Готовый перевод Myriad Sins / Мириады грехов: Глава 7

Район Вечного Света, граничащий с зоной экономического развития и соседней провинцией, лежал слишком далеко от Административного района. Десятилетиями здесь ютились полузаброшенные деревеньки, напоминавшие затерянный посреди мегаполиса тихий оазис. Лишь в последние годы, после череды правительственных инспекций, окраины района превратили в главный транспортный узел Цинчжоу, связав его с аэропортом и вокзалом, а в самом центре открыли несколько малоизвестных филиалов высших учебных заведений.

Большинство местных уже давно перебрались в соседние кварталы или поближе к зоне экономического развития. Здесь осталась лишь горстка стариков — те, кто прожил на этой земле всю жизнь и наотрез отказывался покидать родные гнезда.

Оперативники в штатском рассредоточились по улицам, слившись с толпой. Под их бдительным надзором оказались супермаркеты, лавки и оживленные перекрестки. Затаившиеся в Районе Вечного Света беглецы все равно нуждались в еде и вещах первой необходимости, так что тактика выживания оставалась самым надежным способом сэкономить силы.

Лян Тинсун сидел в машине, лениво наблюдая сквозь стекло за прохожими. Подростки, обнявшись за плечи, со смехом толкали друг друга; девчонки шли под руку, покачивая полами длинных юбок; на их юных, еще не знавших забот лицах сияли беззаботные улыбки. У перекрестка замерла женщина с детской коляской, ласково щекоча младенца, а неподалеку, опершись на трость, отдыхал на каменных ступенях лавки старик. Если не замечать разбросанного повсюду пластикового мусора и серой пыли, вздымаемой колесами редких машин, картина казалась на редкость мирной и безмятежной.

— Ну и духота, — пассажир на соседнем сиденье пошевелился и повернулся к нему.

Сюй Вэйси вовсе не привередничал — резкий запах дешевой хлорки в полицейской машине по-настоящему выворачивал его наизнанку. Лян Тинсун наотрез запретил открывать окна, и Сюй Вэйси чувствовал, что еще пара минут в этом склепе, и его стошнит прямо на приборную панель.

— Офицер Лян...

— Надень, — Лян Тинсун вытащил из дверного кармана запечатанную маску и бросил ему на колени. — У тебя три минуты.

Сюй Вэйси послушно натянул маску под его суровым взглядом, толкнул дверцу и выбрался наружу. Но едва его нога коснулась асфальта, он тут же стянул ее на подбородок.

Надо признать, вдали от шумного городского центра дышалось куда легче, да и погода казалась приятнее. Сюй Вэйси прищурился, глядя на мягкое солнце, и стал размышлять, чем бы занять эти три минуты, как вдруг совсем рядом раздалось негромкое мяуканье.

На невысоком каменном столбике неподалеку, развалившись под теплыми лучами, грелся упитанный рыжий кот. Сюй Вэйси улыбнулся и подошел ближе. Он осторожно протянул руку и почесал кота за ухом. Зверь оказался на редкость ласковым — даже не подумал удрать, лишь лениво взмахнул хвостом, задев его предплечье, и подставил голову под мягкие поглаживания.

Лян Тинсун молча наблюдал за этой сценой из машины.

«Может, Сюй Вэйси и впрямь случайно впутался в это дело? — подумал Лян Тинсун. — Людям свойственно любопытство ко всему загадочному. Я и сам в свободное время порой зачитываюсь материалами странных, запутанных расследований. Записывать его в подозреваемые только потому, что он проявляет излишнее рвение, пожалуй, было предвзято».

К тому же до сих пор парень ни разу не помешал следствию.

Погруженный в эти мысли, Лян Тинсун вдруг поймал себя на том, что держит в руках телефон с открытой камерой. На экране светился снимок: парень и кот, греющиеся на солнышке.

Короткий вибросигнал прервал его размышления. В рабочем чате всплыло несколько сообщений от Линь Чжуна вместе с кадрами с камер наружного наблюдения.

[Шеф, разыскиваемая машина засветилась на съезде с шоссе, на Южной улице и на перекрестке. В последний раз ее зафиксировали на дороге, ведущей к деревне Верхняя Тан, около шести утра.]

Для оперативников, прочесывающих район, эта зацепка стала настоящим спасением. Хотя Верхняя Тан была классической полузаброшенной деревней без единой уличной камеры, круг поисков сузился до минимума.

[Продолжайте отслеживать дорожные камеры в реальном времени. Не дайте им сменить машину,] — отправил Лян Тинсун в ответ Линь Чжуну, после чего тегнул весь отдел: [Кто-нибудь хорошо знает деревню Верхняя Тан?]

В чате тут же посыпались утвердительные ответы.

[Выдвигайтесь туда на машинах. Обо всем подозрительном докладывать сразу в группу.]

Раздав указания, Лян Тинсун открыл личный диалог с У Юем:

[Поезжай с ними. Оставь кого-нибудь надежного из местных ребят координировать прочесывание здесь.]

[Понял.]

Тем временем у обочины под деревом сидел на кортах мужчина в полицейской форме. Его пальцы все еще зависали над клавиатурой смартфона — он был одним из тех, кто только что ответил Лян Тинсуну в общем чате.

Глубоко вдохнув, он переключился на скрытый диалог.

[Крысы близко!]

— Эй, ты чего застыл? Погнали! — окликнул его напарник сзади.

От неожиданности мужчина вздрогнул, едва не выронив телефон.

— Иду! Да так, подруга пишет, — быстро соврал он, поднимаясь на ноги и натягивая на лицо дежурную улыбку.

Лян Тинсун убрал телефон и поднял глаза, но Сюй Вэйси на прежнем месте уже не было.

Он резко выпрямился в кресле, лихорадочно осматривая улицу. Повсюду сновали прохожие и оперативники в штатском, но Сюй Вэйси будто сквозь землю провалился.

Лян Тинсун с силой ударил ладонью по рулю. Чертов идиот, нельзя было выпускать его из виду ни на секунду!

Он боялся за его безопасность, но еще больше боялся разочароваться — боялся, что парень только что растоптал то хрупкое доверие, которое едва начало между ними зарождаться.

Выдернув ключ из замка зажигания, Лян Тинсун рванул дверь на себя и выскочил наружу. Но стоило ему замахнуться, чтобы защелкнуть дверцу, как кто-то мягко коснулся его плеча. Он среагировал мгновенно — перехватил чужую руку, собираясь заломить ее назад, но вовремя остановился.

Перед ним стоял Сюй Вэйси.

На его плече, устроившись как дома, дремал давешний рыжий кот, а в свободной руке покачивались два стаканчика с напитками, которые он успел где-то раздобыть.

— Будете чай, офицер Лян? — Сюй Вэйси с самым невинным видом проигнорировал очевидную ярость на лице полицейского и протянул ему стаканчик.

— Какой еще чай? А ну живо в машину, — процедил Лян Тинсун сквозь зубы, едва сдерживая клокотавший гнев.

— А его можно с нами? — Сюй Вэйси скосил глаза на кота. — Кажется, я ему приглянулся.

— Сажай, — бросил Лян Тинсун, запрыгнул обратно в салон и с грохотом захлопнул дверь.

Рассудив, что со злым копом лучше не спорить, Сюй Вэйси потянулся к ручке задней двери.

— Вперед садись, — донесся с переднего сиденья ледяной голос, едва щелкнул замок задней двери.

Сюй Вэйси послушно подтолкнул кота в глубь салона, вздохнул и устроился на пассажирском сиденье рядом с водителем.

— Офицер Лян, не злитесь так. Нервные клетки не восстанавливаются, — Сюй Вэйси боком протянул ему чай, украдкой разглядывая его помрачневшее лицо.

— Я не злюсь. Просто боюсь, что если спущу с тебя глаз еще на пару минут, ты притащишь мне сюда бродячего пса, — Лян Тинсун покосился на него, но стаканчик все-таки взял.

— Ну, собак я не так сильно люблю, — тихо пробормотал Сюй Вэйси, прикусив пластиковую трубочку.

— А маска где? — заметив, что парень притих с виноватым видом, Лян Тинсун немного остыл, но тут же нахмурился, не обнаружив на его лице никакой защиты.

— А, это... Я побоялся, что он испачкает вам сиденья, и вытер ему лапы маской, — Сюй Вэйси кивнул на заднее сиденье, где рыжий наглец уже развалился на спинке с видом главного пассажира.

Лян Тинсун промолчал, лишь молча потер переносицу.

— Блядь, легавые! — Минь Чжунфан резко вскочил со стога сена.

Его подручные, мирно дремавшие рядом, от неожиданности подпрыгнули. Их лица мгновенно сделались мертвенно-бледными.

— Господин Фан, а с... с товаром-то что делать?

Минь Чжунфан сплюнул под ноги, злобно растоптал окурок и достал из кармана новую сигарету.

— В подпол их, живо! Пересидят там, пока легавые не уберутся, потом заберем. Ублюдки недоношенные, решили со мной поиграть...

Пинок тяжелого ботинка Минь Чжунфана бесцеремонно прервал сон Минь Синъи. Чертыхаясь спросонья, тот поплелся за остальными перетаскивать девчонок.

Лаз в погреб скрывался под огромным глиняным чаном для воды. Стоило им сдвинуть его и приоткрыть крышку, как в лицо ударила такая густая, удушливая вонь гнили и нечистот, что мужиков едва не вывернуло наизнанку.

— Шевелитесь, суки! Будете телиться — я вас самих туда закрою! — рявкнул Минь Чжунфан.

Его бесило, что эти идиоты воротят нос в такой критический момент. С самого начала не стоило связываться с этой швалью. Пока связанных девчонок одну за другой заталкивали в зловонную яму, Чжунфан выбежал во двор и яростно ткнул пальцем в сторону сваленного на кирпичах девичьего тела — то ли живого, то ли мертвого.

— Эй, Цзи Минци! Окосел, что ли? Тащи ее в канаву, живо!

Цзи Минци недовольно поморщился, но спорить не стал. Нехотя подойдя к телу, он ухватил несчастную за штанины и поволок к полю. Добравшись до заросшего сорняками сточного рва, он брезгливо разжал пальцы и опустил взгляд. Одежда девчонки сбилась в грязный ком, руки были сплошь покрыты глубокими ссадинами от острых камней.

На секунду ему показалось, что стоит что-то сказать, но он передумал. Спихнув девчонку ближе к грязному стоку, он брезгливо отряхнул ладони и зашагал обратно.

— Всё, уходим, — скомандовал Минь Чжунфан, завидев возвращающегося подельника.

Остальные как раз закончили водружать тяжелый чан на место. Машину перегнать они уже не успевали, поэтому, наскоро рассовав по карманам наличку, банда скользнула по узкой тропке за полуразрушенным домом, растворяясь среди заросших травой могильных холмов старого кладбища.

Дикие голуби с шумом проносились над полем, садясь на взрыхленную землю в поисках оброненного зерна. Мутная жижа медленно сочилась из ржавого раструба трубы, пачкая щеку лежащей внизу девушки грязным потеком. Ее веки дрогнули. Она с трудом приоткрыла глаза, но мир расплывался перед ней — сквозь пелену слез и грязи не удавалось различить ничего, кроме смутных серых силуэтов.

Она жадно ловила губами падающие сверху капли грязной воды. Стоило влаге коснуться потрескавшейся кожи, как затуманенный разум начал медленно проясняться. Ноги онемели начисто — она их просто не чувствовала. Превозмогая слабость, девушка потянулась к карману куртки, нащупывая крошечный леденец.

Пальцы наткнулись на шуршащий фантик.

«Слава богу... цела», — промелькнула слабая мысль.

Вцепившись мертвой хваткой в жесткие стебли сорняков, она попыталась подтянуться вперед. Все ее усилия ушли на то, чтобы просто перевернуться со спины на живот.

Испуганные возней птицы с хлопаньем взмыли в небо. Ослабевшие руки не слушались, запястья ломило от боли. Тогда она в отчаянии впилась зубами в сорняки, вонзила израненные пальцы в податливую грязь и, налегая на локти, упрямо поползла вперед.

Сантиметр за сантиметром, превозмогая адскую боль, она упорно двигалась к спасению.

— Разве деревню Верхняя Тан раньше не проверяли? — У Юй вел машину по ухабистой грунтовке, бросив беглый взгляд в зеркало заднего вида.

— Проверяли... вроде бы, — неуверенно отозвался один из местных патрульных с заднего сиденья. — Точно должны были.

— «Вроде бы»? Вы даже этого точно сказать не можете? — У Юй помрачнел, его обычно добродушный голос зазвучал непривычно жестко.

— Виноваты, — патрульный виновато опустил глаза. — Наша оплошность, товарищ офицер. Такого больше не повторится.

— Нам туда, — сидевший рядом оперативник указал на темнеющий вдали перелесок. — Поворачиваем налево на просеку, а там еще пару километров — и будет Верхняя Тан.

У Юй проследил за его жестом. Густые заросли и безлюдная глушь — идеальное гнездо для ублюдков всех мастей.

Машина плавно съехала на затененную деревьями просеку. Преодолев лесной участок, они выкатились на заросший бурьяном пустырь, за которым виднелись редкие серые крыши заброшенных мазанок. Дорога сужалась на глазах, превращаясь в едва заметную тропку. Чтобы не увязнуть намертво, У Юй заглушил мотор и скомандовал пеший ход.

В деревне доживали свой век лишь несколько дряхлых стариков. Сжимая в узловатых пальцах самодельные клюки, они провожали молодых полицейских тусклыми, безучастными взглядами, а завидев, что те идут к ним, робко поднимались с насиженных мест.

— Отец, видел этого человека? — У Юй протянул старику распечатанный портрет подозреваемого.

Тот взял листок дрожащими руками, отодвинул подальше и долго щурился, силясь разобрать черты лица.

— А? Нет, сынок... Не признаю.

— А машину такую здесь не замечал? — У Юй показал фотографию разыскиваемого фургона.

— Что говоришь? — старик приложил ладонь к уху, показывая, что совсем глух.

— Машину! — У Юй сорвал голос, отчаянно жестикулируя. — Говорю, машину вот такую не видел тут?!

— Не-а, — старик безучастно мотнул головой и со вздохом опустился обратно на свое колченогое кресло.

Поняв, что здесь ловить нечего, У Юй двинулся к соседнему дому. Он приоткрыл трухлявую калитку, заросшую колючим кустарником. На пороге сидела древняя старуха. Стоило полицейскому сделать шаг в ее сторону, как она превентивно покачала головой, даже не дождавшись вопроса.

Взгляд У Юя зацепился за ее наряд — необычно новое, расшитое замысловатыми узорами платье. Помедлив секунду, он молча прикрыл калитку и зашагал к следующей избе.

— Надо же, какая модница на старости лет, — удивленно хмыкнул напарник, оглядываясь на покосившийся домишко.

— Она ждет смерти, — негромко произнес У Юй. Перед глазами все еще стоял тусклый, полный вселенского одиночества взор старухи. — Это похоронное платье. Одинокие старики часто загодя примеряют саван, боясь, что когда придет их час, прибрать тело будет некому.

Прожить долгую, полную невзгод жизнь, чтобы на закате дней собственноручно шить себе саван и готовить могилу. Одиночество при рождении, одиночество у края бездны.

Обойдя еще с полдюжины дворов, они наконец наткнулись на мужчину средних лет. Тот долго вертел в руках распечатку, сосредоточенно хмурясь.

— Погоди-ка... Кажется, видел я эту колымагу. Ночью, часа в четыре, вышел во двор до ветру, а по дороге что-то такое проскрипело. Очень похожа.

— Куда поехала? — У Юй, уже потерявший надежду, мгновенно подобрался.

— Туда, в Нижнюю Тан, — мужик указал рукой в сторону низины. — Прямо по этой дороге.

— Спасибо, выручил! — У Юй крепко пожал ему руку.

Обменявшись быстрыми взглядами с напарниками, они почти бегом направились по указанному пути.

У обочины показался покосившийся каменный столбик с выбитым на нем названием: «Нижняя Тан». Сразу за этой вехой дорога пошла среди заброшенных могильных холмов. Вглядываясь вперед через поредевшие заросли, У Юй наконец заметил серый кузов фургона, припаркованного возле полуразрушенных глинобитных построек.

Сердце заколотилось как сумасшедшее. Выхватив мобильный, он дрожащими пальцами зажал кнопку записи голосового сообщения в чат:

[Это У Юй. Мы в деревне Нижняя Тан, обнаружили машину подозреваемых.]

Ответ Лян Тинсуна прилетел мгновенно:

[У Юй, скинь геопозицию. Займите позиции и ждите подкрепления, без глупостей. Второй группе — общий сбор на месте.]

[Принял!]

Отправив координаты, У Юй жестом велел своим укрыться за высоким земляным валом у обочины.

Лян Тинсун вытащил из бардачка синий проблесковый маячок, швырнул его на крышу и закрепил телефон на приборной панели, открывая карту. Мотор взревел.

— Держись крепче, сейчас тряхнет. Будет совсем тошно — открывай окно.

Это последнее, что услышал Сюй Вэйси, прежде чем зажмуриться от бешеной скачки по ухабам.

— Офицер Юй, ну нельзя же так торопить! — эксперт-криминалист развел руками, пытаясь унять мечущуюся по коридору Юй Юань. — Нам нужно время. Любая спешка может испортить результаты экспертизы.

Они находились в одном из боксов больницы Цинчжоу, переоборудованном под временную лабораторию.

— Как тут не торопить, когда мои ребята во главе с шефом сейчас на передовой землю носом роют? — Юй Юань раздраженно фыркнула и в очередной раз уставилась на экран телефона.

Судмедэксперт Лу Цзишан, доставивший образцы для сравнительного анализа, уходить не торопился. Он сидел на хлипком пластиковом стуле у стены и махнул лаборанту рукой:

— Оставь ее, она всё прекрасно понимает. Пусть себе марширует, пар выпустит.

— Ну ладно, — лаборант утер вспотевшую лысину и скрылся за тяжелой дверью лаборатории.

— Слушай, Сяо Лу, как они там? — Юй Юань бессильно опустилась на соседнее сиденье и принялась нервно заламывать пальцы. — Хоть бы нашли девчонок... Хоть бы успели.

— Наш шеф и не из таких передряг выпутывался, — Лу Цзишан скрестил руки на груди, рассеянно разглядывая очередь в коридоре.

Вдруг среди ожидающих промелькнул чей-то силуэт — смутно знакомый, но в то же время чужой. Лу Цзишан решил, что у него двоится в глазах, зажмурился и сильно потер веки. Когда он снова открыл глаза, в коридоре были лишь измученные болезнью люди да спешащие по своим делам врачи. Показалось.

«Совсем с ума схожу от этих круглосуточных дежурств, — уныло подумал он. — Уже призраки мерещатся. Раскроем дело — возьму неделю отгулов и буду спать, пока не опухну».

Минут через сорок на окраину Нижней Тан стянулись основные силы во главе с Лян Тинсуном.

— Шеф, внутри тишина, никакого движения, — доложил У Юй, бесшумно выныривая из-за укрытия.

Лян Тинсун молча кивнул и тут же перешел к делу:

— У Юй, бери троих и заходи с тыла. Остальные — за мной через парадный.

— А я, пожалуй, пройдусь вдоль межи, — Сюй Вэйси лениво поднял руку. — Давненько не бывал на природе.

— Не уходи далеко и держи телефон включенным, — бросил Лян Тинсун. Ему сейчас было не до пререканий с гражданским, так что проще было его отпустить.

У Юй со своей группой быстро растворился в высокой траве, обходя дома сзади. Лян Тинсун с пятью оперативниками двинулся по узкой тропе прямо к центральному входу.

Разыскиваемый фургон сиротливо стоял посреди заросшего сорняками двора. Задние двери были слегка приоткрыты. Лян Тинсун мягко положил ладонь на кобуру, резко рванул створку на себя и мгновенно вскинул пистолет, целясь во тьму кузова.

Внутри было пусто. Ни людей, ни даже крыс.

Держа оружие наготове, он двинулся к дверям дома. Дверь висела на одной петле, оставляя узкую щель. Лян Тинсун сделал короткий жест рукой — бойцы мгновенно рассредоточились по обе стороны от проема.

Обменявшись кивками с шедшим первым штурмовиком, он с силой пнул хлипкое полотно. Оперативники ворвались внутрь, ведя стволами по углам.

Но и здесь их встретила лишь мертвая тишина. Лян Тинсун опустил оружие и огляделся. Нищенская обстановка: разбитая посуда, плетеные корзины, на грязном полу валялось несколько недопитых пластиковых бутылок. В углу высился старый глиняный чан, прикрытый тяжелой деревянной крышкой. Подойдя ближе, Лян Тинсун сдвинул ее в сторону — на него глянуло собственное отражение в мутной воде.

Через мгновение в комнату с шумом завалилась группа зачистки У Юя.

— Мать твою, ушли! — грязно выругался У Юй. Счастье было так близко, а судьба снова подложила им свинью.

Лян Тинсун задумчиво подошел к брошенной бутылке и присел на корточки, потрогав пластик.

— Они ушли буквально перед нашим носом.

Звериное чутье похитителей поражало. Они умудрились скрыться вместе с заложницами прямо во время тотальной полицейской облавы.

— Расширить зону поиска, — приказал он, поднимаясь. — Машину оцепить и не трогать. Раз они на своих двоих, далеко уйти не могли.

Спрятав пистолет в кобуру, Лян Тинсун вышел во двор. Он медленно обошел территорию и застыл перед грудой битого кирпича у забора. На серых обломках темнело несколько бурых пятен. Он присел, осторожно коснулся их пальцем — кровь уже успела свернуться, но была еще совсем свежей.

Девушка выбилась из сил. Кончики ее пальцев превратились в сплошное кровавое месиво от безумных попыток цепляться за сухую землю. Рот забила болотная трава и комья грязи, а губы были иссечены острыми, как лезвия, стеблями осоки.

Она лежала в грязи, чувствуя, как угасает сознание, а тепло медленно, капля за каплей, покидает ее измученное тело.

Единственным утешением было мягкое осеннее солнце, согревавшее ее спину.

Вдруг из придорожного бурьяна бесшумно выскочил рыжий кот и подбежал к ней.

А следом перед ее лицом остановились чистые замшевые туфли.

До ушей донесся чей-то встревоженный голос, но слова расплывались, теряя всякий смысл.

«Ну вот и всё... теперь можно поспать», — подумала она, закрывая глаза.

Лян Тинсун уже достал рацию, чтобы связаться с постами оцепления, как вдруг в кармане зазвонил мобильный. На экране светилось имя Сюй Вэйси.

— Да.

— Лян Тинсун, сюда! Быстрее! — задыхаясь, прокричал Сюй Вэйси. — На поле, прямо перед съездом к мазанкам!

В трубке раздались короткие гудки. Не успел Лян Тинсун сорваться с места, как телефон зазвонил вновь.

— Шеф, пришли результаты ДНК-анализа, — голос Юй Юань на том конце провода дрожал. Сжимая в руках лист бумаги, она бессильно сползла по больничной стене на пол. — Та кровь... она принадлежит Тун Синь.

http://bllate.org/book/36722/4679648