До встречи с Чэнь Мо я искренне считала её писаным красавцем. В конце концов, какая девушка назовёт себя столь мужественным именем?
Но после нашей встречи я от всего сердца осознала: кроме неё, никто в целом свете не достоин носить это имя.
Всё потому, что она была...
Ужасно немногословна.
Если попытаться описать её точнее, мне казалось, что если мысленно приставить к ней чёрную оправу очков, её манера держаться ничем не отличалась бы от мрачного учителя из японских фильмов.
Чэнь Мо.
Длинные волосы до пояса — настоящая картина, но стоило ей открыть рот, как она бросала тебя в ледяную пещеру, настоящая ледяная королева. В строгом костюме она выглядела невероятно круто, словно преступница из боевика, а её психологический взгляд сулил пожизненное заключение.
Прямо сейчас я в мертвой хватке вцепилась в ремень безопасности, сидя на пассажирском сидении её «мерседеса», и смотрела на проносящиеся за окном деревья. Я чувствовала, как моё сердце готово остановиться в любую секунду, и с горьким отчаянием думала, что в следующее мгновение мы вместе взлетим на воздух и разобьёмся в лепёшку.
Мы мчались на место преступления.
Почему я оказалась в одной машине именно с ней? История эта долгая, так что лучше я вкратце перескажу её по дороге.
Всё началось с того, что мой покойный отец, беззаветно преданный своему делу, но проживший столь короткую жизнь, был фронтовым товарищем отца Чэнь Мо — а по совместительству директора моего нынешнего ведомства, Директора Чэнь. После гибели отца во мне укрепилась мысль продолжить его дело и унаследовать его идеалы.
Теперь-то я понимаю, что была тогда совсем зелёной и совершенно не осознавала, насколько дороже золота человеческая жизнь, раз выбрала столь великий, но совершенно оторванный от реальности путь.
Поэтому я упорно училась и изо всех сил старалась поступить в лучшую полицейскую академию страны. Отучившись пять лет, я окончила её с отличием, затем на три месяца отправилась на стажировку по специальности в Калифорнию, а после этого три года провела в тренировочном лагере спецназа.
В прошлом месяце меня перевели в Город Ху, где я стала рядовым сотрудником уголовного розыска.
Вы думаете, что в полиции все такие потрясающие, невероятно крутые и щеголяют с пистолетами за поясом?
Как бы не так. Грубые мужланы из нашего отдела изо дня в день ходили с сальными волосами, стоило им разуться — и в кабинете стоял такой удушливый смрад, что хоть святых выноси. К тому же они вечно пахали сверхурочно и не могли найти себе пару.
Директор Чэнь вызвал меня на доверительную беседу.
Он сказал: — Все парни у меня в подчинении одиноки, а в управлении ты — единственная девушка.
Я уточнила: — Волк в овечьей шкуре?
Директор Чэнь продолжил: — Поэтому у меня есть дочка, как насчёт того, чтобы попробовать?
Я переспросила: — Попробовать?
Попробовать так попробовать!
Хотя нет, погодите, совсем не так.Директор Чэнь имел в виду, что все эти грубые мужланы в нашем отделе слишком неотесаны, и мне, девушке, совершенно не годится жить с ними в одном общежитии. У него как раз только что вернулась из-за границы дочь, которая живет недалеко от полицейского участка, и он велел мне пожить с ней пару дней, пока в управлении мне не обустроят отдельное жилье.
В общем, именно так мы с Чэнь Мо были вынуждены встретиться, а по дороге к месту нашего временного сожительства нам поступило уведомление от отдела.
На второй южной кольцевой дороге обнаружили труп.
К тому же это убийство произошло на пригородном шоссе в двадцати километрах от дома Чэнь Мо, так что ей пришлось с выражением лица человека, на чью долю выпали все несчастья мира из-за встречи с такой занозой, как я, мчаться со мной по скоростной трассе на бешеных ста двадцати милях в час.
А когда мы припарковались, она с леденящим душу выражением лица бросила мне первую за пять часов с момента нашей встречи фразу:
— Быстро со всем разберемся, мне спать пора.
Разберемся?
Здесь вообще-то решается вопрос человеческой жизни, думаешь, я могу разобраться с этим по щелчку пальцев? Ха-х, не думай, что раз ты старше меня на восемь лет, то можешь строить из себя такую невероятно крутую и дерзкую.
Удерживаясь за дверцу машины, меня вывернуло наизнанку, после чего я кое-как привела одежду в порядок. Повернувшись, я одарила её вежливой улыбкой:
— Большое спасибо, сестричка Мо-Мо.
Как гласит старая мудрость: в делах людей главное — мир и согласие, ведь мне еще возвращаться обратно на её машине.
Двенадцатый месяц лунного календаря, в такую стужу даже вяленое мясо может превратиться в ледышку.
Укутавшись в пальто, я протиснулась сквозь толпу зевак:
— Пропустите, полиция!
Однако собравшиеся были до того увлечены зрелищем, что сколько бы я ни надрывала голос, никакой реакции не последовало.
Слегка растерявшись, я попыталась растолкать толпу и протиснуться внутрь, но снова потерпела неудачу.
— Разойдитесь!
Голос, холоднее ветра в разгар зимних стуж, разорвал толпу.
Люди оглянулись.
Я тоже обернулась.
Скрестив руки на груди и холодно блестя глазами, Чэнь Мо проскользнула мимо моего плеча. Преодолевая порывы ледяного ветра, она одним шагом переступила только что натянутую сигнальную ленту, бормоча себе под нос:
— Бестолочи.
Если бы не спасительная темнота ночи, боюсь, от моего покрасневшего лица машины на противоположной стороне дороги остановились бы сами собой.
Втянув голову в плечи, я северила её шагу и с виноватым видом тоже переступила через ленту.
Чэнь Мо была с ног до головы закутана в черное ветрозащитное пальто, на её ногах в бежевых широких брюках красовались носки-кроссовки от Balenciaga. С мрачным взглядом она напоминала недоступную сирену, лавирующую среди полицейских. Она боком уворачивалась от каждого проходящего мимо зеваки, словно стараясь избегать любых телесных контактов.
Вот же эта женщина! Поистине не от мира сего.Эй, эй, эй, вы кто такой, вам нельзя портить место происшествия!
Сяо Лю, поступивший в команду одновременно со мной, вытянул обе руки и заступил дорогу Чэнь Мо. Мое лицо помрачнело, я нахмурилась и выразительно на него покосилась.
Брат, этот Чэнь Мо — вылитый Директор Чэнь, как ты вообще с таким зрением сдал экзамен в уголовный розыск?
Чэнь Мо ничего не ответил, вытащил из кармана удостоверение и ткнул им прямо перед носом у Сяо Лю.
Информационный отдел Госаня, пробормотал Сяо Лю и пропустил его.
Капитан Сунь Тао, сидевший на корточках и проводивший осмотр, услышал шум, поднял голову, увидел Чэнь Мо и заорал во всю ивановскую.
Его глаза засияли: Чэнь Мо! Ты вернулся!
Чэнь Мо ничего не сказал, выставил один палец и пресёк попытку Сунь Тао броситься к нему с объятиями.
Сунь Тао, казалось, уже привык к такому обращению, отмахнулся: Ты чего это вдруг на родину вернулся?
Сунь Тао, да обрати же ты на меня внимание.
Неужели ты не можешь взглянуть на красавицу Линь, стоящую за этим ледяным чурбаном Чэнь Мо! Я вообще-то твой дорогой товарищ Линь Бин, сообрази ты наконец.
Я кашлянула, чтобы обозначить своё присутствие. Но Сунь Тао, бросив на меня лишь мимолётный взгляд, снова повернулся к Чэнь Мо.
Теперь я поневоле начинаю подозревать, а не сговаривался ли Директор Чэнь о помолвке Сунь Тао и Чэнь Мо в детстве.
Не желая слушать их ностальгические разговоры, я перевела взгляд на тело на земле.
