинулась вперед еще на деление.

— Что за звук?

— Слышали? Будто шестеренки провернулись.

— Это часы!

Один из смельчаков, игрок по имени Чжоу Эр, подошёл вплотную к циферблату. Осмотрев его, он хмыкнул:

— Сломались они, что ли? Ещё пять минут назад было около семи вечера, а сейчас стрелки глубокую ночь показывают. Ну, неудивительно для такой рухляди.

— Чжоу Эр! — окликнул его напарник.

Тот обернулся:

— Что? Стоп... Куда это все делись?

Напарник издал дикий вопль и с размаху шлёпнулся на пол, указывая дрожащим пальцем вперед:

— Сзади... Чжоу Эр, сзади тебя!

— Да что там у меня сзади? — Чжоу Эр начал неторопливо разворачиваться.

Окровавленный холст, на котором был изображен изувеченный Чжао Бинь, внезапно сорвался со стены и намертво залепил ему лицо.

Раздался истошный крик. Чжоу Эр отчаянно пытался отодрать прилипшую к коже раму, но раздался сухой костяной хруст — его голову срезало подчистую.

Обезглавленное тело с глухим стуком повалилось на ковёр.

— А-а-а-а-а!

Остальные игроки, давя друг друга от ужаса, с криками бросились вверх по лестнице.

В пустой гостиной на залитом багровым холсте медленно проступали бутоны черных роз. Невидимые бледные пальцы нежно поглаживали стекающую по раме теплую жидкость.

— Нет, снова не то лицо...

***

Тем временем в одной из комнат второго этажа Ван Сан и Ли Сы лихорадочно пересчитывали свою добычу.

У этих двоих были свои цели, в корне отличавшиеся от устремлений прочих игроков. Большинство приходило сюда ведомыми великими желаниями: Бог Гу искал исцеления для своего тела, Лю Моли жаждала его любви...

Ван Сан и Ли Сы были закоренелыми прагматиками. Их предел мечтаний сводился к банальному богатству. Но рисковать головой ради мифических наград они не собирались.

Пользуясь редким системным артефактом, они просто воровали из игрового пространства ценный антиквариат, рассчитывая выгодно сбыть его в реальном мире.

— Так, две вазы, старая рама... А это что за мусор? Дневник? Нахрена ты притащил какую-то тетрадь?

— Да что ты понимаешь! Эта бумага стоит целое состояние!

— Да ладно? — Ли Сы с сомнением повертел в руках ветхие листы.

Они и впрямь были непривычно тонкими, а воздух вокруг неуловимо наполнился изысканным ароматом. Вещь явно была непростой.

Ли Сы услышал тонкий запах и шумно сглотнул:

— И сколько за такую дадут?

Ван Сан заговорщицки прищурился и показал на пальцах кругленькую сумму.

— В конторе, где моя бывшая вкалывала, начальство из кожи вон лезло, выискивая подобное. Говорят, бумаге несколько веков. Какая-то важная шишка скупает её за бешеные бабки. Достаточно одного листа, чтобы обеспечить себе безбедную старость!

Ли Сы обомлел:

— Ничего себе... Но как ты её опознал? А если подделка?

— Моя бывшая как-то проболталась, — ухмыльнулся Ван Сан. — Эта бумага уникальна. Если подставить её под лунный свет, на листах проявится изображение розы. Но это так, мелочи. Ходят слухи, что везунчикам удаётся разглядеть в этих узорах силуэт неописуемой красавицы!

— Да ну, хорош заливать! — загорелся Ли Сы. — Покажи!

Они прошли бок о бок не один смертельный раунд и доверяли друг другу как себе. Ван Сан, подначиваемый собственным тщеславием, и сам горел желанием проверить догадку.

Как раз наступила полночь. Он подошёл к окну, распахнул створки, впуская в душную комнату прохладный серебристый луч, разрезавший мрак.

Ван Сан осторожно положил открытый дневник на подоконник. Лунный свет словно впитался в бумагу — пожелтевшие страницы мягко засияли ровным, чистым свечением.

— И где? Ничего же нет, — разочарованно проворчал Ли Сы.

— Тише ты, не зуди, — шикнул на него напарник.

В то же мгновение над разворотом дневника соткался призрачный стебель.

Небольшая, едва ли в локоть высотой, веточка с редкими листьями увенчалась плотным белым бутоном. Цветок жадно поглощал льющийся из окна свет, обретая плотность и объем.

Лепесток за лепестком медленно раскрывались, обнажая нежную сердцевину, но роза так и осталась полураскрытой.

— Охренеть... — выдохнул Ли Сы. — Какая красота!

Он потянул руку к призрачному стеблю, но Ван Сан наотмашь хлопнул его по ладони, лихорадочно шепча:

— Не трогай! Это ещё не всё! Ей нужно больше света!

Словно подчиняясь его словам, луна на мгновение вышла из-за туч, залив комнату ярким сиянием. Роза мелко затрепетала. Из её белых лепестков медленно вырос крошечный силуэт, не превышающий высотой сам цветок.

Фигурка стояла к ним спиной. Тонкий, невероятно изящный силуэт с хрупкими плечами и идеальными пропорциями казался верхом совершенства.

Создание начало медленно поворачиваться. Из-под прядей шелковистых волос показался аккуратный, точеный носик...

Оба вора оцепенели, затаив дыхание.

— Слушай... — прошептал Ли Сы, силясь совладать с нарастающей тревогой. — Тебе не кажется, что профиль до боли знаком?

Договорить он не успел. На стене позади них бесшумно выросла огромная, уродливая тень.

— Хи-хи-хи... Никому не позволено обижать моего маленького предшественника!

http://bllate.org/book/36791/4773385