Чат мгновенно взрывался восторженными «а-а-а-а-а!». Зрители наперебой восхищались тем, насколько же контрастны эти двое. Поначалу, когда Шэнь Чжаому уверенно шагнул к кухне с продуктами в руках, все решили, что готовить в этой парочке будет именно он. Едва до крупного ЧП в прямом эфире не дошло.
【Кто бы мог подумать, что они так общаются! Если бы раньше мне кто-то сказал, что Шэн Цы после свадьбы станет сам стоять у плиты и готовить для «женушки» её любимые блюда, я бы решила, что человек бредит [смеющийся песик].】
【Мало того что готовит, так еще и под вкусы своего парня подстраивается! Всё, я окончательно ушла в шипперский астрал, какая милота!】
【Народ, поймите: я дома готовлю только потому, что сама выбираю, что съесть! Когда вкусы не совпадают — это же сущий ад. Эх, если бы мой мужик был как Шэн Цы, я бы к кухне вообще не прикоснулась! [плачет]】
Сердце Шэнь Чжаому до сих пор беспокойно колотилось. Наверняка Шэн Цы бросил все эти слова лишь ради камеры — их ведь связывал контракт, да и сам Шэнь Чжаому только что глазом не моргнув выдумал пару несуществующих подробностей.
И всё же волнение накатывало волнами, а щеки предательски обдало жаром. Сделав бесшумный глубокий вдох, Шэнь Чжаому мысленно одёрнул себя: впереди их ждут не только подобные разговоры, но и куда более откровенная близость. Нельзя вздрагивать от каждого слова и давать зрителям хоть малейший повод для подозрений.
Тем временем Шэн Цы, достав из холодильника нужные продукты, вернулся на кухню. Объектив оператора неотступно следил за ним: вот он аккуратно моет овощи, вот берется за готовку... Движения, поначалу казавшиеся скованными, с каждой минутой становились всё более уверенными и точными.
Шэнь Чжаому остался за обеденным столом. Шэн Цы был в чёрной куртке с чуть засученными рукавами. То ли виной тому был лёгкий кухонный парок, то ли то, что со своего места Чжаому видел лишь его широкую спину, но Шэн Цы неожиданно показался ему очень домашним и уютным.
Пока Шэн Цы колдовал над плитой, оператор решил не оставлять Шэнь Чжаому без внимания и с любопытством поинтересовался:
— Вы и дома так же часто готовите вместе?
Общественность считала их законными супругами, так что вопрос выглядел вполне естественно. Шэн Цы прежде ни разу не появлялся в реалити-шоу, а Шэнь Чжаому и вовсе был человеком не из мира шоу-бизнеса, поэтому публика не знала о них практически ничего. Выпал редчайший шанс приоткрыть завесу над повседневной жизнью кумира — разумеется, съёмочная группа не намерена была его упускать.
Шэнь Чжаому вспомнил их первый вечер под одной крышей, когда Шэн Цы даже не прикоснулся вовремя к ужину, принесённому ассистентом, да и последующие дни, когда тот с утра до ночи пропадал в звукозаписывающей студии. Немного подумав, он ответил:
— В основном да.
Переждав секунду, он добавил:
— Но когда он остаётся один или с головой уходит в работу, то совсем забывает про еду.
Стоило Шэнь Чжаому однажды просто проследить, чтобы Шэн Цы нормально поужинал, как личный помощник едва не разрыдался от благодарности. Да и сам артист тогда открыл дверь с перекошенным от раздражения лицом — нетрудно представить, как он ведёт себя обычно.
Кухня здесь была совмещена со столовой, и обеденный стол стоял почти вплотную к рабочей зоне. Шэнь Чжаому и сам не понял, что им двигало, но, посмотрев прямо в камеру, ровно добавил:
— И это ужасно вредная привычка.
【Фанатею от него уже три года и подтверждаю: он абсолютно не бережёт здоровье! Когда пишет музыку, может сутками не вылезать из комнаты.】
【Народ, вы бы знали, как я выпала в осадок, когда узнала, что он во время злости жуёт мятные конфеты! В документалке четко видно: если он не в духе, вокруг него такое грозовое облако, что даже ассистент боится подойти. И вообще, он же всегда глушил адски горький кофе, путал день с ночью ради треков и ни о каких сладостях даже слышать не хотел! Не говоря уж о готовке!】
На кухне стояло несколько кастрюль и сковородок, и Шэн Цы пустил в ход их все. Меньше чем за час на столе красовались три блюда и суп.
Всё это время оператор ловил кадры со спины готовящей звезды, лишь изредка отвлекаясь на расспросы Шэнь Чжаому. И только когда тарелки оказались на столе, зрители смогли рассмотреть стряпню Шэн Цы.
Тушёные свиные рёбрышки с корнем лотоса, яйца, обжаренные с томатами, хрустящая соломка из картофеля с зелёным перцем и пикантный фарш с квашеной фасолью.
Оператор с коварной неторопливостью провел объективом по аппетитным, безупречно оформленным блюдам.
【Ничего себе! У Шэн Цы, оказывается, кулинарный талант!】
【Слюнки текут... Под такую еду можно пару пиал риса умять!】
【Не верю своим глазам... Неужели наш Брат Цы реально всё это сготовил?! Невероятно!】
【Оператор, ау! Вы вообще-то романтическое шоу снимаете! Нафига делать крупный план еды?! [хлюпает носом]】
И съёмочная группа, и миллионы зрителей изумлялись тому, что Шэн Цы не просто умеет стоять у плиты, а делает это мастерски. Лишь Шэнь Чжаому замер на месте, переводя взгляд с одного блюда на другое.
Он поднял глаза на Шэн Цы, накладывавшего рис, испытав лёгкое замешательство. Шэнь Чжаому-то полагал, будто тот заявил о любимых блюдах партнёра исключительно ради красивого кадра. Выходит... это была не ложь?
Впрочем, пораскинув мозгами, Чжаому нашёл логичное объяснение: Шэн Цы просто перестраховался. Если бы фанаты позже докопались до правды или кто-то из них проболтался, что вкусы Шэнь Чжаому не совпадают с сегодняшним меню, поднялся бы шум. Приготовить то, что тот действительно любит, было самым простым способом избежать лишних хлопот.
Эта мысль мгновенно его успокоила.
Шэн Цы поставил перед ним пиалу с рисом. Оператор, не упуская ни единой детали их взаимодействия, дождался, пока Шэнь Чжаому зачерпнёт палочками порцию, и тут же выпалил:
— Ну как? Вкусно?
Одно лишь аппетитное оформление не оставляло сомнений в качестве еды. Шэнь Чжаому отправил в рот ломтик яйца с томатами и вдруг замер, переставая жевать. Послышался голос оператора, и Чжаому, из последних сил подавив изумление, ровно проговорил:
— Очень вкусно.
Пальцы, сжимавшие палочки, едва заметно напряглись. Помня о работающей камере, он постарался сохранить невозмутимый вид:
— Вкус... один в один как у блюд из той кафешки возле нашего университета.
【? Это что сейчас было?】
Оператор озадаченно угукнул, уставившись на него. Насилу приглушив захлестнувшую его от первого же кусочка волну воспоминаний, Шэнь Чжаому не смел взглянуть в сторону Шэн Цы. Пальцы, лежавшие на коленях, сжались в кулаки:
— Ну... в студенческие годы мы постоянно ходили в одно заведение. Вкус очень похож.
【То есть стряпня Шэн Цы на вкус такая же, как в кафешке возле вуза Шэнь Чжаому?! Народ, вы понимаете, к чему я клоню?! [активно жестикулирует]】
【Кто-нибудь вообще помнит, что они учились в одном университете???】
【Они сто пудов ходили туда вместе!】
【Спасите! Канон, настоящий канон! А-а-а-а-а!】
Оператор, кажется, тоже догадался, в чём дело, и мгновенно перевёл объектив на Шэн Цы. Тот сохранял полное хладнокровие:
— Когда ешь там изо дня в день, невольно запоминаешь вкус. Вот и получается похоже.
【Я готовить не умею, он правда не врёт?】
【Возможно? Если годами обедать в одном месте, да ещё и кулинарная чуйка есть, такое вполне реально.】
【Значит, в студенчестве они реально каждый день вместе обедали?! А-а-а-а! [дикий визг]】
Шэн Цы держался настолько непринуждённо, что на его лице не дрогнул ни один мускул. Сам Шэнь Чжаому в кулинарии был абсолютным нулём, но, вспомнив, сколько раз они там ужинали, решил: если часами пропадать в одном месте, воссоздать знакомые оттенки вкуса действительно возможно... Звучит вроде убедительно?
В душе смешались облегчение и странное смятение, но пришлось признать: стряпня Шэн Цы оказалась выше всяких похвал. В итоге Чжаому умял на полпиалы риса больше обычного.
Расправившись с трапезой, Шэнь Чжаому вызвался вымыть посуду. Шэн Цы остался за столом — ещё во время обеда его телефон не умолкал от входящих уведомлений.
Дождавшись, пока Шэнь Чжаому уйдет к раковине и оператор переключит внимание на него, Шэн Цы разблокировал экран. Сообщения прислала Ли Ланьжу.
Даже через текст чувствовалось, в каком отчаянии находилась менеджер:
[Ты почему не предупредил, что умеешь готовить?]
[А анкета для знакомства вам, по-твоему, для красоты была дана?]
[Мы же сегодня чуть не провалились! Не вмешайся ты вовремя, дай Шэнь Чжаому хоть повод усомниться — и всё, конец! Хочешь, чтобы весь мир узнал про ваш контракт?]
Они снимались в самом популярном реалити-шоу страны, да ещё и в прямом эфире. Любая оплошность, малейшая фальшь — и соцсети взорвутся, а агентству придётся разгребать очередную PR-катастрофу.
А ведь этого можно было избежать. Когда Сестра Жу настояла на том, чтобы они выучили анкеты друг друга, Шэн Цы следовало честно выложить все карты.
Кулинария — вещь банальная, с ней сталкиваются любые пары. В прошлом сезоне съёмочная группа уже устраивала подобный допрос, и к этому следовало подготовиться заранее.
Когда оператор начал засыпать Шэнь Чжаому вопросами, у Ли Ланьжу сердце в пятки ушло. За три года совместной работы она понятия не имела, что ее подопечный стоит у плиты, — в досье этого пункта просто не существовало.
Глядя на поток возмущенных реплик, Шэн Цы не проявил ни малейших эмоций. Его пальцы сухо отстучали ответ:
[И что я должен был ему сказать? «Я научился готовить, потому что то заведение закрылось, а стряпню своего бывшего ты больше нигде не попробуешь»?]
Похоже, от такой откровенности менеджер впала в ступор — на экране долго не появлялось ни строчки.
Чтобы окончательно закрыть тему, Шэн Цы набрал ещё пару слов:
[И насчёт разоблачения.]
Ли Ланьжу ещё не успела переварить шокирующее признание, как в чат пришло новое сообщение от артиста, чей невозмутимый лик украшал сейчас экран трансляции:
[Неужели ты думаешь, будто какая-то вшивая бумажка знает его лучше, чем я?]
http://bllate.org/book/35943/4608995
Готово:
