Готовый перевод The Colonel Captured by Tentacles / Пленник щупалец: Полковник Империи: Глава 7

Он не сразу пришел в себя, не в силах вдохнуть. Его лицо залилось краской, и он в какой-то тревоге потянулся рукой к Се Сюню, но, едва коснувшись, вспомнил, что было раньше, и поспешно отдернул ладонь.

Се Сюня это даже разозлило, причем настолько, что он невольно хмыкнул. Он еще не начал сводить с ним счеты, а этот тип уже ломается. Голос его прозвучал довольно резко:

— Не вздумай подохнуть у меня здесь, это создаст массу проблем.

Взгляд существа внезапно утратил осмысленность. Оно поспешно закрыло глаза руками, словно пытаясь обмануть само себя: брат совсем не хочет его видеть.

Но оно очень хотело видеть брата.

Оно подглядывало за Се Сюнем сквозь пальцы, но слезы, переполнявшие глаза, мешали разглядеть выражение лица мужчины.

Дыхание Се Сюня постепенно выровнялось. Он перевел дух, вытер влажную от воды ладонь о простыню и в следующую секунду приставил каменное лезвие к шее существа.

Се Сюнь нахмурился и потребовал:

— Где твои щупальца?

Было заметно, как существо на мгновение опешило. Пальцы медленно сомкнулись, а на бледной шее, среди всхлипов, проступил отчетливый красный след, который выглядел особенно вызывающе.

Се Сюнь молча ждал. Это существо всегда говорило очень медленно и невнятно, иногда его слова и вовсе невозможно было разобрать — будто оно только училось человеческой речи.

Оно постаралось сделать так, чтобы голос звучал максимально естественно, и тихо проговорило:

— …Нету.

— Не вешай мне лапшу на уши, — Се Сюнь приподнял бровь. Он совершенно не понимал уловок этого призрака: к чему все эти слезы?

Се Сюнь решил закончить с этим и убрал нож. Одной рукой он перехватил запястья существа и поднял их над головой, а затем навис сверху, не скрывая раздражения:

— Еще плачешь?

Стоило ему встретиться взглядом с покрасневшими глазами, как он замер. Существо смотрело на него в упор, не отводя глаз ни на дюйм.

Слезы в глазах слились в одну пелену, веки опухли, а из-за легкого румянца на щеках и дорожек влаги казалось, будто его только что сильно обидели. Существо неспешно, без всякого напора позвало:

— Брат.

Се Сюнь редко видел, как люди плачут, а уж таких красивых мужчин, которые рыдают так горестно, точно не встречал. Он невольно задержал на нем взгляд: намокшие ресницы дрожали, а слезы катились по щекам, словно жемчужины.

Он еще не знал, что в некоторых случаях слезы способны решить особые проблемы, а когда узнал — было уже поздно.

Се Сюнь покосился на синий полосатый галстук, лежащий на прикроватной тумбочке, и, потянувшись, подцепил его. Правой рукой он сжал запястья пленника еще крепче.

Существо повело глазами. Подбородок брата был совсем близко, родинка под уголком губ притягивала взгляд, а от самого Се Сюня исходил тонкий аромат Плюща — его любимые феромоны. Оно смотрело на него завороженно.

Его взгляд невольно скользнул по вырезу пижамы Се Сюня. Оно сглотнуло, нервно моргнуло и отвернулось.

Запоздалая застенчивость.

Галстук обмотался вокруг запястий. Существо не понимало, что делает Се Сюнь, и с любопытством смотрело вверх, но даже когда запястья оказались закованы, оно продолжало находить происходящее довольно интересным.

Руки Се Сюня образовали замкнутый круг, словно заключая его в объятия. Если бы оно захотело, брат никуда бы не делся, но… брат дрожал.

Брат… боялся его.

Осознание этого факта не вызвало в нем никаких перемен, лишь взгляд стал более вязким, словно прилипая к Се Сюню.

Оно мечтало подавить в Се Сюне страх перед собой.

Необъяснимый холод нахлынул, подобно приливу. Се Сюнь поднял глаза и увидел, что взгляд существа подернут дымкой.

— …Даже с таким красивым лицом не стоит терять бдительность, — подумал он.

Се Сюнь незаметно вытер ладонь, вспотевшую от напряжения, о пижаму. Тот удар ножом должен был убить кого угодно, но рана существа затянулась идеально, не оставив ни следа, да и его собственная царапина на тыльной стороне ладони зажила сама собой.

Опасное чудовище, бесшумно проникшее в комнату. Се Сюнь попытался взять ситуацию под контроль.

— Хочешь, чтобы я родил тебе ребенка? — намеренно спросил он.

Существо сначала отвело взгляд, избегая прямого контакта, но затем не удержалось и снова украдкой посмотрело на него. Прошло немало времени, прежде чем оно ответило:

— …Не нравится… не буду.

Тогда оно не задумывалось о многом. Оно не знало, откуда это взялось, но испытывало особую любовь к этим белым и круглым штукам. Оно могло отдать их только брату — никого другого оно и представить не могло, да и не желало делиться с кем-то еще.

Инстинктивно оно хотело поместить их в тело брата.

Се Сюнь на мгновение замолчал, крайне недовольный таким ответом, но внешне сохранил невозмутимость:

— Можешь родить.

Глаза существа ярко вспыхнули, но тут же погасли, словно потускневшая жемчужина. Брат обманывает его.

— …Не хочу.

Ответ не входил в планы Се Сюня, но его хватило, чтобы понять характер существа: оно было покладистым, отвечало на любые вопросы и даже не пыталось вырваться.

Галстук оказался бесполезен — сила у существа была огромная, и запястья Се Сюня до сих пор ныли от напряжения. Неужели оно специально притворяется слабым?

Се Сюнь осторожно взял нож. В глазах существа мелькнул призрачный свет, но оно не проявило ни страха, ни сопротивления, совсем не опасаясь, что Се Сюнь может его убить.

Острие ножа откинуло тонкое одеяло, обнажив здоровое, крепкое человеческое тело. Се Сюня переполняли вопросы, но внешне он оставался спокоен. Лезвие уперлось прямо в сердце существа:

— Столько людей вокруг, почему выбрал меня?

Лицо существа и так было красным, так что ничего разобрать было нельзя. Оно открывало и закрывало рот, в его глазах отражался только Се Сюнь. Некоторые вещи не требовали слов — они и так были очевидны.

Се Сюнь онемел. У него и раньше были подобные догадки: с самого начала существо смотрело на него в упор, и, кроме него, в этих глазах были только слезы.

В спальне наступила недолгая тишина. На полу в отдалении дрожал призрачный лунный свет.

Се Сюнь крепче сжал нож, глядя будто бы на существо, но на самом деле — в пустоту, где еще не сформировался четкий ответ.

Как же так? Если это правда, то все поступки существа находят объяснение.

Эмоциональные колебания Се Сюня почти не отражались на лице, но нечеловеческое существо уловило то, что скрывалось внутри. Оно поджало губы, и слезы снова заплясали в глазницах.

В прошлой жизни, когда оно просило полковника съесть свои щупальца, тот смотрел на него с таким же выражением, когда отказывался.

Теперь оно не могло понять: все было иначе, чем тогда, но результат оказался тем же.

Мимикрия разрушилась, пока хозяин не контролировал сознание. Се Сюнь не успел среагировать, как нож уже вошел в грудь существа.

Когда он пришел в себя, половина головы существа была поглощена черной жидкостью, красивые черты лица расплавились. Се Сюнь в ужасе расширил глаза, и по его спине пробежал ледяной холод.

Оно оказалось еще более нечеловеческим, чем он думал.

Се Сюнь схватился за рукоять ножа и ловко спрыгнул с кровати, не сводя глаз с чудовища. Одновременно с беспокойством за собственную жизнь он четко осознал одно: убить его невозможно.

Человек, лежавший на кровати, исчез в мгновение ока, и появившийся из ниоткуда черный комок Медузы бросился наутек. Для него кровать была слишком огромной, и не успело оно далеко уйти, как Се Сюнь, быстро сориентировавшись, подхватил его.

Се Сюнь все еще пребывал в шоке, схватив его чисто на инстинктах.

Он стоял босиком у кровати, не шевелясь. Спустя долгое время он пощупал щупальца Медузы — ладони были в холодном поту.

Щупальца оказались мягкими и холодными, и ужасные воспоминания нахлынули без предупреждения.

Се Сюнь подобрал брошенный галстук и быстро обмотал его вокруг Медузы. Через несколько витков получился довольно нелепый узел, и бедные щупальца оказались связаны вместе.

Се Сюнь небрежно бросил Медузу на кровать и в пару шагов вышел из спальни. Ему сейчас совсем не хотелось, чтобы эта штука оставалась у него в теле.

Осмотревшись, Се Сюнь нашел в мусорном ведре обгрызенный прибор для лечения. На нем виднелись следы от зубов.

Се Сюнь: «…»

Убить бы его…

Навинтив глушитель, Се Сюнь замер перед дверью спальни, колеблясь. Он только что все понял: именно такую Медузу он застрелил в наружном секторе.

Оружие было совершенно бесполезно.

В спальне щупальца просочились сквозь узкие щели в галстуке и с легкостью развязали узел.

Факты доказывали, что полковник не хочет его видеть. Его симпатия снова доставила полковнику неприятности. Ему хотелось спрятаться, ведь если спрятаться, то в следующий раз будет очень трудно встретиться.

Щупальца морщились, выражая недовольство. Они считали, что забрать брата с собой — лучший выбор: брат не пострадает, и оно не станет маленьким. Был лишь один минус: оно не получит любви.

Странное чувство наполнило все тело, оно попыталось проглотить собственную обиду.

Было за четыре утра. Се Сюнь принял быстрый душ, и огромная усталость повлекла его к кровати.

Медуза тихо лежала там. Се Сюнь вытащил из шкафа новое одеяло, плотно завернулся в него, повернувшись спиной к Медузе, и, подумав две секунды, повернулся обратно.

Голос донесся из-под тонкого одеяла, Се Сюнь постарался придать ему суровости:

— Если посмеешь ко мне прикоснуться, тебе конец. Даже плакать не поможет.

Он собирался спать в главной спальне, хотя, если честно, если бы существо действительно что-то задумало, место его сна ничего бы не решило. Он с самого начала был в пассивном положении.

Медуза застыла, Медуза не двигалась, у Медузы выросли фасеточные глаза, которые хлопали, глядя на завернутого в одеяло Се Сюня.

Оно серьезно задумалось: может, стоит сделать что-то хорошее, чтобы поднять полковнику настроение?

Се Сюнь умирал от усталости, но, помня, что рядом лежит что-то нечеловеческое, никак не мог заснуть.

Обычно нечеловеческие существа очень дорожат своими чувствами, и любая мелочь в их глазах разрастается до невероятных размеров. Се Сюнь не помнил, когда и что он успел сделать, хотя еще недавно собирался уничтожить это существо.

Месть была бы самым логичным объяснением.

Неизвестно, от нервов или по другой причине, но Се Сюнь постоянно чувствовал, как что-то внутри него пульсирует, подстраиваясь под ритм его собственного сердца.

Этот жуткий резонанс пугал его. Се Сюнь зарылся головой в подушку, подогнул ноги, прижал руки к животу. Оно пришло ему мстить? Хотя мстить — не то слово, ведь феромонный хаос утих…

Все-таки убить его было бы безопаснее.

Время шло по секундам. Фасеточные глаза хлопали все реже, свет, пробивавшийся сквозь шторы, поглощался черным туманом, и освещение в комнате стало идеальным для сна.

Заметив, что Се Сюнь погрузился в глубокий сон, жидкость соскользнула с кровати, превратилась в комок Медузы чуть больше прежнего и тихо покинула спальню.

Се Сюнь не часто бывал дома, и бытовые роботы требовали команд для работы — сейчас они находились в спящем режиме.

Медуза сначала отправилась в ванную и нашла на раковине пижаму. Она была черной, гладкой и мягкой на ощупь, совсем как его щупальца.

От нее исходил знакомый запах феромонов Плюща — ее самый любимый аромат.

Она склонила голову, рассматривая маленькие круглые черные пуговицы на воротнике — гладкие, красивые, блестящие.

В прошлой жизни полковник однажды подарил ему пуговицу от военного кителя.

Она любила пуговицы.

На одной одежде их так много — если она возьмет одну, никто не должен заметить.

Всего одну.

Она укусила пуговицу, нити легко поддались, и, выплюнув лишние черные нитки, Медуза принялась катать пуговицу во рту.

http://bllate.org/book/36677/4560631