Ло Юйбин изначально еще серьезно размышляла над тем, как бы проще решить эту проблему, как перед глазами в следующее мгновение вновь всплыли те времена, когда та с угрозами третировала ее и подвергала всевозможным унижениям. А те люди, наблюдая за ее отношением, исподтишка высмеивали ее за то, что она совсем не учится на ошибках.
Она никак не могла объяснить, почему вчера, стоило ей столкнуться с теми ясными глазами, у нее пропала всякая злость, и она даже опрометчиво согласилась на столь неразумное требование. Теперь же, вспоминая все то, что было в прошлом, она наконец-то протрезвела.
Если в эти выходные Линь Янь потребует от нее дополнительных занятий, она выскажет ей все напрямую: ей все равно, правдой была та фраза о симпатии или ложью, главное, чтобы в будущем они как можно меньше общались.
Тем временем Линь Янь лениво ждала звонка к началу экзамена, чтобы наконец сдать этот бланк, заполненный больше чем наполовину, и избавиться от необходимости сидеть здесь без дела. Однако в ушах у нее вдруг стали непрерывно раздаваться системные звуки уменьшения очков благосклонности, из-за чего она невольно обернулась и бросила взгляд на Ло Юйбин, которая спокойно отвечала на вопросы.
С чего это та на экзамене о чем-то постороннем думает и даже умудрилась спустить обратно с таким трудом поднятую ею до нуля благосклонность? Как с таким человеком вообще выполнять задания?!
В какой-то момент Линь Янь подумала, что имя Ло Юйбин и впрямь очень подходит своей хозяйке. Она была полностью оправдывала его — настоящая большая глыба льда, любила держать все в себе, и по ее внешнему виду было крайне трудно понять, какие именно эмоции она испытывает.
Впрочем, конкретно в этот раз Линь Янь и без долгих раздумий понимала, что эта девчонка вспомнила о глупостях, которые натворила прежняя хозяйка тела.
Нельзя было оставаться в таком пассивном положении, ей все же стоило проявить инициативу.
Подождав еще немного, наконец прозвенел экзаменационный звонок. Все ученики один за другим стали покидать класс, ожидая, пока наблюдающие учителя соберут работы, чтобы затем вернуться на следующий экзамен.
Снаружи доносились обрывки обсуждений только что завершившегося испытания. Ло Юйбин тоже собрала вещи и уже собиралась уходить, как ее мизинец и безымянный палец на левой руке мягко кто-то схватил.
Она повернула голову и увидела лежащую на парте Линь Янь, которая выставила наружу лишь половину лица. Ее личико не выглядело таким же надменным и гордым, как обычно, но и не казалось столь кротким, как вчера — напротив, оно было мертвенно-бледным, совершенно лишенным кровинки.
Сердце Ло Юйбин слегка дрогнуло, она даже забыла выдернуть руку. Сильно нахмурив брови, она, наоборот, наклонилась чуть ближе к ней.
— Ло Юйбин, ты не могла бы отвести меня в медпункт? У меня живот болит…
Выражение лица девушки не походило на фальшивку, но ведь только что она сама заявила о намерении провести между ними четкую границу. Колеблясь, Ло Юйбин уже собиралась произнести отказ, как вдруг хватка на ее руке стала намного крепче. Подняв глаза, она встретилась взглядом с теми самыми затуманенными слезами очами.
— Мне правда очень больно…
Не найдя на нее управы, Ло Юйбин оставалось лишь повернуться спиной, присесть на корточки и похлопать себя по плечу.
— Залезай.
Это был перерыв между экзаменами, когда ученики выходили развеяться, поэтому коридор был забит до отказа. Увидев столь необычную картину — кто-то нес кого-то на спине, — да еще когда главными действующими лицами выступали те самые пресловутые, заклятые враги, окружающие невольно бросили на них еще по парочке взглядов.
Обе девушки были очень худыми, но, возможно, из-за того, что та привыкла к труду, устроившись на ее спине, Линь Янь отчетливо чувствовала ее крепкое телосложение. Ло Юйбин с ее ростом в сто семьдесят пять сантиметров уверенно и надежно тащила ее, едва дотягивающую до ста шестидесяти, и та не соскальзывала вниз даже при долгой ходьбе.
Обретя полнейшее чувство безопасности, Линь Янь закинула руки на плечи Ло Юйбин, и на ее лице уже не осталось и следа прежней слабости — если бы это увидел Исполнитель задания 555, ему пришлось бы высказать похвалу в адрес великой актрисы.
