Готовый перевод Forced Marriage to the Ice Queen, Then I Faked My Death / Сбежать от ледяного бессмертного: инсценировка смерти после брака: Глава 5

Кончик Фэйляня промахнулся мимо цели, но затем, словно змейка, неотступно принялся обвивать правую руку Инь Цинцы.

Какая-то рука в перчатке внезапно протянулась вперёд и перехватила Фэйлянь вместо него. Оказалось, Сюй Ши заметил досаду и отвращение Инь Цинцы и захотел помочь ему оборвать эту нить. Однако данная Фэйлянь представляла собой копию той, что принадлежала Хань Шисюю, и прикоснуться к ней мог лишь его суженый. Если кто-то посторонний случайно касался Фэйляня, то испытывал ощущение, будто сунул руку в пылающий огонь.

Увидев, как Фэйлянь, точно языки пламени, лижет ладонь Сюй Ши, отчего края его перчатки задымились и мгновенно запахло палёным, Инь Цинцы поспешно перевернул запястье, наматывая Фэйлянь на свою руку, и, притянув к себе ладонь Сюй Ши, чтобы осмотреть рану, со вздохом упрекнул: — Ну до чего же ты бестолковый, всё норовишь потрогать. Где я тебе материалы для починки искать буду?

В этот момент раздался голос Системы, напоминающий Инь Цинцы заглянуть в системный магазин.

Инь Цинцы взглянул и увидел подсказку: в системном магазине появился новый товар — древесная смола фусан. Как раз за пятьдесят очков.

Его глаза вмиг загорелись.

Имея древесную смолу фусан, он мог не только исцелить обожжённую ладонь Сюй Ши, но даже изготовить ещё больше марионеток.

Буди у него целая армия марионеток для защиты, разве докатился бы он до такой жалкой участи?

Но даже сквозь полупрозрачный Талисманный шёлк режущая глаза краснота на запястье жгла Инь Цинцы, и он просто закрыл глаза, притворившись слепцом, позволяя Фэйляню указывать ему дорогу.

Тем временем в чисто-белом системном пространстве, куда у Инь Цинцы не было доступа, водопадом струился светло-голубой поток данных, отображая рабочий журнал Системы:

[Хозяин успешно направлен на выполнение задания. Это книжный мир, Хань Шисюй — главный герой книги, которая называется «Я культивирую Путь Бесчувствия».]

[Ошибка: прогресс главного героя заблокирован, уровень культивации с трудом поддаётся улучшению.]

[Устранение бага: гармония инь и ян.]

[Подобран кандидат, идеально подходящий для прорыва главного героя через «бутылочное горлышко»: человек Хань Шисюя для Достижения Дао — Инь Цинцы.]

[Система подобрала для них наиболее подходящий сюжетный сеттинг:]

[Секретное Царство, которое невозможно пройти без парного культивирования.]

Глава 4

Тихая ночь, карканье ворон, лунный свет подобен инею.

Маленький дворик с чёрной черепицей и белыми стенами одиноко возвышался в глубине пустоши, из-за ограды выглядывали ветви красного клёна, и кленовые листья кружились и падали по воле ветра.

Пара белоснежных сапог ступила на усыпанную листвой землю, издав шуршащий звук. Прибывший обладал аурой, словно сошедший с небек бессмертный: на нём было лазурное одеяние с вышитыми плывущими облаками, за спиной висел длинный меч с совершенно белым клинком, а похожие на шёлк седые волосы наполовину удерживал серебряный венец. Сложный узор серебряной цепочки на лбу заставлял невольно задерживать взгляд на его безмятежных бровей и светло-голубых глазах.

— Тук, тук… — он постучал в плотно закрытую дверь.

Дверь со скрипом отворилась, и седобородый дворецкий с доброжелательным выражением лица встретил гостя с улыбкой: — Благодарю вас, почтенный гость, что преодолели столь долгий путь ради праздника в честь месяца со дня рождения нашего юного господина, прошу, проходите скорее.

Хань Шисюй кивнул. Переступив порог, он миновал толпу слуг, занятых уборкой кленовых листьев и развешиванием праздничных фонарей, и вошёл в главную комнату. В помещении курились благовония горел древесный уголь, но сквозь аромат пробивался невыносимый холод. Меч за спиной, почуяв неладное, издал гудящий звук, и Хань Шисюй бросил на него быстрый взгляд, после чего клинок утих.

Дворецкий пригласил Хань Шисюя занять место, а служанка с почтением поднесла чай. Приняв чаашку, Хань Шисюй почувствовал, что та ледяная на ощупь, и слегка нахмурился.

Смущённый дворецкий пояснил: — В наших глухих местах не сыскать хорошего чая, так что прошу не судить строго и простить за гостеприимство.

Хлопоча по хозяйству, он оставил Хань Шисюя в главной комнате.

Хань Шисюй приподнял крышку чашки и ощутил резкий запах. В чае плавали какие-то посторонние частицы — какие уж тут чайные листья, сплошной пепел из курильницы.

В этот момент с переднего двора донёсся крик ужаса. Хань Шисюй опустил пиалу и вышел из комнаты.

Перед глазами всё залило багрянцем: на переднем дворе во все стороны валялись тела убитых дворецкого и нескольких десятков слуг. Их груди были пробиты навылет, оставив зияющие чёрные дыры. Смерть их была жуткой, а некоторые до сих пор прижимали к груди фонари, которые так и не успели развесить.

С заднего двора раздался плач младенца. Услышав его, Хань Шисюй пересёк главную комнату и ступил на задний двор, но в тот же миг неожиданно для себя оказался в знакомом месте.

Он снова вернулся на передний двор.

Усыпанная кленовыми листьями земля была такой же ярко-красной, как в тот момент, когда он только вошёл в усадьбу; слуги, что мгновение назад погибли у него на глазах, сейчас живые и невредимые стояли перед ним, почтительно кланялись, а затем вновь принимались за хлопоты.

Точь-в-точь как в прошлый раз, дворецкий пригласил Хань Шисюя в главную комнату, предложил чай, а после того как тот поставил пиалу и снова услышал крики ужаса, Хань Шисюй предсказуемо вновь стал свидетелем гибели слуг.

На заднем дворе снова заплакал младенец, и Хань Шисюй понял: если он опять направится назад, то неизбежно вернётся в саму отправную точку. Ему требовалось отыскать Сердце массива, поэтому он взмыл вверх, очутившись на крыше, сложил пальцы в заклинание и закрыл глаза.Эти призраки заблудших душ думали, что всё ещё живы, и каждый представал в том же облике, что и при жизни. Они застряли в воспоминаниях о моменте собственной гибели, вновь и вновь проживая те же действия по замкнутому кругу.

Настоящий меч за спиной вновь заволновался, и Хань Шисюй принудительно успокоил его. С кончиков пальцев Хань Шисюя сорвались искорки света, и духовная сила, подобно лунному сиянию, пролилась сверху, укутав всю усадьбу.

Призраки, омытые чистейшей духовной силой, быстро очистились и рассеялись, однако детский плач не прекращался. Спрыгнув с карниза, Хань Шисюй наконец смог ступить на задний двор. Следуя на звуки плача, он отворил дверь боковой комнаты и среди вихрей взметающейся пыли распахнул створки старого шкафа.

Внутри шкафа сжалась в комок высохшая мумия взрослой женщины. Её щеки ввалились, на теле не было ран — казалось, она умерла от голода и ужаса после случившейся катастрофы. Из её объятий доносился плач ребёнка.

Протянув руку, Хань Шисюй завис в воздухе и, влив духовную силу, очистил останки от злобы и навязчивых идей. Лишь после этого её мёртвая хватка ослабла, являя миру свёрток.

Вытащив пелёнки, Хань Шисюй увидел, что ребёнок тут же умолк, стоило ему взглянуть на мужчину. Глазёнки, похожие на чёрный виноград, с любопытством уставились на его налобное украшение, и малыш замахал ручонками в разные стороны. Хань Шисюй опустил голову, и младенец благополучно коснулся его серебряного украшения, залившись звонким смехом.

Ноша в руках внезапно стала лёгкой: ребёнок обратился в прах, оставив после себя лишь пустой свёрток. С глухим стуком на пол упал ключ, и одновременно с этим вспыхнул яркий свет. Шкаф превратился в плотно закрытую деревянную дверь. Хань Шисюй с размеренными движениями аккуратно сложил пелёнки, оставил их на полу, поднял ключ и отпер замок деревянной двери, после чего его фигура растворилась в сиянии.

*

Ведомый Фэйлянем, Инь Цинцы наконец добрался до усадьбы с чёрной черепицей и белыми стенами.

По пути им встретилось слишком много блуждающих душ, чья злоба заставляла грудь Инь Цинцы тяжело вздыматься от нехватки воздуха, но стоило ему переступить порог усадьбы, как дышать стало легко и свободно.

Инь Цинцы шумно выдохнул, и отяжелевшие ноги мгновенно обрели прежнюю силу.

Окинув всё вокруг взглядом, он обнаружил, что здесь нет ни малейшего следа злобы.

В массе опадающих со всех деревьев кленовых листьев он заметил следы Хань Шисюя. Войдя в главную комнату, он увидел две пиалы с плавающим пеплом, а пройдя к боковой комнате на заднем дворе, обнаружил выход на следующий уровень и аккуратно сложенные в стороне куски ткани — всё это позволило ему в общих чертах восстановить произошедшие здесь события.

Поскольку в Секретном Царстве не существовало врат подземного мира, заблудшие души застревали здесь и не могли переродиться. Те из них, что сохранили подобие человеческого облика, привязывались к местам своей прежней жизни, становясь призраками-стражами этих мест. И стоило кому-то чужому вторгнуться в их владения, как нарушитель оказывался в ловушке лабиринта.

Проникнув в лабиринт, Хань Шисюй не стал убивать призраков мечом, чтобы развеять их, а предпочёл потратить духовную силу на их очищение, дабы отправить на перерождение, и именно таким способом отыскал Сердце массива.

Это был самый лёгкий уровень во всём Секретном Царстве — достаточно было лишь уничтожить призраков, заставив их души рассеяться, чтобы с лёгкостью выбраться наружу. Хань Шисюй же почему-то упрямо тратил духовную силу на их очищение! Какой бы ни была высокой его культивация и сколь бы неисчерпаемой духовная сила, нельзя же так транжирить её?

Мысленно Инь Цинцы выругался: — Эти праведные заклинатели и впрямь лицемеры. Зачем перенимать манеру спасать всех живых существ, бессмысленно растрачивая духовные силы на проводы душ в иной мир? Уж не больны ли они? По мне, Хань Шисюй куда больше подходит для роли монаха.

Конечно, Инь Цинцы был даже рад, что Хань Шисюй потратил время на эту возню, позволив ему не отставать. Под руководством Фэйляня он и Сюй Ши прошли сквозь деревянную дверь.

За ней обнаружился узкий и мрачный проход, где Инь Цинцы и Сюй Ши могли двигаться только друг за другом. Сколько они шли, неизвестно, но ноги Инь Цинцы вдруг сделались ватными, словно он ступил на пухлое хлопковое поле. Опустив взгляд, он увидел под ногами палубу. Он действительно оказался в небольшой лодке, покачивающейся на водной глади.

Суденышко вновь просело под весом, поднимая брызги: Сюй Ши тоже последовал за ним. Убедившись, что Инь Цинцы ничуть не пострадал, Сюй Ши встал на корму и молча взялся за весла. Под тихое плескание воды лодка медленно поплыла сквозь туман.

Туман постепенно рассеялся, открывая взору поразительную картину: по обеим сторонам водного канала покачивались огоньки фонарей, гладь воды рябила бликами, а на волнах покачивалось несколько расписных лодок-фанбао. Сквозь полупрозрачные легчайшие занавеси этих судов смутно угадывались изящные фигурки танцующих девушек, а мелодичные звуки пиазы и пение доносились до слуха Инь Цинцы, чарующие и плавные.

Инь Цинцы перевёл взгляд на Фэйлянь: нить тянулась к арочному мосту посреди канала. Мост поддерживал украшенные резьбой и росписью терема, на табличке которых красовались три иероглифа: Башня Пьянящих Снов.

Затем цвет Фэйляня стал блекнуть и полностью растворился на запястье.

Очевидно, это место было ничем иным, как кварталом красных фонарей.

Хань Шисюй заявился в бордель!

Инь Цинцы не терпелось поймать Хань Шисюя с поличным, в мыслях он только и представлял, какое выражение лица появится у того, когда он застукает его на месте.

Из-за этого он на мгновение упустил из виду призрачный свет под мостовым сводом.

Лишь когда лодка подошла совсем близко, он понял, что проем под арочным мостом и есть выход с первого уровня Секретного Царства.

В этот момент на нос его лодки упал цветок.

Повернувшись вбок и подняв голову, Инь Цинцы заметил, что неизвестно когда балконы всех расписных лодок до отказа заполнились молодыми девушками. Принимая кокетливые позы, они звонко смеялись и швыряли пригоршни цветов в сторону Инь Цинцы.

— Что за прекрасный день сегодня! Сестрицы, только поглядите, к нам пожаловал такой красивый молодой господин!

— Этот юноша мой, никому не разрешаю отбирать его у меня!

В мгновение ока нос лодки Инь Цинцы утонул в разноцветных букетах. Вытащив наугад один цветок, он с лёгким удивлением отметил, что нежные лепестки всё ещё покрыты капельками росы — свежее некуда. Затем он вновь посмотрел на толпу ослепительных красавиц.

Они не были ни призраками, ни демонами, ни чудовищами — скорее походили на живых людей.

Неужели в Секретном Царстве Гуйюй до сих пор живут люди? Секретное Царство существовало уже по меньшей мере тысячелетие, но судя по убранству расписных лодок и нарядам девушек, всё выглядело так, будто они следовали современной моде.

http://bllate.org/book/36645/4557450