Готовый перевод Broke CEO Adopts Me as His Chef / Банкрот на кухне: личный повар для капризного босса: Глава 6

Ладно, пусть всё это съест Пу Цзан.

Думая так, он почему-то почувствовал недоброе предчувствие на душе.

С чего бы у него возникло такое предчувствие?

Он медленно перевёл взгляд на другую кастрюлю.

Яйца обуглились настолько, что их прежний вид уже невозможно было разобрать, но в памяти Янь Миншу всё ещё свежо стояло то отвратительное зрелище, когда из них только что вытекал желток.

Он долго смотрел на эти два яйца, после чего молча переложил их оба на тарелку, предназначенную для Пу Цзана.

Что касается стейка… если срезать подгоревшие дочерна места, должно быть, еще удастся его спасти.

Янь Миншу взял нож, пытаясь срезать обуглившиеся участки стейка.

Но придерживая стейк одной рукой и разрезая ножом другой, он, едва надрезав небольшой кусочек, заметил волокна мяса, которые пересохли и огрубели от слишком долгой жарки.

Уже по одному их виду можно было понять, насколько тяжело это будет прожевать.

Ладно.

С затаённым чувством вины подумал Янь Миншу — это Пу Цзан тоже съест.

У него самого еще оставались ломтики хлеба.

Сочетание хлеба с маслом, даже если не вкусно, по крайней мере не отвратительно.

Он вытащил загодя поджаренный хлеб.

Масло распределилось неравномерно: в местах, где оно пропитало мякиш, хлеб выглядел тёмно-коричневым, а края, куда масло не попало, тоже обуглились дочерна.

Взгляд Янь Миншу постепенно потускнел. Долго глядя на эти два куска хлеба, он с брезгливостью свалил их оба в тарелку Пу Цзана.

Однако, глядя на эту гору обуглившейся черноты, он и сам уже ни в чём не был уверен.

Хотя Сестрица Цзинь и говорила, что Пу Цзан ест немного, но попробует всего по чуть-чуть, у него же расстройство пищевого поведения, и даже вполне приличную еду он ел с таким трудом. Сможет ли он вообще проглотить такое?

…

А даже если и не сможет, что с того? Не его же это вина.

Он с самого начала предупредил его, что не умеет готовить. Тот сам полез на рожон и стал его третировать, а раз уж начал чинить препятствия, то должен понести хоть какие-то последствия.

Жалко только, что продукты перевёл зря.

Но раз уж всё равно всё испорчено, он сам такое есть не станет. Скажет, что это приготовлено для Пу Цзана: если тот не станет есть, значит, сам продукты и перевёл, и к нему, Янь Миншу, это не имеет никакого отношения.

Янь Миншу быстро успокоил себя.

Чтобы с большей пользой переложить вину за испорченную еду на Пу Цзана, он даже постарался придать этой обуглившейся пище более-менее сносный вид.

В качестве основы он положил куски хлеба, которые обгорели не столь сильно, а сверху громозди1л слоями обуглившиеся стейки и яичницу. Овощи, из которых изначально планировалось сделать салат, решено было не резать: он живописно воткнул их между слоями, маскируя неприглядные места.

Два ломтика хлеба, два куска стейка, два яйца, да еще столько овощей — всё это возвышалось на тарелке внушительной горкой. Опасаясь, что башня развалится, Янь Миншу специально закрепил её шпажкой, затем перелил в чашку подгоревшее молоко и выставил результат своих трудов на обеденный стол.

Окинув творения беглым взглядом после сервировки, он полностью утратил мужество смотреть в глаза результатам собственного труда и решил вернуться в комнату, чтобы успокоиться и всё обдумать.

Только он вышел из столовой, как нос к носу столкнулся с идущим навстречу Пу Цзаном.

Стараясь сохранять невозмутимость, Янь Миншу остановился на месте и сообщил Пу Цзану:

— Господин, завтрак готов.

Сказав это, он мысленно собрался прошмыгнуть мимо, как только Пу Цзан сделает шаг вперед.

Но тот остановился прямо перед ним и посмотрел на него:

— Едим вместе.

Янь Миншу: «…»

Вынужденно вернувшись в столовую, он наблюдал, как Пу Цзан садится за стол и переводит взгляд на высокую горку еды в тарелке.

Судя по всему, под тяжестью взгляда Пу Цзана один из листьев салата соскользнул вниз между кусками стейка.

Этот сорвавшийся листок послужил спусковым крючком: следом рухнула вся конструкция, развалившись прямо на тарелке и обнажив обуглившиеся стейки, яичницу совершенно невообразимого вида, размякшие помидорки черри, из которых выдавило весь сок, и поникшие от остаточного тепла еды листья салата.

Янь Миншу медленно зажмурился, не в силах на это смотреть, и набравшись храбрости, бросил Пу Цзану:

— Всё это ваше. Я только что… уже поел.

Но когда он снова открыл глаза, Пу Цзан уже подцепив вилкой почерневшее до состояния уголька яйцо, без тени смущения отправил его в рот.

По сравнению с тем, как медленно он ел вчера вечером, сейчас он действовал даже быстрее и с куда большим рвением: закинул кусок за щеку, сделал пару яростных жевательных движений и проглотил, в точности уподобившись голодному призраку, наконец-то дорвавшемуся до еды, который уплетает всё подряд в один присест.

В какой-то момент Янь Миншу даже расслышал отчетливый хруст — судя по всему, Пу Цзан раскусил скорлупу, попавшую в яичницу. Однако тот даже не подумал остановиться и продолжал жевать, будто ничего особенного не произошло, проглотив скорлупу заодно со всем остальным.

Обуглившаяся яичница, жесткий до такой степени, что его невозможно было прожевать стейк, увядшая зелень, крошащийся от малейшего нажима горелый хлеб и даже те две кислые помидорки черри — всё это он проткнул вилкой и отправил в желудок.

Поначалу, видя, как тот уплетает яичницу, Янь Миншу думал, что из-за хронического расстройства питания у того просто повреждены вкусовые рецепторы.

Но теперь, глядя, как Пу Цзан подчищает всю еду до последнего кусочка, и вспоминая, с какими мучениями тот ел вчера, Янь Миншу проникся к нему глубочайшим уважением.

Встретить психа с извращенными пищевыми привычками — страшное дело.

Глава 4

Закончив трапезу, Пу Цзан неторопливо отложил столовые приборы и отдал распоряжение:

— Больше не ешь заранее, ешь вместе со мной.

— Сегодняшний обед приготовь и привези в офис, в двенадцать часов за тобой заедет водитель.

С какой стати ему есть вместе с ним? К тому же, разве Сестрица Цзинь не говорила, что обед они всегда едят в офисе и ему не нужно об этом беспокоиться?

Вопросы пронеслись в голове, но задавать он их не стал.

Оба они — простые наемные работники, и подобные расспросы не только выставили бы его ленивым тунеядцем, не желающим добросовестно трудиться, но и подвели бы старшую коллегу Сестрицу Цзинь.

Превозмогая унижение, он ответил:

— Хорошо.

Пу Цзан встал и вышел.

Янь Миншу задержался на мгновение. Оглядев пустую чистую посуду на столе, он сообразил, что вчера забыл уточнить: входит ли поддержание чистоты на кухне в его трудовые обязанности?

Поразмыслив пару секунд, он протянул руку к тарелкам.

Ладно, пусть это будет его бесплатной услугой по уборке.

Но едва он поднял тарелку, как бусины из сандалового дерева на его запястье стукнулись о край стола, издав глуховатый цокающий звук.

Словно на затылке у Пу Цзана выросли глаза, оттуда донеслось:

— Оставь, кто-нибудь уберерет.

Обрадовавшись возможности не утруждать себя лишней работой, Янь Миншу тут же поставил тарелку на место. Убедившись, что Пу Цзан ушел в главную спальню, он поднялся на четвёртый этаж и снова постучал в дверь комнаты Сестрицы Цзинь и Тетушки Ван.

Сестрица Цзинь и Тетушка Ван еще не ушли, но комната уже была идеально убрана, а у порога громоздились три огромных чемодана и два рюкзака, наглухо перекрывая проход.

Увидев Янь Миншу, Тетушка Ван вежливо улыбнулась и окликнула его:

— Ой, это Минмин.

Она наклонилась и отодвинула чемоданы в сторону, освобождая проход, чтобы Янь Миншу мог войти.

Видя, сколько хлопот доставляет, Янь Миншу даже почувствовал себя неловко, но поскольку у него оставались вопросы, он всё же протиснулся между чемоданами, поприветствовал Сестрицу Цзинь с Тетушкой Ван и спросил:

— У господина Пу есть какие-то особые пищевые привычки? Например, он любит вкус сильного зажаристого подгорелого мяса?

Голос Тетушки Ван донесся от порога с оттенком растерянности:

— Вроде бы за ним такого не замечали. Нас ведь нанимали именно для того, чтобы мы готовили, да и как можно подавать на стол работодателю подгорелые продукты?

Янь Миншу, который как раз спалил всё дотла и подал это на стол работодателя: «…»

Сестрица Цзинь, заметив выражение лица Янь Миншу, легко кашлянула, пытаясь сгладить неловкость:

— Впрочем… кто знает? А господин Пу хоть что-нибудь сказал?

Янь Миншу покачал головой:

— Ничего.

Сестрица Цзинь:

— Значит, всё в порядке.

— Он еще велел мне приготовить ему обед и отвезти в офис.

Никогда прежде не сталкивавшаяся с подобным положением дел Сестрица Цзинь на мгновение изумилась, но тут же невозмутимо нашла объяснение:

— Видимо, еда твоего приготовления пришлась господину Пу по вкусу, вот он и хочет распробовать её получше.

Янь Миншу: «…»

Поскольку это именно она вчера сказала Янь Миншу, что днем ему не о чем беспокоиться, Сестрица Цзинь тоже слегка смутилась и утешила его:

— На одного человека готовить несложно, тем более что господин Пу платит щедро, так что на обед можешь состряпать что-нибудь на скорую руку.

Янь Миншу понимал справедливость этих слов — платил Пу Цзан действительно не просто много, а очень много. Только вот реальность расходилась со словами Сестрицы Цзинь, и ему ужасно хотелось докопаться до истинной причины, поэтому он и пришел расспросить их.

Но очевидно, что Сестрица Цзинь была удивлена ничуть не меньше его самого.

Ответа на этот вопрос он так и не получил. Чувствуя легкое разочарование, Янь Миншу, однако, не спешил уходить, намереваясь обратиться за помощью к Сестрице Цзинь и Тетушке Ван, которые явно отлично умели готовить.

В этот момент у Сестрицы Цзинь зазвонил телефон. Приняв вызов, она произнесла в трубку:

— Да, извините за беспокойство, подождите немного, мы… я перезвоню вам чуть позже.

Сообразив, в чем дело, Янь Миншу спросил:

— Что случилось?

— Мы вызывали машину, водитель уже приехал и звонит.

Янь Миншу посторонился:

— Тогда вам лучше поспешить вниз.

Сестрица Цзинь:

— А у тебя еще есть дела? Если хочешь, давай сначала разберем твои вопросы, а потом уже спустимся.

Янь Миншу как раз хотел попросить их показать на практике весь процесс: как регулировать огонь, как определять степень готовности продуктов и сколько добавлять приправ, чтобы не испортить блюдо.

Но всё это требовало времени и сил, а машина для Сестрицы Цзинь и Тетушки Ван уже подъехала…

Он покачал головой:

— Ничего срочного.

Помогнув женщинам спустить чемоданы вниз, он проводил их взглядом.

Взглянув на часы, он с удивлением обнаружил, что на дворе всего лишь около девяти утра.

Встав в семь, он до сих пор ничего не ел.

Может, приготовить себе изысканный и вкусный завтрак, заодно разобравшись, как наконец совладать с этой проклятой кухней, а уже после плотного завтрака заняться обедом для Пу Цзана?

Сказано — сделано.

Янь Миншу вернулся на кухню и распахнул холодильник.

После утреннего фиаско с яичницей ему пока не хотелось смотреть ни на какие жареные блюда, и он решил сварить себе порцию сливочного крем-супа из шампиньонов, а на гарнир сделать картофельное пюре.

Что же до обеда для Пу Цзана, он решил приготовить ему пасту с томатным соусом.

Достав все необходимые ингредиенты, Янь Миншу приступил к предварительной подготовке.

…

В одиннадцать пятьдесят автомобиль водителя въехал во двор и, остановившись, просигналил. Две минуты спустя дверь отворилась.

С легким следом муки на брови, Янь Миншу встретил приехавшего водителя и, чувствуя себя немного не в своей тарелке, провел его внутрь, вынося из кухни приготовленный ланч.

В термопакете лежало три контейнера, выглядевших довольно увесисто.

Он сказал:

— Всё готово, будьте добры, отвезите это господину Пу.

Водитель замялся:

— Господин Пу велел мне забрать и вас тоже, может, поедете со мной?

http://bllate.org/book/36685/4562310