Готовый перевод I Rely on Spoiling the Boss to Clear the World / Соблазняя босса: Идеальный сценарий выживания: Глава 5

031 остолбенело замерла, не понимая, что происходит. В следующий момент она увидела, как Цзян Си подняла перед ней запястье, на котором только что проступила красная черта — знак того, что отсчет до открытия испытательной зоны начался. На ней отчетливо светились два цифры:

37

Не успел затихнуть голос, как под изумленным взглядом 031 фигура на черепичной крыше в одно мгновение растворилась в белом тумане.

Горный пейзаж, река неподалеку, лай собак и кукареканье петухов, струйки дыма из труб на закате. Деревня Шаньци, представшая перед глазами, казалось, со всех сторон дышала простой человеческой жизнью.

Ничем не отличалась от обычных маленьких деревушек, какие доводилось видеть в реальном мире.

Жители деревни быстро заметили чужаков. Какой-то мальчуган подбежал ближе, тыча пальцем в Чи Нянь, захлопал в ладоши и закричал:

— Сестрица-фея! Сестрица-фея!

Чи Нянь наклонилась, заглянув ему в лицо, и мягко улыбнулась, так заворожив ребенка, что тот остолбенел от удивления.

Женщина средних лет прибежала следом:

— Чего раскричался!

Затем она перевела взгляд на остальных:

— Вы, приезжие, зачем пожаловали?

Парень-студент по имени Тун Сюэ ответил:

— Мы приехали попутешествовать. Скажите, найдется ли здесь место, где мы могли бы остановиться?

Женщина обвела всех цепким взглядом, задержавшись на Чи Нянь и Шу Нуань, и вдруг тихо пробормотала под нос:

— И приспичило же им приехать именно в эти дни.

— Что вы сказали?

Женщина не стала отвечать, а лишь бросила:

— Место найдется, только вам нужно найти нашего старосту. Здание администрации старосты находится на южной стороне, а день уже к концу клонится, поторапливайтесь.

Золотисто-оранжевый свет закатного солнца постепенно гас. Высказавшись, женщина схватила мальчишку за руку и торопливой походкой удалилась. Не теряя времени, группа направилась прямо на юг и нашла небольшое здание с серыми стенами.

Шу Нуань дернула Чи Нянь за рукав:

— Сяо Нянь, ты не заметила, какие здесь… Божества Дверей?

Чи Нянь как раз рассматривала то, что было перед ними.

Над черной деревянной дверью небольшого здания были наклеены две картинки, напоминавшие Божеств Дверей. Краски немного выцвели, но необычайно яркая палитра все еще угадывалась. Изображенные на них фигуры были массивными, в руках они держали мечи и алебарды, их облик дышал мощью и величием, однако лица принадлежали не грозным стражам, а очаровательным и невероятно красивым женщинам.

Их длинные черные волосы не были собраны, распустившись и ниспадая по спине, они причудливым образом вились поверх одежды и доспехов, создавая неизъяснимо жуткое впечатление.

Все пристально вглядывались в женщину с картинки, как вдруг заметили, что та шевельнулась. Перепугавшись, ребята отпрянули назад, и только благодаря тому, что Чи Нянь вовремя поддержала Шу Нуань, та устояла на ногах, а затем они поняли, что деревянную дверь изнутри кто-то толкнул.

Из-за двери вышел согбенный старик с седой бородой. Его верхняя часть туловища подалась вперед, а спина от самой шеи почти уродливо выгибалась почти полукругом.

Вокруг больше не было прохожих. Тун Сюэ подошел к старику:

— Здесь находится кабинет старосты?

— Я и есть староста. — Старик поднял голову, окинул пришедших взглядом, и его мутные глаза остановились на Шу Нуань и Чи Нянь, оценивающе скользнув сверху вниз. — Приезжие? Ищете ночлег?

Его ископанное морщинами и покрытое черными пятнами лицо дернулось в подобии улыбки:

— За мной.

Сделав пару шагов, Шу Нуань оглянулась на Чи Нянь, которая осталась стоять на месте и не двигалась за ними, заметив, что та пристально смотрит на старого старосту:

— Сяо Нянь, в чем дело?

Чи Нянь отвела взгляд и шагнула вперед:

— Ничего.

Успев до наступления темноты, путников привели в небольшой дворик под серой черепичной крышей.

— Скоро стемнеет, — обернулся староста. — Ночью из дома не выходите.

Снова это «скоро стемнеет».

Шу Нуань не удержалась и спросила:

— Староста, скажите, а что происходит после наступления темноты?

Староста не ответил, лишь повернулся и в упор уставился на Шу Нуань своими мутными глазами. Та от неожиданности испуганно отшатнулась и спряталась за спину Чи Нянь.

Староста отвернулся и бросил напоследок:

— Приезжие, нечего задавать лишних вопросов.

Какой-то растрепанный парень с хриплым голосом грубо схватил старосту за руку:

— Хватит нести херню, говори толком, что за хрень творится ночью!

Староста продолжал идти вперед. Парень с растрепанными волосами попытался преградить ему путь силой, но его удержал лысый мужчина, который до этого молчал:

— Не наживай неприятностей!

Лысый Ли Лян был крепкого телосложения и заметно превосходил парня в размерах. Тот не осмелился спорить и, ругаясь сквозь зубы, успокоился.

В этом дворике было три помещения: кухня, спальня и небольшая кладовая. В шкафу в спальне лежали постельные принадлежности, хоть и слегка отсыревшие, но, к счастью, их хватало на всех.

Спальня была двухэтажной, на каждом этаже стояло по кровати, так что трое парней и две девушки как раз могли разместиться раздельно.

Чи Нянь и Шу Нуань устроились на втором этаже и вместе стали застилать постели. Чи Нянь достала из шкафа матрасы и одеяла и случайно задела несколько женских вещей, выпавших следом. Это были простые однотонные наряды, украшенные в нескольких местах диковинными серебристо-белыми цветочками.

Сложив подобранную одежду обратно, девушки отнесли лишние постельные принадлежности вниз. Стоило им закончить с делами, как тонкая оранжево-красная полоса исчезла за горизонтом, и весь мир в мгновение ока погрузился во тьму.

Шу Нуань опешила:

— Как быстро меняется погода, почему вдруг сразу стало так темно?

Чи Нянь выглянула наружу и через пару секунд ответила:

— И звуки пропали.

Кукареканье петухов, собачий лай, стрекотание насекомых, приглушенные голоса соседей — все исчезло. Точнее говоря, исчезли вообще любые звуки живых существ. Деревня, которая еще недавно бурлила жизнью, внезапно погрузилась в мертвую, гробовую тишину.

Ли Лян подошел к входу, намереваясь затворить деревянную дверь. Судя по всему, от долгих лет без ремонта закрывалась она плохо. Чи Нянь подошла ближе, наклонилась, чтобы убрать мешавший в углу деревянный брусок, и, поднимая голову, слегка замедлила движение.

На этой двери, точно так же как и на деревянной двери в здании старосты, красовалось изображение красавицы — Божества Дверей.

Пока они шли по деревне, это было трудно не заметить: на каждой двери было наклеено абсолютно такое же Божество Дверей.

У женщины на их двери были холодные и отрешенные, но при этом глубокие и прекрасные угольно-черные зрачки, сквозь которые проступали тончайшие алые прожилки, словно в ярком драгоценном камне, прописанные с потрясающей живостью.

Но в этот самый момент внимание Чи Нянь привлекла вовсе не эта завораживающая красота.

http://bllate.org/book/36598/4550824