Готовый перевод Bottomless Scammer: Hooking Straight Guys for Cash / Любовь за деньги: Искусство обольщения от «девочки-мальчика: Глава 3

Бунтующая Маленькая Лоли: Хотя я и беден, но не стану продавать свое тело за деньги.

Цзян Сюйянь сел на кровати и пробормотал себе под нос:

— Возвращать их обратно — исключено. Раз деньги попали мне в карман, с какой стати их отдавать?

[C перевел вам 52 000]

[C: Сестричка, давай встретимся в реале?]

Цзян Сюйянь без малейших колебаний нажал на получение, и уголки его губ поползли вверх, растягиваясь в улыбке.

[Бунтующая Маленькая Лоли: Братик так искреннен, я тронута... тыкает пальчиками.jpg]

[Бунтующая Маленькая Лоли: Давай для начала пообщаемся и узнаем друг друга в течение месяца, а потом уже решим насчет встречи, идет?]

Месяц спустя он, пожалуй, сможет состричь немало шерсти с этой овцы, а затем скрыться с деньгами.

В тот момент кого будет волновать жизнь или смерть братца C.

Что же касается того, станет ли собеседник заявлять в полицию из-за вспышки гнева от позора, это дело будущего.

Но он предполагал, что этот богатый наследник вряд ли станет выставлять напоказ свой позорный опыт обмана.

Собеседник помолчал довольно долго, прежде чем прислал ответ.

[C: Угу.]

Цзян Сюйянь невзначай ответил на сообщение, перевел телефон в беззвучный режим и, не прошло и минуты с закрытия глаз, провалился в глубокий сон.

Обычно он вел трансляции по ночам, а весь день почти полностью уходил на то, чтобы доспать.

Поскольку он ел всего по разу-два в день, его талия всегда оставалась тонкой, но без излишней женственности.

Это как раз позволяло ему наряжаться в короткие юбки с открытым животом, крутить бедрами и покачивать ягодицами, вызывая у многочисленных товарищей-мужчин обильное слюноотделение.

Ближе к вечеру Цзян Сюйянь очнулся от голода, легонько погладил слегка ноющий желудок и перевернулся, сabся с кровати.

Мелких болячек, вызванных нерегулярным питанием и сном, тоже хватало, и время от времени побаливающий желудок был одной из таких проблем.

Умывшись, он переоделся в простую белую футболку и повседневные джинсы, снял с вешалки бейсболку и водрузил на голову.

Слегка опустив козырек, чтобы скрыть большую часть бровей и глаз, он открыл дверь, вышел из обветшалого многоквартирного дома и зашагал вниз по тусклой лестнице.

Большую часть времени он ходил обедать в близлежащее домашнее кафе.

Оздоровительный комплексный обед стоил всего семь юаней: два блюда и одно мясное, а рис можно было брать сколько угодно.

Хозяйка заведения, видя, как он худ и хил, всегда подкидывала ему бесплатную куриную ножку.

Поэтому он захаживал туда регулярно.

Видимо, поймав крупную рыбу, кошелек немного потолстел.

Он решил побаловать себя и заказал в приложении доставки еды стейк-набор стоимостью 299 юаней.

Каждым аккаунтом можно было воспользоваться только один раз — это была юбилейная акция ресторана.

Находилось заведение в самом центре Пекина и представляло собой пятизвездочный ресторан.

Цзян Сюйянь решил проявить широту жестов до конца и махнув рукой, поймал такси.

Водитель оказался мужчиной среднего возраста с заостренным лицом и крысиными глазками, который всю дорогу без умолку трещал и то и дело украдкой косился на Цзян Сюйяня в зеркало заднего вида.

Цзян Сюйянь знал, что его лицо выдающееся, и уже привык к тому, что на него смотрят, так что на взгляд водителя внимания не обратил.

— Сколько братику лет? Все еще учишься?

Водитель облизал губы, его голос слегка охрип.

Цзян Сюйянь подпер подбородок рукой и смотрел в окно, упорно игнорируя его.

— Эй, чего не отвечаешь?

Водитель приглушил голос и пробормотал:

— Уж не немой ли он малыш?

Словно что-то сообразив, в глубине его глаз промелькнул темный огонек.

Немой малыш — это отлично: даже если его будут жестоко обижать, он сможет лишь бессвязно мычать и не выдавит ни единого слова.

Украдкой свернув в другую сторону, он направил машину в безлюдный пригород.

Даже плохо ориентируясь в окрестностях, Цзян Сюйянь очень быстро понял, что что-то не так.

Он невозмутимо открыл на телефоне карту и обнаружил, что направление движения теперь все сильнее расходится с пунктом назначения.

Выходит, ему не повезло столкнуться с плохим человеком?

Его одежда и внешний вид не выглядели богатыми, так что вряд ли ради денег.

Раз не ради денег, то скорее всего — ради насилия!

Он почти десять лет варился в котле этого общества и, разумеется, прекрасно знал о существовании мужчин-гомосексуалистов.

При мысли о том, что произойдет дальше, его желудок скрутило, он прикрыл рот рукой и издал сдавленный рвотный звук.

Водитель тут же переменился в лице, резко затормозил и нетерпеливо поторопил:

— Хочешь блевать — топай наружу, только не в моей машине!

Получив шанс на спасение, Цзян Сюйянь, конечно же, упускать его не собирался.

Прикрывая рот рукой, он открыл дверцу автомобиля, выскочиزمнаружу и быстренько окинул взглядом окружающую обстановку.

Солнце уже село, и вокруг начало темнеть.

Дорога была однополосной, сейчас ее загораживало такси, а проходы по обе стороны были слишком узкими для движения.

По обеим сторонам дороги тянулись зарощи сорной травы выше человеческого роста, сквозь которые совершенно не было видно дороги, и если сунуться туда наугад, то велики шансы не найти выхода.

В этот момент откуда-то донесся смутный рев мотоциклетного мотора.

Поразмыслив пару секунд, он решил дождаться появления мотоцикла и попросить о помощи.

— Ты долго? Дорогу людям загораживаешь!

Водитель высунулся из окна и рявкнул.

Неподалеку впереди находился заброшенный заводской цех, идеальное место для совершения кое-каких тайных дел.

Видя, что этакая красотка все еще околачивается снаружи, он расстегнул ремень безопасности, толкнул дверь и вышел из машины.

В этот момент рев мотоцикла приблизился и вскоре оказался прямо позади такси.

Мужчина, ехавший впереди, уперся длинными ногами в землю и поднял забрало шлема, обнажая пару глубоких, слегка раскосых фениксовых глаз.Его взгляд был прикован к водителю, вылезавшему из машины, а в голосе сквозило явное недовольство:

— Ехать собираешься или нет? Хватит тут дорогу загораживать!

Едва затихли эти слова, в поле его зрения ворвалась тощая фигура.

Не дожидаясь его реакции, этот человек запрыгнул прямо на заднее сиденье его мотоцикла, придвинулся к самому уху и зашептал:

— Помоги, подбрось меня, я заплачу.

Голос, прозвучавший у самой ушной раковины, был очень тихим и несли холодные нотки, отчего по телу Чэн Е почему-то побежали мурашки.

Он нахмурился и сквозь зубы выругался:

— Какого чёрта, кто разрешал тебе садиться? Ану слезай!

Люди, знавшие Чэн Е, прекрасно знали, что его драгоценный мотоцикл никогда никого не возил.

— Ого-го, подумать только, какой же наш молодой господин Чэн обаятельный. Даже в этой глуши, где и птицы не летают, умудрился встретить парня, который сам бросается к нему в объятия.

Сидевший на ярко-красном мотоцикле мужчина снял шлем, обнажив слегка пухлое лицо, а в его глазах читалась насмешка.

Водитель тем временем тоже сообразил, что юный красавчик уже раскусил его намерения.

Он быстро забрался на водительское сиденье, захлопнул дверь и, даже не успев пристегнуться, вдавил педаль газа в пол и рванул с места.

Соперников было много, и все они отличались крепким телосложением, так что оставаться дольше было себе дороже.

На беду, прямо под задним колесом оказалась лужа с грязью, и стоявших ближе всех людей порядком забрызгало.

— Черт возьми!

Пухлого мужика с головы до ног обдало грязными брызгами, и он не удержался от яростной ругани.

Переведя взгляд на Чэн Е, он тут же умолк.

Большая часть грязи угодила прямиком на мотоцикл Чэн Е, да и на его собственный шлем налип огромный шматок глины.

Дело труба, у этого молодого господина всамделишная мания чистоты!

Несколько приятелей-шалопаев, отлично знавших нрав и характер Чэн Е, хотели рассмеяться, но изо всех сил сдерживались. Они только переглядывались и корчили рожи, мучительно подавляя смех.

Цзян Сюйянь поджал губы, а в голове у него громко зазвонили тревожные звоночки.

Пока сидевший впереди мужик не начал бушевать, он молча соскочил с мотоцикла и что есть мочи припустил в противоположную сторону.

— Твою мать! Какого чёрта ты побежал?! — взревел кто-то вдали.

Зачем он бросился наутёк, Цзян Сюйянь и сам толком не понимал — знал лишь одно: если сейчас не убежать, его кошелек точно пойдет по ветру!

По идее, спрашивать должны были с водителя, который скрылся с места происшествия, а не с него, невинной жертвы.

Но богатые сынки из Пекина никогда не отличались рассудительностью, особенно тот самый тип!

С первого взгляда было ясно, что перед ним своенравный, не желающий слушать чужие доводы и взрывоопасный мажор.

Услышав приближающийся рев мотора, Цзян Сюйянь даже не оборачивался — он и так знал, что преследователь догоняет его.

Из-за нехватки регулярных тренировок он уже тяжело дышал. Разве мог он тягаться в скорости с двухколесным мотоциклом?

Спустя несколько секунд крутой серебристо-чёрный байк с визгом затормозил прямо перед ним.

Чэн Е снял шлем, являя миру лицо, красота которого излучала самую настоящую агрессию.

Растрёпанные пряди волос придавали ему дикий, дерзкий вид, глубокие персиковые глаза были слегка прищурены, а властный взгляд свысока источал пренебрежение ко всему живому, словно стоявший перед ним Цзян Сюйянь был не более чем сором под его ногами.

Вот только на переносице у него красовался кусок грязи жёлто-коричневого цвета, выглядевший невероятно комично.

Цзян Сюйянь поднял руку, чуть опустив поля кепки, и лишь бросил на него равнодушный взгляд исподлобья.

Решив перехватить инициативу, он заговорил первым:

— Чего ты за мной увязался?

Рост Чэн Е составлял сто девяносто два сантиметра, и он возвышался над Цзян Сюйянем почти на целую голову.

Глядя на него сверху вниз, Чэн Е видел лишь широкие поля кепки, закрывавшие бо́льшую часть лица, из-за чего разглядеть истинные черты не удавалось.

Сначала он насмешливо бросил:

— Мелюзга, а туда же — ко мне лезешь. Жить надоело?

А затем криво усмехнулся:

— Ха! Чего увязался? Ты без спросу запрыгнул на мой мотоцикл да еще из-за тебя меня всего измазали грязью! Как собираешься расплачиваться по счетам?!

Уголки рта Цзян Сюйяня дернулись, и он холодно возразил:

— Будь добр, разберись в ситуации. Грязью тебя забрызгал водитель. Вместо того чтобы гнаться за ним, ты перекладываешь вину на меня. Это чистой воды злоупотребление чужим положением.

Лицо Чэн Е исказилось от злости. Он мгновенно соскочил с мотоцикла, в пару шагов преодолел разделявшее их расстояние, схватил парня за воротник и рывком приподнял над землей.

— Хватит увиливать! Вы с этим водителем вдвоём в одном сговоре!

— Выкладывай, какая у тебя цель!

— Деньги украсть? Или честь отнять?

— А может…

Цзян Сюйянь был вынужден смотреть прямо ему в глаза. Между бровей залегла тень раздражения, а усиливающаяся боль в желудке заставила его лицо заметно побледнеть.

Чэн Е прищурился и, вплотную приблизившись к Цзян Сюйяню, принялся разглядывать его. В глубине его глаз промелькнуло странное выражение — ему смутно показалось, что это лицо ему знакомо.

— Эй, мы с тобой раньше где-то встречались?

http://bllate.org/book/36183/4489886