Лезвие было невероятно острым: стоило Су Син лишь слегка повести запястьем, как он мог бы запросто лишить мужчину его мужского достоинства.
Тот отстранился от Су Сина и медленно поднял руки, изображая сдачу.
Су Син убрал нож и холодно бросил:
— Проваливай.
Мужчина, натягивая штаны, с мрачным видом смачно сплюнул на землю и, развернувшись, зашагал прочь.
Мальчик съежился в углу, глубоко зарывшись лицом в колени. Его хрупкое тело мелко подражало, плечи сотрясались, а лопатки остро выпирали под тканью рубашки, придавая фигуре какой-то неестественный вид.
Су Син заметил, что мальчик неестественно плотно сжал ноги, потирая их друг о друга, а видневшаяся полоска кожи на шее пугала неестественной краснотой.
В таком состоянии любой прохожий мог запросто забрать его с собой.
Су Син равнодушно скользнул по нему взглядом и, не намереваясь вмешиваться, убрал нож и направился прочь, но, сделав всего несколько шагов, вдруг вернулся.
Он достал из сумки бутылку минеральной воды, отвинтил крышку и вылил содержимое прямо на голову мальчику.
Тот вздрогнул и поднял голову. Ледяная влага на мгновение вернула ему ясность рассудка. Капли воды, срываясь с прядей волос, падали вниз, и сквозь эту пелену он увидел стоявшего перед ним юношу — статного, с непроницаемым лицом.
— Встать можешь? — спросил Су Син.
Мальчик закусил губу и кивнул. Опираясь одной рукой о стену, он попытался подняться, но недавняя борьба отняла у него все силы. Ноги подкосились, и вслепую протянув руку, он ухватился за Су Сина, отчего оба рухнули на землю.
Грохот —
Раздался оглушительный рокот мотора, свет фар ослепил Су Сина, не дав ему толком подняться на ноги.
Водитель остановился рядом с ними и поднял забрало шлема.
— Ты?!
— Ты?!
Хэ Чи первым усмехнулся, обнажив клык:
— Опять ты, маленький мошенник?
Су Син холодно фыркнул:
— Да что ж ты повсюду суешься?
— Я и сам не хотел, чтобы вышло так неловко, помешал тебе... — Хэ Чи обвел взглядом Су Сина и мальчика, многозначительно добавив: — ...делами заниматься.
Сцена действительно выглядела двусмысленно. Мальчик насквозь промок, одежда сбилась, вид у него был до того жалкий, что Су Син, навалившийся на него сверху, смотрелся крайне сомнительно.
Хэ Чи щелкнул пальцами:
— А с виду и не скажешь! Только подрались — и сразу на поле боя? Неплохая выносливость!
Су Син не удостоил его ответом. Он поднялся с земли, схватил мальчика за руку и рывком поставил на ноги, после чего, не оборачиваясь, зашагал прочь.
Хэ Чи продолжал что-то ворчать вслед:
— Эй, дружище, нельзя же так: штаны натянул — и сразу вид делаешь, что не узнаешь!
Су Син даже не обернулся, лишь с силой пнул валявшуюся на дороге банку из-под газировки.
Хэ Чи картинно прижал руку к груди:
— Ой, напугал-то как...
Повернув голову, он заметил на месте, где только что лежал Су Син, несколько мятных конфеток — очевидно, выпали из кармана.
— Еще и конфеты любит, ну чисто девчонка.
Хэ Чи усмехнулся, опустил забрало, нажал на газ и умчался вдаль.
Глава 4. Юный лучший выпускник и школьный хулиган
Последняя неделя перед началом занятий в старшей школе тянулась уныло.
Су Син нашел подработку: переодевшись в Дораэмона, он раздавал воздушные шарики детям у торгового центра. Платили каждый день, плюс бесплатный обед.
В разгар лета стояла невыносимая жара, а кожа у него была от природы тонкая, поэтому, простояв полдня под палящим солнцем, он покрылся потницей.
