Готовый перевод Straight Man Trapped in a Sickly Shura Field / Натурал в логове яндере: Выжить в гаремнике: Глава 3

Лу Юань бросил на него быстрый взгляд.

На лице юноши не было и тени смущения.

Лу Юань слегка прищурил свои длинные, чуть раскосые глаза, а затем прямиком направился к кровати подростка. Он рывком откинул одеяло, обнажая всё, что могло быть спрятано под ним.

Однако…

Под одеялом Юй Ланьчжао лежал, полностью одетый, лишь на уголке его белой рубашки виднелось желтоватое пятно от вина. Казалось, он вернулся пьяным, сразу же рухнул в постель и теперь пытался проспать хмель.

Уголок одеяла выскользнул из пальцев Лу Юаня. Юй Ланьчжао перевернулся на другой бок, плотнее закутался и заснул ещё крепче.

Лу Юань чуть опустил голову. Золотая оправа очков скрыла его глаза, и выражение его лица стало невозможно разобрать.

Линь Шэньши, стоявший позади, нервно облизнул пересохшие губы. Хорошо, что он успел привести Юй Ланьчжао в порядок, пока укладывал его спать, иначе даже прыгнув в Желтую реку, он бы не отмылся от этих подозрений.

— Вы ходили пить? — Лу Юань обернулся, и его взгляд был холодным, как лед.

— Да, — Линь Шэньши понимал, что так просто всё не закончится, поэтому постарался сохранить невозмутимость. — На вечеринке все немного перебрали, Юй Ланьчжао опьянел, и я привел его обратно.

— Кто еще был?

— Почти все наши однокурсники.

— Где вы были?

— В шашлычной А на восточной стороне от кампуса.

— Заходили куда-нибудь еще по дороге?

— Нет, вернулись сразу сюда.

— Во сколько пришли в общежитие?

— Примерно в одиннадцать тридцать.

— Что делали, когда вернулись?

— Отдыхали.

Лу Юань задавал вопросы быстро и напористо, почти не давая Линь Шэньши времени на раздумья. Но тот отвечал уверенно, будто заранее ожидал подобного допроса.

За исключением последнего пункта, все детали были упомянуты в оригинальном сюжете книги, так что Линь Шэньши не боялся, что Лу Юань начнет проверять его слова.

Когда все мелочи были досконально выспрошены, суровое выражение на лице Лу Юаня слегка смягчилось. Он обвел взглядом комнату.

В корзине для белья не было подозрительно испачканной одежды, в мусорном ведре — никаких резиновых изделий, даже салфетки были чистыми, лишь на паре из них виднелись крошечные масляные пятна…

Вся комната была такой же чистой, как и взгляд юноши, устремленный на него.

Возможно, это действительно было лишь досадное недоразумение.

Лу Юань немного помолчал, пришел к такому выводу и собрался уходить.

Линь Шэньши едва заметно выдохнул.

Но внезапно Лу Юань замер.

Его взгляд зафиксировался на чем-то одном.

Линь Шэньши посмотрел туда же.

Сердце у него упало.

Это была другая кровать в комнате — кровать самого Линь Шэньши.

Синее в клетку покрывало было идеально ровным и чистым, без единой складки — хоть сейчас на конкурс лучших общежитий отправляй.

Но сейчас этот порядок был словно приговор.

Отсутствие складок означало, что с самого утра, как хозяин ушел, кроватью никто не пользовался.

— Ты сказал, что вернувшись, отдыхал…

Темные, глубокие глаза Лу Юаня, скрытые за линзами очков, вновь наполнились пронизывающим холодом, словно ледяной зимний дождь.

— Где же ты отдыхал?

Спина Линь Шэньши окаменела, в голове загудело.

В комнате было всего две кровати. Кроме его собственной, оставалась только постель Юй Ланьчжао.

Полчаса — время не такое уж длинное, но и не короткое. В этой книге, где персонажи не обременены моралью, этого было вполне достаточно, чтобы случайный прохожий успел «развлечься» с главным героем.

Хотя в комнате не было явных следов, в таких романах у героев полно способов скрыть улики.

Это даже могло добавить пикантности и сблизить персонажей.

Одним выстрелом двух зайцев.

Но для Линь Шэньши, который непонятно как оказался в этом мире, это обернулось сущим кошмаром.

Линь Шэньши сглотнул, чувствуя, как сжимается горло, и под тяжелым, полным жажды убийства взглядом Лу Юаня с трудом разлепил губы:

— Не на кровати. Там.

Он указал на письменный стол по другую сторону от кроватей, где спина к спине стояли два одинаковых стула.

К счастью, стул у кровати Линь Шэньши стоял чуть боком, словно хозяин только что отодвинул его, вставая из-за стола.

Лу Юань скользнул по нему взглядом и холодно спросил:

— Отдыхал не на кровати, а на стуле?

На стуле была мягкая подушка, но всё же это не кровать. Что выберет нормальный человек — очевидно. Объяснение Линь Шэньши выглядело так, будто он пытается оправдаться, что делало его еще более подозрительным.

Однако взгляд Линь Шэньши не дрогнул. Он твердо смотрел на него, будто только что действительно встал со стула:

— Потому что я повторял урок.

Помолчав секунду, он добавил с серьезным видом:

— Мама с детства учила меня, что читать в кровати вредно для зрения.

При этом он как бы невзначай перевел взгляд на золотые очки на переносице Лу Юаня, а затем быстро отвел его.

Лу Юань: «…»

Как единственный главный герой-атакующий в этой книге, носящий очки, Лу Юань их не очень-то жаловал.

И дело было не в чем-то особенном, просто когда снимаешь очки в постели, не разглядеть, как краснеют уголки глаз героя-пассивного, а в очках не поучаствуешь в сценах в душе, горячем источнике или бассейне… Это лишало жизнь многих удовольствий.

Впрочем, на текущем этапе сюжета Лу Юань с такими проблемами еще не сталкивался, поэтому Линь Шэньши и осмелился на подобную дерзость.

И правда, услышав это, Лу Юань не проявил особого раздражения. Он поправил очки и продолжил допрос:

— Учишься посреди ночи?

— Угу, завтра преподаватель по актерскому мастерству будет принимать экзамен по репликам.

На столе лежал учебник. Лу Юань подошел, взял его и увидел, что на странице действительно была записана длинная реплика.

Он встряхнул книгу:

— Прочти-ка.

Линь Шэньши протянул руку, чтобы забрать ее, но пальцы схватили воздух.

Лу Юань холодно посмотрел на него своими длинными глазами:

— Повторяешь уже полчаса и до сих пор не выучил?

— Читай наизусть.

Линь Шэньши похолодел. Он пытался сопротивляться:

— Это же задание для занятия по актерскому мастерству…

Голос Лу Юаня стал ледяным:

— Как твой куратор, я имею право проверить любую твою учебную работу.

Те глубокие глаза за стеклами очков беспощадно впились в него, словно острые гвозди из преисподней, пронзая плоть и забирая тепло, оставляя лишь холодную мертвую тишину.

— Что? Не выучил, или…

— Ты просто лжешь.

Ровный тон был пропитан могильным холодом, в глубине глаз скапливалась жажда убийства.

Сердце бешено колотилось в груди, готовое выпрыгнуть через горло.

Линь Шэньши выдавил из себя сухую улыбку, стараясь выглядеть спокойным:

— Ну что вы, преподаватель Лу, вы шутите. Я просто боялся, что прочту недостаточно хорошо и стану посмешищем.

— Читай.

Тон Лу Юаня был жестким, не допускающим возражений. Его длинные пальцы лежали на белоснежной странице учебника, а взгляд, полный хищного прищура, возвышался над ним.

Словно ястреб, выследивший добычу, он был готов в любой момент броситься и растерзать жертву.

Ощущение смертельной опасности накрыло, как грозовая туча. Линь Шэньши сглотнул, нервничая. Из-за того, как Лу Юань держал книгу, он видел только следующую главу и понятия не имел, что именно нужно было отвечать.

Он глубоко вдохнул, решив действовать наобум.

В оригинальной книге на следующий день после инцидента с соседом действительно была сцена проверки актерского мастерства.

Тогда главный герой-пассивный, переживший тяжелую ночь и спешивший на занятие, не успел прийти в себя. Весь урок он ерзал, смущенный собственными телесными реакциями и вопросом: «Кто же это был прошлой ночью?»

Он почти не слушал объяснения преподавателя и чтение сокурсников, лишь изредка улавливая обрывки фраз в моменты глубокого стыда.

И именно эти обрывки сейчас стали для Линь Шэньши единственной соломинкой.

Он изо всех сил пытался соединить фрагменты воспоминаний, настроился на нужный лад и тихо начал:

— Тот призрачный, горестный звук рожка, полный печали поля брани… эхом разносится под чистым ночным небом…

— Сны истекли кровью, небо охвачено яростным пламенем, рев вороного скакуна разрывает пространство…

Линь Шэньши читал вполголоса. По мере того, как слова срывались с губ, в его янтарных глазах отразилась скорбь. Он словно забыл об опасности, в которой оказался, перенесясь вместе с героем на залитое кровью поле боя.

— …Я выбираю смерть в твоих объятиях, мои губы остывают, остывают так же, как этот внезапный буран…

— …Все слова замерзли в дрожащем горле… мои губы остывают, мое сердце остывает…

— …Но ты навсегда останешься героем в моем сердце!

Напоследок Линь Шэньши закончил весь отрывок страстным, исполненным решимости тоном. Из-за эмоционального подъема на его щеках проступил румянец, а в уголках глаз блестели слезы.

Лу Юань смотрел на него, его взгляд был мрачным и непроницаемым.

Прошло пять или шесть секунд, прежде чем Линь Шэньши пришел в себя. Он нервно поджал губы, храня молчание в ожидании приговора.

Если он перепутал отрывки, то все его оправдания будут разрушены. Независимо от того, сделал он что-то или нет, на него повесят клеймо развратника, соблазнившего героя, а Лу Юань возненавидит его и прикажет забить до смерти.

Но если он прочел верно… то сможет выбраться из смертельной ловушки, уготованной пушечному мясу.

Его пальцы, сжатые в кулаки, едва заметно дрожали, ладони были влажными от пота.

Спустя мгновение Лу Юань наконец заговорил:

— Семь баллов.

Сердце Линь Шэньши, до этого висевшее на волоске, наконец опустилось, и он даже почувствовал проблеск радости: значит, он прочел правильно! И даже… целых семь баллов!

— …Из ста.

Радость длилась недолго — ее безжалостно разбил Лу Юань.

Он небрежно швырнул учебник обратно Линь Шэньши:

— Реплики прочитаны из рук вон плохо, куча ошибок, эмоции — сплошная каша, ни к селу ни к городу. Семь баллов я поставил только за то, что ты полночи зубрил.

Лу Юань критиковал каждое слово, не щадя самолюбия, но Линь Шэньши остро почувствовал перемену в его отношении.

http://bllate.org/book/36224/4497325