Мм… Пожалуй, ей стоило забрать назад свои слова о том, что эта девчонка — ледяная глыба. По крайней мере, на ощупь она совсем не казалась холодной, от нее веяло приятным теплом.
Хотя она и числилась «больной», Линь Янь сидела ничуть не смирно: то наклонялась к самому уху Ло Юйбин и говорила чуть слышным шепотом, то, изображая слабость, утыкалась головой ей в плечо и ласково терлась о него.
Неизвестно, в который раз ощутив горячее влажное дыхание у себя возле уха и на задней части шеи, они наконец добрались до медпункта. Затянись дорога еще немного, Ло Юйбин действительно не ручалась бы за то, что не бросит ее прямо на пол.
Поскольку все происходило на фоне критических дней, Линь Янь совсем не опасалась, что ее ложь будет разоблачена. Однако она, похоже, забыла об уникальности этого мира, забыла о том, что здешние люди в преддверии совершеннолетия неизбежно сталкиваются с проблемой дифференциации.
То, что изначально можно было легко объяснить обычной менструальной болью, в этом крошечном, тесном, но укомплектованном всем необходимым медпункте обернулось тем, что Линь Янь заставили пройти через целый комплекс осмотров с головы до ног, а вдобавок еще и взяли кровь для ожидания результатов анализов.
Следующий экзамен, который они обе должны были писать, оказался безнадежно сорван: Линь Янь ничего не понимала в происходящем, а Ло Юйбин оказалась втянута в это против своей воли.
Уставившись на пальцы, мертвой хваткой вцепившиеся в ее запястье, Ло Юйбин признавала, что ей безумно хотелось разгибать их по одному. Но стоило ей взглянуть на Линь Янь, которая из-за тонкой иглы побелела до синевы и даже дрожала губами, как всякое желание пропадало — в конце концов, она не могла найти в себе сил проявить жестокость.
В конце концов, у них был всего лишь школьный возраст, смертельной вражды между ними не было, к тому же в последнее время та действительно словно сильно изменилась…
На этот раз Линь Янь уж точно не притворялась. Если бы ее спросили, чего на свете она боится больше всего, это определенно были бы иглы. И то, что она не падала в обморок при виде подобных вещей, уже можно было считать наилучшим исходом.Сейчас Линь Янь напоминала плавающую на волнах ряску, застигнутую бурей, которая отчаянно пытается за что-нибудь уцепиться. Когда игла вышла из её тела и забор крови завершился, она наконец смогла полностью расслабиться. Придя в себя, она обнаружила, что лоб и спина покрыты холодным потом, а вторая рука мёртвой хваткой вцепилась в запястье Ло Юйбин. На её белой, словно холодный нефрит, коже остались глубокие покраснения, которые никак не хотели исчезать.
Меньше всего Линь Янь ожидала, что Ло Юйбин позволит ей так себя держать.
Дежурный врач школьного медпункта прервал их слегка напряжённый молчаливый обмен взглядами: управляясь с приборами, она велела Ло Юйбин проводить Линь Янь на кушетку и помочь ей лечь.
Хотя этот мир по своему устройству был похож на тот, в котором она жила раньше, вектор развития всё же немного отличался. Возможно, из-за универсальной для всех проблемы со вторым полом медицина здесь достиглабыла необычайно высокого уровня, и даже в медпункте обычной старшей школы имелось всё необходимое оборудование. В её прежнем мире на получение результатов анализов могло уйти немало времени, но теперь отчет был готов уже за то время, пока выпьешь чашку чая. Не успела Линь Янь прилечь, как врач, закончив с делами, снова подошла к ней.
Линь Янь изначально не рассчитывала услышать о чём-то серьёзном, к тому же её мысли ещё не до конца отошли от пережитого страха, поэтому взгляд был совершенно пустым. Однако слова врача прогремели в её голове подобно грому.
— У этой ученицы уже появились признаки дифференциации. В этом семестре уделяйте больше внимания отдыху, и если возникнут какие-то необычные симптомы, сразу же приходите в медпункт на осмотр. И ещё: во избежание непредвиденных обстоятельств при себе всегда нужно иметь оба типа ингибиторов. Вы всё запомнили?
Линь Янь лишь растерянно хлопала ресницами, глядя, как шевелятся губы врача, которая легко и непринужденно произносила слова, от которых у бедняжки жутко заболела голова.
Поскольку период течки и период восприимчивости часто таили в себе нестабильные факторы и легко могли привести к неприятным инцидентам, всеобщее просвещение в этом мире было поставлено на неплохой уровень. Но Линь Янь была лишь несчастным Исполнителем задания, попавшим сюда меньше двух недель назад. Кроме упоминания Сяо У о последствиях дифференциации, она не знала абсолютно ничего.
В день перемещения в книгу она впервые столкнулась с новыми реалиями и впервые открыла роман с метками ABO. Знай она, что в будущем с ней может приключиться такая магия, Линь Янь наверняка заранее отыскала бы эту историю и заучила её наизусть, досконально во всём разобравшись.
Её наивный и непонимающий взгляд совсем не выглядел притворным, поэтому врач повернулась полуоборотом и повторила те же наставления для Ло Юйбин.
Обычно ученики, сопровождающие друзей в медпункт, были очень близки, так что давать подобные поручения кому попало не имело смысла.
Пока врач разговаривала с Ло Юйбин, Сяо У тоже принялась разъяснять Линь Янь более детальное устройство этого мира. Едва она с трудом уложила всё по полочкам в голове, как заметила, что эта глыба льда невероятно послушно стоит в сторонке, слегка опустив голову.
Взгляд Линь Янь постепенно скользнул вниз, и она без труда разглядела обнажённое, с выступающей косточкой запястье, на котором всё ещё виднелись бледные следы от её собственных пальцев — результат её недавнего творчества.
Только что, после окончания забора крови, получив передышку, Линь Янь разжала пальцы. Она думала, что Ло Юйбин непременно сорвётся, не вытерпит и гордо удалится, но та неожиданно осталась и даже внимательно выслушала врача.
Сегодня она действительно раз за разом недооценивала чужое терпение.
Почувствовав на себе палящий взгляд, Ло Юйбин повернула голову, и они совершенно неожиданно вновь встретились глазами. Застигнутая за разглядыванием человека с поличным, Линь Янь даже не думала смущаться — она продолжала смотреть открыто, бесцеремонно и нагло, а на её губах расцвела победная улыбка. Это заставило саму Ло Юйбин первой сдаться и с неудовольствием отвести взгляд обратно.
Подобные мелкие движения, разумеется, не могли ускользнуть от глаз третьего человека в помещении. Врач в медпункте легко кашлянула, из-за чего между девушками вновь повисло неловкое молчание.
Не то чтобы ей очень хотелось мешать — в конце концов, у молодёжи все чувства были написаны на лицах, — просто момент был неподходящий. Если бы она не давала столь важные наставления насчет дифференциации, она бы уже давно притащила табуретку и уселась в первом ряду смотреть представление. Но как врач она обязана была сохранять ответственность и договорить до конца.
— Всё, о чём я только что говорила, запомнили?
Хорошая ученица есть хороровая ученица — запоминание материала давалось ей без малейшего труда. Слушая, как Ло Юйбин чётко, словно перечисляя блюда по меню, повторила все только что озвученные врачом пункты предосторожности, Линь Янь на мгновение поймала себя на странном чувстве удовольствия от воспитания ребёнка.
Неудивительно, что у таких послушных айдолов и звёзд бывает столько поклонниц, готовых занять место их мамочек.
Она мысленно поделилась с Сяо У идеей о том, что эта девчонка в чём-то даже милашка, но привычный голос не прозвучал сразу — казалось, система слегка потеряла дар речи и в конце концов выдала лишь короткую реплику:
— Она хочет замутить с тобой роман, а ты собралась стать её маменькой…
Слова Сяо У вновь пробудили в памяти Линь Янь мимолётные мысли. Родная хозяйка тела применила против такой девушки, как Ло Юйбин, столь подлые и грязные методы — даже и не знаешь, назвать ли это глупостью или чем-то ещё.
— Сяо У, мне кажется, если предотвратить повторение ситуации, когда эту глыбу льда доводят до срыва плохими происшествиями, это задание будет не так уж сложно выполнить.
— Главная проблема — как именно это предотвратить. И вообще, с какой стати ты назвала меня Сяо У?
— Разве Сяо У не звучит лучше и короче? А то «три пятёрки» звучит так, будто кто-то вечно плачет. Сяо У и звучит мило, и слух радует.
Линь Янь отпустила шутку, и Сяо У больше не стала спорить с ней по таким мелочам, что тоже служило скрытым знаком согласия.
Тем временем разговор между теми двумя подошел к концу, и Ло Юйбин с самым естественным видом вернулась к кушетке. Линь Янь с полной уверенностью открыла интерфейс, чтобы проверить показатели шкалы благосклонности, и от вида огромного жирного ноля её лицо почернело на несколько тонов.
http://bllate.org/book/36488/4533995
Готово:
