Он когда-то прославился в системе Министерство общественной безопасности тем, что обошел тридцать жилых домов за один день и раскрыл громкое дело о краже электроскутеров.
Даже попал на страницы всероссийской газеты Министерства общественной безопасности.
Но мы виделись всего дважды на общих собраниях и почти не разговаривали.
— Брат Тэн, привет, — вежливо протянув руку, я попыталась завязать с ним непринужденный разговор.
Но, судя по тому, что он явно не собирался отвечать рукопожатием, было очевидно: я ему ужасно не нравлюсь.
Он даже испытывал ко мне некоторую антипатию.
Эта эмоция возникла совершенно ни с того ни с сего, и я мысленно перебрала все те дни, что мы пересекались в полицейском участке.
Я была абсолютно уверена, что ничем его не обидела.
— Есть вопросы — говори прямо. — Он снял фуражку, придвинул стул и сел напротив меня, широко расставив ноги, положив руки на колени и не глядя мне в глаза.
Он, как и я, служил в армии.
Привычка сидеть в открытой позе.
Свобода и уверенность в общении с людьми.
……
Я что, только что профайлила своего коллегу?!
Когда я осознала, что занимаюсь не совсем уместным профайлингом, его характер уже прочно отпечатался у меня в голове.
Самовлюбленный, вспыльчивый, категоричный, эгоцентричный.
Эти ключевые слова словно застыли на его лице, наотрез отказываясь покидать мою голову.
Разумеется, он даже не догадывался, что я анализирую его личность, — его просто раздражало, что я всё еще стою на ногах.
Он пожал плечами:
— Так это ты меня позвала, чтобы я посмотрел, как ты витаешь в облаках? Девушка, у меня вообще-то полно работы! Я не нанимался тут прохлаждаться.
Тон прозвучал крайне недружелюбно, но в этих словах отчетливо слышалась причина его неприязни.
Возможно… он принял меня за одну из тех блатных карьеристок, которые попадают в убойный отдел по знакомству исключительно ради красивой строчки в послужном списке.
Я пришла в себя и, пропустив мимо ушей его недружелюбие, сразу перешла к делу:
— Извините, я вызвала вас, чтобы расспросить о выезде к Тан И.
— Разве в деле всё не написано? Сама прочитать не можешь? — скривившись и бросив косой взгляд на папку с материалами на моем столе, с неприязнью ответил он.
Из последних сил сдерживая готовую вырваться наружу бурю, я с натянутой улыбкой продолжила:
— Я читала, потому к вам и обратилась.
— Там что-то есть, чего ты понять не можешь? Написано же по-русски. — Он прищурился, и в его голосе зазвучали едкие, насмешливые нотки.
……
Терпение лопнуло.
Я глубоко вздохнула.
— Я не знаю, чем именно вы недовольны, но сейчас рабочее время, и я рассчитываю на взаимное уважение.
Не давая ему вставить ни слова в ответ, я продолжила:
— Мало того, что я способна понимать написанное, я углядела в этом деле массу странностей, касающихся Тан Синя. Например, когда он разговаривал с вами, то говорил очень тихо, но твердо; отвечая, машинально хватался за голову; более того, он не выказал ни капли скорби по поводу смерти отца и пытался перебивать вас столько раз, что довел до белого каления. Вы ему угрожали, но его равнодушие загнало вас в тупик.
Предложение оказалось настолько длинным, что я едва не задохнулась.
Я жадно глотнула воздух.
Тэн Чао сидел на стуле напротив, поджав губы и глядя на меня во все глаза.
— А еще я знаю, что в его комнате царит невероятный порядок, — добавила я.
…..
— Это ты по результатам профайлинга вычислила? — Тэн Чао перевел взгляд с папки на меня. — Просто пообщавшись с этими бумажками?
На этот раз недоверие на его лице вряд ли было вызвано тем, что я не умею читать.
Скорее, он решил, что я какая-то ведьма.
— Да. Так мы можем наконец поговорить о Тан Сине? — я положила руки на колени, приняв такую же армейскую позу, как у него.
Он выпрямил спину, и выражение его лица уже не казалось столь холодным и пренебрежительным.
В его голосе проскользнули извиняющиеся нотки:
— Прости, я тут по поводу тебя…..
Но он не успел договорить, как я его перебила:
— Ничего страшного, узнаем друг друга по ходу дела. Сейчас самое главное — Тан Синь.
Тэн Чао кашлянул, чтобы сгладить неловкость, и сделал приглашающий жест, давая понять, что я могу продолжать задавать вопросы.
— Мне хотелось бы узнать, когда вы выезжали на место, его мать присутствовала? — спросила я.
Он попытался вспомнить:
— Первый раз мы встретились в криминалистической лаборатории. Жена Тан И и его сын были там оба, но держались на большом расстоянии друг от друга.
— Вторая встреча состоялась позавчера во второй половине дня, после того как убойный отдел провел обыск в их доме. — Тэн Чао оказался на редкость педантичным специалистом по сбору данных и попытался выложить мне все детали, какие только запомнил.
— Похоже, у него отвратительные отношения с матерью. Та забеспокоилась, как его рука, но он лишь зыркнул на нее со злостью и велел не лезть. Поэтому я специально расспросил ее о травме руки Тан Синя и выяснил, что парень регулярно подвергается домашнему насилию со стороны отца.
— Однако сам Тан Синь уверял меня, что отец не занимается рукоприкладством, а всего лишь применяет воспитательные наказания. — Тэн Чао даже слегка растерялся. — Хотя я сам видел у него на руке огромный синяк.
Я почесала в затылке:
— А Тан Синь не уточнял, в чем именно заключаются методы воспитания Тан И?
Тэн Чао ответил:
— Судя по всему, это избиение деревянными палками. Следов не остается, но синяки на теле держатся и болят много дней.
— Мать подтвердила мне, что Тан И постоянно так обращается с сыном.
— Так вот почему они жили раздельно? — В деле было указано, что супруги разъехались из-за работы, но судя по всему, дело было в серьезных проблемах в отношениях.
— Полагаю, у них просто расходились взгляды на воспитание детей, а не рухнул брак. — Тэн Чао взял со стола папку с делом. — У них дома куча семейных фотографий, пожалуй, даже подозрительно много.
— Едва переступаешь порог, видишь огромное общее фото, на тумбе под телевизором стоит еще одно, а на холодильнике прилеплены снимки с полароида — со стороны всё выглядит так, будто у них образцово-показательная семья. — Тэн Чао обладал превосходной наблюдательностью и невероятным вниманием к деталям, охотно делясь со мной своими выводами.
Он подался вперед, и его голос стал тяжелее:
— Но ты оказалась права на все сто: Тан Синь чудовищно хладнокровен к смерти собственного отца.
Он раскрыл стенограмму допроса Тан И и показал мне:
— Когда он произносил эти слова, на его лице не дрогнул ни один мускул.
— Мне довелось повидать немало убитых горем родственников жертв, но у них никогда не бывает такого выражения лица. — Тэн Чао откинулся на спинку стула.
— Ни скорби, ни боли — абсолютное безразличие, как к совершенно чужому человеку.
……
Я пробежала глазами по строчкам стенограммы:
— У него расстройство личности нарциссического типа на ранней стадии.
— Нарциссического? — Тэн Чао наклонился ко мне, пытаясь разглядеть, на чем основаны мои выводы. — Как ты догадалась, что я ему угрожал?
Я подняла голову и встретилась с ним взглядом.
На его лице всё еще читался тот самый только что составленный профиль: самовлюбленный, вспыльчивый, категоричный, эгоцентричный.
Диалог между носителем нарциссического расстройства личности и типичным самовлюбленным мужчиной среднего возраста неизменно сопровождается угрозами и предупреждениями.
Бесконечные попытки Тан Синя перебить собеседника были его способом выставить границы для чужих и собственных посягательств.
Что уж говорить о Тэн Чао — разумеется, излюбленный метод предупреждения для грозного и сообразительного полицейского сводится к банальным угрозам.
— Догадалась, — моргнула я, разумеется, не собираясь делиться с ним своими психологическими выкладками.
— Я просто попросил его не перебивать меня, это трудно назвать угрозой, скорее — жесткий тон, не более того, — смущенно пробормотал Тэн Чао.
Я сменила тему:
— Нам лучше снова съездить в дом Тан И вместе с сотрудниками убойного отдела и хорошенько проверить его телефон и компьютер.
Глава 11
Тэн Чао с недоумением покосился на меня и какое-то время молчал, очевидно, пытаясь переварить услышанное:
— Есть какие-то зацепки?
Я кивнула, поднялась на ноги, натянула китель и проверила, на месте ли удостоверение.
— Полагаю, обида Тан Синя на отца огромна, и он вполне может быть знаком с убийцей.
Услышав это, Тэн Чао тут же вскочил со стула и ошеломленно уставился на меня:
— Знаком с убийцей?
Я кивнула, вспомнив одну фразу из материалов дела.
В протоколе допроса было записано:
[Он меня не бил, это было воспитательное наказание. Знаешь, что такое наказание? Это передача заветов по наследству.]
Я уже где-то видела эту фразу — кажется, когда разбирала для Сунь Тао тематику бдсм, она мелькнула в поисковой строке на его компьютере.
Там подчиненный партнер тоже описывал свои отношения с доминирующим в тех же выражениях.
[Любое наказание есть дары принципа.]
— Я пойду оформлю ордер на обыск, а ты свяжись с убойным отделом, пусть все собираются внизу. — С этими словами я стремительным шагом бросилась в административный корпус.
Как только мы получили ордер и прибыли к дому Тан И, мне позвонил Сунь Тао.
— Я в компании Синьхэн. Ребята из технадзора прогнали через большие данные информацию: в последнее время никто не собирался на свидания ни в лесопарк, ни на мусороперерабатывающий завод.
— Никто… не ходит на свидания на свалку, — шагая взад-вперед под окнами дома Тан И, я мысленно ругала себя за столь нелепое предположение насчет помойки.
— Но в этих двух местах нет камер слежения, понимаешь? Тот, кого мы ищем, ведет себя как подвальная крыса, и эти точки — его излюбленные укрытия.
У него нет отпечатков.
Никаких улик, ни единого следа.
Он даже не засветился ни на одной камере наблюдения.
Закон материального обмена веществ на него словно не распространялся.
В нашем распоряжении имелся лишь смутный потретрет-профиль.
Он — крыса…
Затаившаяся в системе подземных коммуникаций.
— Я еще поищу, — уныло бросил Сунь Тао и повесил трубку.
Я тяжело вздохнула и вслед за Тэн Чао поднялась наверх.
Тэн Чао медленно поднимался по ступеням и вдруг бросил через плечо:
— Надеюсь, мы не зря теряем время.
Я знала, что его слова не были направлены против меня.
В управлении множество отделов со своими регламентами, и у каждого свои обязанности.
К примеру, на место происшествия выезжают и специалисты отдела по работе с аномалиями, и убойный отдел, и криминалистическая лаборатория, и обычные патрульные.
Я не способна одновременно присутствовать на десятке мест преступлений ради составления портретов.
А Тэн Чао не стал бы выполнять работу судмедэксперта, которую делает Ван Ань.
Мы можем полагаться лишь на слаженное взаимодействие.
Но поймите: порой обмен информацией запаздывает, и из-за этого вечно возникают временные нестыковки.
Например, если это место не является первичным очагом преступления, сотрудники убойного отдела не станут здесь фотографировать и изымать улики.
А я не могу с ходу, по паре фраз и трупу, безошибочно определить уклад жизни погибшего.
http://bllate.org/book/36029/4465537
Готово:
