Готовый перевод All the Animals in the World Love Me / Меня любят все животные в мире!: Глава 5

Завершив рассечение брюшной полости калифорнийской сияющей кошки, Чжуан Му тут же обложил края разреза стерильными салфетками, смоченными в тёплом физрастворе.

— Отсос, промывание, — коротко бросил он.

Тан Миньин немедленно опустила наконечник аспиратора в брюшную полость, совмещая отсасывание скопившейся жидкости с промыванием тёплым физраствором.

Как только операционное поле очистилось, Чжуан Му перешёл к ревизии органов. Анатомию кошек он знал безупречно, поэтому источник кровотечения обнаружил в считаные секунды.

У калифорнийской сияющей кошки оказался лёгкий разрыв печени.

Осмотрев орган, хирург не увидел признаков патологических изменений. Переведя взгляд на брюшную стенку напротив печени, он заметил гематому. Пятно было небольшим, да и густая шерсть скрывала его, отчего при первичном осмотре ушиб проглядели.

Судя по всему, животное получило тупую травму, вызвавшую надрыв доли печени и последующий перитонит.

Поскольку органной патологии не наблюдалось, а кровотечение оставалось умеренным, резекция доли не потребовалась. Чжуан Му перекрыл повреждённый участок гемостатической рассасывающейся губкой и лоскутом сальника, зафиксировав всё медицинским клеем. Затем на тридцать секунд прижал место склейки пальцами для надёжной фиксации.

Убедившись, что кровотечение полностью остановлено, он погрузил долю печени обратно.

— Промыть и осушить, — распорядился Чжуан Му.

Тан Миньин без промедления выполнила указание. Едва брюшная полость была очищена, хирург приступил к ушиванию.

Вся операция заняла от силы три минуты. Фу Юй, наблюдавший за процессом со стороны, был поражён.

Конечно, разрыв был непатологическим, само вмешательство не отличалось сложностью. Фу Юй знал: оперируй он сам, управился бы не менее оперативно. Изумление вызвала техника ушивания.

Чжуан Му работал непрерывным швом. При выполнении внутрикожного шва игла проходила строго параллельно поверхности кожи — такой приём гарантировал, что после заживления рубца практически не останется.

Сам Фу Юй тоже владел непрерывным швом, но до такой филигранной скорости и точности ему было далеко. Обычно он ограничивался горизонтальным матрацным или простым узловым швом. В его представлении главная задача заключалась в спасении жизни; становиться пластическим хирургом он не планировал, а потому эстетика рубца его мало волновала.

Чжуан Му рассуждал иначе. Какую бы операцию он ни проводил, идеал заключался в том, чтобы животное после выздоровления выглядело и чувствовалось так, будто никакого хирургического вмешательства не было вовсе. Поэтому он постоянно брался за усложнённые техники.

Разумеется, не последнюю роль сыграли особенности его мозга. После несчастного случая, произошедшего полгода назад, Чжуан Му не только обрёл способность сопереживать животным, но и получил колоссальный прирост к памяти и аналитическому мышлению. Опыт, извлекаемый им из одной операции или вскрытия, превосходил то, что другие нарабатывали за десяток попыток.

Прибавим к этому феноменальное трудолюбие: каждую свободную минуту он проводил за книгами, анатомированием или у хирургического стола. Неудивительно, что его профессиональный рост оказался стремительным.

Завершив вмешательство, Чжуан Му вместе с Тан Миньин повезли каталку с кошкой в стационар.

— Миньин, дальше по схеме: капельно гентамицин в течение восьми дней. Плюс десятипроцентный глюконат кальция, по двадцать-сорок миллилитров внутривенно дважды в сутки. И обязательно добавь комплекс витаминов группы B, — наставлял Чжуан Му.

— Поняла, доктор Чжуан, — кивнула Тан Миньин.

***

В это время Фу Юй с телефоном в руках вошёл в смотровую.

— Уже всё? — удивился Жэнь Хуачуань. — Без осложнений?

Профессор наблюдал за процессом через стекло, но из-за ограниченного обзора видел не все детали. Он заметил лишь, что доктор Чжуан провёл у стола от силы пару минут. Хотя Жэнь Хуачуань верил в ученика, столь молниеносное завершение операции вызвало у него невольные сомнения.

Фу Юй пожал плечами:

— Всё чисто. Операция прошла гладко.

— Дай-ка запись, — попросил Жэнь Хуачуань.

Фу Юй без слов протянул ему смартфон.

Директор Жэнь прильнул к экрану, с каждым мгновением всё заметнее кивая. Лапаротомия — уверенно, без лишних движений. Остановка кровотечения из печёночной доли — безупречно. А уж когда дошло до ушивания...

«Какая филигранная техника непрерывного шва... Погоди-ка!»

Профессор отмотал видео назад, к началу наложения шва, и прикинул время. На всё ушивание ушла ровно минута!

«Что за...»

Жэнь Хуачуань помнил: ещё месяц назад на непрерывный шов у Чжуан Му уходило минимум четыре с половиной, а то и пять минут. Откуда такая скорость?!

Взгляд директора изменился, на лице отобразилось крайнее изумление.

Фу Юй, уловив эту перемену, поинтересовался:

— Директор Жэнь, что-то не так?

Жэнь Хуачуань поднял глаза, на мгновение замешкавшись, и проговорил:

— Помнится, месяц назад Чжуан Му ушивал брюшную полость непрерывным швом около пяти минут. Причём тогда разрез был даже меньше, чем у этой кошки. А тут — минута!

«Месяц назад?!»

Фу Юй обомлел. Наложение шва заняло у Чжуан Му около минуты. Время хоть и феноменальное, но в теории достижимое — Фу Юй полагал, что при упорных тренировках смог бы выйти на такой уровень за год.

Но слова директора всё перевернули. Месяц назад — пять минут на меньший разрез! Выходит, прогресс Чжуан Му не просто впечатляющий, а противоестественный. Даже для гения это чересчур.

Любой хирург знает: на определённом этапе мастерства каждый шаг вперёд даётся ценой колоссальных усилий и сотен часов практики. А главное — здесь висел потолок природного таланта. Без врождённой склонности врач, сколько бы ни старался, никогда не станет топовым специалистом.

Фу Юй долго не мог прийти в себя от шока. Разница в уровне оказалась оглушительной.

Вскоре Чжуан Му, обустроив кошку в палате, вернулся в смотровую.

— Чжуан Му, ты, помимо занятий в университете, где-то ещё практикуешься? — полюбопытствовал Жэнь Хуачуань.

Сегодня он доверил ему роль ведущего хирурга не только по просьбе хозяйки кошки, но и отдавая должное его умениям. Обычно начинающий ветеринар допускается к операциям лишь после полугода работы в клинике, а до самостоятельного оперирования проходит не меньше года! Требования в ветеринарии, пусть и уступают человеческой медицине, всё же весьма суровы. Если бы у Чжуан Му не было столь железобетонной базы, профессор никогда не пошёл бы на подобный риск.

Чжуан Му был самым одарённым студентом за всю его практику, отчего и отношение к нему оставалось особым.

И всё же такое ускорение не укладывалось в голове.

— Я часто помогаю в клинике у друга, а ещё в приюте для бездомных животных, — ответил Чжуан Му. — Наблюдаю за работой опытных врачей, да и сам уже немало прооперировал.

Эти слова немного прояснили ситуацию, хотя удивление профессора никуда не исчезло. Уж больно фантастическим выглядел прогресс. Впрочем, медицина — сфера, где врождённое чутьё решает почти всё. С фактами не поспоришь. Тем более что Чжуан Му и до происшествия возглавлял список лучших студентов курса.

Жэнь Хуачуань ещё раз взглянул на экран:

— Разрыв печени... Удалось установить причину?

— Если не ошибаюсь, это рогатка и металлический шарик, — ответил Чжуан Му.

Профессор кивнул:

— Похоже на то. Характер повреждения указывает на точечный удар высокой скорости.

— Я склоняюсь к той же версии, — добавил Чжуан Му. — Видел похожий случай в научной статье, но там использовался пневматический пистолет, и травмы были куда тяжелее. Здесь же повреждение поверхностное. Если бы угол удара не совпал так точно, внутренние органы вообще бы не пострадали. Вот я и решил, что дело в обыкновенной рогатке.

— Отличная работа. Продолжай в том же духе, — похвалил Жэнь Хуачуань. — А теперь иди, порадуй владельца.

Чжуан Му кивнул и повернулся к выходу, но заметил, что Фу Юй застыл на месте с отсутствующим видом.

— Доктор Фу? — окликнул он коллегу.

— А? — Фу Юй встрепенулся, растерянно взглянув на него.

— Пойдёмте. Хозяйка кошки ждёт.

— Да, иду...

***

В коридоре Фу Юй то и дело бросал на Чжуан Му косые взгляды.

— Чжуан Му, директор Жэнь сказал, что месяц назад у тебя на шов уходило почти пять минут. Это правда?

— Угу, — кивнул тот.

— И как ты так вырос? Есть какой-то секрет? — с нажимом спросил Фу Юй.

Задетое самолюбие требовало ответов.

— Секрет? Да нет никакого секрета, — пожал плечами Чжуан Му.

— Тогда за счёт чего такой скачок? — Фу Юй уставился на него во все глаза.

— Я же только что говорил у директора: постоянная практика в клинике друга и в приюте. Так что секрет один — смотреть и тренироваться.

Фу Юй мысленно скривился: «Издеваешься? Я из клиники не вылезаю, каждый день у стола! Если бы всё решалось банальной практикой, я бы давно уже стал светилом ветеринарии!»

Впрочем, спустя секунду до него дошло: Чжуан Му не лукавил. Никаких тайных методик в хирургии не существует. Фу Юй просто поддался эмоциям от пережитого шока. Пришлось признать очевидное: как минимум в технике ушивания Чжуан Му превосходил его на голову.

От этой мысли Фу Юй окончательно сник.

***

Когда они вышли к ждущей клиентке, Фу Юй выглядел столь удручённым, что женщина мгновенно впала в панику.

— Что с моей кошечкой?! Операция провалилась?! — Она мёртвой хваткой вцепилась в рукав Чжуан Му.

— Всё прошло успешно! — поспешил успокоить её Чжуан Му. — Через десять дней снимем швы.

— Слава богу! — Женщина перевела дух. — А то у вашего коллеги такой вид, будто кто-то умер.

Чжуан Му с трудом подавил неловкую ухмылку и посмотрел на Фу Юя. «Да что с ним? Неужто так расстроился из-за того, что я заменял его на операции? Да нет, тогда бы он злился, а не ходил как в воду опущенный...»

Оставив догадки, он повернулся к хозяйке:

— У вашей кошки был перитонит, вызванный кровотечением из печени. А печень повредил точечный удар — скорее всего, металлическим шариком.

— Шариком? — изумилась та. — Каким ещё шариком?

— Мы предполагаем, что в неё выстрелили из рогатки. Повреждение небольшое, органная ткань лишь слегка надорвана.

— Из рогатки?! Да кто мог... — Женщина нахмурилась, а затем её осенило: — Ах, чтоб их! Это наверняка сопляки из соседней квартиры!

Чжуан Му вопросительно приподнял бровь.

— У моих соседей два пацана растут, настоящие сорванцы! Вечно у них какие-то проделки. Помню, не так давно они дома окно кокнули, так родители их пороли! Чем кокнули? Да рогаткой же! И ведь не выбросили её, ироды! Теперь вот до кошки моей добрались! Ну всё, я этого так не оставлю, пойду устрою им разнос! Сегодня кошка, а завтра человеку глаз выбьют?!

Женщина распалялась всё сильнее.

Чжуан Му понимающе кивнул: картина прояснилась. Банальные детские шалости, обернувшиеся бедой.

— Спасибо вам, доктор Чжуан. Я сейчас проведаю свою любимицу и сразу пойду устраивать соседский трибунал.

Чжуан Му проводил её в стационар.

***

Вернувшись в кабинет, Фу Юй попытался взять себя в руки. «Шов — это лишь деталь. Хирургия состоит из сотен других навыков. То, что он быстро шьёт, не делает его всемогущим ветеринаром», — убеждал он себя.

К приходу Чжуан Му Фу Юй уже взял в работу нового пациента — белоснежного самоеда. Пёс поначалу смирно давал себя осматривать, но стоило Чжуан Му переступить порог, как самоед вильнул хвостом, выскользнул из-под рук Фу Юя и резво подался к вошедшему.

У Фу Юя дёрнулась щека. «Это ещё что за фокусы?»

И это оказалось только началом.

В последующие часы сценарий повторялся с завидным постоянством. Доберман, французский бульдог, бурманская кошка, японский бобтейл и даже упитанная морская свинка — каждый питомец, переступавший порог кабинета, неизменно игнорировал Фу Юя и тянулся к Чжуан Му. Если животное приносили в переноске, то, оказавшись на свободе, оно первым делом семенило к молодому врачу.

Фу Юй грешным делом подумал, не обрызгался ли Чжуан Му какими-то особыми феромонами. Но разумом понимал: универсального вещества, одинаково привлекающего разные виды животных, в природе не существует. Пришлось смириться с диким, раздражающим фактом: звери просто без ума от Чжуан Му.

Сам Чжуан Му поначалу удивлялся, но потом решил, что всё дело в его собственном приподнятом настроении после успешной операции. Животные тонко чувствовали его покой и позитив, а потому тянулись навстречу.

А вот Фу Юй находился на грани нервного срыва. Сначала разгром на хирургическом поприще, теперь — полная профнепригодность в глазах пациентов. К тому же ассистентка Тан Миньин смотрела на Чжуан Му с таким влюблённым восхищением, что Фу Юю хотелось рявкнуть: «Ты работать сюда пришла или на красавчиков глазеть?!»

Когда восьмой по счёту пациент прошмыгнул мимо его рук прямо к Чжуан Му, терпение Фу Юя лопнуло. Он круто развернулся и направился в кабинет директора.

Так дальше продолжаться не могло! Как опекать больных, если они от тебя бегают?!

Жэнь Хуачуань выслушал сбивчивую жалобу подчинённого с искренним любопытством.

— Хочешь сказать, животные сами липнут к Чжуан Му?

— Именно! — с обидой воскликнул Фу Юй. — Директор Жэнь, да я же работать не могу!

— Надо же... — Профессор усмехнулся. — Ещё в университете я замечал, что зверьё к нему невероятно расположено. Тогда я и понял: парень — ветеринар от Бога.

Фу Юй опешил. Слова директора звучали как издевательство. «Профессор, он же мне весь процесс сорвал! Вы не на то внимание обращаете!»

— Директор Жэнь, может, переведём Чжуан Му в другое отделение? Иначе у меня приём встанет.

— Постой, — перебил Жэнь Хуачуань. — Если ты к ним подойти не мог, значит, весь осмотр провёл Чжуан Му?

— Ну... да, — смешался Фу Юй.

— И как он справился? Ошибок не наделал?

— Нет... — неохотно признал Фу Юй. — Всё поставил верно.

Пока Чжуан Му проводил пальпацию и первичный осмотр, он озвучивал все симптомы. Фу Юй хоть и стоял в стороне, но по результатам анализов и визуальным признакам вынужден был признать: диагнозы Чжуан Му ставил безупречно.

Профессор кивнул и поднялся с кресла:

— Пойдём-ка взглянем.

У Фу Юя нервно дёрнулась бровь. Внутри заскреблось нехорошее предчувствие.

http://bllate.org/book/36448/4568527