Готовый перевод After a Contract Marriage with a Disabled Alpha / После фиктивного брака с Альфой-инвалидом: Глава 25

Глава 25

Суббота.

«Цзянчэнский ежедневник» отвёл под новость о предстоящем банкете семьи Линь целую полосу.

На фотографии Линь Ифэн и Луо Мэйхуа улыбались, держась за руки. В заметке кратко излагалась история о том, как восемнадцать лет назад в роддоме перепутали младенцев.

— Написанное здесь вообще с реальностью не сходится, — ухмыльнулся Цинь Иян, пробегая глазами по строчкам.

Цинь Шо отложил газету и неторопливо ответил:

— Разумеется. Версия семьи Линь, шитая белыми нитками.

Пэй Юй из любопытства тоже заглянул в статью и чуть не расхохотался.

Журналисты расписывали, будто они с Линь Шусином живут в полной гармонии, а супруги Линь после его возвращения души в нём не чают: мало того что взяли на себя астрономические расходы на лечение Цзян Хэ, так ещё и перевели Пэй Юя в элитную частную школу.

Что до предстоящего брака, клан Линь вовсю козырял стопроцентной степенью совместимости.

С появлением вторичной дифференциации открылась масса лабораторий, определяющих эту самую совместимость. У обычных Альф и Омег степень совместимости выше шестидесяти процентов уже считалась отличным результатом. Что уж говорить о сотне?

Пресса преподносила Пэй Юя и Цинь Шэня как идеальную пару, созданную небесами.

Кого теперь волновали слухи об инвалидности и жестоком нраве Цинь Шэня?

Семья Линь намеренно исказила хронологию событий и взахлёб нахваливала главу корпорации «Циньши». Мол, пусть глава Цинь и прикован к инвалидному креслу, зато он чрезвычайно воспитан, обладает безупречной репутацией и несметным состоянием. А после первой же встречи молодые люди воспылали друг к другу чувствами. Родители же лишь с уважением отнеслись к выбору детей.

— Хватит читать этот бред. Только настроение себе испортишь.

Цинь Шэнь нахмурился и забрал газету из рук Пэй Юя, случайно задев его тыльную сторону ладони сухими, тёплыми пальцами.

Заметив его беспокойство, Пэй Юй мягко улыбнулся:

— С чего бы мне расстраиваться?

Ложь из газет ничуть его не задела. Напротив, он с нетерпением ждал вечера, чтобы посмотреть, как Линь Шусин будет сходить с ума от злости, не в силах ничего сделать.

— Хорошо, — отозвался Цинь Шэнь.

Мужчина погладил юношу по мягким волосам:

— Днём у меня переговоры с руководством транснациональной торговой группы. Возможно, я немного задержусь.

Он планировал сопровождать Пэй Юя на банкете, но возникли неотложные дела. Переговоры вошли в фазу обсуждения распределения прибыли — от этого решения зависело тридцать процентов дохода «Циньши» за следующие два года. Переговорщик с той стороны попался упёртый. Цзян Ибай несколько раз пытался закрыть сделку, но потерпел неудачу и теперь просто боялся выходить к доске. Из-за сотых долей процента обе стороны вели яростные словесные баталии, отказываясь уступать.

Основной договор уже был согласован, оставалось дожать долю прибыли. Цинь Шэнь рассчитывал покончить с этим сегодня.

— Постараюсь освободиться как можно быстрее, — низким, уверенным голосом произнёс он.

В этом бархатистом тоне ощущалась такая сила, что у Пэй Юя на миг перехватило дыхание. Впервые в жизни он почувствовал, что за его спиной стоит надёжная опора.

— Работа важнее. Даже если не успеешь, ничего страшного, — ответил юноша.

Цинь Шэнь про себя подумал, какой же он ещё наивный.

Его присутствие на банкете было необходимо, чтобы явно обозначить свою позицию и лично доказать общественности: брак с ним — вовсе не удручающая участь, как малюют сплетники.

Цинь Шэнь слегка усмехнулся и потеребил мягкую щёку юноши:

— Глупыш.

Пэй Юй прикрыл вспыхнувшую щёку ладонью и сердито воззрился на него влажными, блестящими глазами.

Впрочем, никакого угрожающего эффекта это не возымело. В глазах Цинь Шэня юноша выглядел настолько безобидно и мило, что ему захотелось ужалить его ещё раз, поэтому он с ухмылкой снова слегка сжал его щёку.

Пэй Юй опешил. До чего же обидно!

— Вкус вошёл, да? — Набравшись смелости, Пэй Юй потянулся в ответ и сжал щёку самого Цинь Шэня.

Цинь Иян застыл с открытым ртом.

Это же... прямое дёрганье тигра за усы!

Но самое поразительное — грозный тигр ни капли не разозлился, позволяя бесстрашному котёнку садиться себе на шею.

Глядя на это, Цинь Иян и сам невольно задался вопросом: а какова на ощупь эта сдержанная, аристократичная физиономия кузена?

Поддавшись искушению, он уже было протянул руку, как вдруг раздался ледяной голос:

— Ты что вытворяешь?

Цинь Иян мгновенно опомнился. Встретившись со стальным, пронзительным взглядом Цинь Шэня, он выпрямился, словно проглотил аршин.

— А? — Пэй Юй недоумённо наклонил голову, всё так же не выпуская из пальцев щёку Цинь Шэня.

Оказалось, какими бы холодными и недоступными ни казались высокопоставленные Альфы, щёки у них вполне мягкие и приятные на ощупь.

Цинь Иян неловко хмыкнул и поспешно убрал руку.

Ладно учитель Сунь проявляет двойные стандарты, но даже кузен, который всегда был строг, как отец, туда же! Никакого равенства.

Впрочем, пораскинув мозгами, Иян признал: Пэй Юй и красив, и душой хорош — немудрено, что его все опекают. Успокоив своё уязвлённое самолюбие, он тут же очистил мандарин и протянул Пэй Юю:

— Пэй-гэ, попробуй. Из Австралии привезли, сладкий — ужас!

Яркие спелые дольки мгновенно привлекли внимание Пэй Юя, и про Цинь Шэня он тут же забыл.

Цинь Шэнь, только-только наслаждавшийся прикосновением нежной ладони юноши, лишь молча метнул на кузена испепеляющий взгляд.

Цинь Ияна обдало морозом.

Да вы издеваетесь?! Ему что, уже и мандарином угостить нельзя?!

***

Второй час дня.

Цинь Шэнь бросил взгляд на наручные часы: пора отправляться на встречу.

В этот момент Ли Шуан и Цзян Ибай прислали сообщение из офиса «Циньши», что уже выехали на место.

Отпускать Пэй Юя на банкет одного Цинь Шэнь опасался, поэтому велел Цинь Ияну переодеться и сопровождать его.

— Не волнуйся, брат, я буду беречь его как зеницу ока! — чеканя шаги, отозвался Иян, возомнивший себя личным телохранителем.

Пэй Юй считал, что Цинь Шэнь слишком драматизирует, но такая забота грела душу.

Проведя Цинь Шэня до прихожей в домашних тапочках, он напутствовал:

— Господин Цинь, удачи на переговорах!

— И это всё? Только на словах? — Цинь Шэнь слегка приподнял подбородок, обжигая юношу пристальным взглядом.

Пэй Юй растерялся:

— А?..

— Подойди.

Цинь Шэнь маняще повёл пальцем. В его глазах мелькнула лукавая искорка.

Ничего не понимая, Пэй Юй решил, что тот хочет прошептать ему что-то на ухо, и склонился к его губам.

— Ты уже несколько часов меня не «лечил», — тихо произнёс Цинь Шэнь.

Пэй Юй замер. Столь откровенная просьба смутила его.

Однако Цинь Шэнь смотрел на него с настолько серьёзным видом, будто без этой порции «терапии» с места не сдвинется.

— И... каков же курс лечения? — Сердце Пэй Юя заколотилось чаще.

— Можно тебя поцеловать? — Цинь Шэнь не сводил глаз с его губ, а его длинная рука мягко опустилась на талию юноши.

Пэй Юй ощутил приятное трепетание в груди.

Краем глаза он видел дедушку Цинь и тётушку Чжоу, смотревших телевизор в гостиной, да Цинь Ияна, уткнувшегося в телефон на диване.

— Прямо сейчас? — щёки Пэй Юя вспыхнули.

Цинь Шэнь сдержанно улыбнулся:

— Да. Разрешишь?

Пэй Юй смущённо облизнул губы. Лучше бы тот действовал без обиняков! Такая вежливость и предоставление права выбора вгоняли в ещё большую краску.

Не дождавшись ответа за пару секунд, Цинь Шэнь понизил голос, изображая огорчение:

— Что ж, не страшно. Увидимся вечером.

Он развернул коляску, ссутулив широкие плечи, будто признавая поражение.

— Ну... ладно, давай один раз, — вспыхнув до кончиков ушей, пробормотал Пэй Юй.

Цинь Шэнь мгновенно спрятал довольную ухмылку и повернулся назад:

— С нетерпением жду.

Чтобы дотянуться до него, Пэй Юю пришлось наклониться.

Дверь из прихожей в сад была приоткрыта, и лёгкий ветерок доносил свежесть, взъерошивая тёмные пряди на лбу Цинь Шэня. Из гостиной доносился бурчащий звук телевизора, а во дворе слышались шаги слуг.

Набравшись смелости, Пэй Юй решил быстро клюнуть Цинь Шэня в щёку. Но стоило его розоватым губам приблизиться, как мужчина внезапно повернул голову.

Пэй Юй коснулся не щёки, а мягких... губ.

Глаза юноши округлились, а лицо моментально налилось пунцовым цветом.

В следующую секунду он отпрянул и выпрямился, воззрившись на Цинь Шэня взглядом, в котором читалось отчётливое: «Вот же наглец!»

Цинь Шэнь удовлетворённо усмехнулся и бархатисто прошептал:

— Что ты ел? На вкус очень сладко.

Пэй Юй промолчал, сгорая от смущения.

Когда Цинь Шэнь приготовился поддразнить его ещё больше, юноша не выдержал и буркнул:

— Да ну тебя! Какая сладость, если поцелуй длился долю секунды?

— Значит, намекаешь, что надо было подольше? — Мужчина ритмично постучал пальцами по подлокотнику.

Пэй Юй понял, что с этим человеком спорить бесполезно. Поджав губы, он развернулся и удрал в комнату.

Цинь Шэнь ещё долго смотрел ему вслед, пока юноша не скрылся из виду.

А затем поймал себя на странном ощущении: ему до безумия не хотелось никуда ехать.

И хотя эта мысль мелькнула лишь на мгновение, Цинь Шэнь поразился собственной слабости. Ему хотелось просто остаться дома и не расставаться с Пэй Юем...

Телефон в кармане завибрировал. Цзян Ибай отправил сообщение в рабочий чат, уточняя, выехал ли он.

Цинь Шэнь набрал ответ:

[Выезжаю. Смотри и учись, чтобы в следующий раз не прибегать к моей помощи.]

На другом конце города Цзян Ибай едва не задохнулся от возмущения и тут же начал жаловаться безупречно выглаженному Ли Шуану:

— Да что он себе позволяет?! Чья это вообще компания?! — И выдал в чат череду бессвязных символов: [тьфу на тебя!]

***

Пэй Юю потребовалось немало времени, чтобы оправиться от уловки Цинь Шэня. Лишь когда румянец сошёл с щёк, он с невозмутимым видом спустился в гостиную.

Посидев пару минут у телевизора с дедушкой Цинь, он поддался на уговоры Цинь Ияна и сыграл с ним несколько партий на приставке.

Едва они закончили, как приехала стилист, заранее приглашённая Цинь Шэнем.

Пэй Юй поднялся в спальню, облачился в сшитый по индивидуальному заказу костюм лунно-белого цвета и сел перед зеркалом.

Стилистом оказалась стильная девушка с ловкими руками. За считаные минуты она уложила волосы юноши с помощью щипцов.

— А теперь посмотрим, какой нужен макияж... — Она склонилась над ним, вглядываясь в лицо с разных сторон, но так и не нашла, к чему придраться.

Отрабатывать гонорар с таким исходным материалом казалось даже неловко.

— У вас идеальная кожа. Я лишь слегка подчеркну глаза и нанесу бальзам на губы.

Пэй Юй в косметике ничего не смыслил, поэтому просто послушно приподнял подбородок.

Кожа вокруг его глаз была нежной и тонкой, от прикосновения тонкой кисти ужасно щекотало, но юноша терпеливо замер, боясь испортить работу мастера.

Когда с подводкой было кончено, в уголках глаз Пэй Юя блеснули капли слёз.

Чуть покрасневшие веки придавали ему трогательный, слегка обиженный вид — у девушки-стилиста от такой картины сладко защемило сердце.

— Готово! Нынче вечером вы затмите абсолютно всех, — искренне восхитилась она.

Пэй Юй взглянул на своё отражение. Черты лица не изменились, но благородство кроя придало его образу невероятную утончённость.

Лунно-белый костюм мягко подчёркивал стройную, подтянутую фигуру. Талия казалась настолько тонкой, что её можно было обнять одной рукой. Тёмные пряди были уложены назад, открывая чистый гладкий лоб. Выразительные брови, светло-карие глаза и безупречная, как свежевыпавший снег, кожа...

На тонком запястье переливался браслет из нежно-розового нефрита.

Когда он опускал пушистые ресницы, в его взгляде читалась кротость и благородство, присущие избалованным, но воспитанным наследникам богатых семейств.

Дверь распахнулась, и в комнату вошёл Цинь Иян в фраке. Пэй Юй обернулся на шум.

Обомлев от увиденного, Иян только и сумел выдать:

— Офигеть... Ну ты и красавец! — Он подскочил ближе. — Причёска — отпад! Красотка, сделай и мне что-нибудь эдакое!

Стилист усмехнулась:

— Запросто.

Пока Пэй Юй ждал в стороне, девушка присмотрелась к Цинь Ияну и вдруг с облегчением вздохнула:

— Ну, слава богу, хоть у вас есть мелкие изъяны! А то господину Пэй я толком ничего не сделала, даже стыдно было деньги брать.

Цинь Иян застыл:

—... То есть ты хочешь сказать, что Пэй Юй идеально красив, а я весь в изъянах?!

Стилист беззастенчиво включила дурочку:

— Ой, разве я такое сказала?

Цинь Иян потерял дар речи.

Пэй Юй не удержался и тихо засмеялся.

В его лёгкой улыбке было столько нежности и тепла, а лицо в обрамлении тёмных волос казалось выточенным из наичистейшего нефрита.

Оба присутствующих невольно сглотнули, на мгновение потеряв дар речи.

Цинь Иян вовремя вспомнил ледяной взгляд кузена и статус Пэй Юя, согнав наваждение и задавив невольный трепет перед этой ослепительной красотой.

— Чёрт, я сейчас ослепну! — преувеличенно запричитал он. — Пэй-гэ, завязывай строить глазки, брата же рядом нет!

Улыбка застыла на губах Пэй Юя.

Заметив горящие азартом глаза девушки-стилиста, с жадностью впитывавшей подробности чужой личной жизни, он залился краской до кончиков ушей.

***

На исходе жаркого летнего дня золотистые лучи заходящего солнца пробивались сквозь тучи, заставляя водную гладь реки вокруг главных высоток Цзянчэна переливаться тысячами искр.

Торжество проходило в банкетном зале пятизвёздочного отеля в самом центре города.

По дороге Цинь Иян незаметно сфотографировал Пэй Юя в профиль и отправил снимок Цинь Шэню, добавив сообщение:

[Брат, мы почти на месте! Ты когда будешь?!]

[Пэй-гэ сегодня просто неотразим. Если не приедешь, к нему точно начнут клеиться всякие Альфы!]

[Эй, ты где?! Брат! Брат! Брат!]

Цинь Шэнь прочитал сообщения лишь спустя двадцать минут.

Сбросив напряжение тяжелейших бизнес-переговоров, он с нескрываемым интересом открыл присланный снимок.

На фотографии Пэй Юй сидел на заднем сиденье у окна, за которым простирались широкие воды реки.

Закат окрасил его волосы в тёплые янтарные тона.

Мягкий свет падал на изящный профиль, окружая фигуру юноши сказочным ореолом. Аленькая родинка в уголке глаза казалась яркой капелькой сурика на белоснежном холсте, придавая образу едва уловимую чувственность.

Ветер слегка шевелил пряди, и Пэй Юй поднимал тонкую руку с нефритом, поправляя выбившиеся волосы.

Цинь Шэнь замер.

Сердце заколотилось с бешеным ритмом.

Сделав глубокий вдох, он сохранил оригинальное изображение в память телефона и велел Лао Яню прибавить газу.

***

За десять минут до официального начала банкета Пэй Юю пришло сообщение от Линь Ифэна:

[Вы в отеле? Через пару минут начинаем.]

Пэй Юй медленно набрал ответ:

[Да, приехали.]

Ответ прилетел мгновенно:

[Отлично. Торжество на первом этаже. Скажи официанту, чтобы отвёл тебя в отдельный VIP-зал 112, нужно быстро ввести тебя в курс дела.]

Свернув чат, Пэй Юй увидел гору пропущенных от Цзян Хэ. Помедлив секунду, он просто заблокировал экран.

К роскошному подъезду отеля один за другим подкатывали элитные автомобили.

Швейцары учтиво распахивали двери, принимая ключи у давешних гостей в вечерних платьях и смокингах.

Войдя в холл, Пэй Юй заметил множество журналистов. Пройдя контроль, он попросил проводившего его официанта указать дорогу к нужному кабинету.

— Я подожду здесь, — заметил Цинь Иян знакомых Альф и махнул им рукой.

— Хорошо, — кивнул Пэй Юй.

Спустя минуту он толкнул дверь VIP-зала 112. Линь Ифэн, Луо Мэйхуа и Линь Шусин одновременно поднялись ему навстречу.

Окинув Пэй Юя взглядом, Луо Мэйхуа и Линь Шусин обомлели.

Юноша выглядел по-королевски недосягаемым, словно холодный свет луны.

Ни намёка на ту бедную, серую одежонку, в которой он предстал перед ними впервые — перед ними стоял совершенно иной человек.

Вглядываясь в черты Пэй Юя, унаследовавшего лишь лучшие черты своих биологических родителей, Луо Мэйхуа ощутила укол в сердце.

Ей показалось, будто она, не разглядев сокровища, выбросила необработанный алмаз на свалку. А глава «Циньши» придал ему огранку, и теперь драгоценный камень сиял так ослепительно, что от него невозможно было оторвать глаз.

Линь Шусин, потративший весь день на стилистов в надежде утереть нос Пэй Юю, нахмурился — его спесь и самоуверенность рушились прямо на глазах.

— Ты один? — сдвинул брови Линь Ифэн. — Господин Цинь не приехал?

— У него возникли неотложные дела, приедет чуть позже, — спокойно ответил Пэй Юй.

— Серьёзно? — фыркнул Линь Шусин.

Он надменно задрал подбородок:

— А может, господину Циню просто лень тащиться на банкет, а ты выдумываешь сказки, чтобы не позориться?

— С какой стати мне врать? — холодно бросил Пэй Юй. — Будет здесь Цинь Шэнь или нет, это ничуть не мешает родителям официально представить меня.

— Что ты сказал?! — вспыхнул Линь Шусин.

— Шусин! — строгим тоном пресёк его Линь Ифэн. — Сегодня здесь много солидных людей. Веди себя прилично!

Пэй Юй лишь едва заметно усмехнулся.

Линь Шусин сжал кулаки и процедил сквозь зубы:

— Понял.

Линь Ифэн вкратце обрисовал порядок действий, и вскоре официант сообщил, что пора выходить в зал.

На выходе глава семейства снова тихо уточнил у Пэй Юя:

— Ты уверен, что господин Цинь приедет?

Многие гости явились исключительно ради встречи с главой «Циньши». Если Цинь Шэнь так и не покажется, это станет ощутимым ударом по репутации семьи Линь. В обществе вовсю болтали про «судьбоносную пару» Альфы и Омеги...

...впрочем, в светских кругах прекрасно понимали: Линь Ифэн просто выгодно пристроил сына. Дельцы ценят выгоду, для аристократии это обычное дело, так что вслух осуждать его никто бы не стал.

— Надеюсь, да. Но задержится он или нет, я гарантировать не могу, — с улыбкой ответил Пэй Юй.

Линь Ифэн нахмурился ещё сильнее:

— Ясно.

***

Музыка затихла, и свет в зале приглушили.

Лучи прожекторов выхватили сцену, куда поднялись Линь Ифэн и Луо Мэйхуа. Взяв у ведущего микрофон, Линь Ифэн слегка постучал по нему, привлекая внимание.

Шум разговоров постепенно угас.

Линь Ифэн расплылся в улыбке и слегка поклонился:

— Благодарю всех присутствующих за то, что почтили наш банкет своим вниманием. Полагаю, многие из вас уже слышали историю о том, как восемнадцать лет назад из-за ошибки медсестры перепутали моего сына Линь Шусина и Пэй Юя.

— Мы провели расследование: виной всему оказалась халатность стажёрки. К счастью, оба мальчика выросли здоровыми и достойными людьми.

— И сегодня мы собрались здесь, чтобы официально представить нашего родного сына...

Линь Ифэн сделал жест рукой, и в зале вспыхнул яркий свет.

— Сяо Юй, поднимись к нам, — с натянутой отеческой нежностью позвал он.

Ждавший своей очереди Пэй Юй неторопливо поднялся на сцену.

Большинство присутствующих хорошо знали Линь Шусина, поэтому с нескрываемым любопытством уставились на настоящего наследника, с детства жившего в бедноте.

И... замерли в изумлении.

Никакой нищеты, необразованности или неотёсанности, о которых ходили слухи!

Сдержанный лунно-белый костюм идеален для этого стройного юноши с чистым, благородным лицом.

В отличие от броской, яркой красоты Линь Шусина, очарование Пэй Юя крылось в безупречной аристократичной лепке лица, белоснежной коже, прохладном взгляде и отстранённо-грациозной манере держаться.

Приталенный пиджак подчёркивал осиную талию и длинные ноги, а осанка напоминала прямой, гибкий бамбук. Свет хрустальных люстр отражался в его глазах, словно россыпь далёких звёзд.

Ему достаточно было просто стоять на сцене, чтобы приковать к себе все взоры.

Он был рождён привлекать внимание.

И пока Пэй Юй стоял в центре сцены, о Линь Шусине, остававшемся внизу, все благополучно забыли.

— Это наш с Луо Мэйхуа родной сын — Пэй Юй.

— Все эти восемнадцать лет ему приходилось нелегко. Но мы бесконечно гордимся тем, что, несмотря на суровые испытания, Сяо Юй не сломался: он умудрялся одновременно зарабатывать на лечение матери и получать наивысшие баллы в учёбе.

— Мы с супругой чувствуем огромную вину перед ним и сделаем всё, чтобы компенсировать упущенное... Надеюсь, вы тоже при случае проявите к нему благосклонность. Буду вам искренне признателен.

Пэй Юй взял микрофон и коротко представился.

Зал взорвался оглушительными аплодисментами. Все взоры были устремлены на эту ослепительную жемчужину.

А под сценой Линь Шусин до боли сжимал кулаки, впившись в Пэй Юя налитыми кровью глазами.

Если бы...

Если бы замуж за Цинь Шэня выходил он, семья Линь даже не заикнулась бы о существовании Пэй Юя!

Если бы Цинь Шэнь выбрал его, Линь Шусин остался бы единственным и неповторимым молодым господином Линь, а Пэй Юй и мечтать не смел бы подняться так высоко!

Злость и зависть душили его.

Почувствовав этот ненавидящий взгляд, Пэй Юй мельком скользнул по нему взором — абсолютно равнодушным, словно смотрел на пустое место.

— Шусин... — тихо окликнула его Луо Мэйхуа.

Подавив эмоции, Линь Шусин поднялся к ним.

— Шусин прожил с нами столько лет, а его биологическая мать сейчас тяжело больна и не в состоянии позаботиться о нём, — взяла слово Луо Мэйхуа. — Поэтому мы с мужем решили, что он останется в нашей семье. Надеемся, мальчики поладят.

По залу прокатился шёпот.

Завистливые золотые мальчики, у которых с Линь Шусином давние счёты, переговаривались, не скрывая сарказма:

— Слушайте, а кто распускал слухи, что Пэй Юй страшный? Да он сто очков вперёд даёт этому Шусину!

— Да понятно кто! Все эти бредни про «нищего хама» явно дело рук кое-кого обиженного~

— Обхохочешься! Непревзойдённый принц Линь оказался фальшивкой!

— И как у него ума хватает оставаться в семье Линь? Ни капли гордости.

— Зачем гордость, если есть бабки? Шусин — обычный меркантильный Омега, теперь-то все увидели его нутро.

— Настоящий наследник куда приятнее! Хотя бы сопли не распускает и нос до потолка не задирает.

— Ага, у него ещё хватило наглости припереться сюда! Я бы на его месте сквозь землю провалился...

Насмешки звучали всё громче, явно предназначаясь для ушей Линь Шусина.

Официальная часть завершилась, зазвучали вальсы, и зал снова погрузился в светский шум.

Пытаясь вернуть хоть каплю уважения, Линь Шусин взял бокал и с приклеенной улыбкой отправился общаться с местным бомондом. На правах опытнейшего тусовщика он порхал от группы к группе, демонстрируя безупречные манеры.

В этом плане ослепительный Пэй Юй заметно уступал сопернику.

Он никого здесь не знал и чувствовал себя непривычно. Общаться с малознакомой публикой ему совершенно не хотелось. Цинь Иян же, будучи парнем прямым и разгильдяйским, терзать себя фальшивыми улыбками тем более не собирался, поэтому сразу потащил Пэй Юя к шведскому столу.

— Паста нормальная, креветки — высший класс, а десерт вообще бомба! — набивая рот, бубнил Иян и без остановки подкладывал Пэй Юю угощения. Вскоре тарелка юноши оказалась наполненной с верхом.

Пэй Юй спокойненько уплетал еду, не заботясь о том, как выглядит со стороны.

Молодые люди и девушки, искавшие повода познакомиться с Пэй Юем, впали в ступор:

Серьёзно? Омега так наворачивает на ночь глядя? Он поправиться не боится?!

Затем Иян увлёк Пэй Юя к барной стойке пробовать коктейли. Линь Ифэн не пожалел денег, пытаясь угодить Цинь Шэню, поэтому еда и напитки были первоклассными.

Поглядывая на «деревенщину» Пэй Юя, весело болтавший с Альфами Линь Шусин на мгновение ощутил упоительное превосходство.

Ему казалось, будто он по-прежнему остаётся любимым наследником, а Пэй Юй — всего лишь неотёсанным гадким утёнком.

Белым лебедем здесь был и оставался Линь Шусин!

Его глаза хищно блеснули, и он быстро набрал сообщение подкупленному официанту.

Минуту спустя официант в жилетке пробирался через толпу с подносом, полным бокалов с красным вином. Оказавшись возле Пэй Юя и Цинь Ияна, он ловко изобразил падение и опрокинул всё содержимое прямо на них.

Чёрный фрак Ияна почти не пострадал.

А вот Пэй Юю не повезло: лунно-белая ткань окрасилась огромным брусничным пятном.

Пэй Юй нахмурился. Глядя на непрерывно кланяющегося и рассыпающегося в извинениях официанта, он лишь махнул рукой, показывая, что всё в порядке.

Он отошёл в туалетную комнату застирать ткань, но убрать въевшийся пигмент полностью не удалось.

Обычно светские львы захватывают с собой сменную одежду на случай подобных конфузов. Но у Пэй Юя с Ияном опыта не было, а Цинь Шэнь упустил этот момент из виду.

Наблюдавшие за этой драмой представители элиты переглянулись:

М-да...

Несколько Омег, терпеть не могущих Линь Шусина, разочарованно зашептались: почему Пэй Юй не может дать сдачи? От такого триумфального выхода до столь нелепого вида — ну что за бесхребетность!

Видя позор соперника, Линь Шусин ликовал.

Линь Ифэн с супругой в это время беседовали с чиновниками и бизнесменами. Услышав шум, они лишь мельком глянули в ту сторону, но из-за толпы ничего не разглядели.

— Я слышал, сегодня должен прибыть глава «Циньши»? Что-то его пока не видно, — поинтересовался один из гостей.

Линь Ифэн виновато улыбнулся:

— Сяо Юй передал, что господин Цинь немного задерживается.

— Вот как... К слову о бизнесе, слышали, бытовая техника «Линфэн» запускает линейку умного дома...

***

— Может, накинешь пиджак? Я свой сниму, — предложил Цинь Иян.

Пэй Юй смерил взглядом винное пятно и махнул рукой:

— Забей, я всё равно тут никого не знаю.

— Пэй-гэ, ну у тебя и нервы — железный канат! — искренне восхитился Иян.

Пэй Юй хлопал ресницами:

— Да ну, обычное дело.

В кармане зажужжал телефон: Цинь Шэнь написал, что подъезжает.

Пэй Юй отправил короткое «Жду» и снова вернулся к шведскому столу.

Вскоре объявили парные танцы, заиграли вальс скрипки и фортепиано.

Несколько Альф, привлечённых неземной красотой Пэй Юя, один за другим подходили с предложением потанцевать.

Но юноша отродясь не учился танцам. Да и прикасаться к чужим Альфам у него не было ни малейшего желания, поэтому он вежливо отказывал.

Заметив это, Линь Шусин с царственным видом направился к ним.

— Господа, ну зачем вы смущаете моего брата? — елейным тоном произнёс он. — В тех условиях, где он рос, бальным танцам не обучают. Прими он ваше приглашение — все ноги бы вам оттоптал.

— Правда ведь, братишка? — Линь Шусин ядовито ухмыльнулся.

Пэй Юй нахмурился, гадая, что на этот раз выкинет этот паяц.

— Честно говоря, ума не приложу, как можно приходить на банкет, совершенно не умея танцевать? Попросил бы отца — тебе бы наняли преподавателя на пару дней, обучился бы базам, — продолжал сыпать ядом Линь Шусин, отчаянно пытаясь доказать, что в плане манер фальшивый наследник на голову выше оригинала.

Мол, кровь аристократа в нём течёт, да толку-то, если высшее общество его не примет.

Пэй Юю до смерти надоел этот фальшивый тон.

— Без умения танцевать на банкетах делать нечего? — напрямую спросил он.

— Само собой! Зачем тогда вообще приходить... — начал было Линь Шусин.

— Неужели?

Властный, рокочущий голос заставил всех присутствующих замереть.

Гости обернулись. К ним медленно приближался мужчина в инвалидном кресле.

На вид ему было лет двадцать восемь-тридцать. Пепельно-серый костюм придавал его облику неколебимую строгость и сдержанность.

Черты лица поражали скульптурной чёткостью: волевой подбородок, высокая переносица, тонкие губы.

На бледном запястье, покоившемся на подлокотнике, переливался корпус дорогого хронографа.

И хотя мужчина находился в коляске, это ничуть не умаляло его сокрушительного аристократического величия.

Толпа затаила дыхание, гадая, кто перед ними. Возраст, коляска, аура Альфы...

Мужчина подкатил прямо к Пэй Юю.

— Судя по твоим словам, мне здесь тоже не место? — небрежно бросил Цинь Шэнь, а затем поднял руку: — Иян, Пэй Юй, уходим.

Смерив взглядом винное пятно на костюме юноши, Цинь Шэнь нахмурился.

— Поняли, — одновременно ответили Иян и Пэй Юй. Отставив тарелки, они собрались уходить.

Но Цинь Шэнь без лишней спешки снял свой пиджак, притянул Пэй Юя ближе и повязал рукава вокруг его талии, прикрывая пятно:

— Что с одеждой?

— Спасибо... — Пэй Юй смутился от такой близости. — Небольшая накладка вышла.

— Это же глава «Циньши»?!

— Мать честная, да кто болтал, будто он уродом стал?!

— Господи, он же такой же красавец, как и раньше!

По залу побежала волна ошеломлённого шёпота.

Линь Шусин мгновенно побледнел.

— Г-господин Цинь... — выдавил он из пересохшего горла.

Вдруг по его щеке со свистом прилетела пощёчина. Лицо обдало адским жаром.

Отлетев в сторону, Линь Шусин с ужасом осознал: его только что при всех отхлестали по лицу!

Подбежавший Линь Ифэн одарил его свирепым взглядом и, сияя подобострастной улыбкой, склонился перед Цинь Шэнем:

— Простите великодушно, господин Цинь! Сын совсем от рук отбился, несёт несусветную чушь! Прошу вас, не держите зла, я лично займусь его воспитанием!

Цинь Шэнь едва заметно ухмыльнулся:

— Не стоит так убиваться, тесть. Однако Пэй Юй — мой обручённый, и видеть, как его оскорбляют, мне весьма неприятно.

— Понимаю! Всячески понимаю! — Линь Ифэн грубо схватил опешившего Линь Шусина за шиворот. — Живо извинись перед господином Цинем и Сяо Юем!

Цинь Шэнь опустил тёмный взгляд:

— Мне извинения не нужны. Пусть просит прощения у Пэй Юя.

— Да-да, разумеется!

Линь Ифэн отвесил Линь Шусину ощутимый тычок в спину:

— Чего застыл? Извиняйся!

Линь Шусин качнулся, на его щеке наливался багровый след. Почувствовав на себе злорадные, насмешливые взгляды светской черни, он готов был провалиться сквозь землю от позора.

— Давай же! — рявкнул отец.

Не выдержав унижения, Линь Шусин разрыдался.

Ссутулившись, он сквозь слёзы выцедил:

— Пэй Юй... прости. Я был не прав... Я не должен был над тобой насмехаться.

Пэй Юй смерил его равнодушным взором и сухо кивнул:

— Хорошо, принял.

Линь Ифэн залебезил:

— Господин Цинь, как вам такое?..

Цинь Шэнь даже не удостоил его ответом. Он лишь взял Пэй Юя за руку и ласково погладил его пальцы:

— Что скажешь, Сяо Юй? Чего бы тебе хотелось?

Пэй Юй немного подумал и искренне ответил:

— Вообще-то тут кормёжка отличная. Ты ведь ещё не ужинал?

Губы Цинь Шэня изогнулись в тёплой улыбке, и суровый взгляд моментально смягчился.

http://bllate.org/book/35917/4698944