Готовый перевод After a Contract Marriage with a Disabled Alpha / После фиктивного брака с Альфой-инвалидом: Глава 19

Скандал выставили на всеобщее обозрение. Альфа, всё ещё стоявший на коленях, выглядел жутковато: по его лбу струилась кровь. Он и не думал смиряться, яростно цепляясь взглядом за Цинь Шэня и юношу, устроившегося у того на коленях. Но тяжелая, ледяная аура подавляла его так сильно, что он физически не мог подняться.

Ему оставалось лишь бессильно наблюдать, как презираемый им Омега медленно заливается румянцем в объятиях калеки.

Сотрудники магазина спешно вызвали полицию, и наряд прибыл меньше чем через десять минут. Нападение Альфы на Омегу в общественном месте — происшествие серьезное. Просмотрев записи с камер, полицейские подошли к зачинщику, который сидел на полу в холодном поту, и, опасаясь вспышки агрессии, быстро заломили ему руки и увлекли к служебной машине.

Глазеющая публика провожала изумленными взглядами мужчину в инвалидном кресле. Подобное подавление за счет одних лишь феромонов встречалось крайне редко. Лишь спустя время люди вспомнили, что среди Альф всегда существовала четкая иерархия силы.

— У тебя просто невероятный парень! Теперь понятно, почему ты выбрал именно его, — с восторгом выпалила богатая красотка, обращаясь к Пэй Юю. — Если давать оценку, он точно S-класса!

— Э-э... Да нет, ничего такого. Спасибо за похвалу, — смущенно пробормотал Пэй Юй.

Вокруг раздались аплодисменты. Посетители бросали на Цинь Шэня восхищенные взгляды, и сидевший у него на коленях юноша тоже оказался в центре всеобщего внимания. Смутившись под десятками глаз, Пэй Юй поспешно разжал руки мужчины и поднялся.

Ощутив образовавшуюся пустоту, Цинь Шэнь почувствовал лёгкий укол сожаления. На его воротнике всё ещё держался едва уловимый, дразнящий аромат розы. Мужчина внимательно осмотрел открытые участки кожи юноши, опасаясь, что тот мог пораниться.

— Ты в порядке? Не ушибся? — спросил Цинь Шэнь.

— Нет, все хорошо, — качнул головой Пэй Юй.

Он вовремя уклонился, так что о травмах и речи быть не могло. Впрочем, когда тот безумец замахнулся огнетушителем, он действительно перепугался.

— Господин, вы или ваш спутник пострадали? — сочувственно уточнил подошедший полицейский.

Пэй Юй ненадолго замер и, повернувшись к Цинь Шэню, встретился с ним взглядом. Поспешно отведя глаза, юноша в один голос с мужчиной ответил:

— Нет.

После этого им требовалось проехать в участок, чтобы дать подробные показания и оформить протокол. Дядюшка Янь уложил покупки в багажник и повез их в отделение.

Когда все формальности были улажены, на улицу уже спустились сумерки. Выходя из холла, они столкнулись с тем самым Альфой, чья голова теперь была перемотана окровавленными бинтами. Рядом с ним стояли родители: солидный мужчина представительского вида и дама, обвешанная драгоценностями.

Завидев Цинь Шэня и Пэй Юя, парочка без лишних прелюдий разразилась бранью. Они обвиняли их в увечьях своего драгоценного сыночка и с небывалым апломбом требовали компенсацию за лечение и моральный вред.

Цинь Шэнь мягко подхватил Пэй Юя за запястье, увлекая за свою спину. Он едва приподнял веки, и в его голосе зазвенел стальной холод:

— Расходы на медицину я возмещу. Но вам бы лучше подумать о том, как вытаскивать вашего отпрыска из тюрьмы.

— Что ты выродкуешь?! — вытаращился отец зачинщика. — Думаешь, засудишь моего сына? Да на кого ты батон крошишь!

Дело снова шло к драке, и полицейским пришлось вмешаться. Страж порядка попытался предложить мирное урегулирование, но настрой Цинь Шэня был непреклонен.

— В этом нет необходимости, — отрезал мужчина. — Если решился на подобное, будь готов отвечать за последствия. С вами свяжется юридическая служба моей компании.

При упоминании профессиональной команды адвокатов супруги и дежурный офицер опешили. Вглядевшись в человека, который даже в инвалидном кресле излучал давящую властность, отец Альфы онемел, а затем, словно что-то вспомнив, поспешно уточнил у полицейского его имя.

— Цинь Шэнь и Пэй Юй, — честно ответил офицер и мягко добавил: — Нападение Альфы на Омегу — дело серьезное, спустить на тормозах не выйдет. На вашем месте я бы попытался договориться по-хорошему...

Разбалованный богач с перебинтованной головой так и не понял всей тяжести ситуации. Уверенный, что связные родители уладят любую беду, он продолжал выкрикивать угрозы, сидя на скамье.

Хлоп! — звонкая пощечина заставила его поперхнуться словами.

— Заткнись, идиотина! Ни слова больше! — рявкнул отец.

Повернувшись к Цинь Шэню, он моментально сменил спесь на лебезение:

— Господин Цинь, простите великодушно! Это все глупость моего паршивца... Может, мы все же обсудим...

— Разговор окончен, — перебил его Цинь Шэнь и, подняв взор на юношу, произнес: — Поехали.

— Хорошо, — кивнул Пэй Юй.

— Господин Цинь! Господин Цинь! — Мужчина ринулся за ними к представительскому авто, но путь ему преградил Дядюшка Янь.

Дверца бесшумно захлопнулась, и машина тронулась.

Пэй Юй обернулся через заднее стекло: уличный крикун вдруг весь ссутулился, будто постарел лет на десять.

— Его правда могут посадить? — спросил юноша, повернувшись к спутнику.

Цинь Шэнь непринужденно держал руки на коленях, подушечкой пальца поглаживая корпус наручных часов.

— Да.

Ночь окончательно вступила в свои права, затянув небо серой пеленой. Автомобиль въехал на мост, и слепящие огни магистрали заплясали яркими бликами на речной глади.

— Считаешь, это слишком сурово? — слегка нахмурился Цинь Шэнь.

Он понимал сострадание и мягкосердечие, присущие юности. Судимость способна перечеркнуть человеку всю жизнь и даже бросить тень на следующее поколение. Однако стоило ему вспомнить, как тот ублюдок замахнулся огнетушителем на Пэй Юя, как в горле закипала глухая ярость.

— Вовсе нет, — отрезал Пэй Юй. — Нагадил — отвечай.

Морщинка между бровями Цинь Шэня разгладилась. Он тихо откликнулся: «Угу», — и спустя пару секунд добавил: — В следующий раз думай в первую очередь о собственной безопасности.

— Я же не дурак! Просто мы были в магазине, вокруг люди... — беззаботно отмахнулся Пэй Юй. — К тому же мне не привыкать к подобным вещам.

Взор Цинь Шэня потемнел:

— Не привыкать?

— Ну да. Раньше ко мне постоянно цеплялась всякая гопота, — пояснил юноша. — Помнишь, я очки носил? Я просто лицо им закрывал.

Те времена давно остались позади. Пэй Юй говорил об этом совершенно спокойно, словно липкий страх преследования в темных переулках был пустяковой историей, не стоящей упоминания.

Едва он договорил, как его запястье сжала прохладная ладонь. Пэй Юй осекся и воззрился на Цинь Шэня чистыми светло-карими глазами.

— Больше ничего подобного не случится, — произнес Цинь Шэнь. — И очки тебе больше не нужны. Ты очень красивый.

Эти слова, словно маленький молоточек, звонко ударили Пэй Юя прямо в сердце. Он облизнул губы и смущенно высвободил руку.

— Я и так их больше не ношу...

— К тому же ты надарил мне столько всего, что за всю жизнь не потратить. Мне больше не придется искать подработки.

Цинь Шэнь окинул взглядом тонкую шею юноши и тихо усмехнулся:

— Да, ты прав.

— И спасибо, что заступился за меня тогда, — добавил мужчина. — Мне было приятно это слышать.

— За то, что назвал тебя красавчиком? — с легкой иронией отозвался Пэй Юй. — Так я не соврал, ты в сотню раз симпатичнее того урода.

В представлении Цинь Шэня собственная внешность никогда не имела особой ценности. Но сейчас он не удержался от вопроса:

— Значит, тебе нравится, как я выгляжу?

Сердце Пэй Юя обдало жаром. Взгляд Цинь Шэня показался ему чересчур пристальным и обжигающим.

— Красивые люди вообще всем нравятся, — тихо буркнул он.

Цинь Шэнь изогнул бровь:

— Выходит, и тебе тоже?

Пэй Юй снова облизнул пересохшие губы:

— Ну... да...

Заметив, как улыбка на губах мужчины становится шире, юноша поспешно добавил:

— Только не пойми неправильно! Я исключительно про лицо!

Цинь Шэнь тихо хмыкнул:

— А я ничего такого и не думал.

Пэй Юй пару раз покашлял и вдруг уловил, как к нему снова подбирается густой-густой аромат хвои.

— Ты можешь нормально контролировать свои феромоны?.. — не выдержал юноша. — Каждый раз, когда они близко, мое сердце сбивается с ритма.

— Контролировать? — переспросил Цинь Шэнь.

— Именно. Иногда они становятся слишком плотными.

— Тебе мерзко? — вопреки ожиданиям спросил Цинь Шэнь. — Или тебе нравится этот запах?

— А? — Пэй Юй на мгновение растерялся, не ожидая такого поворота. — Приятный запах, — юноша забегал глазами. — Дело вовсе не в "нравится — не нравится".

Главная беда заключалась в том, что из-за феромонов Цинь Шэня в его голову лезли совершенно нескромные мысли.

— Стопроцентная совместимость воздействует на меня... кое в каких аспектах, — Пэй Юй со смущением принялся ковырять пальцем обивку сиденья.

— В каких именно? — не отступал Цинь Шэнь.

—... — Лицо юноши вспыхнуло.

Он отвернулся к окну и категорически отказался продолжать этот разговор.

Глядя на пунцовый затылок юноши, Цинь Шэнь едва заметно улыбнулся, и его обычно холодные черты смягчились.

***

Спустя два дня, вернувшись после занятий, Пэй Юй получил курьерскую доставку из ателье.

Развернув костюм, он примерил его: в груди, подмышках и на талии подкладку подогнали идеально, и пиджак сел как влитой.

Убедившись, что никаких недочетов нет, Пэй Юй отправил подтверждение мастеру и отдал одежду Тётушке Чжоу, чтобы та ее отпарила.

— Хорошо, милый, оставь здесь, я сейчас устрою, — улыбнулась женщина, указывая на диван в гостиной.

Пэй Юй аккуратно отложил чехол:

— Спасибо, Тётушка Чжоу, простите за хлопоты.

— Ну какие тут хлопоты! — добродушно отозвалась та. — Это моя работа.

За ужином, неторопливо похлебывая бульон из свиных ребрышек с лотосом, Цинь Шэнь обмолвился о судьбе того Альфы из магазина.

— В полиции дело официально зарегистрировано.

— Юристы Группы компаний «Циньши» уже взяли его в оборот. Мы подаем иск за публичные оскорбления и попытку нападения на Омегу.

Цинь Шо и Цинь Иян уже знали об этой истории.

— В голове не укладывается, что существуют такие неотёсанные кретины, — вставил Цинь Иян. — Сам напросился, пусть теперь посидит на нарах.

— Главное, что Сяо Юй не пострадал, — подал голос Цинь Шо. — На будущее бери с собой пару телохранителей, мало ли что.

— Хорошо, я подумаю над этим, — кивнул Цинь Шэнь.

Пэй Юй всё это время неторопливо ковырял вареную креветку. Заметив это, Цинь Шэнь ловко поддел пару штук, за пару секунд очистил их от панциря и положил в пиалу юноши.

— Это мне? — Пэй Юй уставился на сочное белое мясо.

Цинь Шэнь опустил взор:

— Угу, ешь.

— Ну, тогда не буду стесняться, — улыбнулся юноша.

Едва трапеза подошла к концу, как в дом прибыл медицинский персонал Группы компаний «Циньши», занимающийся вопросами феромонов. С собой они привезли портативное диагностическое оборудование, чтобы снять показания у Цинь Шэня и Пэй Юя.

— Мы оговаривали это в соглашении: придется взять немного крови, — предупредил Цинь Шэнь. — Ты не против?

Пэй Юй без колебаний засучил рукав:

— Конечно, мы же договаривались.

Цинь Шэнь кивнул и жестом дал знак врачам начинать.

Он уселся рядом с Пэй Юем, уложив руку на мягкий валик. На предплечье юноши затянули жгут. Рука у того была совсем тонкая, под белоснежной кожей четко проступали голубоватые венки.

Сжав кулак, Цинь Шэнь тихонько шепнул:

— Может быть немного больно.

Забор крови проводила молодая медсестра. Услышав слова господина Циня, она тепло улыбнулась:

— Я сделаю всё максимально аккуратно.

От столь пристального внимания Пэй Юй мгновенно почувствовал, как горят уши. Он исподлобья взглянул на Цинь Шэня и пробормотал:

— Я уже сдавал кровь, знаю, что это пустяки.

Острая игла вошла в вену, и тёмно-алая жидкость потекла по прозрачной трубке в вакуумную пробирку. Как бы нежна ни была рука сестры, прокол всё равно ощущался, и Пэй Юй слегка прищурился, его густые ресницы вздрогнули.

Его взор упал на обнаженное предплечье Цинь Шэня — рельефные мышцы мужчины выглядели куда мощнее его собственных.

Когда процедура завершилась, они прижали ватные тампоны к сгибам локтей и через пять минут отправили их в утиль.

— Теперь нам нужно замерить динамику изменений показателей господина Циня после обмена феромонами, — врач протянула бланки. — Выполняйте пункты по порядку, и после каждого этапа мы будем брать пробу крови.

— На этот раз забор потребуется только у господина Циня.

Пэй Юй с любопытством заглянул в чек-лист. Там были расписаны конкретные действия и хронометраж:

Этап первый: непрерывный контакт ладоней (десять минут) — забор крови.

Этап второй: плотные объятия (десять минут) — забор крови.

Этап третий: глубокий поцелуй (десять минут) — забор крови.

Глубокий поцелуй... десять минут?!

Они там что, от гипоксии помереть решили?!

Да и дело даже не в кислороде... Ему что, предстоит целоваться с Цинь Шэнем?!

Пэй Юй вытаращился на листок, лишившись дара речи.

Выражение лица Цинь Шэня тоже изменилось. Он помрачнел и глухо уточнил:

— Обязательно выполнять все три? Можно ограничиться первыми двумя?

Врач осеклась и с некоторым недоумением перевела взгляд с одного на другого. Насколько ей было известно, господин Цинь и господин Пэй уже состояли в отношениях, и она полагала, что обмен феромонами не вызовет особых сложностей.

Неужели она ошибалась?

— Если третий пункт вызывает неловкость, его можно заменить на... — она сделала паузу, — временное запечатление.

— Простые касания и объятия дают слишком слабый всплеск. А ведь концентрация феромонов в слюне уступает только крови. Для анализа вашей патологии этот показатель критически важен.

Пэй Юй молча слушал их разговор.

Очевидно, что временное запечатление для Альфы и Омеги — шаг куда более интимный, чем банальные объятия или поцелуй. Но юноша совсем недавно прошел вторичную дифференциацию, и в его представлении поцелуй по степени близости мало чем отличался от укуса в железу — и то и другое было вторжением в личное пространство.

Он бросил взгляд на Цинь Шэня, ожидая его вердикта.

Мужчина ведь должен согласиться?

За последнее время Симпатия Цинь Шэня к нему прослеживалась слишком явно. По логике вещей, ни один Альфа не упустил бы подобный шанс. Тем более сейчас для этого имелся самый что ни на есть благовидный предлог.

Поцелуй?..

Пэй Юй по касательной посмотрел на губы Цинь Шэня — тонкие, с четким, строгим рисунком, очень светлые и чистые. В прошлый раз он случайно задел их кончиками пальцев... Интересно, мягкие ли они на ощупь?

Пока юноша витал в своих смутных фантазиях, ожидая от Цинь Шэня привычного "хорошо" или "понял", мужчина вдруг плотно сжал губы и произнес:

— Пока ограничимся первыми двумя.

Пэй Юй замер, усомнившись, не ослышался ли он.

Мединструктор заколебалась:

— Но... это может затормозить ваше лечение, господин Цинь.

Для исследований синдрома расстройства феромонов стопроцентная совместимость была бесценным материалом. А для самого Цинь Шэня точные данные позволили бы разработать детальную терапию, способную коренным образом улучшить его состояние.

Раньше они блуждали вслепую. Теперь же, когда появился редчайший Омега со степенью совместимости 100%, его феромоны могли буквально поставить Цинь Шэня на ноги.

Однако сам Цинь Шэнь, годами терпевший мучительные приступы, относился к этому философски.

— Ничего страшного, подождет, — равнодушно оборвал он.

Сидевший в другом конце гостиной Цинь Шо, услышав, как внук без раздумий отверг предложение, даже не посоветовавшись с Пэй Юем, от досады аж подскочил с кресла.

— Я пойду к себе, спать пора! — буркнул старик, опасаясь, что если останется, то просто сорвется на крик.

Он души не чаял в Сяо Юе, но, будем честны, родной внук все равно был ему дороже. Впрочем, стало очевидно: отношение Цинь Шэня к синдрому расстройства феромонов ничуть не изменилось. То, что он вообще согласился на брачный союз ради терапии, уже было огромным прогрессом. А уж как там мальчики будут ладить между собой — не его ума дело.

— Дедушка сегодня так рано ложится? — удивленно спросил Пэй Юй, глядя в спину уходящему старику.

Цинь Шэнь выдержал паузу:

— Да, возраст дает о себе знать.

—... — Цинь Шо, уже ступивший на лестницу, аж споткнулся.

Лучше бы он пошел пешком на улицу!

***

Видя непреклонность Цинь Шэня, медики не стали настаивать:

— Что ж, тогда пока проведем только два этапа.

У Пэй Юя сладко защемило в груди. Всё пошло совсем не так, как он предполагал. Он-то думал, что Цинь Шэнь воспользуется моментом и хотя бы спросит его согласия, а тот просто взял и отказался.

— Можешь подняться к себе, а когда мы закончим, я сам спущусь для забора крови, — предложил Цинь Шэнь.

Пэй Юй качнул головой:

— Не нужно. Это всего лишь объятия, сделаем всё прямо здесь. Просто попросим врачей ненадолго выйти.

Кататься на инвалидной коляске туда-сюда тоже сомнительное удовольствие.

Пэй Юй поднялся, чтобы вернуть бланк медикам. Опустив взор на породистую переносицу Цинь Шэня и его глубоко посаженные глаза, юноша вдруг почувствовал странный порыв.

— Вообще-то... поцеловаться — это ведь не проблема, — вырвалось у него.

В комнате мгновенно воцарилась звонкая тишина.

Медсестра, собиравшая ампулы, застыла и с живым любопытством воззрилась на юношу и его покровителя.

Тёмный взор Цинь Шэня окончательно померк.

— Ты хоть понимаешь, о чем говоришь? — огрубевшим голосом переспросил он.

От этого прямого, тяжелого взгляда у Пэй Юя ёкнуло сердце. Вся нахлынувшая храбрость вмиг улетучилась, оставив лишь смущение.

Но вспомнив, как Цинь Шэнь заслонил его в магазине, и сколько всего он для него сделал за последнее время... Как ни крути, он оставался получателем всех благ, в то время как лечение самого Цинь Шэня двигалось черепашьим шагом.

И, как справедливо отмечал Цинь Шэнь, в решающий момент Пэй Юй просто не мог поступить иначе.

— Понимаю, конечно. Поцелуй — это же не запечатление, — попытался изобразить непринужденность юноша, хотя его ладони моментально взмокли. Чтобы разрядить обстановку, он отшутился: — Неужели ты до сих пор ни с кем не целовался?

Пальцы Цинь Шэня на подлокотниках сжались так, что костяшки белой деталью проступили под кожей. Он промолчал.

—... — Пэй Юй онемел.

Так он что, реально ни с кем не целовался?!

На его лице застыло настолько явное и нескрываемое изумление, что Цинь Шэнь почувствовал себя застигнутым врасплох.

Что в этом такого странного?

Стоявшие рядом медицинские работники дружно опустили головы, усиленно изображая крайнюю занятость и мечтательно желая оглохнуть прямо на месте.

Спустя пару секунд Цинь Шэнь разомкнул губы и абсолютно ровным тоном произнес:

— Это вполне нормально.

Пэй Юй судорожно перевел дыхание:

— Ну... да... Вполне.

Подумаешь, человеку почти тридцатник, а он ни разу не целовался! Подумаешь, экая невидаль! Это он сам зря поднял шум.

Пэй Юй сделал глубокий вдох:

— В таком случае давай добавим поцелуй. Я не против.

Кадык Цинь Шэня дернулся, а голос прозвучал едва слышно:

— Если... ты правда не против.

***

Спустя сорок минут первые два этапа обмена феромонами были благополучно завершены прямо в гостиной, и у Цинь Шэня взяли еще две пробирки крови.

От одних только объятий Пэй Юй чувствовал себя слегка обессиленным. К счастью, на этот раз Цинь Шэнь филигранно контролировал свой запах и не допускал избыточной концентрации. Лицо юноши выглядело почти обычным, разве что кончики ушей выдавали легкую краску.

Оставался последний шаг. Целоваться в гостиной было бы совсем чересчур, поэтому они решили подняться в спальню и завершить процесс там.

Пэй Юй шел за креслом Цинь Шэня. Едва двери лифта закрылись, запечатав их в узком замкнутом пространстве, как эмоциональное давление возросло во сто крат.

Глядя на широкую, обтянутую тканью пиджака спину мужчины, юноша невольно вспомнил свой ляп внизу. Не обидел ли он Цинь Шэня? Все-таки усомниться в его опыте при чужих людях... Это выглядело как минимум бестактно.

Подумав немного, Пэй Юй осторожно коснулся плеча Цинь Шэня и тихо проговорил:

— Прости, я просто слишком удивился тогда... Не бери в голову.

— Все в порядке, — Цинь Шэнь даже не обернулся.

— Ну и отлично, — улыбнулся Пэй Юй. — Что касается поцелуев, для меня это тоже будет впервые. Так что мы в равных условиях, никто ничего не теряет.

Цинь Шэнь слегка приподнял подбородок и, поймав в зеркальной стене лифта взор юноши, произнес низким, бархатным голосом:

— Уверен, что не останешься в убытке?

— Ну да, — подбодрил себя Пэй Юй. — У обоих ведь первый раз.

Взгляд Цинь Шэня потемнел, а в уголках губ затаилась едва уловимая, хищная улыбка:

— Что ж... Смотри только не расплачься, когда начнем.

Дзинь! — двери лифта бесшумно разъехались. Цинь Шэнь выехал в холл, оставив Пэй Юя столбняком стоять на месте.

Залившись краской от смущения и досады, юноша уставился ему в спину с бешено колотящимся сердцем:

— Это еще кто из нас расплачется?!

http://bllate.org/book/35917/4633396