Хуай Лин опустил голову и посмотрел на еду, чуть не подумав, что ему мерещится.
То, что лежало в тарелке, совсем не было привычной едой.
Там извивались живые змеи — одна за другой.
Он взглянул на Цзян Хуайчу и увидел, что тот ест с абсолютно невозмутимым лицом; мать Цзян и отец Цзян поступали точно так же.
Заметив взгляд Хуай Лин, мать Цзян обеспокоенно произнесла:
— Почему Сяо Лин не ест? Неужели не по вкусу?
Цзян Хуайчу тоже посмотрел на него.
Хуай Лин был готов перевернуть этот стол, а затем выловить всех этих змей и сунуть им прямо в лица с вопросом, у кого из них это вызывает аппетит!
На какую-то долю секунды он усомнился: быть может, он всё ещё спит, или же люди перед ним — самые настоящие призраки.
Точно, они все призраки.
Опустив взгляд и стараясь не делать резких движений, Хуай Лин, несмотря на то, что его руки непрерывно дрожали, взял вилку, наколол одну из змей и заставил себя проглотить её.
То, что он проглотил, вовсе не отдавало сырым мясом и кровью, напротив... это была самая обычная еда, к которой он привык с детства.
Хуай Лин посмотрел вниз: куча змей неизвестно куда исчезла, превратившись в нормальную пищу.
Странные видения тоже рассеялись. Лица отца и матери Цзян выглядели совершенно по-человечески; в этот миг в них не осталось и тени той жутковатой пугающей странности, что была минуту назад. Оба они невероятно походили на Цзян Хуайчу.
Было легко заметить, какой потрясающей красотой они обладали в молодости.
Оказывается, это была галлюцинация.
На душе у Хуай Лин царил полный хаос. До чего же странным был этот дом: казалось бы, семья потомственных экзорцистов, откуда же здесь столько злых духов и призраков?
Не успел он сделать и пары глотков, как внизу голени ощутился легкий щекочущий зуд. Опустив глаза, он увидел яркую пеструю змейку, обвившуюся вокруг его ноги.
Галлюцинация...
До чего же сильная галлюцинация. Он подумал, что чуть позже обязательно расскажет об этом Цзян Хуайчу, чтобы тот поскорее помог избавиться от всех этих проклятых наваждений.
Мать Цзян посмотрела на Хуай Лин, словно собираясь продолжить прерванный разговор, но стоило ей открыть рот, как из её уст слетело:
— А-Лин, сегодня же пойдешь составить компанию Ему...
Хуай Лин тихо произнес: — Угу.
Отец и мать Цзян ничего от него не скрывали и выложили всю правду целиком, разве что сдобрив её изрядной долей угроз и заманчивых посулов.
Кожу у самой кисти руки что-то задело — это была та самая пестрая змейка. Хуай Лин уже собирался списать всё на очередную иллюзию, но тут змейка впилась зубками в его кончик пальца. Почувствовав острую боль, он наконец окончательно пришел в себя.
Хуай Лин опустил голову и увидел на голове маленькой змейки крошечную капельку яркой крови. Змейка медленно приоткрыла рот, и капля крови с кончика пальца Хуай Лин постепенно впиталась в её чешуйки.
Черт, не галлюцинация.
Это была самая настоящая змея.
Хуай Лин протянул другую руку, намереваясь схватить змейку за шейку, но та мгновенно ускользнула.
Проводив её взглядом, он услышал вопрос Цзян Хуайчу:
— На что ты смотришь?
Хуай Лин перевел взгляд обратно, на мгновение задумался и ответил так, чтобы их могли услышать только вдвоем:
— Я только что видел маленькую змейку, она только что убежала.
— Змейку? — переспросил Цзян Хуайчу.
Хуай Лин кивнул и указал направление:
— Да, она уползла туда.
На лице Цзян Хуайчу не дрогнул ни один мускул. Он поднялся, направился в указанную сторону и вскоре вернулся обратно.
Отец и мать Цзян никак не отреагировали на действия Цзян Хуайчу. Как только мать Цзян закончила есть, они встали из-за стола, чтобы убрать посуду.
Хуай Лин поднялся, чтобы проводить отца и мать Цзян. Неизвестно когда появившийся за его спиной Цзян Хуайчу спросил:
— Поймал ту змею?