И меня снова вырвало — я не удержалась и извергла наружу всю кислоту из желудка.
Эт... это... да это просто издевательство над государственным служащим.
Я ухватилась за Сяо Лю, который ещё не до конца отошёл от шока, и была готова уткнуться лицом ему в плечо, чтобы вытереть слёзы.
На шоссе лежало холодное тело.
Вернее, назвать это телом было сложно — скорее, это был обрубок. Лицом вверх, совершенно неузнаваемое, с вытекшим мозгом и тяжёлыми повреждениями черепа. На обнажённых участках плоти не осталось ни единого живого места, одежда истёрлась до дыр, а от трупа шёл слабый шлейф солярки.
Но главное — на груди отчётливо виднелось пулевое ранение.
Это зрелище слишком било по глазам.
Я...
Мои профессиональные навыки внезапно дали сбой.
А Чэнь Мо? Она лишь обернулась, взглянула на моё состояние, холодно фыркнула и присела на корточки.
И прижалась лицом.
Да-да, вы не ослышались.
Она прижалась лицом к лицу мертвеца, чуть ли не целуясь с ним.
Я...
Я сдаюсь.
Я снимаю шляпу.
Пожалуй, надо обсудить с Директором Чэнем возможность жить в одной комнате с брутальными мужиками — я согласна даже на двухъярусную кровать.
Не отрывая глаз от трупа, Чэнь Мо протянула руку: Перчатки.
Сунь Тао тут же подал их обеими руками.
Она отодвинула одежду на груди погибшего и всмотрелась в рану: Кто вызвал полицию?
Один таксист, остановился справить нужду, обернулся — а тут такое.
Сунь Тао вышел за пределы оцепленя и вытащил сигарету: Этот водитель до сих пор трясётся, уходить из участка отказывается.
Впрочем, понятно...
Будь я на месте этого водителя, у меня, пожалуй, тоже возникло бы желание сигануть со скалы.
Чэнь Мо приподняла руку трупа: Где судмедэксперт?
Услышав зов Чэнь Мо, судмедэксперт Ван Ань тут же подбежал мелкой рысцой.
Судя по огнестрельному ранению погибшего, убийца стрелял ему в спину, однако это место — не первичное. Тело сюда притащили.
Одно можно сказать наверняка: его волокли сюда не насильно.
Остальное... остальное выяснится после вскрытия в участке, — Ван Ань поправил очки.
Огнестрел.
Дело серьёзное, не ровен час — завтра заголовки газет пестрить будут, и весь Город Ху прогремит на всю страну.
Я взяла себя в руки, быстренько попросила у Сяо Лю запасную пару перчаток и наклонилась над телом. Но не успела я толком в чём-то разобраться, как Чэнь Мо уже сняла перчатки и принялась вышагивать кругами вокруг трупа.
Глядя на её вид знатока всех на свете тайных дел, я упала духом: неужели психологический портрет составляется так быстро?
Мужчина, возраст примерно сорок — сорок пять лет.
Ага, я это и сама вижу.
Размягчение костей и детали кожи выдают возраст.
Думаю, Ван Ань это тоже сразу понял.
Она продолжила: Под ногтями грязь, одежда хоть и поношенная, но чистая. Профессиональный профиль указывает на...
Я тут же отреагировала: Учителя или сельского старосту.
Она бросила на меня взгляд и холодно произнесла: Просто учителя, к чему тут это или?
...
Учитель так учитель, чего сразу злиться-то.
Я опустила взгляд: в кармане погибшего лежала перьевая ручка, судя по потёртостям — старая.
На первых фалангах указательного и безымянного пальцев отчётливо видны мозоли от письма.
И правда учитель.
Чэнь Мо продолжила: Уходя из дома, погибший сильно спешил. Он очень торопился на встречу с кем-то.
Следуя за её ходом мыслей, я принялась выискивать на теле улики.
Судя по одежде покойного:
Костюмные брюки снизу никак не сочетались со спортивной курткой.
Это доказывает, что в тот момент он находился в состоянии сильной спешки.
http://bllate.org/book/36029/4465526
Готово:
