Готовый перевод Passing Yin Yang / Перекресток Инь-Ян: Скрытые нити судьбы: Глава 12

Проходящий Инь-Ян

Издалека донесся звук — шумный, резкий, похожий на женский пронзительный вопль. Сердце Вэй Яна забилось быстрее. Ему казалось, что он уже слышал этот звук. Кем была та кричавшая женщина? Что она пыталась сказать? Постепенно сквозь истеричные вопли проступили две смутные, зыбкие фигуры. Их контуры расплывались и покачивались, разобрать было трудно: казалось, один человек сжимает горло другому. Крики начали прерываться, переходя в предсмертный шепот. Неужели этот женский крик издавала та, кого душили? Зачем нужно было нападать на нее?..

Вэй Ян чувствовал, что должен вмешаться и остановить это, но его ноги будто намертво пригвоздило к земле. Из глубин души поднимался липкий страх — он боялся происходящего перед глазами. Ему следовало бы развернуться и убежать, но в то же время им овладевало жгучее желание шагнуть вперед, попытаться спасти несчастную женщину. Две противоположные эмоции не позволяли ему сдвинуться с места. Он так и застыл, во все глаза уставившись на открывшуюся картину. Словно заметив его взгляд, душивший женщину мужчина резко вскинул голову. То было вовсе не человеческое лицо, а длинная шея хорька. Его голова представляла собой сплошное кровавое месиво, а в багровых зрачках плескалась жажда убийства. Тварь злобно оскалилась...

— А! — Вэй Ян резким рывком приподнялся на кровати, судорожно хватая ртом воздух.

Сердце колотилось, как оглашенное, гулко отзываясь в груди, перед глазами искрилось. Прошло не меньше половины минуты, прежде чем бушевавший адреналин начал спадать, а чувства — возвращаться в норму. Он увидел ослепительно белые стены палаты, ощутил резкий запах дезинфекции и легкую боль в ладони. Опустив взгляд, он заметил, что ладонь аккуратно обмотана несколькими слоями бинта — рану тщательно перевязали, и теперь от прежнего пореза не осталось и следа. Неужели это больница?

— А Ян, очнулся?

Сзади послышался голос. Вэй Ян повернул голову и увидел, что Сунь Чэнфэн лежит на соседней койке. Лоб старика был перевязан, одна нога высоко подвешена на каркасе для вытяжения, лицо покрывали живописные синяки и кровоподтеки, а пары передних резцов не хватало. От его прежнего напускного величия истинного мудреца не осталось и следа — вид у него был до жалости жалкий. Впрочем, старый мошенник вовсе не собирался вызывать сочувствие: шмыгнув носом, он невнятно пробормотал:

— Угораздить же тебя так врезаться, да еще проспать целые сутки! Совсем ты к падениям и ударам не приспособлен, до меня тебе еще далеко...

Услышав столь раздражающие колкости старого мошенника, сердце Вэй Яна наконец-то успокоилось и вернулось на место. Окинув взглядом собственную больничную пижаму, а затем оглядев роскошную двухместную палату, он окончательно пришел в себя. Они попали в автокатастрофу, после чего их доставили в больницу. И все же странные картины пережитого вновь всплыли в памяти: что за жуть он тогда видел? Монстры, ослепительный белый свет, таинственный юноша с клинком... Неужели все это просто галлюцинации из-за сотрясения мозга? Видел ли старый мошенник хоть что-то из этого?

Однако прежде чем он успел погрузиться в раздумья, Сунь Чэнфэн скривился и издал пару ехидных смешков:

— Эх, А Ян, на сей раз нам крупно повезло...

Вэй Ян поднял голову и молча посмотрел на потрепанного жизнью старого мошенника. Тот же, таинственно понизив голос, с легким хвастовством произнес:

— Ты-то был врубе и ничего не знаешь, а ведь в этот раз мы столкнулись с самим Проходящим Инь-Ян!

— Ты имеешь в виду Золотой замочек и нефритовые врата? — Вэй Ян нахмурился. В их кругах так называемый Проходящий Инь-Ян относился к школе фэншуй Золотой замочек. Наряду со Школой Форм и Потоков, Школой Восьми жилищ, Школой Летящих Звезд Сюанькун и Школой Судеб, это было распространенное направление фэншуй, основанное на изначальной схеме Хэту и более поздней таблице Лошу. Из-за своей простоты в изучении и броской вывески о поразительной точности предсказаний Золотой замочек пользовался наибольшей любовью среди всякого рода мошенников. Но какое отношение эта система имела к пережитой ими аварии?

— Да не та школа! Я говорю про истинный Проходящий Инь-Ян, про то самое мастерство фэншуй, что передал в свое время сам гуну Ян! — Сунь Чэнфэн на этот раз завелся всерьез. Забыв про сломанные ребра, он с трудом приподнялся на локтях. — Ты еще молод, мог и не слышать. В Школе Форм и Потоков провинции Цзянси действительно водились истинные мастера. Проходящий Инь-Ян — это те немногие, кто унаследовал подлинную традицию гуну Ян. Правопреемников отбирают исключительно из шести фамилий главного клана деревни Санляо. Я-то думал, в нынешнем поколении таких одаренных людей уже не осталось, но кто бы мог подумать... Тц!

Слушая это, Вэй Ян невольно замер. Гуну Ян, о котором говорил Сунь Чэнфэн, — это, разумеется, знаменитый Ян Цюнсун по прозвищу Спаситель Бедных, прародитель всей цзянсиской Школы Форм и Потоков. Он оставил после себя целый ряд фундаментальных трудов по фэншуй, таких как Канон потрясенных драконов, Канон сомневающихся драконов, Сокровенные речи о Зеленом мешке, Канон нефритового линейного инструмента и прочие. То был величайший мастер фэншуй, ничуть не уступавший Го Пу. По преданию, некогда он обосновался в деревне Санляо в провинции Цзянси, передав свои знания шести прямым ученикам: Цзэн Вэньчаню, Лю Цзяндуну, Хуан Мяоину, Ли Бошао, Е Ци и Лю Мяо. Часть из них осталась в деревне Санляо, другие же отправились странствовать по свету. Спустя сотни лет эволюции это заложило мощнейший фундамент Школы Форм и Потоков. Многие современные течения так или иначе восходят к учению гуну Ян или заимствуют его имя, что давно стало общеизвестным фактом.

И тем не менее о понятии Проходящий Инь-Ян Вэй Ян прежде никогда не слышал. В какую эпоху мы живем? О каком подлинном сохранении наследия гуну Ян может идти речь? А даже если оно и уцелело, откуда взяться титулу, больше подобающему какому-нибудь лидеру боевых искусств!

Заметив скептицизм на лице Вэй Яна, Сунь Чэнфэн усмехнулся:

— В этом и заключается уязвимость вашей Северной школы. Хоть у нас на Юге пруд пруди шарлатанов, подлинные сокровища все же сохранились. Мой учитель тоже упоминал имя Проходящего Инь-Ян. Наверное, людей, слышавших об этом, немало, раз уж кое-кто стал присваивать это звание адептам Золотого замочка, чтобы прикрыть новоделы громким именем. Но кто мог предвидеть, что мы столкнемся с настоящим великим мастером!

Северная и Южная школы — традиционное разделение в мире фэншуй. Северная школа опиралась на принципы и законы, включая теорию пяти искусств в расчеты фэншуй. Однако во времена маньчжурского завоевания севера пролилось слишком много крови, а позже подоспела кампания по уничтожению четырех пережитков, так что эти знания оказались практически вычищены под корень. Нынешнее засилье обманщиков и скудость традиций в Северной школе — неоспоримый факт. Южная же Школа Форм и Потоков всегда находилась далеко от имперского центра, ее корни уцелели гораздо полнее, что и порождало у южан привычку свысока смотреть на северян.

Однако Вэй Яна сейчас меньше всего волновали распри между Севером и Югом. Он напрямую спросил:

— С чего ты взял, что он — Проходящий Инь-Ян? Он тебе сам об этом сказал?

— С чего бы вдруг! — старый мошенник тут же замотал головой и со многозначительным видом сложил губы трубочкой. — Я догадался...

Вэй Ян: «...»

— Ты не сомневайся! Это же прямая линия рода Цзэн из деревни Санляо! Абсолютно чистокровная знатная традиция. На этот раз мы попали под раздачу из-за того, что они охотились на нечисть — та сгустилась в белого волосатого демона и едва не лишила нас жизней. И что ты думаешь? Из-за того, что мы пострадали безвинно, они не только доставили нас в больницу, но и выделили специальную палату! Я считаю, если мы как следует проявим себя, то, возможно, удастся завязать нужные знакомства и обучиться у них настоящему ремеслу...

Вэй Ян: «...»

В этот момент Вэй Ян уже не знал, что и сказать. Пусть ему доводилось лишь слышать о зомби, неужели он не знал, как те выглядят? Белая, зеленая или черная шерсть — неважно, у них по определению должна быть человекоподобная морда с оскаленными клыками! С чего бы вдруг монстру превращаться в хорька? Какой еще Проходящий Инь-Ян, почему этот старый мошенник не предположил, что их спас сам Ли Чжэнъин? Да и тот молодой человек, которого видел он сам... Пусть они пересеклись всего на мгновение, Вэй Ян нутром чуял, что тот парень не стал бы лгать в подобной ситуации. Как он мог выдать Сунь Чэнфэну столь нелепый ответ? Недавнее смутное предчувствие в его груди перевернулось с ног на голову и превратилось в подозрения. И не подозревать он просто не мог — для него, маленького мошенника, этот душок казался до боли знакомым!

Пока он слушал бредовые рассуждения Сунь Чэнфэна, в дверь палаты тихонько постучали. Старый мошенник мгновенно умолк, с шумом рухнув обратно на подушки. Его сияющее от восторга лицо в ту же секунду сменилось жалкой гримасой, и он жалобно, едва разлепляя губы, затянул:

— Вой... войдите, пожалуйста...

Вэй Ян молча отвел взгляд и посмотрел на «спасителя» с сомнительным прошлым. Хватило одного взгляда, чтобы он замер на месте. В дверь вошел не один человек, а двое. Впереди шагал мужчина за сорок, необычайно красивый. Казалось, годы оказались бессильны стереть его очарование, лишь придав ему зрелого, изнутри идущего шарма. В его черных глазах, подобных ярким звездам, скрывался сдержанный блеск мудрости. В сочетании с подтянутой фигурой и дорогим костюмом это придавало ему величественный и незабываемый вид. На фоне столь безупречного оригинала фальшивое благолепие старого мошенника мгновенно рассыпалось в прах, не выдерживая никакого сравнения.

И все же столь яркая персона не смогла приковать к себе взгляд Вэй Яна. Все дело было во втором человеке, шагавшем позади. Красивый, ледяной, совершенно безжизненный, он напоминал монолитный валун или упругую сосну. Он неподвижно замер за спиной зрелого мужчины. Вэй Ян приоткрыл рот, но так и не смог выдавить ни звука. Он-то думал, что тот юноша уже ушел. Почему он до сих пор здесь, да еще и в компании этого человека, похожего на мага-шарлатана?..

— Господин Сунь, как ваше самочувствие сегодня? — первым заговорил тот мужчина. Его ровный и мягкий голос обладал странным очарованием, располагавшим к себе.

Старый мошенник тут же принялся стонать:

— Цзэн... мастер Цзэн... Ой... Мне... намного лучше... Ой-ой, правда, вот только... за лавку... жуть как... переживаю...

Стонучи, он изо всех сил изображал на лице вымученную улыбку, а слово «лавка» произнес с особой силой и твердостью. Мужчина слегка улыбнулся, не став развивать эту тему, и перевел взгляд на Вэй Яна:

— А вы как себя чувствуете?

Вэй Ян отвернулся, словно уклоняясь от удара, больше не глядя на молчаливого юношу, и с натянутой улыбкой ответил:

— Вроде бы уже без особых проблем. Большое спасибо господину Цзэну за спасение наших жизней.

— Спас вас не я. Если позволите, не могли бы мы уединиться для беседы?

В тоне говорившего не было ни малейшего изменения, но от его слов повеяло странным давлением — таким, что волей-неволей хотелось подчиниться. Вэй Ян слегка удивился. Бросив взгляд на старого мошенника, который отчаянно и судорожно подмигивал ему, а затем на спокойную, мягкую улыбку мужчины, он чуть слышно выдохнул:

— Конечно.

С этими словами он с трудом поднялся и сполз с больничной койки. Хоть он и не пострадал так сильно, как старый мошенник, Вэй Ян все же оставался жертвой автокатастрофы, и двигаться с прежней легкостью у него не получалось. Прихрамывая, он последовал за обоими к выходу. Выйдя из палаты, он наконец сообразил, что они находятся в новом лечебном корпусе первоклассной городской больницы, причем в самом элитном VIP-крыле. Раньше сюда за казенный счет ложились отлеживаться лишь высокопоставленные чиновники, а счета за проживание исходили из расчетов в десятки тысяч за несколько дней. Стоило ли устраивать столь грандиозный спектакль ради обычных мошенников?

Впрочем, этот господин Цзэн не дал ему времени на раздумья, сразу остановившись у панорамного окна в углу коридора.

— Вы помните, что видели перед тем, как потерять сознание? — прямо спросил он.

Услышав этот вопрос, Вэй Ян замер, уголки его губ чуть приподнялись в саркастичной усмешке:

— Вы имеете в виду то, как вы уничтожали белого волосатого демона?

Цзэн Цзинсюань слегка нахмурился:

— То был не демон. То была Человеческая Оболочка.

Бросив быстрый взгляд на стоявшего за спиной юношу, он пояснил:

— Так называемая Человеческая Оболочка — это разновидность злой нечисти. Если мертвеца, принявшего насильственную смерть, оставить в обители зловещей энергии да еще обезглавить, в его теле образуется Бездны Зловредности. Некоторые поднаторевшие в этом звери выбирают такие оболочки в качестве вместилища, проникая внутрь через горло и используя обиду мертвеца для подпитки собственного духа. Тело, превращенное в такое гнездо, не гниет и не разлагается, превращаясь в монстра, похожего на зомби. Человеческие Оболочки делятся на несколько типов, среди которых хорьки, барсуки, собаки, змеи и выдры наиболее опасны. То, с чем вы столкнулись, — это как раз хорьковая оболочка.

Он никак не ожидал, что собеседник заговорит настолько прямо. Вэй Ян чуть не забыл, что именно собирался сказать. Все шло совсем не так, как он предполагал: если бы перед ним были обычные мошенники, разве не должны они сейчас подхватить слова старого мошенника, переиначить факты и спутать черное с белым? Почему этот человек говорит столь откровенно, без малейших ухищрений? А что до хорьковой оболочки... Вэй Ян легонько вздрогнул, наконец вспомнив, что из разорванного горла мертвеца и впрямь выскочил хорек с длинной рваной раной на брюхе, но при этом со всеми лапами и хвостом. От него исходило странное, жутковатое ощущение разумности, совсем не похожее на повадки обычного зверя. Неужели рассказы о Человеческих Оболочках — чистая правда?

Словно угадав его мысли, Цзэн Цзинсюань тихо вздохнул:

— Неудивительно, что вы не верите. Человеческая Оболочка — штука искусственно сотворенная, ее непросто вырастить, а после основания государства, когда прекратились войны, они стали большой редкостью. Мы случайно натолкнулись на целое гнездо, и по недосмотру мелкая тварь ускользнула, едва не погубив вас. Впрочем, к вам обоим это имеет мало отношения. Я хочу спросить лишь об одном...

Глаза Цзэн Цзинсюаня, в которых таился сдержанный блеск, устремились прямо на Вэй Яна. Глядя ему в глаза, он чеканил каждое слово:

— Откуда у вас тот Нефритовый Талисман, который вы носили при себе?

http://bllate.org/book/36651/4558210