Вечером, получив расчет, он зашел в забегаловку съесть миску лапши, по пути заглянул в букинистический магазин, прикупив два сборника задач по математике. Когда он вернулся домой, Су Хун полулежала на диване, попивая вино. Ночная сорочка задралась до самых бедер, а вентилятор гудел, обдавая комнату горячим воздухом.
Су Син переобулся, выбросил в мусорное ведро недоеденную лапшу со стола, вытер тряпкой масляные и винные пятна и открыл окно проветрить помещение.
Су Хун с грохотом поставила бутылку на журнальный столик:
— Ты зачем окно открыл? Хочешь, чтобы та старая жаба напротив на твою мать налюбовалась?
Он промолчал, прошел в комнату, взял банное полотенце и набросил его ей на ноги.
Су Хун схватила полотенце и с размаху швырнула им в Су Сина:
— Ты, черт возьми, сварить меня хочешь?!
Су Син поймал полотенце и безмятежно посмотрел на нее.
Через несколько секунд такой дуэли Су Хун первой отвела взгляд. Она поправила сорочку, закурила, сделала глубокую затяжку и, указывая сигаретой на столик, бросила:
— Уведомление о зачислении пришло.
На столике лежал конверт, придавленный пепельницей. Он взял его и достал содержимое: банковскую карту и письмо.
Су Син, Вы зачислены в Тридцать шестую среднюю школу города Синьян. Просьба явиться 31 августа для распределения по классам.
Тридцать шестая школа?
Он несколько раз перечитал жесткую карточку. Действительно, письмо пришло из Тридцать шестой школы, внутри лежало его личное дело времен средней школы. Никакой ошибки, это был он сам.
Неужели перепутали?
— Тридцать шестая школа, — Хэ Чи закинул в рот осьминожий шарик.
— Может... — Гуань Синьсинь взглянула на него, — попросишь отца договориться, чтобы тебя перевели в школу поближе к дому? Тогда и переезжать не придется.
— Не нужно, — Хэ Чи отложил палочки, вытер рот салфетками и встал. — Я наелся, пойду собирать вещи.
— Я тоже закончил, — Хэ Чжоу положил ложку на мраморную столешницу и неторопливо вытер губы платком.
— Сяо Чжоу, ты... ты выпей еще супа. — Гуань Синьсинь заботливо пододвинула к нему пустую тарелку, ее голос звучал осторожно, почти подобострастно. — Я специально для тебя готовила, добавила много укрепляющих добавок, это очень полезно для здоровья...
Хэ Чжоу мягко улыбнулся и вежливо перебил ее:
— Не нужно, тетя, я сыт. Суп был очень вкусным.
Гуань Синьсинь растерянно опустила половник, не в силах скрыть разочарование:
— Вот как... ну хорошо.
— Брат, — окликнул Хэ Чжоу Хэ Чи, — не мог бы ты помочь мне подняться?
Хэ Чи, уже направлявшийся к лестнице, замер.
Хэ Чжоу наклонил голову и разочарованно спросил:
— Нельзя?
— Сяо Чи! — тихо прикрикнула Гуань Синьсинь.
Хэ Чи закрыл глаза, развернулся и подошел к столу. Одной рукой он обхватил Хэ Чжоу за плечи, другой поддел под коленями и привычным движением поднял его.
Хэ Чжоу послушно прильнул к плечу брата, считая удары его сердца. На семьдесят пятом счете его опустили в инвалидное кресло.
Хэ Чи, не сказав ни слова, собрался уйти, но Хэ Чжоу указал на кровать:
— Брат, ты забыл плед.
Хэ Чи схватил с кровати маленький плед, встряхнул его и накинул на ноги Хэ Чжоу.
Гуань Синьсинь относилась к Хэ Чжоу с чрезмерным рвением: плед меняли каждый день и стирали только вручную, от него исходил чистый аромат кондиционера.
Хэ Чжоу погладил свои колени и поднял голову. Его глаза, черные, как у безмятежного маленького зверя, казались отрешенными от мира.
— Брат, ты переезжаешь, потому что боишься меня? — спросил он.
Хэ Чи, засунув руки в карманы, свысока посмотрел на него и через мгновение слегка усмехнулся:
— Хэ Чжоу, не надо со мной этих твоих кривых игр. Говорю тебе — не сработает.
Хэ Чжоу не ответил. Заправив прядь волос за ухо, он заговорил сам с собой:
— Брат, заходи почаще, а то мне будет грустно. А когда мне грустно, мама злится.
На стене напротив кровати висела черно-белая фотография. Женщина на снимке выглядела величаво и строго, ее зрачки, словно бездонные черные дыры, молча взирали на Хэ Чи.
Хэ Чи промолчал и вышел из комнаты.
Вещей у него было немного, чемодан даже не заполнился наполовину. Как раз когда он упаковывал свою любимую приставку, позвонил Ли Лан.
— Алло, чего надо? — Хэ Чи зажал телефон между плечом и ухом, запихивая ингибиторы и шприцы в рюкзак.
Ли Лан вопил на весь динамик:
— Старина Хэ, я полдня у отца выпрашивал, он наконец согласился перевести нас в один класс! Ну что, рад? Счастлив?
Отец Ли Лана занимал высокий пост в управлении образования, так что вопрос перевода решался одним его словом.
Хэ Чи хмыкнул:
— Рад до безумия! Раз такой крутой, почему не попросил отца запихнуть тебя в Первую школу?
Ли Лан заржал:
— Зачем мне Первая? Я должен следовать по стопам нашего школьного хулигана из Тридцать шестой!
Хэ Чи фыркнул:
— Ой, иди ты.
— Кстати, слышал про Су Сина? — резко сменил тему Ли Лан.
— Это еще что за фрукт?
— Да лучший выпускник города на экзаменах! — закричал Ли Лан. — Тот самый, что оторвался от второго места на восемнадцать баллов!
Хэ Чи:
— А, слышал.
Ли Лан опешил:
— Слышал?!
Хэ Чи усмехнулся, сгреб охапку носков и швырнул в чемодан:
— Все эти отличники на одно лицо: голова здоровая, все в прыщах, а линзы в очках толще, чем донышко винной бутылки.
— Да ну тебя! Я серьезно! — Ли Лан тоже рассмеялся. — Этот лучший выпускник переводится в нашу школу.
Хэ Чи равнодушно отозвался:
— Совсем мозги от учебы пропил, раз решил так жизнь себе испортить.
— Кто знает, что у него на уме... Говорят, он избил сына секретаря управления образования...
— Поступила жалоба, что вы участвовали в инциденте с применением насилия в школе. Это крайне недостойное поведение. Наша Первая средняя школа не может позволить себе учеников с такими пороками. Однако, учитывая ваш юный возраст, руководство решило дать вам шанс. Ваше личное дело переведено в Тридцать шестую среднюю школу. Надеемся, вы исправитесь и переосмыслите свое поведение.
Су Син позвонил в приемную комиссию. Ответил мужчина с сухим, официальным голосом, который, казалось, читал ответ по бумажке.
Су Син сидел на перилах крыши, свесив ноги в пустоту. С восемнадцатого этажа этот район, в котором он сопротивлялся жизни шестнадцать лет и из которого никак не мог выбраться, казался крошечным. За пределами грязных, тесных улиц сияли огни большого города, бурлил поток машин — там лежали высокое небо и бескрайние просторы, которых он никогда не видел.
Первая средняя школа города Синьян — столетняя классика, элитное учебное заведение с почти стопроцентным показателем поступления в университеты.
Он был похож на маленького зверька, из последних сил бьющегося в клетке. Едва забрезжил лучик надежды, как его тут же поглотило еще более глубокое болото.
http://bllate.org/book/36212/4494444
Готово:
