Готовый перевод All the Animals in the World Love Me / Меня любят все животные в мире!: Глава 6

Когда профессор Жэнь и Фу Юй вошли в кабинет, Чжуан Му как раз осматривал черного американского кокер-спаниеля.

Кокер-спаниели, происходящие от испанских охотничьих собак, делятся на два типа: английские и американские. Американский кокер немного миниатюрнее, но отличается более густой, шелковистой шерстью и выразительной формой головы.

У пса, сидевшего на столе, воспалились свисающие уши: он непрерывно тряс головой и чесался, из-за чего расковырял раковины до распухших кровоточащих ссадин.

Типичный наружный отит — воспаление эпителия слухового прохода, часто переходящее на ушную раковину, а в запущенных случаях способное пробить барабанную перепонку и затронуть среднее ухо. Вспыхивает болезнь из-за травм или грязи, серы, воды и попавшей шерсти, провоцирующих бактериальную или грибковую инфекцию. Если запустить отит, начальный этап сменяется гнойными выделениями, разрастанием эпителия и перекрытием канала, что ведет к тугоухости, скачкам температуры и отказу от еды.

Болезни подвержены и кошки, и собаки, но особенно часто страдают вислоухие породы или питомцы с густой шерстью в ушных раковинах.

Вставив отоскоп, Чжуан Му разглядел на поврежденных тканях крошечные белые точки, медленно шевелившиеся в свете прибора.

— Ушной клещ, — повернулся он к хозяину спаниеля. — Ничего страшного, инфекцию не запустили. Промоем, обработаем — и быстро пойдет на поправку.

Он попросил Тан Миньин подготовить местную анестезию.

Затем аккуратно выстриг шерсть у входа в слуховой проход, смыл накопившуюся серу теплым физраствором, насухо осушил канал стерильным ватным тампоном и капнул акарицидный препарат.

— Вот и всё. Я выпишу ватные шарики с этакридина лактатом и капли от клещей. Дома очищайте уши ватой и капайте лекарство дважды в день. Вскоре воспаление спадет. Главное — следите, чтобы внутрь не попадала вода. Если решите искупать, будьте предельно осторожны!

Владелец спаниеля благодарно кивнул и несколько раз повторил спасибо.

Проводив клиента, Чжуан Му заметил в дверях профессора Жэня и Доктора Фу.

— Профессор Жэнь! — он тут же поднялся.

— Директор Жэнь, — поприветствовала его Тан Миньин.

— Чжуан Му, смотрю, ты уже освоился в клинике, — добродушно улыбнулся Жэнь Хуачуань.

Во время осмотра спаниеля юноша держался уверенно и собранно. Пусть отит — заболевание рядовое, умение работать с животным и четкость действий выдавали неплохой клинический опыт.

Чжуан Му смущенно почесал лоб и с неловкостью взглянул на Фу Юя. Он прекрасно понимал, зачем тот ходил к директору, но поделать с безумной любовью хвостатых пациентов ничего не мог.

Раз уж профессор Жэнь пришел лично, значит, приготовил новые распоряжения, и Чжуан Му был готов их выслушать.

— Чжуан Му, я переведу тебя в другой кабинет, — произнес Жэнь Хуачуань. — Понаблюдаешь за работой других ветеринаров: чем больше подходов увидишь, тем больше опыта почерпнешь.

Профессор был высокого мнения о своем ученике — особенно после недавней полостной операции на калифорнийской сияющей кошке. Отзыв Фу Юя и только что увиденный осмотр лишь укрепили его уверенность: уровень Чжуан Му ничуть не уступал врачам с двух-трехлетним стажем.

Будь его воля, он бы сразу выделил юноше отдельный кабинет. Но правила есть правила. Чжуан Му пришел в первый день и числился стажером; если дать ему привилегии, подчиненные начнут роптать на кумовство. Пришлось соблюдать дистанцию. История с кошкой сошла за исключение из-за настойчивой просьбы владельца и блестящего исполнения, а вот постоянный прием требовал прохождения всех формальностей.

Чжуан Му без возражений принял решение наставника: он и пришел в «Драгоценный питомец», чтобы набраться практики.

В сопровождении Жэнь Хуачуаня Чжуан Му отправился по другим кабинетам Южного отделения.

Фу Юй облегченно перевел дух — присутствие Чжуан Му давило на него неимоверно. А вот Тан Миньин заметно сникла. Шанс поработать бок о бок с красавцем улетучился по вине Доктора Фу.

В отместку девушка весь день одаривала коллегу ледяным взглядом. Если раньше в свободную минуту она охотно наливала ему чай, то теперь ситуация резко изменилась.

— Миньин, налей мне воды, пожалуйста, — попросил Фу Юй.

— Мне еще кабинет дезинфицировать, сам налей! — даже не обернувшись, отрезала ассистентка.

Фу Юй лишь тоскливо вздохнул.

***

В последующие пять дней Чжуан Му пронесся по Южному отделению клиники подобно урагану.

В каждом кабинете, куда он ступал, поднимался молчаливый стон. И роптали вовсе не животные, а сами врачи. Стоило стажеру появиться на пороге, как приемная мгновенно превращалась в его сольный концерт. Законным хозяевам кабинетов оставалось лишь с тоской наблюдать, пока Чжуан Му ведет прием.

Животные липли к нему с такой непреодолимой силой, что у ветеринаров чесались руки анатомировать парня — проверить, не выделяет ли он какие-нибудь особые феромоны.

Зато медсестры и ассистентки пребывали на седьмом небе от счастья: в клинике появился не просто талантливый врач, а настоящий красавец, одно присутствие которого поднимало настроение. В итоге врачи оказались разгромлены по всем фронтам — и в профессии, и во внешности.

***

Кабинет У Чжэсяна.

Чжуан Му изучал анализы акита-ину.

— Судя по показателям крови, у вашей собаки отравление магнием, — сообщил он владельцу пса.

В этот момент мимо открытой двери проходил мужчина лет шестидесяти. Мельком взглянув внутрь, он на мгновение замер.

«Разве это не кабинет Доктора У? А кто этот юноша?»

Мужчина перевел взгляд на табличку — там действительно значилось имя У Чжэсяна.

Проходившая мимо медсестра поклонилась:

— Директор Чу!

Чу Шаньсин кивнул и подозвал её движением руки:

— Что за молодой человек принимает пациентов? Где У Чжэсян и почему за столом сидит посторонний?

— Директор Чу, так это же Доктор Чжуан! — с воодушевлением ответила девушка.

— Доктор Чжуан? У нас есть врач с такой фамилией? — Чу Шаньсин мысленно перебрал штат, но никого не вспомнил. На парня с такой яркой внешностью он бы точно обратил внимание.

— Он стажер, профессор Жэнь привел его пару дней назад.

— Стажер?! — поразился Чу Шаньсин, едва удерживаясь от гнева. — С каких пор у нас стажеры ведут самостоятельный прием? Куда делся У Чжэсян?! Кто разрешил?

Многолетний опыт подсказал ему, что громкие крики в коридоре растревожат больных животных, иначе он бы уже строил виновных. У Чжэсян совсем сошел с ума!

Впрочем, секундой позже Чу Шаньсин сообразил: У Чжэсян никогда бы не осмелился посадить стажера вместо себя. Неужели распоряжение Жэнь Хуачуаня?

Странно. Чу Шаньсин отлично знал коллегу. Ветеринарный госпиталь «Драгоценный питомец» делился на два сектора: Южным, где трудилась молодежь, заправлял Жэнь Хуачуань, а Северным, где по графику принимали известные светила ветеринарии, руководил сам Чу Шаньсин. Система совладения там была сложной, и кадровые вопросы требовали его личного контроля. Но Жэнь Хуачуаню он доверял безусловно — не даром в свое время переманил его на высокий оклад и долю в бизнесе.

И всё же факт оставался фактом: стажер по фамилии Чжуан сидел в кабинете один и спокойно консультировал.

Чу Шаньсин решил пока понаблюдать.

— Доктор Чжуан невероятный! — пылко вступилась за юношу медсестра. — Его любят абсолютно все животные!

— Все животные?.. — Чу Шаньсин окончательно заинтриговался.

Отпустив медсестру, он присел на скамью в коридоре.

В кабинете Чжуан Му заканчивал выписывать назначения:

— С сегодняшнего дня полностью исключите из рациона кормовой гипс. Вы упомянули, что раньше у пса диагностировали дефицит магния и врач велел давать добавки. Но вы ведь превысили дозировку? Взрослой крупной собаке требуется от восьмидесяти до ста восьмидесяти миллиграммов магния в сутки. Закармливать питомца микроэлементами при дефиците категорически нельзя — вы получили обратный эффект. Впредь строго следуйте инструкциям. Сейчас я выпишу диуретики, препарат выведет избыток магния с мочой, и собака быстро восстановится.

Хозяин акита-ину виновато закивал, соглашаясь с каждым словом.

Проследив за ходом приема, Чу Шаньсин поднялся и направился в кабинет Жэнь Хуачуаня.

***

Кабинет Жэнь Хуачуаня.

— Директор Жэнь, переведите Чжуан Му куда угодно! Я так работать не могу! — умоляюще произнес У Чжэсян.

Жэнь Хуачуань сочувственно кивал. За последние пять дней он выслушивал подобные стенания уже раз двадцать.

— Иди пока работай, я подумаю, к кому его еще можно пристроить.

— Да что тут думать! Отправьте его обратно к Фу Юю!

— В первый день он как раз у него и был.

— Ну к Ду Юэпину тогда!

— Вчера отправлял, — со вздохом отозвался профессор.

Ситуация заходила в тупик: Чжуан Му успел обойти два десятка кабинетов, и дальнейшие переводы ничего не меняли. Самым логичным шагом было выделить парню собственный кабинет, но Жэнь Хуачуань опасался недовольства коллектива. «Может, направить его в Северное отделение? Поучится у именитых мэтров», — размышлял он.

У Чжэсян стопорился от беспомощности, не зная, что еще предложить. В этот момент в дверь постучали.

Открыв дверь, У Чжэсян опешил:

— Директор Чу?

— Ты чего тут, У Чжэсян? — удивился Чу Шаньсин.

— Старина Чу, какими судьбами из Северного отделения? — с улыбкой поднялся Жэнь Хуачуань. — Заходи, чаю попьем.

Чу Шаньсин опустился на диван и, заметив, что У Чжэсян не уходит, спросил:

— У вас деловое обсуждение? Мне выйти?

— Нет-нет, он как раз просит перевести от него стажера.

— Чжуан Му? — уточнил Чу Шаньсин.

Жэнь Хуачуань удивленно моргнул:

— Откуда ты знаешь?

— Только что проходил мимо кабинета Доктора У и видел, как парень ведет прием. Кстати, у меня возник вопрос. Раз он стажер, почему работает один?

— Ну... — усмехнулся Жэнь Хуачуань. — Пусть У Чжэсян сам расскажет.

Ветеринар без утайки изложил всё, что произошло в его кабинете с появлением Чжуан Му.

— Надо же, какая аномалия, — с улыбкой качнул головой Чу Шаньсин.

— Это еще что! За эти дни он сменил больше двадцати кабинетов!

— И везде одно и то же?

— Именно. Я ума не приложу, куда его девать, — развел руками профессор. Поколебавшись, он достал телефон и отыскал видеозапись операции: — Посмотри-ка, Старина Чу. Это он пару дней назад делал полостную операцию калифорнийской сияющей кошке.

— Его уже и к операционному столу допустили?

— Хозяин животного настоял! Ты не кипятись, сначала глянь.

Чу Шаньсин перевел дыхание, взял телефон и запустил ролик. У Чжэсян, впервые услышавший об этом, от любопытства тоже прильнул к экрану.

Спустя пару минут Чу Шаньсин одобрительно кивнул:

— Вскрытие брюшной полости и шов выполнены безупречно. Уровень хорошего хирурга с парой-тройкой лет практики. А парень действительно талантлив.

У Чжэсян согласно кивнул. Чжуан Му работал непрерывным швом — техникой, которой сам У Чжэсян пользовался постоянно. Мастерство вчерашнего выпускника искренне поражало.

Жэнь Хуачуань не удержался от горделивой улыбки:

— А если я скажу, что месяц назад на непрерывный шов у него уходило четыре-пять минут, а здесь он уложился меньше чем за минуту? Что скажешь?

Чу Шаньсин и У Чжэсян замерли.

— Ты серьезно? — Чу Шаньсин нахмурился и заново перекрутил видео. — Сократить время непрерывного шва с пяти минут до одной... за один месяц?!

У Чжэсян и вовсе потерял дар речи. В отличие от Фу Юя, он считал непрерывный шов своим коньком. Чтобы сбить время с трех минут до одной, у него ушел целый год упорных тренировок! Пусть раны бывают разными, принцип один: каждый стежок требует времени. Сократить процесс в пять раз за четыре недели... Это был сокрушительный удар по его врачебному самолюбию.

Чу Шаньсин, обладая огромным жизненным и клиническим опытом, быстро взял себя в руки:

— Ну ты даешь, Старина Жэнь. Какого ученика выпестовал!

— Да при чем тут я! Студентов у меня сотни, а такой самородок — один. Просто повезло встретить настоящий талант, — с нескрываемой гордостью отозвался профессор.

— И то верно. Раз он обошел два десятка кабинетов, значит, наработал приличную статистику. Попроси принести его карты, я взгляну на истории болезней.

Жэнь Хуачуань кивнул и обратился к застывшему ветеринару:

— У Чжэсян, принеси все амбулаторные карты пациентов, которых принимал Чжуан Му.

— А? — очнулся тот.

— Карты Чжуан Му принеси. Директор Чу хочет ознакомиться.

— А, да-да, сейчас, — У Чжэсян облегченно выдохнул и поспешил в ординаторскую.

Пролистав стопку историй болезней, Чу Шаньсин одобрительно кивал после каждой страницы:

— Отличная работа. Диагнозы точные, назначения грамотные. Замечательный специалист.

— И что с ним делать? Куда пристроить? — поинтересовался Жэнь Хуачуань.

— Раз кочевание по кабинетам не работает, пусть ведет самостоятельный прием, — закрыв последнюю карту, резюмировал Чу Шаньсин. — Я наблюдал за его работой, посмотрел видео операции и истории болезней. Для собственного кабинета у него есть всё необходимое.

Жэнь Хуачуань про себя улыбнулся. Изначально он хотел попросить Чу Шаньсина забрать Чжуан Му в Северное отделение под крыло местных авторитетов. Но решение главврача выделить стажеру отдельный кабинет оказалось еще лучше. Будучи личным преподавателем Чжуан Му, Жэнь Хуачуань избегал обвинений в протекционизме. А вот решение директора Чу обжалованию не подлежало — даже недовольным пришлось бы молчать.

Да и У Чжэсян, еще недавно сомневавшийся, теперь напрочь лишился возражений: парень с феноменальным чутьем и молниеносным швом заслужил свой рабочий стол.

Так, всего через пять дней после прихода в ветеринарный госпиталь «Драгоценный питомец», стажер Чжуан Му получил право на самостоятельный клинический прием. Скорость его продвижения поразила всех, но самое удивительное — никто в клинике не посмел протестовать. Стоило кому-то из врачей выразить скепсис, как профессор Жэнь тут же предлагал: «Ну так забирай его к себе в кабинет!» — и возражения моментально испарялись.

http://bllate.org/book/36448/4588345