Готовый перевод All the Animals in the World Love Me / Меня любят все животные в мире!: Глава 13

Восходило солнце.

В клинике «Весёлый питомец» царила утренняя тишина. Голубь Дайли мирно дремал в своей клетке, когда с мансарды стремительной яркой молнией скатилась рыжая тень.

Подскочив к клетке, Рыжик просунул лапу сквозь прутья и весомо отвесил птице подзатыльник по упитанной тушке. Голубь вздрогнул, распахнул глаза и тут же столкнулся с хитрым, прищуренным взглядом котёнка.

Каждое утро, едва проснувшись, Рыжик первым делом бежал исполнять поручение Чжуан Му — контролировать утреннюю зарядку пернатого пациента. Увидев, что голубь всё ещё мешкает, котейка немедленно добавил ещё один увесистый тычок.

Покорно вздохнув, тяжелогрудый птиц с глубоким прискорбием начал переставлять тучные лапы, уныло вышагивая и подпрыгивая по клетке.

Голубь обитал в клинике уже неделю. Чжуан Му составил для него строгую программу сбрасывания веса: три тренировки в день по пять минут, с ежедневным увеличением нагрузки на одну минуту. Когда птица достаточно похудеет, доктор планировал снова учить её летать. Первые дни Чжуан Му контролировал процесс сам, но затем с лёгкой душой перепоручил эту обязанность Рыжику. Котёнок подошёл к делу со всей ответственностью и теперь едва затеплится рассвет с задором принимался изводить несчастного пернатого.

Спустившись из мансарды и приведя себя в порядок, Чжуан Му тщательно обследовал всех четвероногих постояльцев, оставленных на передержку. Едва он закончил с осмотром, как ровно в восемь утра в дверь постучали: Сюй Юэлинь, как всегда, явилась секунда в секунду.

— Юэлинь, мне сегодня нужно съездить домой, — обратился к ней Чжуан Му. — Если что-то случится, сразу звони.

Ассистентка кивнула, подтверждая, что всё поняла. В ветеринарии она разбиралась вполне достойно: пусть до уровня Чжуан Му ей было далеко, но справиться с несложными недомоганиями у пациентов она могла без труда.

Сегодня Чжуан Му планировал навестить родителей и одолжить у отца денег. Вчера доктор Мэн Юэмин уехал к себе на родину, предварительно оформив официальные документы о передаче клиники «Весёлый питомец» в полную собственность Чжуан Му. Хотя Мэн Юэмин твердил, что с расчётом можно не спешить и вернуть сумму хоть через три-пять лет, Чжуан Му понимал: щедрость старшего коллеги — это проявление дружбы, но злоупотреблять ей нельзя. Покупка клиники оставалась серьёзным шагом. И хотя родители по телефону уже дали своё согласие, Чжуан Му считал необходимым обсудить всё лично.

Родной дом Чжуан Му находился в посёлке Футянь, всего в тридцати с небольшим километрах за пределами Дунъюаня. Поездка на такси заняла около часа.

Семейное поместье представляло собой бывшую производственную территорию. В свое время его отец, Чжуан Цзюньшань, поднялся на скобяном производстве, но когда отрасль пошла на спад, своевременно закрыл дело, переоборудовал цеха и превратился в рантье. Участок занимал более тридцати соток. На этой территории отец выделил около трёхсот квадратных метров под жилые помещения для семьи, а остальную площадь разделил на мелкие цеха и сдал в аренду. Внешнюю сторону, выходившую на улицу, перестроили под торговые лавки. Ныне годовой доход семьи от аренды составлял более сотни тысяч юаней, что по меркам Футяня обеспечивало им вполне крепкий достаток. До богатств миллионеров было далеко, но о завтрашнем дне задумываться не приходилось.

Впрочем, если оценивать общие активы, цифры получались куда внушительнее. За годы работы Чжуан Цзюньшань не нажил золотых гор на скобяных изделиях, зато вовремя выкупил под производство огромный надел — свыше полутора гектаров. В те годы земля считалась пустырём и не стоила почти ничего; отец брал её с расчётом на будущее расширение, хотя за четверть века фабрика так и не разрослась. Зато теперь этот опрометчивый на первый взгляд шаг обеспечивал семье безбедное существование. В наши дни каждый понимал ценность земли: по рыночным расценкам Чжуан Цзюньшань легко тянул на мультимиллионера. Правда, амбициями отец никогда не отличался, предпочитая синицу в руках, и даже не помышлял о продаже участков ради рискованных инвестиций.

Стоило Чжуан Му выйти из машины, как навстречу выскочила младшая сестра, Чжуан Синь, и с ходу влепила ему чувствительную затрещину по плечу.

— Надо же, соизволил-таки навестить! — сделала она обиженное лицо.

Чжуан Му усмехнулся и беззаботно поинтересовался:

— И как сдала сессию?

Чжуан Синь наградила его ледяным взглядом и молча зашагала к дому.

Брат тут же нагнал её, обнял за плечи и с подвохом спросил:

— Что, опять завалила?

Чжуан Синь была младше брата на пять лет и училась в старшей школе. Если Чжуан Му всегда оставался идеальным гордым академическим успехом семьи, то сестра являла собой его полную противоположность, едва перебиваясь с тройки на четвёрку. По натуре непоседливая и равнодушная к наукам, она зато имела тысячи увлечений: от игры на гитаре до роликов. Ни в чём она не достигла особых высот, зато жизнь её бурлила яркими красками. Родители относились к учёбе детей философски: отличные оценки — прекрасно, но делать из учебы культ никто не собирался, благо достаток семьи позволял не переживать о будущем.

Едва переступив порог, Чжуан Му увидал отца, коротающего время перед телевизором.

— Пап, я дома, — поздоровался он и, оглядев комнату, спросил: — А где мама?

— Да с самого утра на рынок умчалась, — добродушно откликнулся Чжуан Цзюньшань. — Твердит, раз сын наконец приехал, надо наготовить твоих любимых блюд.

— Вот так всегда! Лицемерие и фаворитизм, — надулась Чжуан Синь.

Отец шутливо сдвинул брови:

— А кто тебе на день рождения трёхъярусный торт заказывал, а?

Девушка мгновенно сменила гнев на милость и довольная засияла.

— Ого, целых три яруса! — подмигнул ей Чжуан Му.

— А то! — гордо задрала нос сестра.

***

К обеду мать накрыла шикарный стол, сплошь уставленный любимыми кушаньями сына. Позже, когда с трапезой было кончено, Чжуан Цзюньшань позвал Чжуан Му в кабинет для серьёзного разговора.

— Вы продали участок?! — ахнул Чжуан Му, едва не лишившись дара речи. — Вы же сами твердили, что ни при каких обстоятельствах не станете трогать землю!

— Я имел в виду, что берегу её для вас с сестрой, — невозмутимо возразил отец. — А раз тебе срочно потребовались деньги на дело — с чего бы не продать?

— И сколько вы реализовали?

— Два му. Выручил два миллиона.

Чжуан Му изумлённо вскинул брови:

— Как так? Ещё пару лет назад сотка стоила копейки, да и за му давали от силы тысяч шестьсот! Откуда такой скачок?

— Так генеральный план развития города изменили, — пояснил Чжуан Цзюньшань. — Проложили прямую магистраль от Дунъюаня прямо к нашему Футяню. Вот земля вокруг и взлетела в цене.

— Понятно... — кивнул Му.

В этот момент в комнату вошла мать с вазой свежих фруктов.

— Чжуан Му, поешь яблок, организму нужны витамины, — ласково проговорила она и тут же строгим тоном обратилась к дочери: — Синь-синь, отложи телефон! Только и знала всю неделю, что в экран таращиться. Ты в университет вообще собираешься поступать?

Как бы родители ни декларировали свободу развития, в глубине души каждый мечтает видеть своего ребёнка студентом. Чжуан Синь с хихиканьем спрятала смартфон и с аппетитом принялась за фрукты.

***

Во второй половине дня Чжуан Му вместе с сестрой отправился навестить дедушку и бабушку. Не успели они свернуть в нужный переулок, как до их ушей донёсся оглушительный гвалт: яростное гоготанье перемежалось со звонким собачьим лаем.

Выйдя из-за угла, Чжуан Му углядел перед воротами дедовского дома живописную картину: огромный белый гусь и беспородная рыжевато-жёлтая дворняга сошлись в бескомпромиссном поединке. Оба дуэлянта ни за что не хотели уступать, угрожающе вышагивая и принимая боевые стойки. Гусь выпячивал грудь и выглядел чрезвычайно грозно. Дворняга с заметно округлившимся брюхом, несмотря на очевидную беременность, дерзко огрызалась, не уступая сопернику в боевом духе.

В дверном проёме во двор маячили дедушка с бабушкой, с азартом наблюдавшие за баталией.

— Дедушка, бабушка! — окликнул их Чжуан Му.

Старики обернулись, расплывшись в радостных улыбках, и замахали руками.

Обогнув воинственный дуэт, Чжуан Му и Чжуан Синь подошли к старикам.

— Когда приехал-то? — ласково спросила бабушка.

— Сегодня утром, — улыбнулся внук.

— Дедушка, а они чего сцепились? — Чжуан Синь ткнула пальцем в сторону взъерошенной птицы и собаки.

— Да шут их знает, — усмехнулся дед, покачав головой. — Собака из заднего переулка, а гусь — старины Ли. Встретились у нашего порога и никак дорогу не поделят!

— Ой, надо снять! Настоящая битва века, интересно, кто кого! — с азартом воскликнула Чжуан Синь, доставая телефон.

Сначала она снимала от калитки, но поддавшись азарту, сделала пару шагов ближе.

— Синь-синь, не подходи! Вернись сейчас же! — встревожилась бабушка.

— Да всё нормально, бабуль, я близко не подхожу, — беззаботно отмахнулась девушка и спустила затвор.

Ограничься она видеосъёмкой, всё обошлось бы. Увы, ей захотелось сделать пару ярких кадров, а выключить вспышку она забыла. Экраны смартфона ярко вспыхнули один за другим, что мгновенно привлекло внимание пернатого бойца. Чжуан Синь, не чувствуя беды, обрадовалась удачному ракурсу и сделала ещё пару снимков.

Это стало последней каплей. Ослеплённый вспышками гусь пришёл в бешенство. Бросив своего мохнатого противника, птица вытянула шею и с яростным шипением ринулась прямиком на девушку.

— Осторожно! — в один голос вскрикнули Чжуан Му и старики.

Чжуан Му мгновенно шагнул вперёд, одним движением дёрнул сестру себе за спину и встал на пути разъярённой птицы.

Гусь летел напролом, издавая оглушительные воинственные кличи, но, столкнувшись взглядом с Чжуан Му, внезапно поперхнулся звуком и застыл. Птица отчаянно замахала крыльями, едва ли не юзом тормозя по земле, и остановилась в полушаге от человека.

Гусь недоумённо склонил голову набок, уставившись на Чжуан Му. От этого высокого двуногого исходила удивительная, невероятно притягательная аура тепла и доверия, хотя выглядел он совершенно чуждо. Птичий разум погрузился в глухую растерянность.

Чжуан Му медленно протянул правую руку. Гусь с любопытством и опаской уставился на изящные пальцы, осторожно вытянул шею и прикоснулся к ладони. Чжуан Му едва заметно улыбнулся и ласково погладил пернатого забияку по гладким перьям. Яростный пыл боевого гуся улетучился в мгновение ока, уступив место блаженному спокойствию.

Опешившие бабушка, дедушка и Чжуан Синь замерли, открыв рты.

— Брат... — спустя добрую минуту вымолвила сестра. — Ваша ветеринария — это что, какая-то магия? Как у тебя это получилось? Научи!

Она потянулась рукой к гусю, намереваясь погладить необычно кроткое создание. Однако птица, только что таявшая от ласки Чжуан Му, при виде её руки грозно зашипела и вытянула шею.

Чжуан Синь в испуге отдёрнула пальцы.

— Ну и жадина! — буркнула она.

Гусь словно понял оскорбление и победоносно гоготнул.

Поласкав пернатого, Чжуан Му перевёл взгляд на стоящую неподалёку рыжую дворнягу. Вглядевшись в поведение собаки, он нахмурился: что-то в её состоянии настораживало.

Сделав несколько шагов к дворняге, доктор присел и внимательно её осмотрел. Из половой щели животного выделялась прозрачная желеобразная слизь с заметными сгустками крови.

Чжуан Му напрягся, и глаза его тревожно сузились:

«Плохо дело... Это же явные признаки угрожающего аборта!»

http://bllate.org/book/36448/4647635