Он с тревожной одурманенной хмуростью нахмурился и тихо вздохнул: Младший княжич в этот раз действительно перешел все границы, старшего княжича напугали до такой степени, что стоило ему заговорить о том гробе, как он начинал содрогаться от страха.
— Княжич, не приказать ли мне людям отправиться в Храм Цыэнь за мастером, чтобы он изгнал из тебя злых духов?
При одном только упоминании Храма Цыэня Дуань Шуцзинь вспомнил того совершенно бесполезного маленького монаха, а вспомнив последовавший за этим гнев Сяо Юня, он возненавидел маленького монаха лютой ненавистью, вдобавок к чему у него испортилось отношение и к самому Храму Цыэня.
— Не нужно. Просто отнесите гроб в мой внутренний двор, — сурово оборвал его Дуань Шуцзинь.
Снова отправляться в Храм Цыэнь за ненадежным мастером, чтобы Сяо Юнь вновь рассвирепел и стал угрожать, вцепившись ему в горло?
Главный управляющий не понимал, почему Дуань Шуцзинь злится, он подсознательно закрыл рот и махнул рукой, веля нескольким людям нести гроб.
Внезапно что-то вспомнив, он повернулся и спросил Дуань Шуцзиня:
— Не желает ли княжич пойти посмотреть, как они несут гроб, чтобы не случилось каких-нибудь промахов?
— Нет... не нужно, — побелев лицом, дрожащим голосом ответил Дуань Шуцзинь.
Он до сих пор отчетливо помнил, как выглядел тот гроб — сплошь покрытый красным лаком, источающий удушающую жуткую ци, а внутри — залитое кровью дно и едкий, до тошноты резкий запах крови.
Ему было страшно даже просто подумать об этом, а пойти туда лично — пожалуй, смерти подобно.
Главный управляющий посмотрел на выражение лица Дуань Шуцзиня и с опозданием понял, что предложил дурацкую затею. С виноватым видом захлопнув рот, он уже собирался уходить, но Дуань Шуцзинь окликнул его.
— Кто велел выкопать тот кровавый гроб и выставить его во вспомогательном дворе?
Главный управляющий только что совершил оплошность, поэтому сейчас, естественно, ни о чем таком не думал. Посчитав, что Дуань Шуцзинь просто любопытствует, он после минутного колебания заговорил:
— Когда настоятель Храма Цыэнь, мастер Цзикун, отправлялся во дворец гадать для императора, он высчитал, что за три чи от городских стен Шанцзина находится гроб, который вредит судьбе императора.
— Чтобы рассеять это зло, требовалось выкопать гроб и истратить накопившуюся обиду. Наш Маркиз — правая рука императора, так что это дело, разумеется, поручили сделать нашему Маркизу.
Снова Храм Цыэнь.
Дуань Шуцзинь невольно нахмурился.
Не будь Сяо Юнь столь беспощаден к тому маленькому монаху из Храма Цыэня, он бы даже заподозрил, что между ними есть какая-то связь.
Солнце палило нещадно, и стоило Дуань Шуцзиню постоять немного, как у него закружилась голова и появилась слабость. К тому же все поручения Сяо Юня он уже выполнил, так что без малейших колебаний повернулся и направился обратно во двор, спасаться от палящих лучей.
Стоило ему немного посидеть, как Сяо Юнь бесшумно подплыл из комнаты к нему и зловеще произнес:
— Всё сделал?
Дуань Шуцзинь отскочил на три шага назад, стремительно уворачиваясь от Сяо Юня, и дрожащим голосом выдавил:
— Всё сделал. Старший брат Сяо, у тебя есть еще какие-то дела?
Глядя на фальшивую улыбку остолбеневшего Дуань Шуцзиня, Сяо Юнь на редкость проявил сострадание и, больше не чиня препятствий, глухим голосом бросил:
— Никаких.
Раз нет дел, так какого черта приперся к нему, у злых духов точно не все дома.
Мысленно выругался Дуань Шуцзинь, однако вскоре он обнаружил, что у Сяо Юня и вправду нет к нему никаких дел — тот просто дожидался своего гроба.
Когда несколько слуг внесли гроб во двор и аккуратно опустили его, Сяо Юнь одним молниеносным движением лег прямо внутрь.
Увидев это, глаза Дуань Шуцзиня слегка блеснули. Он начал размышлять, сможет ли наклеенная на гроб бумажная талисманная лента запечатать Сяо Юня, но вскоре его прошиб озноб, и он отбросил эту мысль.
Он вовсе не хотел снова злить этого злого духа Сяо Юня.
Погруженный в раздумья, Дуань Шуцзинь внезапно услышал, как проходившие мимо слуги тихо перешептываются:
— Молодой господин Линь Лянби из поместья генерала пожаловал.
При звуке этого имени все краски мгновенно сошли с лица Дуань Шуцзиня, и он застыл неподвижно, словно вбитый в землю деревянный кол.
Помимо Дуань Юаньцина, измываться над ним любил как раз этот самый Линь Лянби.
Дуань Шуцзинь мог лишь надеяться, что Линь Лянби пришел не к нему.
Но чего больше всего боишься, то и случается — вскоре кто-то пришел позвать его.
Глава шестая. Подвергнуться издевательствам
Когда Дуань Юаньцин в сопровождении Линь Лянби вошел в Поместье маркиза, главный управляющий как раз выходил со слугами со стороны двора Дуань Шуцзиня.
Увидев их обоих, слуги словно столкнулись с двумя свирепыми демонами, сеющими хаос в мире, и в панике поспешно согнулись в поклоне:
— Приветствуем младшего княжича, приветствуем молодого господина Линя.
Линь Лянби окинул взглядом покрытых испариной слуг Поместья маркиза, перевел глаза туда-сюда и, опередив Дуань Юаньцина, выпалил:
— Куда это вы ходили, да так умаялись, что весь пот со лба градом?
Линь Лянби приходился родственником со стороны девичьей фамилии нынешней госпожи Поместья маркиза Линь Хуацюн — из поместья генерала. Однако Линь Хуацюн была третьей барышней от законной жены, тогда как отец Линь Лянби являлся лишь третьим сыном от наложницы.
Хотя Линь Лянби и доводился отпрыском по линии наложницы в поместье генерала, ему всё же было далеко до Дуань Юаньцина — внука законной супруги по материнской линии.
Пусть Дуань Юаньцин и звал Линь Лянби старшим двоюродным братом, в его манерах и поведении не было ни капли почтения. Напротив, Линь Лянби, словно не замечая его холодного лица, льстиво и назойливо следовал за ним по пятам.
Кому же не понравится, когда перед ним стелятся и превозносят, особенно такому избалованному со всех сторон молодому господину-княжичу, как Дуань Юаньцин.
Хотя ему порой и казалось утомительным, что Линь Лянби таскается за ним следом, но стоило кому-нибудь насолить ему, как Линь Лянби первым бросался на помощь и преподавал обидчику урок.
Чего бы он ни пожелал, Линь Лянби всегда ухитрялся это достать. Стоило ему захотеть над кем-нибудь поизмываться, как Линь Лянби неслись вперед еще до того, как он успевал раскрыть рот.
Линь Лянби походил на услужливого громилу и удобный инструмент, так что Дуань Юаньцин скрепя сердце оставлял его подле себя.
Когда сам он заслужил дурную славу по всему столичному городу, Линь Лянби прославился точно так же, и со временем они превратились в неразлучную парочку демонов-бабочек, от которых всякий встречный шарашился в сторону.
Конечно, завязывать шашни с Дуань Юаньцином было выгодно: драгоценные нефриты и редкие каменные сокровища, на которые Дуань Юаньцин бросал лишь мимолетный взгляд и тут же терял интерес, он разворачивался и жаловал Линь Лянби.
То, чего нельзя было заполучить благодаря имени отпрыска побочной ветви генеральского поместья, удавалось раздобыть, прикрываясь именем Дуань Юаньцина.
Попробовав сладко наживы, как мог Линь Лянби отпустить такое могущественное дерево, как Дуань Юаньцин, поэтому он при каждом удобном случае бегал в Поместье маркиза Сюаньпин.
Только вот Линь Лянби, похоже, совершенно потерял голову от собственной дерзости, возомнив себя столь же благородным по происхождению и положению человеком, как Дуань Юаньцин. Находясь в Поместье маркиза на положении простого гостя, когда сам хозяин дома Дуань Юаньцин еще не проронил ни слова, он вместо этого принялся допрос устраивать слугам Поместья маркиза.
Главный управляющий неодобрительно нахмурился, но, заметив, что Дуань Юаньцин молча стоит позади, он мог лишь подавить недовольство и учтиво ответить:
— Отвечая молодому господину Линю, мы только что носили гроб во внутренний двор старшего княжича.
http://bllate.org/book/36301/4508981
Готово:
