Готовый перевод My Mistake, the Beautiful Strong Tragic Demon Lord / Ошибка в любви: Мой возлюбленный — безумный Владыка Демонов: Глава 10

Сюань Лан молча кивнул:

— Бессмертный наставник Ли.

Ли Цзянь склонил голову набок: ладно, пусть будет так, маленькому Бессмертному Владыке нравится называть его как заблагорассудится.

Но разве система не говорила, что Бессмертный Цзюнь Шиюань идет по Пути Бесчувствия и его невероятно сложно завоевать? Почему же теперь он видит перед собой сущую наивную овечку, у которой даже от простого обращения братец краснеют уши?

К тому же, если подумать, прошло всего три дня с тех пор, как он переместился сюда, а он уже успешно внедрился в стан врага и поселился в доме маленького Бессмертного Владыки. Разве может такой Бессмертный Владыка, способный за три дня привести домой незнакомого мужчину, быть бездушным человеком, культивирующим Путь Бесчувствия?

Совсем не похоже. Как ни посмотри — ни капли сходства.

Не успел Ли Цзянь продолжить размышления, как из-за тихой ограды донесся шум. Слух и зрение у Ли Цзяня были отменными, и он расслышал все еще до того, как кто-либо показался на глаза.

Судя по тому, что они видели по дороге сюда, здесь стоял лишь один внутренний двор, где жил Сюань Лан, и никаких других жилых домов поблизости не было, так что случайными прохожими эти люди быть не могли. Кроме того, те, кто мог заявиться в такое место, несомненно, пришли целенаправленно к Сюань Лану.

Ли Цзянь сделал глоток чая, едва заметно шевельнув ухом. Прислушавшись к голосам, он нашел их смутно знакомыми.

— Ты уверен, что видел, как этот полудурочный заклинатель поплелся за Сюань Ланом сюда?

— Старший молодой господин, клянусь, мне не показалось! Тот бессмертный наставник... тьфу, вонючий заклинатель, стоило ему выйти за ворота, увязался за Сюань Ланом, они выглядели так, будто заранее о чем-то сговорились... Старший молодой господин, смотрите, вон они!

Тот, кого назвали старшим молодым господином, выступил из тени листвы. На нем красовалось ослепительное золотое халатея, а волосы были собраны в высокий пучок — издалека в нем даже угадывался задор и кипучая энергия юности.

Но при ближайшем рассмотрении казалось, что этот разбойник сбежал с какого-то горного разбойничьего притона, излучая наглую и заносчивую ауру.

Ли Цзянь сидел за каменным столом прямо во дворе, окруженном густой изгородью, так что его бросающееся в глаза халатея цвета индиго было видно издалека — элегантное и непринужденное.

Стоило Ли Цзяню услышать этот голос, как он сразу понял: Ци Цзиняо притащил кого-то устраивать разборки. Он даже не поднял головы, продолжая неторопливо потягивать старый чай, преподнесенный господином Ци, и молча сплюнул чайную пенку.

В сравнении с тем, что пил он сам, когда гостил в клане Ци в качестве почтенного гостя, это было совсем другое обращение.

Стоит признать, что отношение господина Ци к Сюань Лану было неизменно посредственным: даже чай ему выделили самый залежалый. Разве это не открытое издевательство над маленьким Бессмертным Владыкой, который ничего в этом не смыслит?

В те годы, когда Ли Цзянь был офисным планктоном, ему часто приходилось ходить по дорогим заведениям вместе со всякими капризными клиентами-заказчиками. Разумеется, звали его туда не в качестве гостя — он сам таскался следом, навязываясь в мальчики на побегушках, которые подливают чай. После такой школы жизни он вполне наловчился заваривать хороший чай.

Стоило ему выплюнуть чайную пенку, как лицо Ци Цзиняо резко помрачнело.

Теперь-то он понял: Ли Цзянь просто ни в грош его не ставит. Он простоял у входа столько времени, несколько раз звал их, а в ответ — тишина. Мало того, что этот тип преспокойно чаи гоняет, так он еще и смеет плеваться в его сторону чайной пенкой, оскорбляя его! Это уже переходит все границы!

Хотя Ци Цзиняо и был избалованным юнцом, он еще не потерял голову от подобных мелочей.

Он прекрасно понимал: этот человек — почетный гость его отца, главный спаситель, нашедший божественную статую, поэтому распускать руки он не смеет. Но это вовсе не значит, что он не может потрепать нервы Сюань Лану.

Ци Цзиняо махнул рукой, приказывая слугам войти:

— А ну, приведите мне Сюань Лана.

Шестерки за его спиной тут же всё поняли — судя по всему, они уже были здесь частыми гостями, — и, перешагнув через плетеную ограду, бросились внутрь.

В этот момент Сюань Лан как раз вынес тарелку с едой, от которой еще шел пар. Увидев появившегося Ци Цзиняо, он без тени спешки опустил тарелку и спросил:

— У молодого господина Ци есть какое-то дело?

Ци Цзиняо ничуть не удивился его столь невозмутимому тону — с детства он видел это бессчетное число раз. Этот человек вечно строил из себя загадочного мудреца, словно он такой невероятно крутой, а с ним, Ци Цзиняо, ему и возиться-то ниже достоинства. От одного этого вида его начинало тошнить.

Ци Цзиняо знаком велел слугам остановиться, сам шагнул вперед, заложив руки за спину, и процедил:

— А что, нельзя просто так заглянуть? Не забывай, чья это земля, куда хочу — туда и хожу, тебя это волновать не должно!

Сюань Лан протянул палочки Ли Цзиню, предварительно тщательно протерев их, положил рядом с тарелкой и тихо сказал:

— Я несколько дней не ночевал дома, в кладовой почти ничего не осталось, так что я приготовил то, что нашлось. Бессмертному наставнику придется довольствоваться этим. Завтра я схожу на рынок и приготовлю для наставника что-нибудь получше.

Ли Цзянь взял палочки и попробовал кусочек — это были самые обыкновенные жареные овощи, но на вкус невероятно ароматные.

— Мм, вкусно!

Уголки его губ чуть дрогнули — это была не дежурная отговорка, ему действительно понравилось.

Он-то думал, что Бессмертный Владыка, которому потребовалось чье-то содействие для прохождения небесной скорби, в миру непременно окажется избалованным юным господином. Раз уж его судьба и так сложилась так удачно и гладко, то пусть всё станет еще лучше, в этом нет ничего дурного.

Но Ли Цзянь никак не ожидал, что, сойдя на землю, Бессмертный Цзюнь Шиюань будет вести столь жалкое существование: ему приходится самому готовить себе еду да еще и терпеть постоянные угрозы. Какая жалость.

Сюань Лан опустил голову, слегка смутившись:

— Я лишь переживаю, что недостойно принимаю бессмертного наставника, и эта еда ни в какое сравнение не идет с тем, чем потчуют в клане Ци.

Однако Ли Цзянь улыбнулся:

— Ничего подобного. От жирного мяса и рыбы я уже успел устать, а такая простая вегетарианская еда — в самый раз.

Видя, что эти двое перекидываются репликами и полностью игнорируют его присутствие, Ци Цзиняо рассвирепел еще сильнее. Сжав кулаки и затопав ногами, он ткнул пальцем в Сюань Лана и заорал:

— Вы... вы как смеете меня игнорировать! Заруби себе на носу, Сюань Лан, не думай, что раз ты сюда вселился, то можешь спать спокойно. Если ты меня разозлишь, я в любой момент вышвырну тебя отсюда, усек?

Сюань Лан поднял глаза. Ци Цзиняо злобно пялился на него, и в этом взгляде читалось не просто избалованное высокомерие, а чистейшая, беспричинная ненависть. Он ненавидел Сюань Лана без всяких на то причин.

Стоя у каменного стола, Сюань Лан тяжело вздохнул:

— Что бы ни задумал молодой господин Ци, помешать я не в силах. Раз вы довольны — и славно, незачем поминутно портить со мной отношения, от гнева ведь в первую очередь ваше собственное здоровье пострадает.

— Вот как? — процедил Ци Цзиняо, бросив недовольный взгляд на Ли Цзяня, который продолжал невозмутимо уплетать еду. — Раз ты помнишь, что в клане Ци все решаю я, как ты посмел притащить сюда какого-то левого человека? У тебя вообще есть на это право?

Сюань Лан тоже перевел взгляд на Ли Цзяня. Он только-только привел Ли Цзяня сюда, чтобы у того было где преклонить голову, и ему совсем не улыбалось слушать выпады Ци Цзиняо, поэтому он холодно произнес:

— Чего же хочет молодой господин Ци?

Ци Цзиняо самодовольно качнулся вперед на два шага:

— Чего я хочу? По мне так ты должен... Ай!

Не успел Ци Цзиняо договорить, как бамбуковая метла со свистом взмыла в воздух и врезалась прямо ему в макушку, оставив огромную шишку. От удара он схватился за голову и завопил раненой птицей.

Сюань Лан опустил глаза и увидел, как пальцы Ли Цзяня, только что державшего палочки, едва заметно шевельнулись. На кончиках его пальцев вспыхнула ци, и метла, словно обретя собственную душу, послушно продолжила колотить обидчика по его приказу.

Придхвостники за спиной Ци Цзиняо, заметив, что их господина лупят, тут же взмахнули руками и бросились мстить.

Ли Цзянь пошевелил пальцем, и метла преградила путь у входа: била каждого, кто совался вперед, без малейшей пощады.

Ли Цзянь неторопливо произнес:

— Куда мне идти и что делать — исключительно мое личное дело, зависящее лишь от моего настроения. Если молодой господин Ци чем-то недоволен, милости просим, можете высказать все лично. Мы можем обсудить это в любой форме.

Даже если эта форма сведется к драке на кулаках, Ли Цзянь боялся ничуть не больше.

Ци Цзиняо, зажав лицо руками, разъяренно тыкал в них пальцем:

— Это же мой двор! Вы посмели меня ударить! Ждите, я вам устрою, я вымету вас отсюда пинками!

Выпалив это, Ци Цзиняо со злости отвесил пинок стоявшему рядом слуге, приказывая убираться немедленно — оставаться здесь дальше означало лишь позориться.

— Как пожелаете, мы будем с нетерпением ждать столь высокого визита молодого господина Ци.

Глядя на то, как толпа с шумом пришла и с позором ретировалась, Ли Цзянь с чувством полного удовлетворения хлопнул в ладоши и, не обращая внимания на валяющуюся на земле метлу, снова взялся за палочки, продолжая трапезу.

Простая каша да легкие закуски — а какое изысканное блюдо.

Автор пишет:

Бессмертный Ли: Назови меня братом.

Малыш Сюань Лан: Братец~

Пользуйся тем, что ребенок еще такой милый, и кадрей его вовсю!

http://bllate.org/book/36366/4516839