В глазах Цзян Хуайчу таилась глубокая мрачность, но Хуай Лин этого не видел. Мягким голосом тот произнес:
— Нет. В следующий раз, как увидишь таких змей, обязательно говори мне.
— Я думал, это галлюцинация, — вздохнул Хуай Лин. — Только что перед моими глазами всё плыло, и вся еда, которую ты приготовил, превратилась в живых змей.
На губах Цзян Хуайчу не было и подобия улыбки:
— Вот как? Тебе следовало сказать мне об этом раньше. — С этими словами он подался вперед и взял Хуай Лин за руку. — Рука всё еще болит?
Только теперь Хуай Лин обратил внимание, что следы от змеиного укуса выглядели устрашающе.
Боль вспыхнула лишь на мгновение и давно утихла, поэтому он и не придал ей значения.
Выдернув руку, Хуай Лин ответил:
— Всё в порядке, я пойду навещу Его.
Цзян Хуайчу преградил ему путь:
— Брат, составь мне компанию, давай прогуляемся вместе.
Внезапно услышанное обращение брата заставило Хуай Лин слегка смутиться. Он уже хотел отказаться, но Цзян Хуайчу тут же добавил:
— Сначала обработаем рану на твоей руке. Я и не думал, что к тебе, брат, будут так липнуть призраки. Я помню один храм, тамошний талисман отлично отгоняет нечисть.
После таких слов у Хуай Лин даже мысли не осталось возражать.
Уйти! И уйти как можно быстрее!
Хуай Лин кивнул, соглашаясь с Цзян Хуайчу.
...
Водитель вел машину, а Цзян Хуайчу и Хуай Лин сидели на заднем сиденье. Не зная, о чем заговорить с Цзян Хуайчу, Хуай Лин всё время смотрел в окно.
Цзян Хуайчу сидел рядом и, пристально глядя на него, спросил:
— Ты злишься?
Хуай Лин повернул голову, не понимая, к чему ведет Цзян Хуайчу.
Выражение лица Цзян Хуайчу оставалось безмятежным:
— На то, что мама с папой принесли тебя в жертву Ему.
— Нет, — ответил Хуай Лин. Он хотел сказать что-то еще, но вдруг увидел, как голова Цзян Хуайчу внезапно отделилась от тела. Ни единой капли крови не пролилось — лишь оторванная голова покатилась по полу.
Черт!
Хуай Лин остолбенел.
Он перевел взгляд на водителя: тот преспокойно вел машину, словно в упор не замечая творящегося позади кошмара.
— Цзян Хуайчу?
Охваченный тревогой, Хуай Лин тихонько окликнул его, надеясь получить хоть какой-то отклик.
Цзян Хуайчу был Главный герой-атакующий, он никак не мог погибнуть вот так, среди бела дня и без всякой видимой причины.
Галлюцинация. Снова галлюцинация.
Теперь он уже не понимал, что окружает его — морок или проделки нечисти.
Стоило ему подумать об этом...
Голос Хуай Лин едва заметно задрожал, и он принялся настойчиво звать Цзян Хуайчу, а затем переключился на водителя.
— Остановите! Остановите машину!
Водитель продолжал ехать так, будто ничего не происходило.
Пейзаж за окном непрерывно менялся.
Пальцы Хуай Лин побелели оттого, как крепко он сцепил их в замок.
Пестрая змейка объявилась снова, обвившись вокруг его руки.
Хуай Лин не мог ни пошевелиться, ни вымолвить ни слова.
Всё его тело оцепенело, скованное в какой-то неестественной позе, а запястье отчетливо ощущало ледяную, склизкую мерзость.
Та самая маленькая змейка свернулась кольцами прямо у него на руке.
Кто-то коснулся его лица.
Сердце Хуай Лин забилось с бешеной силой.
Незримый незнакомец гладил его по векам, и Хуай Лин поневоле крепко зажмурился.
Он ничего не видел и мог полагаться лишь на осязание.
Эти руки были ледяными, и в местах их прикосновений всё словно сковывало морозцем.
Незнакомец нежно и болезненно поглаживал его веки, и лишь спустя долгое время пальцы наконец отпустили его.
Хуай Лин наконец смог открыть глаза и увидел, что Цзян Хуайчу с беспокойством смотрит на него, а путы, сковывавшие тело, исчезли.
— Хуай Лин, что с тобой? — встревоженно спросил Цзян Хуайчу.
Стеклянным взглядом Хуай Лин уставился перед собой. На запястье всё еще ощущался ледяной холод, кожа там наверняка уже покраснела.
Он перевел взгляд на Цзян Хуайчу.
Хотелось сказать: я только что видел, как ты умер.
Он снова провалился в галлюцинацию, и эта проклятая змея опять вылезла наружу.
Хуай Лин уже открыл рот, как вдруг понял, что не может произнести ни единого звука.
Тот невидимый гость еще не ушел — он отчетливо чувствовал, как у него на шее покалывает от онемения.
Вращая глазами, Хуай Лин попытался дать Цзян Хуайчу понять, что с ним творится что-то неладное.
Вдруг Хуай Лин услышал собственный голос:
— Пустяки, просто задумался о кое-чем и немного испугался.
Сразу после этих слов его сердце заколотилось еще яростнее, а лицо заметно побледнело.
Это были вовсе не те слова, которые он собирался сказать.
Прямо у него над ухом раздался взрыв чужого голоса:
— Разве я не говорил тебе — не паникуй, к чему тебе так страшиться?
Сердце Хуай Лин забилось еще дичее.
В книге говорилось, что Он любит кровавые расправы, и Хуай Лин уже живо представлял себе собственный жуткий конец.
Да сойдитесь же вы поскорее, Главный герой-атакующий и главный герой!
Хуай Лин не хотел оставаться в этом проклятом мире ни единой лишней секунды.
Задумчиво разглядывая Хуай Лин и хмурясь, Цзян Хуайчу внезапно произнес:
— Брат?
Прячущийся в тени некто, наблюдая за их переглядываниями, тоже передразнил чужим голосом:
— Брат.
Хуай Лин покрылся холодным потом. Он не смел отозваться, охваченный смертным ужасом, и был готов лишиться чувств, но из-за влияния злого духа не мог даже шевельнуться.
Ощущение стало невыносимо острым — ледяное прикосновение обожгло шею.
И тут же резкая боль кольнула мочку уха.
Инстинктивно Хуай Лин прикрыл ухо рукой — оно горело и заметно опухло.
Придя в себя, он обнаружил, что снова владеет своим телом.
Осторожно прощупывая почву, он спросил:
— Цзян Хуайчу?
Тот посмотрел на него:
— Что такое?
Придвинувшись ближе к Цзян Хуайчу, Хуай Лин с перекошенным от внутренней борьбы лицом проговорил:
— У тебя не было ощущения... будто здесь только что появился кто-то третий?
В глазах Цзян Хуайчу мелькнула искра. Его взгляд упал на мочку уха Хуай Лин, где алела крошечная капелька крови. Криво усмехнувшись, он уже было протянул руку, но в последний момент остановился и холодно бросил:
— Нет. Опять эта маленькая змея?
Нахмурившись, Хуай Лин прикрыл глаза руками и глухо отозвался:
— Я снова видел её.
Лицо Цзян Хуайчу помрачнело, его взгляд впился в капельку крови:
— Вот как? Сегодня утром я тоже не видел эту змею.
Откинувшись на спинку сиденья, Хуай Лин приподнял веки, погрузившись в раздумья.
Он должен нравиться Цзян Хуайчу, а к нему самому относиться с прохладцей. Неужели всё из-за Цзян Хуайчу, оттого Он и ведет себя подобным образом?
Или же пытается привлечь внимание Цзян Хуайчу?
Вот только Хуай Лин тревожило одно: пока эта сущность преследует его каждый день, он будет ежедневно погружаться в эти кошмарные галлюцинации.
Невзначай бросил он вопрос:
— Как думаешь, эта пестрая змейка на меня запала?
Он брякнул это просто так, для поддержания разговора, никак не ожидав увидеть на лице Цзян Хуайчу столь серьезное выражение.
Хромая на оба полушария логика заставила его поспешно добавить:
— Я просто к слову сказал, не принимай так близко к сердцу.
Цзян Хуайчу усмехнулся:
— Не бойся.
Внезапно он протянул руку в сторону Хуай Лин и коснулся его мочки уха — капелька крови скатилась вниз, прямо на его ладонь.
Проклятая тварь.
Цзян Хуайчу спрятал мрачный блеск в глазах. Знал бы раньше — раздавил бы эту нечисть еще тогда.
Но раз уж всё зашло так далеко... есть способ заставить эту тварь исчезнуть раз и навсегда.
http://bllate.org/book/36219/4496613
Готово:
