Он опустил взгляд на собственный живот: и правда, казалось, тот стал чуть-чуть округлившимся. Не желая развивать эту мысль дальше, он снова поднял голову, посмотрел на женщину-врача, а затем перевёл взгляд на Элвиса.
— Ты... какого хрена несвязанную чушь несёшь? — голос Чжоу Яня слегка осип. — Я вообще-то мужик, я просто, я просто в последнее время немного раздался...
Врач, казалось, была к этому готова, и её тон остался ровным:
— Вы действительно мужчина. Но и УЗИ, и уровень ХГЧ показывают, что вы и впрямь беременны. Случай редкий, но в медицинской практике не без прецедентов.
Чжоу Янь приоткрыл рот, но не смог произнести ни звука.
Ему хотелось сказать, что это невозможно, что они ошиблись, что он с самого детства дрался, ошивался по барам и был мужественнее кого бы то ни было — как вообще такое могло произойти?
— Я понимаю, что в это трудно поверить, — мягко, с успокаивающими нотками в голосе произнесла врач. — Но судя по снимкам, ваш ребёнок развивается прекрасно. Если хотите, мы можем организовать более детальное обследование, чтобы подтвердить всё наверняка.
Чжоу Янь впился пальцами в диванную подушку.
Он вдруг вспомнил все странности последних дней: постоянную сонливость, головокружение, слабость, тошноту и едва уловимую, глухую тянущую боль глубоко внизу живота.
А ещё ту ночь два месяца назад. Он и Элвис. Разве они тогда предохранялись? Кажется, нет.
После всего он заснул в ванной и даже не помылся...
— Невозможно. Вы ошиблись, вы что, с ума сошли, охерели совсем, охерели, охерели!
Элвис наконец шевельнулся, подошёл и сел рядом с Чжоу Янем на диван.
Врач и ассистентка переглянулись и, благоразумно отойдя на несколько шагов назад, оставили им личное пространство.
Чжоу Янь сидел, опустив голову и уставившись на собственный живот — там, под самой кожей, кто-то рос.
— Идите пока, — наконец заговорил Элвис предельно спокойным голосом. — Завтра я свяжусь с вами насчёт остальных результатов анализов.
Врач кивнула, вместе с ассистенткой собрала вещи и молча вышла.
Когда дверь закрылась, в гостиной воцарилась мёртвая тишина.
Снег за окном шёл всё сильнее, окрашивая весь двор в серо-белые тона, а стрелки антикварных часов на стене тикали деление за делением, их отчётливое «тик-так» ясно отдавалось в ушах.
Чжоу Янь сидел на диване, в голове у него гудело.
Беременен? Он беременен? Какая, к чёрту, сказка на ночь? Только что целая комната людей узнала, чем они занимались с этим книжным червем.
Чжоу Янь резко вскочил на ноги, развернулся, мёртвой хваткой вцепился в воротник Элвиса и выдернул его с дивана.
— Это всё из-за тебя! Ты в ту ночь... почему ты не надел презерватив? Я теперь, я теперь...
Он не мог продолжать. Сама мысль о том, что у него в животе сидит ребёнок, казалась ему до такой степени абсурдной, что произносить это вслух было невыносимо.
Элвис смотрел на него, и его голубые глаза напоминали бездонное озеро:
— Я возьму на себя ответственность. Сначала отпусти, мы...
— Не отпущу!
Чжоу Янь замахнулся и ударил его кулаком, но Элвис перехватил удар на лету — его большая ладонь полностью накрыла кулак Чжоу Яня.
Чжоу Янь попытался ударить второй раз, но его запястье тут же перехватили на полпути.
Пальцы Элвиса сжались на его кости словно тиски, давя с такой силой, что у Чжоу Яня онемело запястье. Он дёргался, но вырваться не смог; попытался ударить ногой, но Элвис ловким движением притянул его к себе, и они оба рухнули на диван.
— Пусти! — Чжоу Янь отчаянно брыкался под ним, пуская в ход и руки, и ноги, но против веса и силы Элвиса поделать ничего не мог. Словно загнанный зверь в ловушке, он не мог сделать и движения.
Элвис смотрел на него сверху вниз:
— Не отпущу. Будешь слишком сильно двигаться — навредишь.
Чжоу Янь тяжело дышал, яростно вперившись в него взглядом.
— Успокойся, и тогда поговорим. Если ребёнок тебе не нужен, я организую операцию.
Чжоу Янь лежал на диване без движения. Уставившись в потолок и тяжело вздымая грудь, он пытался собрать разбегавшиеся мысли в кучу.
Элвис медленно ослабил хватку.
Услышав от врача новость о беременности Чжоу Яня, он сперва испытал шок, сменившийся волной невероятной, ослепительной радости. Ребёнок, чья кровь течёт в его жилах, там, внутри Чжоу Яня — разве это не чудо?
Но мгновение спустя бурные эмоции стремительно улеглись.
Чжоу Янь ни за что не оставит этого ребёнка. Как мужчина может смириться со своей беременностью? Стоит Чжоу Яню прийти в себя от потрясения, первым делом он заставит его связаться с больницей и избавиться от плода.
Он всё понимал. На его месте любой бы не вынес такого.
Элвис ждал приговора от Чжоу Яня, пряча дрожащие руки за спиной, чтобы тот ничего не заметил.
Чжоу Янь вдруг подал голос — тихий настолько, что едва можно было разобрать слова:
— Ты только что сказал — возьмёшь ответственность?
Элвис замер:
— Угу.
— И как же?
Элвис промолчал пару секунд:
— Как ты хочешь, так и возьму.
Чжоу Янь поднял на него глаза — они всё ещё были красными, но былой ярости в них поубавилось.
— Возьмёшь ответственность, — чеканя каждое слово, произнес Чжоу Янь, — и от этого всё случившееся сотрется?
Элвис покачал головой:
— Нет.
— Тогда какого хера ты мелешь?
— Я имею в виду, — Элвис подался ближе к Чжоу Яню, — если ты захочешь оставить этого ребёнка, я буду заботиться о тебе всё время, пока ты его носишь, а потом помогу вырастить. Если не захочешь — свяжусь с больницей, сделаем операцию, и я выхожу тебя, пока не восстановишься. Если тебе покажется, что этого мало — я буду повсюду ходить за тобой и отвечать за тебя до конца жизни.
Чжоу Янь остолбенел. Речи звучали до ужаса приторно и липко.
Он уставился на Элвиса так, будто перед ним стоял помешанный, нёсший бред сумасшедший. Ходить за ним? До конца жизни?
— ...Ты часом не того, в голове переклинило?
— Наверное, — ответил Элвис.
Чжоу Янь умолк, снова опустил голову и принялся разглядывать собственный живот.
Спустя долгое время он вдруг заговорил вновь — голос его звучал глухо, с отчётливыми нотками обиды, которую он, кажется, и сам в себе не замечал:
— Я с самого детства ни от кого такой подставы не получал.
Элвис скосил на него глаза.
Чжоу Янь сидел с поникшей головой, обнажив полоску затылка, а кончики его ушей покраснели до боли. Сжав кулаки и положив их на колени, он побелел костяшками пальцев, а всё его тело было напряжено до предела.
Мысль Элвиса о том, что Чжоу Янь наверняка откажется от ребёнка, внезапно дала трещину — поведение Чжоу Яня напомнило ему ту ночь, когда тот был донельзя неуклюж и неопытен.
— ...Что ты хочешь сказать? — спросил он.
Чжоу Янь: — ...
— ...Ты хочешь, чтобы я нёс ответственность, — произнес он, и это прозвучало не как вопрос.
Уши Чжоу Яня стали ещё багровее. Сверкнув на него глазами и шевельнув губами, он наконец выдавил из себя:
— Я такого не говорил... Дай подумать, дай мне подумать.
Он снова опустил голову, в то время как в его голове творился настоящий кавардак:
— Дай сигарету.
— Сейчас нельзя курить, — остановил его Элвис. — Это вредно для ребенка.
Услышав это, Чжоу Янь почему-то не стал упорствовать.
К интимной близости он относился с крайне консервативными и традиционными взглядами: по его мнению, подобным занимаются только те, кто состоит в романтических отношениях, а раз появился ребёнок — значит, нужно жениться.
Но проблема заключалась в том, какая к чёрту романтика между двумя мужиками, какая нахрен свадьба, если он отродясь не был геем.
Чжоу Янь всегда считал, что залог элементарной порядочности — не спать попало с кем попало, и уж тем более не заводить детей.
Но сейчас он шёл вразрез со всеми своими принципами.
Избавиться от него? А каким бы вырос этот ребёнок?
Чжоу Янь не ненавидел детей. Более того, мысль о том, что рядом будет крутиться живой, активный малыш, чертовски похожий на него самого, которого можно целыми днями тискать, казалась ему весьма забавной.
Он никогда не планировал провести остаток жизни с кем бы то ни было и презирал любые чувства. Избавься он от ребёнка — и родители наверняка станут принуждать его к браку по расчету, заставляя зачать потомка с первой встречной, а уж этого он точно не хотел.
Если родить ребёнка самому, возможно, он обретёт ещё большую свободу и не станет заложником брачных союзов. К тому же, родись у него такой же маленький бунтарь, который сведёт родителей с ума — это же сплошная выгода!
Раз уж отец с матерью не родили ему младшего брата, который наследовал бы семейное дело и присматривал за ним, он сам произведёт на свет наследника и воспитает как надо — сыночек или дочка, неважно, любой сможет продолжить семейное дело.
В конце концов, добро клана Чжоу не должно достаться чужакам.
Чжоу Янь сообразил всё довольно быстро и решил, что родить ребёнка — не такая уж великая проблема.
А вдруг ребёнок окажется весёлым? Вдруг он будет сильно любить отца? Если он сам вырастит малыша, то постарается стать родителем куда более ответственным, чем все те, что ему довелось повидать.
Так почему бы и не родить? В конце концов, денег на содержание ребёнка у него хватит.
— Ладно... пусть рождается, — пробормотал себе под нос Чжоу Янь.
Элвис чётко расслышал эти слова, и ледяной холод в его сердце мгновенно растаял, уступив место ласковому солнцу и легкому ветерку, приятно щекотавшим душу.
Раз Чжоу Янь согласился оставить ребёнка, значит, ему нужен тот, кто возьмет на себя ответственность — это он, конечно же, понимал.
Чжоу Янь презрительно покосился на Элвиса:
— Мой ребёнок, чему ты радуешься?
Элвис с чистой совестью присвоил себе заслуги, сияя от переполнявшего его счастья:
— И мой тоже, я ведь тоже папа этого ребенка. Я помогу тебе взять отгул в университете, завтра мы сделаем ещё одно детальное обследование, и я буду хорошо заботиться о тебе всю беременность.
Фраза «всю беременность» снова вогнала Чжоу Яня в краску, и он отвесил Элвису увесистый тумак.
— Какой ты мне нахрен папа? И смей только заикнуться об этом моим старикам — я знаю, что ты у них вроде шпиона на побегушках, попробуй только сболтнуть лишнего!
Он всё ещё отчётливо помнил, как крепко влетел тогда с Элвисом, оказавшись снизу, да ещё и без презерватива — Чжоу Янь был намерен вернуть этот должок сполна.
Чжоу Янь злобно пригрозил:
— Родится ребёнок — и мы ещё посмотрим, кто кого!
— Бей, я не буду защищаться.
Элвис раз за разом благодарил небеса за то, что этот ребёнок появился на свет.
Наплевав на всё, он подался навстречу ударам Чжоу Яня и полез целоваться, за что закономерно схлопотал смущенно-яростное выражение лица и беспомощные попытки отбиться руками и ногами.
Двум здоровенным мужикам на диване и без того было тесно, а Чжоу Янь вдобавок отчаянно лупил Элвиса, уворачиваясь от поцелуя.
Грозно прикрикнув:
— Ты рехнулся? Совсем трезвый, а всё туда же, лезешь с нападением! Совесть поимей!
Чжоу Янь в очередной раз отчётливо уяснил, что Элвис изменился. Неужели от одной ночи можно повернуться по ориентации?
От таких мыслей сердце едва не выскакивало из груди.
Элвис, несмотря на тумаки, сиял вовсю, довольный и одухотворенный:
— Да не с кем-то другим, а с вторым папой нашего малыша.
http://bllate.org/book/36721/4567699
Готово:
