Чжэн Эньчжи совсем не был таким, каким его описывали окружающие — мол, он не видит никого вокруг, кроме себя. Напротив, при первой же встрече с ним Янь Ши убедился, что тот общителен, мил и очень воспитан.
Десять лет назад Янь Ши перевелся в Первую среднюю школу Суйшуй. Отчасти из-за того, что старика Яня перевели по работе, отчасти — потому что тренер по бегу на средние и длинные дистанции в этой школе был весьма знаменит.
Янь Ши занимался легкой атлетикой, его основными дистанциями были полторы и пять тысяч метров. Еще в первом классе старшей школы он получил сертификат спортсмена первого разряда, а во втором — звание кандидата в мастера спорта.
Спортсменов, занимающихся бегом на средние и длинные дистанции, было немного, и после перевода в Первую среднюю школу Суйшуй Янь Ши оказался единственным в этой дисциплине.
Специализация требовала особых тренировок. Помимо силовых упражнений, Янь Ши почти все время проводил на беговой дорожке. Скоростные и выносливые тренировки были крайне изнурительными: поначалу у него кружилась голова, а порой его даже тошнило. Госпожа Цин всегда очень переживала и много раз пыталась отговорить его от спортивной карьеры, из-за чего они даже однажды серьезно поссорились.
В тот день, когда он познакомился с Чжэн Эньчжи, только закончились новогодние праздники. Янь Ши был уже в третьем классе старшей школы. После обеда он закончил базовую разминку и растяжку, а затем отправился на стадион, чтобы попробовать потренироваться после разрыва связок голеностопа левой ноги.
Он получил травму за месяц до каникул, а вместе с зимним отпуском пропустил в общей сложности два месяца. Янь Ши слишком торопился, боясь растерять форму, и, вопреки запретам тренера, решил тренироваться самостоятельно. Результат оказался плачевным. Можно даже сказать, ужасным.
В середине первого послеобеденного урока Янь Ши лежал на беговой дорожке, раскинув руки, а травмированная нога тихо ныла от боли. Он вспоминал слова тренера о том, что если нога не восстановится должным образом, спортивное будущее может быть для него закрыто.
Его успеваемость была неплохой, и в спорт он пошел только потому, что искренне любил бег.
Но теперь велика вероятность, что он не сможет продолжать идти по этому пути.
На душе у Янь Ши было тяжело.
Когда он, опираясь на руки, присел, чтобы растереть щиколотку, то увидел, как к нему кто-то бежит.
Парень был среднего роста, с аккуратной прической — при беге челка смешно разлеталась от ветра.
Погода тогда стояла холодная, и незнакомец был закутан в зимнюю школьную форму, напоминая неуклюжего медвежонка.
В руках он что-то держал, но из-за того, что он бежал против солнца, Янь Ши не мог разглядеть, что именно.
Подбежав ближе, парень тяжело дыша остановился перед ним. От него слегка пахло лечебной настойкой.
— П-привет, одноклассник.
— Привет. — Янь Ши был не в духе, но нашел в себе силы ответить вежливо.
— В общем, мне очень неловко, но я принял тебя за объект для наброска и нарисовал. Мне так сильно захотелось тебя нарисовать, что я не спросил разрешения, прошу прощения. — Он не удержал равновесие и плюхнулся прямо на пластиковое покрытие дорожки. — Ты не против? Если против, я могу... порвать рисунок.
Слова звучали решительно, но тон был нерешительным, с оттенком мольбы.
Янь Ши ответил:
— Покажи.
Глаза Чжэн Эньчжи мгновенно загорелись, он поспешно протянул Янь Ши альбом.
На листе был набросок бегущего Янь Ши. Линии были легкими и точными, а в профиле без труда угадывался сам Янь Ши.
Чжэн Эньчжи, придерживая страницу, перевернул ее:
— Там есть еще два наброска. Я не очень хорош в скетчинге, но как раз увидел, что ты тренируешься, и взял на себя смелость порисовать... У тебя очень красивые линии мышц. — Говоря это, Чжэн Эньчжи невольно засмотрелся на мышцы рук Янь Ши.
Янь Ши остолбенел, глядя на себя на бумаге. Рисунок был великолепен, нет, даже можно сказать — исключительно хорош.
Видя, что Янь Ши молчит, Чжэн Эньчжи решил, что рисунок все-таки придется порвать, и попытался спасти ситуацию:
— Знаешь, ты так здорово бегаешь! Я едва пробегаю один круг и уже падаю от усталости, а ты пробежал целых восемь... Это правда, правда очень круто! — В словах Чжэн Эньчжи не было лести, он говорил от чистого сердца, и его восхищение Янь Ши было очевидным.
Сам он был довольно хилым, и физкультура давалась ему с трудом. Два с половиной круга казались ему испытанием на выживание, после которого у него едва хватало сил доковылять до раздевалки, а на восстановление уходили часы.
Поскольку друзей у него не было, во время свободных занятий на физкультуре Чжэн Эньчжи сидел на трибуне, рисовал или наблюдал за происходящим. Он помнил, что другие парни в классе на дистанции в тысячу метров начинали очень быстро, а к концу выдыхались, тогда как этот человек — совсем другое дело, он держал почти равномерный темп. Чжэн Эньчжи восхищался этим, делая наброски.
Янь Ши еще немного посмотрел на рисунок и, подняв голову, взглянул на Чжэн Эньчжи:
— Ты очень хорошо рисуешь.
Чжэн Эньчжи радостно улыбнулся:
— Спасибо. Знаешь, я еще кое-что нарисовал, это тебе в знак благодарности, надеюсь, тебе понравится. — Чжэн Эньчжи протянул Янь Ши небольшую карточку размером с ладонь. На ней гуашью были изображены три Янь Ши в разных позах.
Янь Ши взял карточку левой рукой, провел правой по рисунку, а затем внезапно поднял взгляд на Чжэн Эньчжи и приподнял бровь. Чжэн Эньчжи заметил крошечную родинку на внешнем уголке его брови.
— Если бы я был против и заставил тебя порвать рисунок, ты бы не стал мне благодарить? И эту карточку тоже не отдал бы? — Янь Ши слегка покачал рисунком в руке.
Чжэн Эньчжи вспыхнул и поспешно ответил:
— Нет, не так! Даже если бы ты не хотел, я все равно хотел тебе ее подарить... Ты правда очень крутой. — Он опустил голову, не желая, чтобы Янь Ши видел его раскрасневшееся лицо.
Янь Ши подался вперед и, склонив голову набок, посмотрел на него:
— Правда?
— П-правда! — Чжэн Эньчжи резко вскинул голову, и их кончики носов соприкоснулись.
Он достал из сумки купленные заранее колу и воду и протянул Янь Ши:
— Это я тоже купил для тебя... спасибо тебе.
Янь Ши без церемоний взял бутылки, отставил колу в сторону, отвинтил крышку воды и сделал большой глоток.
Затем он не сводил глаз с Чжэн Эньчжи:
— Сейчас же уроки, разве тебе не нужно быть на занятиях?
Лицо Чжэн Эньчжи помрачнело, он замялся:
— Э-э, я... можно я не буду отвечать?
Янь Ши накинул брошенную на дорожку куртку от школьной формы и усмехнулся:
— Хм, можно.
Чжэн Эньчжи спросил:
— Ты травмирован?
— Как ты узнал?
— Это видно. — Чжэн Эньчжи достал из сумки флакон с лечебной настойкой. — Мне это помогает, когда болят запястья. Хочешь, нанеси немного?
Янь Ши хотел сказать, что для его травмы это бесполезно, но промолчал. Вместо этого он поблагодарил, взял флакон, немного приспустил фиксатор на лодыжке, обнажая больное место, вылил настойку прямо на кожу и небрежно растер. Чжэн Эньчжи накрыл его руку своей.
http://bllate.org/book/36058/4470939
Готово:
