Глава 17. Между братом и сестрой
Сюань Юань тихо рассмеялся. Его младшая сестра всегда была особенной: пока другие прилежно разучивали сложные заклинания, требующие неподвижности, но поражающие воображение своей красотой и разрушительной мощью, она лишь отмахивалась. Её манило фехтование. Хотя, если говорить начистоту, Су Синь просто нравилось взять в руки увесистый клинок и с плеча крушить всё вокруг.
Су Яо нахмурился и холодно оборвал её:
— Младшая сестра Су Синь, мы не у подножия горы, чтобы ты позволяла себе подобную развязность.
Су Синь лишь озорно высунула кончик языка и лукаво прыснула:
— Старший брат Су Яо, ты просто завидуешь, что сам не можешь покапризничать перед братом Сюань Юанем! Хи-хи!
Попав под обстрел чужих догадок, Су Яо густо покраснел и сердито отвернулся:
— Вздор!
Сюань Чжэнь тут же подскочил, услужливо вытягивая руки:
— Иди сюда, милая сестра! Мои рукава к твоим услугам — можешь теребить их сколько душе угодно!
Су Яо покраснел ещё сильнее и был готов взорваться. Сюань Юань, прекрасно знавший, насколько раним и горд брат, поспешил вмешаться, пока дело не дошло до грозы:
— Су Синь, ты ведь обычно и близко к тренировочным мечам подходить не желаешь?
Су Синь смущённо замялась и едва слышно пробормотала:
— Ну... сначала мы ведь не были так близки... Откуда мне было знать, хороши ли ваши навыки? Вдруг слухи о вашем мастерстве — обычное хвастовство...
Сюань Юань со вздохом взъерошил ей волосы. Выходит, те долгие часы, что они провели бок о бок в Книгохранилище, выискивая нужные свитки и споря о высших законах, для неё всё ещё укладывались в понятие «недостаточно знакомы»...
— Значит, теперь ты наконец поверила?
Су Синь изо всех сил закивала с на редкость серьёзным видом:
— Да! Теперь верю безоговорочно!
— Чудесно. Тогда завтра, как только закончатся утренние лекции, будешь тренироваться вместе с нами. — Сюань Юань тепло улыбнулся, лукаво блеснув глазами. — И чур больше не сбегать тайком в Книгохранилище!
Девочка вспыхнула и тут же скорчила уморительно-жалобную гримасу:
— А до каких пор мне придётся махать мечом?
— Подобное не измеряется временем, — Сюань Юань посерьёзнел. — Но если тебе нужен ориентир, то ты должна тренироваться до тех пор, пока разум не перестанет вмешиваться в бой. Твоё тело должно двигаться само, подчиняясь инстинкту.
— О-о-о...
Су Синь, удручённо повесив нос, поплелась обратно к Су Яо в поисках сочувствия.
Сюань Чжэнь перевёл взгляд с рук Сюань Юаня на младшую сестру, которая, судя по её виду, до сих пор не понимала всей серьёзности положения. Поначалу он думал, что из-за юного возраста и недавнего вступления в орден ей можно дать поблажку, но, похоже, пришло время взяться за её обучение всерьёз.
— Младшая сестра Су Синь, как, по-твоему, мы достигли нынешнего мастерства и признания?
Су Синь робко высунула голову из-за плеча Су Яо. Она перевела взгляд с бесстрастного лица брата на мягкую улыбку Сюань Юаня, затем на строгое лицо Сюань Чжэня и неуверенно предположила:
— Упорными тренировками?..
Сюань Чжэнь сначала кивнул, но тут же покачал головой:
— И да, и нет.
Заметив её растерянность, он вздохнул, смягчил тон и заговорил тише:
— Су Синь, подумай хорошенько: ради чего ты пришла в Орден Цюнхуа? Что ты должна делать ради своей цели, и что ты делаешь на самом деле?
Су Синь озадаченно нахмурилась. Какая-то мысль, всегда лежавшая на поверхности, но упорно ею игнорируемая, наконец начала оформляться в её сознании.
Су Яо несильно щелкнул её по лбу, и он посмотрел на неё с теплотой:
— Подумай. Время у тебя есть.
С этими словами он метнул в Сюань Чжэня едва заметный укоризненный взгляд, развернулся, шагнул в сияющий круг переноса и мгновенно растаял в воздухе.
Сюань Чжэнь потёр нос и со вздохом пожаловался стоявшему рядом другу:
— Ну и нрав у твоего братишки! Начал-то ты, а испепеляющий взгляд достался мне. Видел бы ты его сейчас — вылитая наседка, защищающая своего цыплёнка.
Сюань Юань холодно прищурился:
— Сам напросился.
— Эй, ну как можно так жестоко обходиться со старшим братом! Тебе полагалось сказать что-то вроде: «Она просто знает, что ты её защитишь» или «Это ты её разбаловал!» — Сюань Чжэнь забавно округлил глаза, разыгрывая глубокую обиду.
Сюань Юань ответил ему вежливой, но пустой улыбкой:
— Всё потому, что он — мой брат.
Он ступил на плиту круга переноса, но перед самым перемещением вдруг обернулся и с самым заговорщическим видом добавил:
— Кстати, брат Сюань Чжэнь, я бы советовал тебе держать дистанцию с Сюань Хэ. Иначе ты рискуешь так никогда и не дождаться желаемого ответа.
Вспыхнул белый свет, унося Сюань Юаня прочь. Сюань Чжэнь остался стоять в полном одиночестве, в очередной раз размышляя о несправедливости этого мира.
***
Сюань Юань лежал на кровати, глядя сквозь узорчатую деревянную решётку окна. В вышине сияла полная луна, заливая мир таким ярким светом, что ночная тьма казалась прозрачной и невесомой. Возможно, всё дело было в самовнушении, но здесь, в Ордене Цюнхуа, луна всегда казалась больше, ближе и круглее, чем где-либо ещё — словно протяни руку, и коснёшься холодного серебра. Наверное, так и должно быть в месте, что ближе всего подобралось к божественному сиянию Куньлуня и законам Небесного Дао.
За последние дни на них обрушилось слишком многое. В суматохе он держался стойко, но теперь, когда вокруг воцарился покой, а сам он вернулся в тихую, родную обитель, копившиеся внутри горечь, гнев и изнеможение прорвали плотину. Всё это смешалось, превратившись в тяжёлый, удушливый ком в груди. Наверняка Сюань Чжэню сейчас было не легче. Заметив краем глаза слабый отблеск светильника из соседней комнаты, Сюань Юань горько усмехнулся — улыбка вышла болезненной, больше похожей на гримасу сдерживаемых слёз.
Он плакал лишь однажды в жизни — в тот день, когда не стало матери. С тех пор на его глазах не бывало слёз. Слабость ничего не решает, а плач лишь ранит тех, кому ты дорог. К тому же... он ведь старший брат.
Стоило ему вспомнить, как вечно плакавший и ластившийся к нему А-Яо превратился в нынешнего неприступного юношу, как Сюань Юань принимался сомневаться: не упустил ли он что-то в её воспитании? Он не раз обещал себе сменить мягкость на строгость, но всякий раз безвольно сдавался, стоило сестре проявить к нему прежнее детское тепло.
Что же до их так называемого отца... Тот ласковый образ из раннего детства давно стёрся из памяти, вытесненный презрительным взглядом, которым он одарял маленького А-Яо, и звериной яростью, с которой он отталкивал их мать. Тот, кто однажды предал прежнюю жену ради матери Сюань Юаня, точно так же легко выбросил её саму ради следующей страсти. Увы, в то время никто из них этого не понимал. Никому и в голову не могло прийти, что этот человек решится отдать некогда любимую женщину местному градоначальнику — лишь ради того, чтобы расчистить путь к богатству.
Дао Хуань оказался куда проницательнее и жёстче. Он не стал лишать мерзавца жизни, но отнял у него то, что для того было стократ важнее — золото и положение в обществе.
Сюань Юань прижал пальцы к губам. Подушечки были ледяными, и этот холод, казалось, просачивался глубоко в душу, заставляя его улыбаться ещё мрачнее.
"В этом он весь. Мой дорогой старший брат..."
Сюань Юань прекрасно понимал: в отличие от А-Яо, чья холодность была лишь внешней броней, по-настоящему ледяным был он сам, вечно скрывающийся за мягкой улыбкой. Своё тепло он дарил лишь тем немногим, кого впустил в сердце. Раньше это были мать, сестра, Тяньцин и бабушка Юнь. Теперь к ним добавились наставник, старейшины, а также братья и сёстры по ордену.
К слову, о Тяньцине... Обижается ли он до сих пор? Не потому ли упорно обходит Орден Цюнхуа стороной? И где он сейчас?
Сюань Юань закрыл глаза, позволяя себе минутную слабость.
"Впрочем, отсутствие вестей — уже добрая весть."
***
Обучение Су Синь продвигалось на удивление гладко. Девочка, собиравшаяся капризничать и отлынивать от работы при любом удобном случае, мгновенно присмирела, стоило ей увидеть, как преображается Сюань Юань с мечом в руках. От его былой мягкости не осталось и следа; ощутив эту властную ауру, она превратилась в послушного котёнка — ловила каждое слово наставника и занималась с отдачей.
Тай Цин, заглянувший проведать учеников, довольно поглаживал бороду и бормотал себе под нос:
— Надо бы Цзун Ляню посмотреть на это. Пусть поучится, как воспитывать подопечных! Столько лет прожил, а мои ученики справляются с этим куда лучше...
Стоявший неподалёку Сюань Чжэнь, изо всех сил старавшийся казаться невидимым, невольно скривился.
"Старейшина Меча Цзун Лянь, если бы вы только знали, как нещадно вас сейчас критикует глава ордена..."
Стиль Сюань Юаня во многом походил на манеру Тай Цина: те же выверенные, молниеносные движения без единого лишнего взмаха. И всё же между ними было различие. Клинок Сюань Юаня разил с абсолютной, кристально чистой решимостью — в его ударах не было тех сомнений и тяжести раздумий, что неизменно читали в движениях главы ордена.
Су Синь тоже усердно пыталась добиться той же чёткости, однако её атакам катастрофически не хватало мощи. Разозлившись на саму себя, она забросила все заумные тактические схемы и принялась неистово крушить воздух, давая волю своей истинной, буйной натуре. Надо признать, в таком первобытном хаосе убойной силы оказалось куда больше. Хромала лишь точность.
Сюань Юань не стал её ругать. Задумавшись на мгновение, он поднял меч и в точности повторил её дикие, хаотичные выпады.
При первой попытке он допустил шесть неточностей, отчего движения его больше походили на ритуальные пляски, заставив Су Синь покатиться со смеху. Во второй раз он скорректировал движения, убрав лишнее: выпады стали стремительнее, в них уже угадывался уникальный, отточенный рисунок, но основа оставалась прежней, перенятой у младшей сестры. Смех Су Синь мгновенно стих. Она, Сюань Чжэнь и Су Яо заворожённо застыли, не сводя с него глаз.
На третий раз не было допущено ни единой ошибки. Каждый взмах клинка рождал свист рассекаемого воздуха, а связки между приёмами казались настолько плавными, словно эту технику он оттачивал годами, а не разучивал прямо сейчас. На исходе связки Сюань Юань вложил в удар немного внутренней энергии. Веер ослепительных искр брызнул во все стороны, вздымая клубы пыли. Когда земля осела, в радиусе десяти метров вокруг него не осталось ни единой травинки — чистая, выжженная земля, посреди которой стояли лишь он сам, замершие Су Яо и Сюань Чжэнь.
Су Синь округлила глаза, так и замерев с приоткрытым ртом:
— Невероятно!.. Брат! Научи меня! Я хочу уметь так же!
Опомнившись, она подскочила к Сюань Юаню, схватила его за руку и принялась прыгать от восторга, а её щёки пылали румянцем.
Сюань Юань мягко улыбнулся, слегка разводя руками:
— Я ведь для того и показываю.
Су Яо молча вглядывался в лицо брата. Внезапно он нахмурился; он резко развернулся и, крепко сжимая рукоять меча, зашагал прочь. Сюань Чжэнь окинул Сюань Юаня сложным, нечитаемым взглядом и поспешил за ним. Провожая их глазами, Сюань Юань заметно посмурнел.
Су Синь тоже почувствовала, как внезапно похолодел воздух между ними:
— Брат... Мне показалось, или брат Су Яо рассердился?..
Сюань Юань лишь покачал головой и ободряюще коснулся её макушки:
— Потренируйся пока сама. Я пойду поговорю с А-Яо.
Не дожидаясь ответа, он поспешил вслед за ушедшими.
Су Синь тоскливо посмотрела ему вслед и обиженно надула губы:
— Эх... Хоть бы тренировочный клинок оставил...
http://bllate.org/book/36661/4773735
Готово:
