Если говорить о том, кто лучше всех понимает эту книгу, то, кроме Гу Цзиньли, таких не нашлось бы.
Хотя сидевшая перед ней избалованная девчонка была всего лишь пушечным мясом, она всё-таки выполняла роль двигателя сюжета, поэтому ради логики повествования создательница наделила её кое-какими чертами.
Например, тем, как сформировался её характер, почему она презирает слабых или каковы её цели.
Проще говоря, это была заносчивая молодая госпожа, которая больше всего на свете не желала оставаться в подчинении у других, отчаянно стремилась стать непревзойденной воительницей и мечтала прикончить собственного папашу. Разобраться в ней было проще простого.
Преследуя эту цель, молодая госпожа всегда упорно трудилась и терпеть не могла тех, кто пытался идти легким путем или занимался показухой.
По сюжету юная главная героиня как раз со страшной силой наступила на её любимые мозоли, за что и подверглась преследованиям и издевательствам со стороны молодой госпожи.
Именно поэтому, услышав собственные слова о том, что Шэнь Чигуй невероятно сильна и способна защитить её в любой момент, молодая госпожа ни за что бы не упустила этого человека — то ли из желания померяться силами, то ли из злорадства, чтобы посмотреть, как рухнут чужие планы.
Так и случилось.
— Защитить в любой момент? И это она-то?
Издав холодный смешок, молодая госпожа повернула голову и тут же отрывисто приказала:
— А ну притащите мне эту девчонку! Хочу своими глазами посмотреть, на что она способна.
— Слушаюсь.
На дереве мелькнула черная тень, и стражник, прятавшийся в укрытии, мгновенно исчез во дворе.
— А ты…
Разобравшись с этим вопросом, молодая госпожа резко развернулась и снова одарила собеседницу ударом хлыста:
— Снова вздумала строить козни?! Слабость — это первородный грех!
Хлёсь!
— …
Черт.
Гу Цзиньли снова рухнула на землю от удара, а её лицо побелело от боли.
Однако в душе она ликовала, ведь ей предстояло наконец встретиться с главной героиней.
С какой стати мучиться только ей одной?
В конце концов, всё это — испытания, которые выпали на долю Шэнь Чигуй по сюжету, так почему же они свалились на её собственную голову?
Да.
Гу Цзиньли уже во всём разобралась.
Причина, по которой она необъяснимым образом оказалась здесь, определенно была связана с этой девчонкой.
Впрочем, ничего страшного.
Как говорится, делить и радости, и горести пополам; раз уж она страдает здесь, с какой стати Шэнь Чигуй должна наслаждаться жизнью?
Гу Цзиньли считала, что семья должна держаться вместе при любых обстоятельствах.
Неужели то, о чём говорит этот человек, — правда?
Находясь в кабинете, городской управляющий Города Гу вновь и вновь переспрашивал Шэнь Чигуй, пытаясь убедиться в услышанном.
Заметив абсолютную уверенность на лице собеседницы, городской управляющий, не имея других вариантов, был вынужден временно поверить ей.
— Через три дня у моей дочери Наньгун Цзиньяо день рождения, и тогда я публично открою вход в тайное царство.
Проведя рукой по бороде на подбородке, городской управляющий пристально посмотрел на Шэнь Чигуй и выдвинул условие:
— Я могу устроить так, чтобы ты присоединилась к отряду и вошла в тайное царство вместе с остальными, но у меня есть одно требование: в ходе этой вылазки ты должна добыть тамошние сокровища, иначе я сокрушу твой Контракт Души.
Когда заключается контракт между господином и слугой, жизнь перестает принадлежать тебе.
Это факт, известный всем рабам; контракт господина и слуги, если говорить без прикрас, — всего лишь инструмент контроля.
Он прекрасно помогает предотвратить предательство со стороны тех, кто замышляет недоброе против своего хозяина.
Стоит господину погибнуть или сокрушить Контракт Души, как связанный им раб неминуемо лишится жизни.
В первом случае подчиненный следует за хозяином в могилу, во втором — это просто способ держать его в узде.
— Хорошо.
Бесстрастно кивнув, Шэнь Чигуй ни во что не ставила подобные угрозы.
Если честно, не будь ее нынешнее тело столь слабым и не будь ей лень возиться с лишними хлопотами, ей вовсе не потребовалось бы использовать столь окольные пути для проникновения в тайное царство.
А уж когда она окажется внутри, всё будет решаться исключительно по ее воле.
Покинув кабинет в сопровождении управляющего, Шэнь Чигуй окончательно закрепила договоренность с городским управляющим.
Учитывая ее особый статус, городской управляющий отдал четкий приказ держать ее под стражей отдельно от остальных.
Поэтому управляющий лично выделил ей изолированный внутренний двор и собирался отвести туда под замок.
Кто же знал, что едва они отойдут от владений городского управляющего, как дорогу им преградит слуга, уже долгое время поджидавший у входа.
— Наша молодая госпожа хочет тебя видеть.
Здоровенный слуга даже не договорил до конца, как попытался схватить девушку за руку. Столь бесцеремонное и наглое требование повергло управляющего в легкий ступор.
Но вскоре он узнал человека из двора Наньгун Цзиньяо, и его лицо мгновенно исказилось в нерешительности.
— Это гостья городского управляющего, ты не можешь ее забрать!
Раз уж сам городской управляющий лично велел проявить к ней внимание, управляющий никак не мог позволить просто так утащить Шэнь Чигуй.
Он торопливо загородил дорогу слуге и с мрачным видом произнес:
— Разве я не выделил молодой госпоже служанку еще днем? Чем она ей не угодила?
Подразумевалось: какого черта понадобилось притаскивать именно эту девчонку?
Управляющий вовсе не верил, будто у Наньгун Цзиньяо есть какое-то важное дело к Шэнь Чигуй, и мог лишь гадать, не связана ли вся эта затея с нехваткой прислуги.
В конце концов, не так давно за обедом с отцом молодая госпожа упоминала, что ей нужны служанки для личных поручений, поскольку прежних почти всех перебили.
Но ведь он уже отправил к ней одну девушку!
— К чему лишние разговоры?
Слуга торопился доставить человека и выполнить поручение, поэтому церемониться не стал:
— Если сомневаешься, пойдем со мной!
С этими словами он бесцеремонно схватил за рукава и управляющего, и Шэнь Чигуй, мгновенно активировав свиток перемещения.
В следующее мгновение
все трое исчезли с прежнего места под вспышкой ослепительного света.
Тем временем на другом конце усадьбы Гу Цзиньли с трудом оперлась о ствол дерева и кое-как поднялась с земли.
Перед глазами у нее мелькнуло, и во дворе внезапно появились три фигуры, одна из которых принадлежала главной героине Шэнь Чигуй.
— Ох.
А вот и пожаловали~
Гу Цзиньли довольно скривила губы.
Глава 8. Какая ты страшная
Едва переступив порог двора и бросив взгляд на обстановку вокруг, Шэнь Чигуй сразу поняла, в чем тут дело.
Она холодно усмехнулась, и ее прекрасные глаза устремились прямо на стоявшую рядом Гу Цзиньли.
Эта девчонка действительно ни минуты не сидит спокойно.
— Молодая госпожа, что здесь происходит?
Будучи управляющим резиденции городского управляющего, он, разумеется, не мог удивиться какой-то заурядной пространственной формации.
Его встревожила лишь застывшая во дворе тяжелая атмосфера, из-за чего он и задал этот вопрос:
— Неужели эта девчонка снова разозлила вас?
Другого объяснения управляющий просто не находил.
— Замолчи!
Взмахнув хлыстом и хлестнув по земле, Наньгун Цзиньяо перевела взгляд на Шэнь Чигуй.
Внимательно ее рассмотрев, она невольно испытала разочарование.
— Это и есть тот человек, о котором ты говорила?
И вот этот ребенок, которого можно поднять одной рукой, по ее словам, являлся сильным мастером?
В ней вообще не чувствовалось никакой угрозы.
Она совершенно не заслуживала звания эксперта.
— Да.
Прикрывая кровоточащую рану и хромая, Гу Цзиньли приближалась к Наньгун Цзиньяо. Не отрывая глаз от главной героини, она выпалила с абсолютной уверенностью в голосе:
— Вы только посмотрите, что она еще мала, а на самом деле она ужасно сильна!
— Правда?
Пальцы, сжимающие рукоять хлыста, побелели от напряжения — Наньгун Цзиньяо казалось, будто над ней откровенно издеваются.
Ну насколько сильным может быть такой ребенок?
И угораздило же ее поверить бредовым россказням этой девчонки и впрямь послать людей забрать ее!
Но теперь судя по всему…
— Молодая госпожа, эта девчонка — важная гостья господина, вам нельзя с ней так обращаться!
Хотя управляющий не понимал подоплеки происходящего, столь открытая провокация со стороны Гу Цзиньли заставила его покрыться холодным потом.
Ему было всё равно, по какой причине молодая госпожа притащила сюда Шэнь Чигуй, но раз сам хозяин велел за ней присматривать, нельзя допустить, чтобы ее здесь забили до смерти.
— Какая еще важная гостья? С чего бы папаше переживать из-за сопливой девчонки?
Неужели в ней действительно есть что-то особенное?
Управляющий был человеком ее отца и никогда бы не стал болтать попусту.
Наньгун Цзиньяо прищурилась, небрежно взмахнув хлыстом, и решила сначала проверить боевые навыки Шэнь Чигуй.
А вдруг у этой девчонки и впрямь имеются какие-то способности?
Хлёсь!
Свирепый длинный хлыст с непреодолимой силой со свистом устремился к Шэнь Чигуй — без малейшего намека на жалость.
Увидев собственными глазами, что удар вот-вот обрушится на главную героиню, Гу Цзиньли почувствовала, как ее глаза засияли, а в уголках рта заплясала улыбка — она буквально светилась от радости.
Вот только радоваться пришлось недолго: в следующее мгновение костяной хлыст был намертво перехвачен рукой. Перехватила его сама Шэнь Чигуй.
Кажется, она больше не собиралась притворяться.
— Неужели сестрица так сильно радуется?
Заметив злорадный взгляд Гу Цзиньли, Шэнь Чигуй мертвой хваткой вцепилась в хлыст, мешая противнице выдернуть его обратно, и ледяным, зловещим голосом произнесла:
— Прекращай уже! Лицо от улыбки скоро треснет. Какая же ты страшная~
Какая страшная…
Улыбка мгновенно исчезла с ее лица, и Гу Цзиньли рефлекторно коснулась уголков рта — похоже, улыбалась она и впрямь слишком широко.
Неужели это выглядело настолько уродливо?
Заботящаяся о своей внешности барышня Гу тут же встревожилась.
— Ах ты!
Брошенный хлыст не только не достиг цели, но и был пойман на лету, а последовавшее за этим движение оборвалось пощечиной, которая ментально звонко ударила по самолюбию Наньгун Цзиньяо.
Она прекрасно знала, сколько сил вложила в этот удар, но хлыст, призванный нанести серьезные увечья противнику, был остановлен с такой легкостью.
Этот факт вогнал Наньгун Цзиньяо в уныние, ведь в годы Шэнь Чигуй она сама еще не умела голыми руками ловить костяной хлыст.
Она и впрямь недооценила девчонку — та оказалась непростой.
— Молодая госпожа, что вы творите! И вы, барышня Шэнь, умоляю, отпустите же хлыст молодой госпожи!
Чутко уловив неладное в сложившейся обстановке, прожженный хитрец-управляющий поспешил вмешаться, пытаясь сгладить острые углы:
— Все мы люди из резиденции городского управляющего, к чему доводить дело до смертоубийства!
— Молодая госпожа, у барышни Шэнь неотложные дела, их нельзя затягивать!
— Поняла я, отпущу я ее.
Словно задеревене、в, она дернула за хлыст, но обнаружила, что соперница по-прежнему не собирается разжимать пальцы.
http://bllate.org/book/36591/4549503
Готово:
