Готовый перевод The Beauty and Her Baby Caught the Eye of a Tycoon / Малыш, папочка и случайная встреча: Охота на невинного красавца: Глава 6

Он хочет забрать Цзюцзю?

А те сто тысяч чаевых — это что значит? Вдруг проснулась совесть и он решил выплатить алименты за три года?

Ттушка Хэ закончила упаковывать букет, собранный сегодня утром, и произнесла: Вэньцзюнь, побудь в лавке, я схожу доставлю заказ.

Чжу Вэньцзюнь опомнился и опустил цветочные ножницы: Ттушка Хэ, давайте я схожу.

Ттушка Хэ отмахнулась: Ничего страшного, заказ здесь неподалеку, я на велосипеде быстро доеду, много времени это не займет.

Ттушка Хэ, неспешно напевая, ушла вместе с букетом. Чжу Вэньцзюнь некоторое время сидел в задумчивости, затем снова устроился за деревянным столом у окна и, опустив голову, принялся подрезать стебли цветов.

С края деревянного подоконника свисали плети зеленого эпипремнума, его густые листья выглядели очень ухоженными, а в стоящей рядом стеклянной вазе красовались яркие, дерзкие розы, подчеркивавшие его тонкое и мягкое лицо.

Проходившие мимо офисные работники, засмотревшись на него, то и дело натыкались на других прохожих. Чжу Вэньцзюнь, погруженный в свое дело, этого совершенно не замечал.

Дзинь-динь —

Раздался звонкий звук колокольчика, возвещавший о приходе клиента.

Чжу Вэньцзюнь, осторожно удалявший увядшие лепестки, вздрогнул от неожиданного звона, и его локоть задел лежавшие на краю стола ножницы. Инструмент с грохотом упал на пол.

Он машинально наклонился, чтобы поднять их, и в тот момент, когда его пальцы коснулись металла, в поле зрения попали черные кожаные туфли.

Из-под узких брючин костюма виднелись щиколотки, обтянутые тонкими черными носками, а затем — пара безупречно сшитых итальянских туфель ручной работы. Лаконичные линии, начищенная до блеска поверхность, на которой не было ни пылинки — все это выдавало в обладателе человека, привыкшего занимать высокое положение.

— Здравствуйте.

Чжу Вэньцзюнь внезапно застыл, его спина напряглась, словно натянутая тетива.

Сверху донесся вежливый, неспешный голос.

— Я хотел бы купить букет.

Вчерашний глубокий голос, звучавший совсем рядом с его ухом, снова отозвался эхом.

Глава 5: Противостояние

Пальцы, сжимавшие ножницы, побелели. Чжу Вэньцзюнь, сдерживая себя, медленно перевел взгляд вверх.

Дорогая ткань строгих брюк, тонкий черный свитер с высоким горлом, плотно облегающий широкие плечи — мужчина стоял спиной к свету, и его высокий силуэт отбрасывал тяжелую тень, давившую своей мощью.

Чжу Вэньцзюнь медленно выпрямился, наконец разглядев незнакомца в полный рост.

Это было невероятно красивое лицо: типичные черты западного типа, резкие, агрессивные контуры. Под густыми темными бровями пара серо-голубых глаз, словно неживые стеклянные шарики, смотрела прямо на него.

Чжу Вэньцзюнь ощутил иррациональный страх, будто его загнал в угол огромный питон. Волосы на загривке встали дыбом, но он изо всех сил старался сохранить спокойствие. Положив ножницы на стол, он сделал шаг назад и невозмутимо спросил: Какие цветы вы хотите купить?

Он был уверен, что хорошо скрыл свою настороженность, но плотно сжатые губы выдали его с головой.

Красивые, полные губы, слегка покрасневшие и влажные, на мгновение привлекли взгляд мужчины.

Тот вежливо ответил: Любой красивый букет подойдет.

Он говорил с необычной ритмикой, похожей на то, как иностранцы читают стихи. Чжу Вэньцзюнь слегка поджал пальцы и спросил: Вы покупаете для своей супруги?

— Это для моей матери. Она заболела, и я хочу навестить ее с цветами.

Столкнувшись с прямолинейным вопросом, мужчина, похоже, не счел его оскорбительным и учтиво ответил: У меня нет супруги.

Чжу Вэньцзюнь на мгновение замолчал, отошел в сторону и принялся предлагать варианты: В таких случаях, как посещение пожилых людей, обычно дарят белые лилии. Желтые розы, эустомы и гвоздики также несут пожелание скорейшего выздоровления, к тому же они ярче, так что это тоже отличный выбор.

Собеседник внимательно дослушал, немного подумал и сделал выбор: Пусть будет эустома. Вы не могли бы собрать букет для меня?

Чжу Вэньцзюнь помедлил: Хорошо.

Он взял несколько веточек бледно-зеленой и кремово-белой эустомы, добавил для украшения листву ивы и злаки. Его длинные пальцы, похожие на белую яшму, ловко порхали над цветами, и смотреть на этот процесс было одно удовольствие.

Букет был готов. Чжу Вэньцзюнь взял изящную карточку с пожеланием скорейшего выздоровления и ловко прикрепил её к мятно-зеленой упаковочной бумаге.

Даже низко опустив голову, он чувствовал на себе тяжелый взгляд.

— Готово.

Чжу Вэньцзюнь поднял лицо, держа букет из эустом, и как можно мягче произнес: Посмотрите, нужно ли что-то изменить?

— Нет, — мужчина мельком взглянул на цветы. — Очень красиво.

Чжу Вэньцзюнь протянул букет и пододвинул табличку с QR-кодом для оплаты: Оплата здесь, с вас восемьдесят восемь юаней.

Мужчина отсканировал код, расплатился, принял букет, поблагодарил и повернулся, собираясь уйти.

Расстояние между ними увеличивалось. В тот момент, когда мужчина уже готов был переступить порог, Чжу Вэньцзюнь не выдержал и окликнул его: Господин Шан.

Черные туфли остановились перед входом. Мужчина слегка обернулся и посмотрел на Чжу Вэньцзюня, безмолвно принимая это обращение.

Чжу Вэньцзюнь сказал: Я хочу вернуть вам вчерашние чаевые.

Господин Шан с любопытством спросил: Почему?

Почему?

От этого встречного вопроса Чжу Вэньцзюня чуть не пробрало на нервный смех. Забыв о своей обычной вежливости, он жестко ответил: Без причины я не могу их принять, мой коктейль столько не стоит.

Господин Шан слегка приподнял бровь: А если я скажу, что стоит?

Чжу Вэньцзюнь не выносил этих игр в кошки-мышки. Он сделал широкий шаг к господину Шану, его голос дрожал от напряжения: Не нужно прикидываться дурачком. Вчера, когда Цзюцзю шла из школы, ваша машина все время ехала за нами, вечером вы преследовали меня до бара и ни с того ни с сего дали такие щедрые чаевые. Чего вы добиваетесь?

— Вэньцзюнь.

Господин Шан смотрел на него своими глубокими серо-голубыми глазами и мягко произнес это имя, в его голосе сквозила странная, тихая жалость.

— Твоя мать скончалась, когда тебе было семь лет, отец попал в тюрьму за причинение тяжких телесных повреждений. Тебя вырастила сестра, ты поступил в университет на грант. Три года назад ты подал заявление об академическом отпуске, забрал Цзюцзю и переехал на улицу Ланьси, 206. Помимо заботы о ребенке, ты днем работаешь в цветочном магазине, а ночью в «Ночной Звезде» до самого рассвета, у тебя почти нет свободного времени.

— За эти годы тебе пришлось нелегко, верно?

Зрачки Чжу Вэньцзюня задрожали, в них отразились страх и неприкрытая настороженность: Вы следили за мной и Цзюцзю?

— Это общедоступная информация, слежкой это не назовешь, — голос господина Шана звучал легко. — В жилах Цзюцзю течет половина моей крови, я не могу игнорировать её или тебя.

Даже несмотря на то, что у него уже были подозрения, услышать это вживую было подобно удару грома.

Чжу Вэньцзюнь едва устоял на ногах. Сжав кулаки, он посмотрел на мужчину и твердо, по слогам, отчеканил: Я не знаю, о чем вы говорите. Цзюцзю — мой ребенок.

Шан Юй не отступал: Ты провел все студенческие годы между учебой и подработками, откуда у тебя могла взяться Цзюцзю? Это твоя сестра, Чжу Ся...

При упоминании этого имени глаза Чжу Вэньцзюня покраснели, и он яростно уставился на мужчину: У тебя еще хватает наглости говорить о моей сестре?

Он произнес это имя так отстраненно, таким казенным и холодным тоном, словно речь шла о совершенно постороннем человеке.

Взгляд мужчины оставался невозмутимым.

Гнев, клокотавший в груди Чжу Вэньцзюня, вспыхнул с новой силой. Не в силах больше себя контролировать, он сделал шаг вперед и вцепился в воротник господина Шана.

Его костяшки побелели от напряжения. Он яростно закричал: Где ты был, когда моя сестра от низкого уровня сахара в крови падала в обморок, и прохожие везли её в больницу? Где ты был, когда у неё при родах началось кровотечение? Цзюцзю уже три года, и ты вдруг прозрел? Вспомнил, что у тебя есть ребенок, и решил появиться? Думаешь, можешь откупиться деньгами и забрать Цзюцзю?

Мужчина едва заметно вздрогнул, и до него, наконец, что-то дошло: Ты так обо мне думаешь? Думаешь, что я...

— А как я должен о тебе думать? Как?! Ты просто эгоистичный отец, который бежит от ответственности!

Чжу Вэньцзюнь дрожал от ярости, кончик его носа почти касался лица мужчины, а в голосе слышалось нескрываемое бешенство: Ты знал о существовании Цзюцзю, но три года не проявлял никакого интереса! А теперь, когда захотелось, ты пришел забрать ребенка? Думаешь, если ты биологический отец, то можешь просто так забрать её? Мечтай! Цзюцзю не носит фамилию Шан, она записана на мое имя, и с тобой её ничего не связывает!

— Постой, давай проясним одну вещь, — мужчина поднял ладони в жесте сдачи. — Существование Цзюцзю действительно не имеет ко мне никакого отношения.

Чжу Вэньцзюнь, охваченный гневом, чуть не разорвал воротник господина Шана: Ты считаешь, что Цзюцзю — это ошибка только моей сестры?! Да, она была неправа, её ошибка была в том, что она связалась с тобой, что была слишком глупой и, зная, что ты ушел, все равно решила родить! Но ты? Где твоя совесть? Как у тебя хватило жестокости поступить так?! Моя сестра... она же так боялась боли...

К концу фразы глаза Чжу Вэньцзюня наполнились слезами, голос дрожал, и он почти рыдал.

— Я...

Взгляд господина Шана, до этого остававшийся спокойным, слегка дрогнул. Он протянул руку, чтобы стереть слезы со щеки Чжу Вэньцзюня, но тот с яростью оттолкнул его руку.

— Я знаю, что ты влиятельный человек, я видел, как твои телохранители учили людей в переулке за «Ночной Звездой».

Чжу Вэньцзюнь отступил на шаг, глядя на мужчину с острой ненавистью: Какими бы ни были твои цели, даже если ты биологический отец Цзюцзю, я не позволю тебе забрать её и растить в такой обстановке.

Господин Шан ответил: Если я захочу, чтобы Цзюцзю забрали, ты меня не остановишь.

Чжу Вэньцзюнь стоял у края стола, крепко сжимая серебряные цветочные ножницы, и упрямо не отступал ни на шаг: Тогда попробуй.

Атмосфера накалилась до предела. У Чжу Вэньцзюня дрожали запястья. Господин Шан тихо вздохнул, и в его голосе проскользнули примирительные нотки: Вэньцзюнь, не нужно так нервничать. У меня нет дурных намерений, и я совсем не тот человек, за которого ты меня принимаешь...

http://bllate.org/book/36714/4566636