Готовый перевод The Top Campus Heartthrob / Главный красавец студенческого городка: Глава 25

Глава 25

Едва Чэнь Юйцзун скрылся за дверью, как Мэй Сюя тут же сорвали по вызову студенческого журналистского союза. На месте выяснилось: пора готовиться к Первомайскому фестивалю искусств. Даже та убогая благотворительная распродажа, которую устроила Лу Цзыфэнь, примазалась к этому мероприятию.

Набрав кучу поручений, Мэй Сюй вернулся в комнату и обнаружил, что Чэнь Юйцзун уже на месте. Тот снова валялся на кровати, изображая труп. На столе непрерывно вибрировал его телефон. Спящий — или делающий вид, что спит, — соседушка на настойчивое жужжание никак не реагировал, оставив гаджет безуспешно стенать в одиночестве.

Заподозрив, что соседа опять разыскивают преподаватели или старшая сестра Мяомяо, Мэй Сюй не удержался и косо взглянул на экран. На дисплее высветилось имя: Хуан Цзюньчэнь.

Имя явно звучало не по-девичьи.

Мэй Сюй с чистой совестью закатил глаза и отошёл.

Обернувшись к столу, усыпанному сдутыми резиновыми сгустками, он попытался испробовать насос, но от первого же нажатия поднялся такой грохот, что Мэй Сюй мгновенно отбросил эту затею.

Н-да, техника не пройдёт. Придётся работать лёгкими...

В итоге он вкалывал с обеда до самого вечера, надувая шары, пока перед глазами не заплясали круги. Поужинав кое-как, он рухнул спать, а наутро, подкрепив силы, снова принялся за каторжный труд. Время уже близилось к полудню, и Мэй Сюю вдруг охватило смутное беспокойство.

Этот господин на верхней полке что, реально вознамерился проспать трое суток подряд, отдуваясь за все недосыпы? Он же от обезвоживания сдохнет! Засыпал свежим сочным красавчиком, а проснётся сухой соломой...

Впрочем, пинать солому по пёстрым бокам и орать: «Сударь, вы обленились в край!» у Мэй Сюя кишка была тонка. Оставалось лишь метаться между трусливым молчанием и геройским самопожертвованием, увязая в суровых внутренних терзаниях.

В пылу этих раздумий он потерял контроль над напором воздуха — и дунул слишком сильно...

Бам!

По комнате грянул оглушительный взрыв.

Мэй Сюй замер.

Он опасливо сощурился и вскинул голову. С верхней полки на него созерцала пара ошарашенных, но уже наливающихся свирепостью глаз.

— Пфу-у... — Мэй Сюй поспешно выплюнул изо рта ошмётки лопнувшего шарика и растянул губы в самом ангельском из своих расплывчатых приветствий: — О, доброе утро... Сюрприз!

Чэнь Юйцзун взъерошил пятерней волосы и сел. Картина перед ним предстала живописная: среди разноцветной горы шаров восседал законченный идиот.

Идиот, заметив, что сожитель хранит зловещее молчание, усердно разгреб руками пузатые шары, расчищая проход от лестницы.

— Я их через пару дней уберу! Честно! — пролепетал Мэй Сюй. — Они тут проездом, чисто перекантоваться. И так тяжело живут, исключительно за счёт жировых отложений... Смилуйтесь, господин!

Чэнь Юйцзун нахмурился, молча слез на пол и скрылся в ванной.

Выйдя после душа, он застал всё того же Мэй Сюя, который упрямо уминал цветную кучу, пытаясь утрамбовать её до размеров спичечной коробки и свести к нулю своё присутствие.

— Э-э... Если надо делать макет, делай на той стороне, а я у кровати потихоньку подую, — пробормотал Мэй Сюй. — Ты не... не обращай на меня внимания... Со мной всё норм...

Окончание фразы потонуло в полнейшем ледяном игноре, которым красавчик его щедро одарил.

Скручивая очередной шарик, Мэй Сюй со скорбной миной проводил взглядом Чэнь Юйцзуна, который, едва не задев его плечом, сел за стол спиной к комнате и щелкнул кнопкой компьютера.

Кажется... что-то тут не так.

Мэй Сюй похлопал глазами, пожевал губу и осторожно поинтересовался:

— Жрать будешь?

Глухо.

— Поешь?

Ноль внимания.

— Еда?

Ни звука.

— А?

— Нет, — отрезал тот ледяным тоном.

Прошло две минуты.

— Лепёшку будешь?

— Лепёшку?

— Блинчик?

— Нет!

Ещё через две минуты.

—... А бананы будешь?

Бам!

Чэнь Юйцзун с треском отшвырнул мышку и наконец не выдержал — резко развернулся.

Мэй Сюй уставился на него с наисвятейшим неведением на лице:

— Да я просто так спросил. Бананов-то у нас всё равно нет. Ты же не покупал бананы?

Сделав паузу, он добавил:

— Так будешь бананы?

Чэнь Юйцзун: «...»

В этот момент телефон на столе снова зашешевелился от вибрации. Мэй Сюй с искренним изумлением уставился на гаджет:

— Слушай, что за модель такая? Три дня без продыху трезвонит, и батарея всё не дохнет! Надежнее телеграфа...

Чэнь Юйцзун молча сбросил вызов, вырубил телефон, поднялся со стула и засучил рукава.

«Ого, опять баталия? Без объявления войны? Предупреждать же надо, от таких постоянных встрясок организм загнётся!»

Пока Чэнь Юйцзун вооружался инвентарем и начинал генеральную уборку, Мэй Сюй с унылой миной таскался за ним след в след, нехотя переставляя свои шары с места на место.

Да что за муха его укусила?! Поругался с кем-то? Девушка бросила? Или недотрах замучил?

Сколько он уже тут живёт — а ни разу не видел, чтобы сожитель активно общался со старшей сестрой Мяомяо. Неладно тут что-то! Неужели он стесняется из-за того, что Мэй Сюй торчит под боком? Опасается слухов? Не может свободно уединиться? Ё-моё, это же получается, он человеку личную жизнь рушит!

Потрясенный собственными домыслами, Мэй Сюй зазевался и со всего размаху влепился ногой в деревянный стол у кровати. Стол ошалело шатнулся. Мэй Сюй ещё даже не успел взвыть от боли в отбитом пальце, как в ушах у него прозвучал едва слышный щелчок, подействовавший на него подобно удару молнии.

Он медленно опустил взгляд на столешницу. Там стоял каркас макета — тот самый, над которым Чэнь Юйцзун кропел последние дни, забыв про сон и еду. И от этого дурацкого толчка угол конструкции беззвучно надломился и просел...

Мэй Сюй:!!!!!!!!!!!

Чэнь Юйцзун обернулся на шум — и первейшим делом отропел от физиономии Мэй Сюя. Такое перекошенное выражение лица вообще вряд ли входило в границы человеческих возможностей. Проследив его застывший взгляд, Чэнь Юйцзун посмотрел на макет, чуть помедлил и шевельнул губами.

Мэй Сюй впал в ступор и переспросил:

— Что ты сказал?

— Выбрось, — ровно произнёс Чэнь Юйцзун.

Мэй Сюй:???

— А? Не... не надо так рубить с плеча! Оставь нам шанс на выживание, мы же ещё можем остаться друзьями...

— Я сказал — выбрось! — внезапно рявкнул Чэнь Юйцзун.

Мэй Сюй аж подпрыгнул!

В комнате воцарилась гробовая тишина.

С момента их знакомства Чэнь Юйцзун впервые повысил на него голос. Его обычно низкий бархатистый тембр сорвался на выкрик, а взгляд ледяным клинком вонзился... впрочем, не в Мэй Сюя, а в несчастный макет.

Рявкнув, Чэнь Юйцзун, не дав соседу прийти в себя, подскочил к столу и сам сгреб макет в мусорный пакет. Мэй Сюй, увидав это, моментально опомнился, подскочил и с боем вырвал мешок из его рук:

— Нет-нет-нет! Я сам вынесу! Дай мне отхватить хоть капельку трудовой славы! Безделье разрушает мою самооценку!

Чэнь Юйцзун оторопел, а Мэй Сюй, воспользувшись замешательством, подхватил мешок, впихнул туда остатки мусора и вихрем унесся прочь из комнаты...

Чэнь Юйцзун некоторое время ошеломленно смотрел ему вослед, после чего тяжеловесно опустился на стул и провел ладонью по лицу.

***

После истории с выброшенным макетом в комнате 609 воцарилась странная, натянутая атмосфера. Хотя Мэй Сюй делал вид, что всё в порядке, да и сам красавчик вроде бы больше не проявлял недовольства, за свой проект Чэнь Юйцзун больше не садился. На пары он тоже забил, напрочь ушедши в компьютерные игры. И как, спрашивается, Мэй Сюю реагировать на такой крутой поворот?

С чего вдруг эталонный отличник пустился во все тяжкие? Падение в бездну порока начинается с одной мимолетной ошибки! Несмываемое пятно на прошлом, роковой промах — и вот перспективный юноша стремительно катится по наклонной на радость любителям драмы...

О увы и ах!

Наконец настал день, когда идол общежития соизволил отправиться на занятия. Вздохнув с облегчением, Мэй Сюй связал раздутые шары в гигантскую охапку, убрал оставшийся мусор, а немного подумав, принялся наводить порядок среди бумаг, которые Чэнь Юйцзун разбросал по столу.

Казалось бы — такой помешанный на чистоте парень, а конкурсные материалы бросил как попало. Вот как это назвать — скрытный характер, бзик или банальное скрытное кокетство?

Помимо книг с зубодробительными текстами, смахивающими на инопланетные письмена, Мэй Сюй обнаружил целую стопку рекламных буклетов элитной недвижимости. Среди них красовался и проспект ЖК «Древнее очарование на тропе», где он сам когда-то подрабатывал. Даты открытия продаж варьировались от совсем свежих до годичной давности, но стилистика у всех объектов была похожей.

«Экие хоромы... Богачи совсем простому народу жить не дают», — покачал головой Мэй Сюй.

Только он предался классовой зависти, как в замке повернулся ключ. Мэй Сюй уже собрался изумиться тому, что красавец передумал учиться и вернулся изображать усопшего, как дверь распахнулась, и на пороге возник совершенно незнакомый парень.

— Ты кто такой?

Оба — и тот, что снаружи, и тот, что внутри, — уставились друг на друга и вылили этот вопрос одновременно.

Хуан Цзюньчэнь оглядел высокого худощавого паренька, затем перевёл взгляд на прежде пустовавшую кровать, ныне забитую чужими вещами, и только открыл рот, как Мэй Сюй выставил перед собой швабру, словно копьё.

— Кто таков? Назови себя!

Хуан Цзюньчэнь сперва опешил, а затем хмыкнул с презрением:

— Сынок, ты вообще-то стоишь на месте своего бати.

Мэй Сюй похлопал ресницами, но не успел осмыслить сказанное, как из коридора донёсся удивлённый голос:

— Цзюньчэнь?

Мэй Сюй косо взглянул за дверь: там, засунув руки в карманы, стоял Чэнь Юйцзун, а рядом с ним — редкий гость в их пенатах, Се Ицянь.

Хуан Цзюньчэнь при виде их мгновенно расплылся в улыбке:

— О, Старина Се, какими судьбами! — И, повернувшись к сожителю Мэй Сюя, добавил: — Юйцзун, у меня к тебе дело.

Се Ицянь покосился на Чэнь Юйцзуна. Тот не обронил ни слова, лишь молча отодвинул зашедшего гостей и прошествовал к своему столу. Се Ицянь прошёл след в след.

Хуан Цзюньчэнь не отставал:

— Юйцзун, ты не отвечал на вызовы. Я знаю, всё из-за конкурса. Думаю, между нами возникло недопонимание, давай поговорим.

Чэнь Юйцзун врубил комп и сразу запустил игру.

Хуан Цзюньчэнь продолжил вещать ему в затылок:

— Декан и парторг действительно вызывали меня, спрашивали, какую тему я выберу для участия. Я просто указал то, что мне больше по душе. Я же не знал, что это как-то заденет тебя.

Чэнь Юйцзун промолчал, а из динамиков вырвался грохот виртуального боя.

— Что до профессора Тяня... ну да, я многому у него научился. И разве плохо, если я хочу выжать максимум для конкурса? Я думал, ты меня поймёшь. У тебя-то и так этих наград пруд пруди.

Щелчок.

Се Ицянь извлёк зажигалку и неторопливо закурил.

— Цзюньчэнь... — Се Ицянь усмехнулся, выпустив струйку дыма. — Все мы свои люди. Давайте я сегодня вечером заставлю стол, посидим, поужинаем — и закроем тему.

Подтекст был предельно ясен: «Заткнись уже».

Но Хуан Цзюньчэня, судя по всему, распирало от накопившейся обиды, и остановиться он уже не мог:

— Нет, ну а что! Чэнь Юйцзун, раз уж я пришёл, давай выложим карты на стол. У тебя есть право выставляться, и у меня есть. В прошлом году ты меня подвинул — я же слова не сказал! Что ж ты в этот раз вести себя не умеешь, как проигравший?!

Чэнь Юйцзун чуть прищурился на монитор, но продолжал хранить молчание, молниеносно шинкуя монстров в кровавое месиво.

Хуан Цзюньчэнь распалялся всё пуще:

— На конкурсе каждый хочет победить! Мы соревнуемся честно, каждый своими силами, в чём криминал? Я потому и говорю прямо, что считаю тебя братом!

— Был бы братом — язык бы за зубами держал!

Се Ицянь резко перебил его. Наигранная улыбка сошла с его лица, уступив место холоду. Он въелся взглядом в Хуан Цзюньчэня:

— Каким местом тебе эта квота досталась, сам прекрасно знаешь.

Хуан Цзюньчэнь опешил и осекся.

Почуяв, что пахнет жареным, Мэй Сюй тихонько сгреб в охапку свои вещички, намереваясь бочком шмыгнуть за дверь и не путаться под ногами. Однако, дойдя до порога, он споткнулся и замер.

Блин, просчитался! Раздул столько шаров, что они намертво заклинили дверной проём! Не сбежать, чёрт возьми!

http://bllate.org/book/36329/4773768