Готовый перевод My Adorable Husband / Мой милый муж: Счастье в деревенской глуши: Глава 14

Позавтракав, они оба вышли из дома примерно к часу змеи. Два селения находились не так уж далеко друг от друга, а вещей с собой было немного, поэтому они не стали нанимать бычью повозку и отправились пешком.

Когда они добрались до дома семьи Цзян, Ли Цинчжоу подошел к воротам и постучал. Вскоре кто-то отворил дверь — это был Цзян Цзиньшу.

Цзиньшу с малых лет был очень близок с Юэ Шэном, и в день свадьбы Юэ Шэна он даже горько плакал. Увидев сейчас, что Юэ Шэн вернулся, он звонко затопал ногами и бросился вперед, крепко обнимая Юэ Шэна, совершенно забыв о тех правилах и манерах, которым его учил наставник.

— Братец, ты наконец-то вернулся, я так по тебе соскучился!

Юэ Шэн погладил младшего брата по голове, тоже чувствуя легкую грусть:

— Да, братец тоже по тебе соскучился. Разве тебе сегодня не нужно к наставнику?

Цзиньшу покачал головой:

— Не нужно, папа вчера отпросил меня.

— Цзиньшу, это твой старший брат с мужем пришли? Почему вы еще не в доме? — Хэ Фанлань как раз хлопотала на кухне, готовя угощение в честь возвращения молодоженов, и, заметив, что открывший дверь Цзиньшу долго не возвращается, громко окликнула его.

Тогда Цзиньшу отступил назад и торопливо ответил:

— Это старший брат с мужем, мы уже заходим! — Он повернулся к Ли Цинчжоу и, густо покраснев, назвал его мужем старшего брата.

Ли Цинчжоу отозвался и протянул Цзиньшу завернутую в бумагу пачку.

— Что это?

— Знаю, что ты учишься, поэтому купил тебе бумагу для письма.

— Спасибо, муж старшего брата! — Цзиньшу был невероятно рад и с нежностью погладил сверток в руках. Бумага ценилась дорого, и даже самая дешевая стоила пять вэней за лист. Хотя жили они относительно неплохо, бумагу нельзя было использовать повторно, и обычно он очень берег ее, берясь за кисть только для выполнения заданий наставника. Того, что принес муж старшего брата, ему хватило бы на несколько дней.

— Юэ Шэн, Цинчжоу, вы пришли.

— Мама.

— Мама, — вслед за Юэ Шэном позвал и Ли Цинчжоу.

— Ай, хорошо-хорошо, проходите скорее в дом. — Увидев, что Юэ Шэн выглядит посвежевшим, а всю ношу Ли Цинчжоу несет сам — что на плечах, что в руках, — Хэ Фанлань немного успокоилась. Но все же, не видевшись столько дней, она невольно расплакалась.

Заметив, что у Юэ Шэна тоже покраснели глаза, Ли Цинчжоу перехватил у Хэ Фанлань вещи, которые та собиралась взять:

— Мама, поболтай с Юэ Шэном, а я пока все отнесу.

— Ай, хорошо. Курицу и рыбу отнеси на задний двор, твой отец как раз там разделывает птицу, а остальное пока оставь в кухне.

Ли Цинчжоу сразу отправился на кухню, оставляя мать с сыном наедине.

— Как тебе живется в новой семье? Привык к тамошнему быту? — Как только Ли Цинчжоу ушел на кухню, а Цзиньшу был отправлен в комнату убрать бумагу, Хэ Фанлань тихонько спросила Юэ Шэна.

Юэ Шэн кивнул, и в уголках его глаз появилась улыбка:

— Все хорошо, Цинчжоу ко мне очень добр, да и домашние относятся к нему и ко мне дружелюбно.

— Вот и славно, вот и славно. — По выражению лица Юэ Шэна Хэ Фанлань сразу поняла, что он не утешает ее понапрашку. — Хоть ты и вышел замуж, но если тебя обидят или возникнут какие-то трудности, не держи все в себе. Обязательно возвращайся к родителям, мы за тебя постоим.

— Угу, спасибо, мама, — голос Юэ Шэна дрогнул.

— Глупый ребенок, мы же одна семья, к чему эти благодарности? — Хэ Фанлань помогла Юэ Шэну утереть уголки глаз. — Такой уже взрослый, а все нос распускаешь. Если Цинчжоу увидит, решит еще, будто я тебя отругала. Ну-ка, вытирай слезы, пойдем с Цинчжоу воскурим благовония предкам.

Тогда Юэ Шэн сквозь слезы улыбнулся:

— Хорошо, я пойду найду его.

Вскоре после того, как они закончили возжигать благовония, пришли старший дядя Юэ Шэна со своим семейством, а также заглянули соседи из ближайших домов. Юэ Шэн вместе с мамой и старшей тетушкой отправился на кухню готовить обед, оставив Ли Цинчжоу с тестером развлекать гостей беседой. Хоть Ли Цинчжоу и не был знаком с этими людьми, но на речной переправе ему вечно приходилось перевозить пассажиров и болтать с ними, так что за столько лет он поднаторел в этом деле и мог найти общий язык с каждым. Гости наперебой расхваливали Цзян Дачжу за то, что тот отыскал такого прекрасного зятя, и от этих похвал у Цзян Дачжу уголки рта расползались до самых ушей.

Обед выдался на славу: на столе красовалось множество блюд — белый рис, тушеная рыба в соевом соусе, свиные рульки в глазури, картофель с курицей, свиные ушки под пряной заправкой, обжаренный тофу, омлет с луком-батуном, суп из ямса с ребрышками... Быть может, поначалу супруги Цзян и были не до конца довольны этим браком, но теперь Ли Цинчжоу нравился им все больше и больше. Во время трапезы Цзян Дачжу и Хэ Фанлань то и дело подкладывали Ли Цинчжоу мясо и овощи, а Цзян Дачжу даже пропустил с ним по рюмочке.

После обеда Юэ Шэн и Цинчжоу еще немного погостили у Цзянов и только к часу обезьяны пустились в обратный путь.

На дороге домой Юэ Шэн выглядел несколько притихшим и печальным.

Ли Цинчжоу понимал, что тот просто тоскует по дому. Он крепче сжал руку Юэ Шэна и ласково утешил его:

— Ничего страшного, мы ведь живем совсем близко. Заскучаешь по родителям — скажи мне, я провожу тебя обратно. К тому же, отец с мамой все равно торгуют в поселке, ты сможешь хоть каждый день ходить туда повидаться с ними. А еще можно будет забрать Цзиньшу к нам переночевать.

— Разве так можно? Разве хорошо, если замужняя женщина или юноша станут постоянно бегать в родительский дом? — за спиной могут пойти недобрые слухи.

— Мало ли что говорят другие, главное, чтобы тебе было радостно. Или ты хочешь сказать, что, вернувшись к родителям, ты меня бросишь?

— С чего бы... Только, — Юэ Шэн немного замялся, и голос его стал тише, — только пока ты будешь так же хорошо ко мне относиться, я от тебя не откажусь.

Хотя говорил Юэ Шэн негромко, Ли Цинчжоу расслычал каждое слово. На душе у него стало необычайно светло, и он истолковал эти слова по-своему: мол, Юэ Шэн намерен прожить с ним всю жизнь. Ли Цинчжоу слегка качнул их сцепленные руки и с заметной гордостью пообещал:

— Обязательно буду! К тому же, я собираюсь относиться к тебе еще лучше, чтобы ты ни на секунду не мог без меня обойтись.

Юэ Шэн не стал продолжать этот разговор и перевел тему:

— Через пару дней наступит праздник Дуаньу. Надо сходить в поселок, купить киновари, клейкого риса, красных фиников, да еще набрать в горах полыни.

— Хорошо, завтра вместе отправимся в поселок. — Ли Цинчжоу прекрасно понимал, что одними словами дело не решишь, и был полон решимости доказать свои чувства на деле.

— В день праздника Дуаньу я тоже хочу выйти в поселок и поставить небольшой лоток, поторговать кое-чем. — Праздник Дуаньу был одним из самых пышных торжеств в поселке Цинхэ: в этот день устраивали гонки на лодках-драконах и катания на разукрашенных судах. Тогда на гулянья съезжались люди не только из самого поселка Цинхэ, но даже из окрестных селений и уездного города, причем многие из них были людьми не бедными. Так что этот день выдавался отличной возможностью заработать. Места вдоль берега реки в поселке Цинхэ стоили всего по шесть вэней за право поставить лоток; если товар был хорош, он расходился на ура, и даже торговля тем же самым, что продавали остальные, ничуть не мешала делу.

http://bllate.org/book/36517/4537833