Готовый перевод My Days in the Village / Сельский роман: Игры в любовь: Глава 3

Чи Фан битых полдня пытался разобраться, как пользоваться горячей водой, но в конце концов окончательно потерял терпение, закаленный и несгибаемый, с головой окатился ледяной водой и натянул какую-то случайную пижаму.

Наступила ночь, и комары начали слет.

Сегодня была очередь дежурить у деревенского документооборота — писаря Цай Даюна. Он специально зашел к Чи Фану, чтобы зажечь спираль от комаров. Чи Фан не выносил запах старых спиралей, так что Цай Даюн даже сбегал домой и принес электрофумигатор с жидкостью. Раз человек проявил такую заботу, Учителю Чи стало неудобно больше качать права, и он, через силу погасив свет, лег спать. Поскольку дежурную комнату отдали Чи Фану, Цай Даюну пришлось ночевать в кресле-качалке в канцелярии, так что даже когда среди ночи Чи Фан просыпался от нашествия комаров по всей комнате, он снова и снова терпел и не шел жаловаться на соседа.

Хотя Учитель Чи вроде бы утих, Цай Даюна все равно разбудил телефонный звонок. Неподалеку от комитета, на меже между полями, кто-то снова жгал солому, и воздух наполнился гарью. Цай Даюн оседлал электроскутер и собрался ехать наводить порядок, а Чи Фан в комнате задохнулся от дыма, решив, что начался пожар, и выскожал на улицу в шлепанцах.

— Что здесь происходит?

— Учитель Чи, это всё те же люди жгут траву, сколько им ни говори — не слушают! Мы с деревенскими едем их останавливать, выручайте, приглядите за дежурным телефоном!

Цай Даюн со свистом умчался прочь. Чи Фан глянул на телефон — час ночи. Эти люди вообще не спят?

Как он одурманенный добрался обратно до постели и как сомкнул глаза, он уже не помнил. Во всяком случае, на следующий день рано утром Чи Фан проснулся от грохота стройки. Было еще далеко до установленного будильника, а на противоположной стороне, на строительной площадке нового деревенского комитета, уже вовсю кипела бурная работа.

Каждый из сотрудников, приходивших на службу один за другим, прочувствовал всю тяжесть мрачного настроения Учителя Чи.

Суммарное время его урывчатого сна за предыдущую ночь вряд ли дотягивало даже до двух часов, а красные припухлости тут и там на теле были лучшим доказательством пиршества ночных комаров. Чи Фан маялся от тоски и отчаянно хотел кому-нибудь излить душу, но, перелистав всю телефонную книгу, не нашел ни единого близкого друга. Он только что закончил предыдущие отношения, так что постоянной жилетки для эмоций временно не имел, и Чи Фан смог отправить Го Вэю лишь полушутливое-полусерьезное сообщение:

«Ты меня подставил, я теперь могу вернуться назад?»

Минусов через десять пришел ответ:

«Только попробуй меня подставить! Все списки уже вывесили на общее обозрение с живыми красными печатями, посмеешь вернуться — ноги переломаю!!! [анимированный смайлик]»

Чи Фан заглянул в моменты жизни Го Вэя: три поста подряд пестрели отчетами о путешествиях — сине-голубая морская гладь, захватывающий параплан и огромные омары толщиной с руку.

Чи Фан погасил экран телефона, и сердце его превратилось в заброшенный колодец.

Глава 3. Играем в баскетбол вместе

В качестве культурного наставника проведение лекций было базовым навыком, и первой задачей по прибытии для Чи Фана стало проведение культурно-просветительской лекции для сельчан в субботу во второй половине дня.

Уведомление вывесили на доске объявлений комитета, в деревенском чате тоже устроили мощную перекличку, и к субботе Дом культуры был битком набит битком сидящими людьми. Чи Фан подготовил презентацию на славу, подобрав именно те примеры, которые искренне интересовали народ, а также предусмотрел интерактивную часть — за правильный ответ дарили небольшой ручной вентилятор.

После лекции простые деревенские жители мгновенно прониклись симпатией к новоприбывшему Чи Фану и наперебой рассыпались в похвалах: мол, и работник Учитель Чи замечательный, и собой хорош, и улыбка у него такая приветливая. У кого в семье росли дочки на выданье, те и вовсе засуетились, поочередно расспрашивая Цай Фэйфэн.

За эти дни Цай Фэйфэн тоже в общих чертах раскусила характер Чи Фана. Этот городской парень оказался на редкость капризным: в общежитии ему жить не привычно, в еде он переборчив — если блюдо не по вкусу, скорее останется голодным, да и деревенским туалетом Учитель Чи почти не пользуется, ездит на машине в общественный туалет у Дома культуры, потому что там есть двери. У Чи Фана запросы высокие, простые девчонки из Деревни Цзяньюнь ему точно не подойдут, а вот если кто из зажиточных семейстей — тут еще можно попытаться посватать, правда, придется подождать, пока пройдет побольше времени.

Цай Фэйфэн строила такие планы, однако у самого Чи Фана и в мыслях не было заводить девушку в Деревне Цзяньюнь. Во-первых, в деревне язык без костей, и если он действительно что-то закрутит с чьей-то дочкой, то, боюсь, его силой заставят на ней жениться. Во-вторых, перед окончанием командировки школа пришлет комиссию с проверкой: хоть он и любитель погулять, но у него хватит ума не губить собственное будущее. В-третьих, Чи Фан уже положил глаз на Сюй Цинъюаня. У Учителя Чи была четкая цель: раз уж рисковать ради развлечений, то только ради столь безупречного экземпляра.

Здесь и так находиться — уже сплошное унижение, а он всего лишь заглядывается на женатого мужчину, к тому же, судя по всему, имеющего проблемы в отношениях со второй половинкой. Потратить на это время вряд ли можно считать большим грехом.

Позади Дома культуры располагалась баскетбольная площадка. Ближе к вечеру, после ужина, многие приходили сюда покидать мяч, и Сюй Цинъюань был среди них. Его какое-то время не было видно, и когда люди заметили его появление, то закричали, что король площадки вернулся, требуя немедленно разминаться и выходить на поле.

Едва отыграли половину тайма, как появился еще один человек — новая «звезда» деревни, Чи Фан.

— Я могу присоединиться? — с улыбкой поинтересовался Чи Фан, обведя всех взглядом, и слегка удивился: — Ого, босс Сюй, вы тоже здесь? Какое совпадение.

Никакого совпадения тут не было. Чи Фан увидел в ленте у Цай Даюна фотографии, которые тот выложил: на них красовался культурный центр Деревни Цзяньюнь, где кто-то танцевал под музыку из вомбатов, кто-то смотрел кино под открытым небом, многократно демонстрируя яркую культурную жизнь сельчан. Подпись гласила: прогулялся после ужина, все счастливы, и мне радостно [улыбка] [улыбка]. На одной из фотографий мелькнула фигура играющего в баскетбол Сюй Цинъюаня. Почуявший запах мяса лис Чи Фан тут же переоделся в спортивный костюм и поспешил устроить случайную встречу.

Сюй Цинъюань придерживал мяч одной рукой и с улыбкой ответил:

— Да, действительно совпадение. Учитель Чи, не хочешь в мою команду?

— О большем и не мечтал.

Чи Фан в свое время тоже гремел на школьной баскетбольной площадке, и в одной команде с Сюй Цинъюанем они быстро стали идеальным тандемом: один подбирал мячи, другой бросал, раз за разом зарабатывая очки для команды. Чи Фан двигался проворно, лучше всего ему удавалось вести мяч в обвод соперника и совершать бросок в три шага, а Сюй Цинъюань обладал мощнейшим взрывным ускорением и накрывал чужие броски жестко, точно и молниеносно, внушая неподдельный ужас. Счет стремительно перестал вызывать интригу, из-за чего остальные стали наперебой протестовать: так не пойдет, нельзя вам вдвоем быть в одной команде, иначе как играть?

Сюй Цинъюань и Чи Фан, перекидывавшие друг другу мяч, услышав это, остановились и переглянулись. Чи Фан с наигранной гримасой оскалил зубы и развел руками:

— Босс Сюй, глас народа — закон, придется мне тебя «предать».

Сюй Цинъюань прижал мяч к груди и кивнул:

— Противником быть, пожалуй, даже интереснее.

Начался новый розыгрыш мяча. Благодаря превосходной прыгучести Сюй Цинъюань перехватил инициативу, в прыжке молниеносно отправив мяч вперед и обеспечив своей команде преимущество. Одержимый жаждой победы Чи Фан вихрем бросился на перехват, пригнулся, загреб рукой и запросто увел мяч у товарища по команде соперника. Завладев мячом, он сметущим все на своем пути напором рванул к кольцу. Двое-трое противников бросились наперерез, пытаясь перекрыть дорогу, но Чи Фан резко отпрыгнул назад, намереваясь изменить угол атаки, и только занес руку, как мощнейший удар сверху вниз безжалостно сбил мяч — это Сюй Цинъюань накрыл его бросок со спины.

— А-Юань, красавчик!

— А-Юань, ты мой бог!

Вражеский лагерь ликовал, а товарищи по команде Чи Фана выцарапали мяч в суматохе, и Учитель Чи закричал на бегу:

— Пасуйте мне, быстрее пасуйте!

Одержимый жаждой победы по самое не хочу, Чи Фан во что бы то ни стало решил отыграться. Мяч снова вернулся к нему, и он со звериным выражением лица вновь ринулся под кольцо, где его во второй преградила высокая фигура Сюй Цинъюаня. Чи Фан был чуть ниже ростом и вел мяч в полуприседе, из-за чего Сюй Цинъюань казался несокрушимой, непоколебимой горой. Его руки были длинными, и снизу казалось, что кольцо надежно спрятано за его ладонями и заслонено так, что его почти не разглядеть.

Вероятность промаха при броске через силу была крайне высока, но Учитель Чи как раз из тех, кто пойдет напролом.

Чи Фан взмыл вверх — прыгучесть у него тоже была неплохой, к тому же он сделал бросок с отклонением назад, что легко могло запутать соперника. И действительно, на этот раз Сюй Цинъюань не смог чисто заблокировать его удар. Однако Чи Фан бросал вслепую, полагаясь лишь на слепую удачу, поэтому мяч в итоге ударился о дужку кольца, взлетел вверх и неудачно улетел в сторону.

Очков заработать не удалось, да вдобавок из-за неустойчивости броска с отклонением Чи Фан шлепнулся на землю. Остальные гурьбой бросились отвоевывать мяч, и только один человек остался на месте. Сюй Цинъюань протянул руку лежащему на земле Чи Фану:

— Все в порядке, Учитель Чи?

Чи Фан сидел на земле, уперевшись обеими руками по бокам, тяжело дыша, посмотрел на Сюй Цинъюаня и с усмешкой произнес:

— Тебе трудно было мне поддаться, да?

Притвориться бедняжкой не вышло, а в голосе проскользнули капризные нотки. Сюй Цинъюань присел на корточки:

— Ладно, следующий мяч твой.

Только тогда Чи Фан вложил свою руку в его ладонь:

— Хе-хе, то-то же.

Тот рывком поднял его на ноги.

Матч закончился победой команды Чи Фана, народ стал постепенно расходиться. Чи Фан, изнывая от жажды, повсюду искал воду, а с тела валил жаркий пар. Он, похоже, ужасно не выносил духоту, и Сюй Цинъюань, заметив, что у того нет с собой воды, достал из рюкзака прозрачную флягу. Правда, он немного сомневался, не побрезгует ли Чи Фан.

Каково же было его удивление, когда Учитель Чи при виде фляги чуть не задохнулся от восторга:

— Босс Сюй, не побрезгуй, угости водой, умираю от жажды!

Сюй Цинъюань протянул ее:

— Пей.

— Спасибочки!

Чи Фан открутил крышку, вцепился зубами в силиконовую трубочку и принялся жадно глотать воду. Он пил и шумно отдувался носом, лицо раскраснелось от жары, по челке струйками стекал пот, а кадык ходил вверх-вниз при каждом глотке. Чи Фан с лукавой улыбкой бросил взгляд на Сюй Цинъюаня, прикусил зубами солопку и одарил того озорной улыбкой.

Он словно заявлял о своей недавней победе или выражал еще что-то неуловимое.

Сюй Цинъюань молча наклонился, чтобы поправить рюкзак.

— В следующий раз я тебе уже не поддамся, — произнес он.

Обратно они шли вместе какое-то расстояние. Под ночным небом Чи Фан тяжело вздыхал: опять идти кормить комаров, вся кровь скоро вытечет.

Сюй Цинъюань спросил, что случилось. Чи Фан протянул ему руку: смотри, одни комариные укусы, комары в деревенском общежитии просто ядовитые.

На белой коже красные точки от укусов выглядели пугающе отчетливо.

— Ты спираль не зажигал?

— Не люблю этот запах.

— Купи полог от комаров, повесь.

— Да ну, душно, — уныло протянул Чи Фан. — Сегодня вот в баскетбол поиграл, может, хоть немного устану, надеюсь уснуть пораньше. Знаешь, я на этой неделе почти каждую ночь толком не спал, так дело пойдет — придется идти в медпункт за успокоительным.

— Это комары искусали?

— Не только! Эх, долго рассказывать... Говорят, в сентябре сможем переехать в новое здание комитета, но мне кажется, я до этого времени не доживу, помру от хронического недосыпа.

http://bllate.org/book/36702/4564980