Чжу Мин действовал быстро и сноровисто: не прошло и двух часов, как он закончил уборку, и с чувством глубокого удовлетворения рухнул на кровать. На потолке осталась одна не до конца соскобленная ноздря Бай Гэ, которая злобно таращилась на него и тяжело отдувалась.
Чжу Мин подскочил и с беспощадной решимостью замазал её белой краской, заставив Бай Гэ задохнуться.
— Готово! Сегодня распродаём мерч, завтра — часы! — объявил Чжу Мин.
033: ……
*Ты что, вот так просто, плывя по течению, превратился в барахольщика?*
033 переживало за него всей душой:
*В таком юном возрасте — и уже торгуешь всяким хламом! Как ты вообще можешь спать по ночам?!*
***
Разумеется, Чжу Мин не собирался жить исключительно распродажей барахла. Проведя немало лет за подсчётом военного жалования, он отлично понимал суть принципа «тише едешь — дальше будешь». Жить без стабильного источника доходов было нельзя, да и судя по текущему сценарию, за все последующие сюжетные повороты, требующие денег, платить, судя по всему, придётся из собственного кармана.
Все эти коллекционные вещицы, оставленные оригинальным сюжетом для Чжу Цзяму, и впрямь оказались настоящим сокровищем. Стоило только выставить объявление о распродаже имущества бывшего фаната, как поднялся невероятный ажиотаж. Чжу Мин молниеносно сбыл бо́льшую часть вещей, затем под руководством 033 погасил долг за аренду квартиры и вернул займы, после чего вывел на экран панель баланса.
*Баланс: 199.21 (с плеч долой — ни долгов, ни забот, наконец-то я больше не второе поколение должников!)*
Сто тысяч, предложенные Вэнь Чжимином, он пока принимать не стал. По задумке автора, Чжу Цзяму — помешанный фанатик, который влез в долги, чтобы купить часы для кумира, поэтому принимать деньги сразу после перевода было бы неуместно. Чжу Мин прекрасно это понимал: деньги никуда не денутся, спешить с их получением не было никакой нужды.
033 озадаченно спросило:
— Тогда когда ты собираешься их принять?
Чжу Мин чувствовал себя абсолютно уверенно:
— Сначала я отыграю упрямого одержимого сасен-фаната. Завтра Вэнь Чжимин наверняка начнет убеждать меня одуматься, я пару раз откажусь — ровно до того момента, когда отказаться будет уже нельзя, — и после этого с крайне неохотным видом приму деньги.
033: .
*Какая же прелестная эта «крайняя неохотность».*
Раз уж сам выбрал себе подопечного, придётся возиться с ним до самого конца сюжета, даже стоя на коленях. Чжу Мин привычно проигнорировал внутреннее ворчание системы и принялся мысленно сводить дебет с кредитом.
Ста тысяч, предложенных Вэнь Чжимином, с лихвой хватит на билеты в обе стороны до страны F и на проживание. Остаток средств можно отложить на случай непредвиденных сценических расходов, однако ему также нужен стабильный источник дохода, чтобы покрывать повседневные траты.
Чжу Мин еще раз пролистал сценарий. Следующим проектом Чжу Цзяму в оригинальной истории был исторический драматический фильм. Главную роль императора в нём исполнял Бай Гэ, а состав второстепенных актёров подбирался поистине роскошный. Чжу Цзяму же пробился наверх и получил крошечную роль через постель, угождая боссу.
Подобные масштабные полотна обладали огромным потенциалом для завоевания наград, да и гонорар за маленькую роль предполагался вполне приличный. Вот только кастинг и пробы должны были состояться лишь через месяц, а окончательный расчет по гонорару шёл с задержкой в несколько месяцев. На что Чжу Мин собирался жить всё это время, в оригинале не было сказано ни слова, так что ему приходилось рассчитывать исключительно на собственные силы.
Он открыл WeChat. В самом верху списка контактов у оригинального владельца значился некий Чжэн Вэньбинь. Сценарий гласил, что это был менеджер Чжу Цзяму. Чжу Мин протянул руку и ткнул в диалоговое окно.
033 тут же выплюнуло в воздух несколько строк текста: «Чжэн Вэньбинь, мужчина, 32 года, менеджер. Печально известен: неоднократно заставлял подопечных артистов продавать тела ради ресурсов, погряз во всех мыслимых пороках — пьянство, азартные игры, разврат. Мастер абьюза и манипуляций (PUA)».
Чжу Мин ещё не успел толком изучить этот термин. Он одновременно отправлял в WeChat сообщение с вопросом о ближайших рабочих планах и мысленно спрашивал у 033:
— Что такое PUA?
Система даже не успела ответить, как телефон зазвонил и затрещал от сыплющихся одно за другим сообщений — собеседник ответил разом на дюжину реплик.
Чжэн Вэньбинь: Работу нужно добиваться самому, а не клянчить с открытым ртом!
Чжэн Вэньбинь: Наотрез отказываешься составлять компанию на попойках, ложиться в постель не хочешь, в таком юном возрасте палец о палец не ударишь ради хоть какого-то старания! Пользы компании принести не можешь, а наглости просить ресурсы хватает?!
Чжэн Вэньбинь: Ты в шоу-бизнесе уже год, а до сих пор ни капли не продвинулся! Босс уже несколько раз собирался расторгнуть с тобой контракт, и только я отстоял тебя!
Чжэн Вэньбинь: Твое выступление на прослушивании тянуло на девяносто баллов, но то, что ты показываешь сейчас, стоит максимум шестидесяти. По правде говоря, ты меня сильно разочаровал.
Чжэн Вэньбинь: Ты вообще представляешь, сколько средств компания вкладывает в раскрутку артиста?!
Чжэн Вэньбинь: Ищи проблемы в самом себе! Если восемнадцатого числа следующего месяца не явишься на банкет, можешь вообще не соваться в эту сферу!
Дьявольский шепоток 033 зазвучал вовремя:
— Теперь понимаешь, что такое PUA, Чжу Мин?
Чжу Мин: ……
— Спасибо, но знать это было вовсе не обязательно.
Чжу Мин лениво смахнул чат влево, удаляя переписку, и перевёл Чжэн Вэньбиня в режим «без звука».
*На этого местного рабовладельца и впрямь никакой надежды.*
Чжу Мин переоделся и спустился вниз, решив сначала найти подработку, а уже потом думать обо всём остальном.
У входа в жилой комплекс как раз набирал сотрудников чайный дом. Генерал Чжу всю жизнь командовал войсками, но даже если он никогда не держал в руках свинью, ему доводилось видеть, как они бегают. Он прекрасно знал, как заваривать чай, и парой фраз уговорил хозяина взять его на работу, договорившись выйти на смену уже завтра утром.
033 остолбенело:
— И вот так ты нашёл работу?
Вчера — скачущий на лошади генерал, сегодня — снимающийся в кино актер, завтра — подсобный рабочий в чайной. Да даже ослики из производственной коммуны не работали с такой продуктивностью!
Чжу Мин безмятежно закинул ногу на ногу, тут же задел ушибленный копчик, тихо шикнул и опустил ногу обратно:
— Я молод, красив и красноречив — для хозяина огромная удача, что он меня взял.
Он достал телефон и написал сообщение Вэнь Чжимину.
***
Вэнь Чжимин как раз был занят приготовлением еды для Бай Гэ, когда его телефон издал мелодичный звон, и на экране всплыло уведомление WeChat.
Чжу Цзяму: Господин Вэнь, прошу меня извинить. Вы говорили, что собираетесь навестить меня в больнице завтра, но я уже выписался. У меня слишком много долгов, нужно усердно работать и возвращать деньги, я не могу слишком долго отлеживаться в больнице.
Чжу Цзяму: Сейчас я подрабатываю в этом чайном доме. Не могли бы вы приехать сюда, чтобы мы встретились?
Чжу Цзяму: Ваши деньги я принять не могу. Часы — это подарок, который я преподнес учителю Бай Гэ, как я смею тратить чужие средства? Я буду зарабатывать собственным трудом и лично верну все долги, пожалуйста, не беспокойтесь!
К сообщению прилагался адрес чайной.
Вэнь Чжимин: ……
*Этот парень ради кумира устроился на две работы, а на следующий день после падения с крыши уже таскает тарелки в чайной — и всё ради того, чтобы купить айдолу часы.*
*Что вообще происходит с ценностями у нынешней молодежи?*
Старший менеджер Вэнь покачал головой и набрал ответ: «Хорошо, завтра я приеду».
***
Чайный дом, где подрабатывал Чжу Мин, мог похвастаться огромными панорамными окнами, выходившими прямо на улицу. На следующий день в полдень, наводя порядок за столиком у окна, он с первого же взгляда заметил Вэнь Чжимина.
Стоял выходной день, к тому же наступал переход от весны к лету, и по улице вприпрыжку гуляла ярко одетая молодёжь. Вэнь Чжимин же по-прежнему был облачён в безупречный, строгий костюм и двигался в спешле, напоминая вечно засиживающегося допоздна офисного клерка.
Заметив Чжу Мина, он улыбнулся сквозь стекло и приветственно помахал рукой.
Чжу Мин мгновенно продемонстрировал мастерство смены масок в стиле сычуаньской оперы, напустил на себя «зелёночайную» улыбочку, прихрамывая, выскочил к дверям и радостно поприветствовал главного спонсора:
— Добро пожаловать, господин Вэнь!
033 источило яд:
— Какой же ты подлизыва.
Чжу Мин закатил глаза:
— А кто откажется от ста тысяч?
Придерживаясь своего «зелёночайного» образа — восторженно-дружелюбного, но при этом невероятно хрупкого, — Чжу Мин одной рукой поддерживал себя за поясницу, а второй манил Вэнь Чжимина за собой, проводя его вглубь помещения.
Хозяин чайной оказался человеком совести. Увидев столь плачевное зрелище, он едва не уронил челюсть на ключицы:
— Ты чего это вдруг так расклеился? Может, сперва сходишь домой отдохнуть?
Скорчив преисполненное боли лицо, Чжу Мин повернулся к хозяину, мастерски нагоняя жалость:
— Мне всегда так плохо. Разве на работе бывает так, чтобы никто не болел и всё шло гладко? Просто терплю через силу. Сами понимаете, жизнь наемного работника — сплошная конкуренция: не хочешь ты — найдется полно других желающих. Сегодня отгул, а завтра на биржу труда — нужда заставляет. Я могу работать, справлюсь, справлюсь я.
033: ……
033: *Копчик нашего хоста поистине обладает квантовой неопределенностью: ради денег и чёрта заставишь крутиться.*
Вэнь Чжимин устроился за столиком. Он сидел на некотором расстоянии от остальных посетителей и не мог расслышать, о чём говорил Чжу Мин, заметив лишь, что тоньше тростинки ставший юноша стоит, опустив голову, с невероятно мрачным выражением лица.
Внешность генерала Чжу и впрямь была чертовски обманчива. Ростом он почти не уступал Вэнь Чжимину, но телосложение имел до того хрупкое и точёное, что походил вовсе не на двадцатидвухлетнего парня, а скорее на подростка в период резкого скачка роста.
Сам Чжу Мин хвастался, что у него просто тонкая кость, природная красота и редкое телосложение, но в глазах Вэнь Чжимина, который уже успел проникнуться к нему жалостью, всё это выглядело так, будто парень еле держится на ногах и готов рассыпаться от любого порыва ветра.
Менеджер не выдержал, поднялся с места и окликнул его:
— Цзяму.
Чжу Мин, ещё не вышедший из роли, жалобно сгорбился, придерживая поясницу, и виновато уставился себе на носки туфель:
— Господин Вэнь.
Вэнь Чжимин: ……
Вэнь Чжимин сдержался раз, сдержался другой, но в конце концов всё же задал тот самый вопрос:
— Я что, выгляжу настолько устрашающе?
Чжу Мин принялся яростно махать руками, шарахаясь от взгляда Вэнь Чжимина и от его попыток поддержать его за локоть:
— Нет-нет, что вы!
Рука Вэнь Чжимина повисла в воздухе: *...Понятно, значит, выгляжу именно так.*
Чжу Мин не заметил короткого мига разочарования на лице менеджера — он был слишком увлечён своей игрой и не желал из неё выходить.
Этого диалога не было в сценарии, который Чжу Мин написал для самого себя, однако это ничуть не мешало ему импровизировать, опираясь на психологию Чжу Цзяму:
— Вы — менеджер моего кумира, человек с громким именем в шоу-бизнесе. Я никогда раньше не общался с такими великими людьми и просто боюсь совершить какую-нибудь глупость.
На секунду Вэнь Чжимину вспомнилось прошлое собеседника: ребёнок, выросший под чужим крылом на чужих хлебах, неизбежно страдает от подобного чувства незащищённости.
В точности как…
Он оборвал собственные мысли, откинулся на спинку стула, легко улыбнулся, придав лицу беззаботное выражение, и в шутку произрëс:
— Бояться тут нечего. Кто знает, может быть, в один прекрасный день ты прославишься на всю страну и станешь куда более великим человеком, чем я.
— И тогда, возможно, уже мне придется бояться тебя.
033 закружилось вокруг него, затягивая заунывную песню: *Ты только посмотри, посмотри, какой главный герой (уке) прекрасный человек! Ты у него деньги выманиваешь, а он тебя утешает, просит не сбиваться с пути и не судить благородного человека по меркам собственного ничтожества...*
Чжу Мин: ……
Чжу Мин мысленно протянул руку и нажал на полупрозрачной системной панели кнопку отключения звука.
033: .
033: (^v^)
Вэнь Чжимин бросал дежурные фразы, принятые в светском обществе, и только дурак мог принять их за чистую монету. Чжу Мин скривил губы — он в любом случае не верил ни единому слову.
Но внешне по-прежнему изображал благоговейный трепет:
— Что вы, я так не смогу, господин Вэнь.
Вэнь Чжимин сопровождал Бай Гэ в шоу-бизнесе с восемнадцати-девятнадцати лет — прошло уже добрых шесть-семь лет, людей он повидал немало и в собственном судействе до сих пор был уверен. Его слова не были пустым утешением: по его мнению, в Чжу Цзяму действительно скрывался потенциал, достойный того, чтобы в него вложиться.
Однако они всё же были недостаточно близки, чтобы он мог поучать чужую личную жизнь. Посему он лишь покачал головой, достал телефон, открыл диалоговое окно и продемонстрировал те самые сто тысяч, которые до сих пор оставались невостребованными:
— Цзяму, твои чувства я ещё могу помочь передать, но твои деньги — нет.
http://bllate.org/book/36728/4568447
Готово:
