Турус хотел немного усмирить капризный и избалованный нрав Бай Нин.
Самки слонов — это опора и стержень всего стада, а если чуть что — сразу в слёзы, разве сможет она в будущем самостоятельно за себя постоять?
Он вытащил переднюю ногу из пасти Баи, взглядом велел той отодвинуться чуть в сторону, а затем под восхищенным взором Баи закрутил хоботом целую охапку лиан, помял их, скатал в плотный шар и подошел к Бай Нин.
— О-и.
Бай Нин рефлекторно подняла голову.
Турус, не говоря ни слова, засунул ей этот клубок лиан прямо в рот.
— Тсс.
Плач прекратился мгновенно.
В глазах Бай Нин застыли туманные слезы: на три десятых — растерянность, на семь десятых — изумление.
Бая сообразила первой.
— Пап, а этот приёмчик работает! В следующий раз, когда мама заставит меня присматривать за младшими братом и сестрой, если они будут меня доставать, я тоже заткну им рот такими клубками.
Турус принял половину похвалы и предостерег Баю:
— Лучше не надо, а то вдруг подавятся и насмерть задохнутся.
Бай Нин, которая как раз с трудом пыталась проглотить этот ком из лиан, задрала голову и заунывно завыла, издавая невнятные звуки.
Разве моя жизнь — не жизнь?!
Турус посмотрел на нее и, заметив, что она перестала плакать, поддразнил:
— Только маленькие слонята могут так легко подавиться.
Не успела Бай Нин облегченно выдохнуть, как он с плутовской улыбкой добавил:
— Большие слоны обычно умирают от слез.
— Слезы слоних ядовиты, если слишком много плакать, ослепнешь. А ослепнешь — дороги не увидишь, ни поесть, ни попить... — Турус нес полную чушь о том, к каким тяжелым последствиям приводит слоновий плач, и Бай Нин слушала его с совершенно одурманенным видом.
Убедившись, что цель достигнута, Турус повернулся, чтобы половить восхищенные взгляды Баи.
Кто бы мог подумать, что его бестолковая дочь неизвестно когда уже успела примоститься рядом с Бай Нин и обмахивала ее ушами, без умолку утешая:
— Ничего страшного, ты не ослепнешь! А если вдруг и правда ослепнешь по неосторожности, я буду о тебе заботиться. Ты будешь каждый день держаться хоботом за мой хвост: куда я иду — туда и ты следом. Будет мне что пожевать — будет и тебе!
— ...
Лицо Туруса покрылось черными полосами.
— Дочь, ты...
— Ладно!
Турус набрал в грудь воздуха и тяжело вздохнул.
Он согласился вернуться вместе с Баей еще и потому, что у него появились совсем другие соображения насчет дальнейшего пути Бай Нин. Правда, он пока скрывал это от Баи, не желая, чтобы та радовалась раньше времени.
Кто же знал, что он еще и рта раскрыть не успеет, как эта глупая девчонка уже спланировала всю старость Бай Нин.
Судя по ее настрою, она была готова напрочь выбросить слоновьи стада из головы и твердо вознамерилась уцепиться хвостом за Бай Нин, чтобы рука об руку странствовать по всей саванне.
И что только было в этой маленькой лесной самочке такого особенного, что Бая так к ней привязалась? Словно подменили слона — ведет себя так, будто наглоталась дурманящего сока ядовитых трав.
Чтобы помешать Бае нести и далыше всякую слоновью чушь, Турусу пришлось их прервать.
Он вытянул хобот и прижал кончик пальцеобразного отростка ко лбу Баи.
— Приди в себя, бредить будешь во сне, давай сначала о серьезном поговорим.
Бая была вынуждена повернуть голову к Турусу.
Убедившись, что Бая приняла надлежащий вид и готова смирно слушать, Турус перевел хобот и прижал его ко лбу Бай Нин, не делая между ними никаких различий.
— И ты тоже.
В глазах Бай Нин промелькнула искра радости.
— Я тоже? Разве папа другого слона воспитывает свою дочь, и я могу это слушать?
Турусу показалось, что глаза Бай Нин сидят просто невероятно ярко.
Эти редкие голубые глаза в лунном свете словно переливались внутренним сиянием.
— Угу, тебе тоже нужно послушать. Речь пойдет как раз о тебе.
Турус задержал взгляд на Бай Нин еще на несколько секунд, а под конец мысленно признал, что вкус у Баи на знакомства отменный — прямо в мать уродилась.
Хех. Он, разумеется, ни за что не признается, что заодно похвалил и себя самого.
Придав лицу обычное выражение, Турус знаком велел Бае и Бай Нин усесться рядышком.
— Сначала озвучу вывод.
— Бай Нин, от имени Баи я приглашаю тебя. Хочешь ли ты пойти с нами и погостить в нашем стаде?
У нас есть сила, кого приглядим — того и заберем домой
Турус круглый год в одиночку странствовал по этой саванне.
Хотя он не примыкал ни к какому постоянному стаду самцов, его благородство, широта души и твердый принцип никогда не оспаривать право на матерей семейства — за исключением Еси, матери Баи, — обеспечили ему широчайший круг знакомств в саванне.
Можно сказать, что подавляющее большинство самцов-слонов, с которыми он хоть раз пересекался, в конце концов становились его корешами и частью его связей.
Именно поэтому Турус, проведя в самостоятельных скитаниях всего чуть больше десятка лет, повидал и узнал гораздо больше многих матерых самцов, которые были намного старше него.
В те места, где Турус бывал лично, он вникал сам, запоминая их общий облик на основе собственного опыта.
А об экологии тех мест, куда его лапа еще не ступала, он составлял примерное представление благодаря взаимовыручке и слухам, циркулирующим по сети его приятелей.
Поэтому, хотя Турус от начала и до конца держался перед Баей уверенно, строя самые оптимистичные предположения о судьбе семьи Бай Нин, на самом деле, опираясь на жизненный опыт, в глубине души он предчувствовал неладное.
Особенно после того, как своими глазами увидел ужасные ожоги на телах антилоп гну.
Стадо слонов — это совсем не то же самое, что стадо антилоп гну.
Встретившись с лесным пожаром, антилопы инстинктивно бросаются кто куда в надежде спастись, бегут бездумно и хаотично, и даже заметив раненого сородича, не протянут руку помощи, а лишь тупо глазеют со стороны.
Слоны же при встрече с пожаром подсознательно сначала стремятся определить местонахождение главной самки, сбиваются ближе к ней и ждут ее указаний, чтобы беспрекословно им следовать.
Внутри слоновьего стада царят сплоченность и любовь, но в то же время там жесточайшая иерархия.
Все члены связаны узами крови, помогают друг другу и разделяют ответственность за заботу о слабых.
Сама природа такого вида предопределяет их судьбу: столкнувшись с катастрофой, они не могут бежать поодиночке. Из-за привязанности к родным их бегство неизменно омрачено оглядкой назад, и они сплошь и рядом упускают лучший шанс на выживание, пытаясь опекать пожилых членов стада и защищать хрупких малышей.
При таком раскладе, если даже самые проворные и сообразительные антилопы гну не смогли выйти из огня невредимыми, можно не сомневаться: положение слоновьего стада вряд ли окажется хорошим, а то и вовсе обернется худшим исходом.
Вспоминая их первую встречу, Турус находил странными и загадочными абсолютно все те качества Бай Нин, что отличали ее от обычных саванных слонов.
Если не брать в расчет внешность, то как одинокая бродячая самочка с таким капризным характером, слабой боевой мощью и робким нравом могла до встречи с Баей избегать львов и гиен, да еще и выживать целой и невредимой?
Он поневоле подозревал, что Бай Нин намеренно скрывает свои истинные силы или же сближается с Баей с какими-то скрытыми целями.
Еще более тревожным сигналом прозвучали слова Баи о том, что запах Бай Нин нравится ей до потери контроля.
Для Туруса это было главной причиной, почему он ранее так решительно отказался брать Бай Нин в гости к стаду.
Баю воспитывали как будущую предводительницу, и при ее складе ума она не должна была терять голову до такой степени. То, как сильно она зациклилась на Бай Нин — вплоть до готовности порвать со стадом ради новой встречи, — вызывало у него серьезные опасения.
Именно поэтому он силой увел Баю одну в обратный путь.
Но когда они расставались, Бай Нин не стала устраивать сцен или цепляться за них, а напротив, повела себя так тактично, что даже попрощалась ради душевного спокойствия Баи — и это его тронуло.
В глубине души он даже подумал, не слишком ли накручивает себя, и молча решил предупредить знакомых поблизости, чтобы при встрече помогли присмотреть за Бай Нин и защитили ее.
Кто бы знал, что он не успеет отдать эти распоряжения, как на пути им встретится стадо антилоп гну, что и заставит его передумать.
Раз уж все сказанное Бай Нин — правда, и в ее родном лесу действительно бушевал пожар, то после подтверждения ее сомнительной личности и прошлого Турусу приходилось уделить самое пристальное внимание той безосновательной привязанности, которую Бая испытывала к Бай Нин.
Если уж он сейчас силой уволок Баю обратно, кто даст гарантию, что в будущем она снова не сбежит?
Вместо этого было гораздо проще просто прихватить Бай Нин с собой, отвезти к бабушке Баи и доподлинно разобраться, что за чертовщина кроется в этой странной тяге Баи к запаху Бай Нин.
Держать ее под присмотром прямо перед глазами — в любом случае надежнее.
К тому же, если семья Бай Нин чудом спаслась и действительно явится в лес на ее поиски, то, что он привел ее в стадо и временно приютил, тоже сойдет за доброе дело.
После двух контактов с Бай Нин Турус все отчетливее понимал, что эта девчонка вообще не представляет никакой угрозы для слоновьего стада.
Ладно еще терпеть обиды от львов, но ведь даже павианы едва не забили ее толпой.
Будем считать, что он поддался порыву из банальной жалости.
Турус решил довериться слоновьим слезам.
Мысленно быстро прокрутив всю цепочку событий, приведших к смене его решения, и торжественно повторив приглашение к Бай Нин от имени Баи, Турус мягким взглядом уставился на нее в ожидании ответа.
Он-то думал, что Бай Нин хоть и не будет прыгать от восторга, но уж точно обрадуется, однако озера в ее глазах вот-вот снова переполнятся и хлынут через край.
Турус рефлекторно отступил на полшага, собираясь на ходу скатать ком из лиан и заткнуть ей рот, чтобы прекратить реву.
Но не успел он полностью поднять хобот, как какая-то огромная темная масса с нарастающим ускорением ринулась прямо на него.
Твою мать, да что это несется!
В одну секунду Турус еще сомневался, не мерещится ли ему, а в следующую его шею и передние ноги постиг жестокий удар.
— Рру-у-у!
— Пап, ты и правда мой настоящий папка!
Бая полностью проигнорировала тот факт, что ей уже двенадцать лет, она почти взрослая и обладает великолепными крупными габаритами. Услышав из уст Туруса долгожданное приглашение навестить стадо, ее кровь мгновенно закипела.
— Чего раньше-то не сказал?!
Турус, которого туша родной дочери едва не опрокинула навзничь, испытал одновременно боль и жгучее онемение.
— Сказал бы раньше — жди, пока ты, такая любящая дочь, меня угробишь.
— Кхе, дочь, — Турус шумно перевел дыхание, чудом придя в себя, и торопливо подхватил хоботом ухо Баи, пытаясь приподнять ее кверху. — Ешь-ка поменьше древесных листьев.
Бая, погруженная в свалившееся на нее внезапное счастье, даже не думала слушать, что он говорит, и выпалила на одном дыхании:
— Ладно-ладно, пап, всё, что ни скажешь — всё правильно! Я так счастлива, пап, ты просто лучший! Я решила: если вы с мамой снова будете ругаться, я теперь всегда буду на твоей стороне и стану заступаться за тебя перед ней. А если около мамы опять появится какой-нибудь подозрительный дядька с ухаживаниями, я клянусь первее всех сообщить тебе! А если ты не успеешь примчаться, я сама возьму брата с сестрой и буду увиваться за мамой, ни за что не позволяя чужим дядькам занять твое место...
http://bllate.org/book/36562/4544480
Готово:
