Самым серьёзным тоном — и самую бессмысленную чушь. Чу Циньбай порой и сам терялся: то ли этот человек делает всё нарочно, то ли и вправду не понимает.
Сам же виновник раскаиваться не торопился.
На следующее утро ушёл на работу засветло.
Официальный костюм шёл ему. Несмотря на худобу, он мгновенно превращался в строгого, безупречно сдержанного молодого человека — ничто не напоминало о вчерашней потерянности, о том, как он слонялся по дому, будто тень.
Их жизни полностью поменялись местами.
Прежде это Чу Циньбай пропадал на несколько дней кряду.
Теперь Чжоу Шэн уходил спозаранку и возвращался затемно.
Шансы на случайную встречу под одной крышей стремились к нулю. В одном доме можно прожить неделями, ни разу не столкнувшись в коридоре.
За этим внешним спокойствием в жизни Чжоу Шэна между тем происходили перемены колоссальные.
Он входил в дела с пугающей скоростью. В компании только диву давались.
Никто толком не мог понять, как ему это удалось: поначалу его никто всерьёз не воспринимал — и вдруг он уже собрал вокруг себя сторонников и выстроил собственную стратегическую команду.
На утреннем совещании в понедельник Чжоу Сун атаковал его в присутствии всех акционеров.
С видом оскорблённой добродетели произнёс:
— Братец, ты просто играешь с судьбой всей компании. Возрождение традиционной промышленности? Ты отдаёшь себе отчёт в том, что новые отрасли — это основа Чжоуши за последнее десятилетие? И только потому, что тебя поддержали несколько человек, которых никто и в грош не ставит, ты собираешься поставить на кон весь Чжоуши? Смешно же, правда?
Взгляды собравшихся потянулись к председательскому месту.
Когда двое сыновей вцепились друг другу в горло, никто из присутствующих — что бы каждый ни думал про себя — не торопился открыто занять чью-либо сторону. Один из них вполне мог оказаться будущим хозяином. Ссориться не хотелось ни с тем, ни с другим.
Чжоу Цицун молчал.
Зато перевёл взгляд на человека, сидящего по левую руку от него.
Чжоу Шэн поднялся.
На Чжоу Суна он даже не взглянул. Перевернул лежащий перед ним документ и заговорил — спокойно, без спешки:
— Компания действительно не готова к переменам подобного масштаба. Но все присутствующие — люди, которые строили её вместе с господином Чжоу с самого начала. И все вы помните: начинали мы именно с традиционного производства. В развивающейся экономике оно по-прежнему составляет основу. Вместо того чтобы биться за крохи на переполненном рынке новых отраслей — отчего не сделать шаг назад? Старые устои, которые компания хранила все эти годы, — живое свидетельство ваших же прежних амбиций. Разве нет?
— Красиво говоришь, — парировал кто-то из лагеря Чжоу Суна. — Думаешь, мы сами не думали? Это куда сложнее, чем ты расписываешь.
— Стратегический план — лишь отправная точка, — ровно ответил Чжоу Шэн. — Именно поэтому нам необходимо искать новых партнёров.
Когда совещание закончилось, акционеры выходили из зала, переговариваясь на ходу. Обсуждали реализуемость предложенного, обменивались соображениями — подобного оживления в компании не было уже, пожалуй, с год.
Хуже всех в этот момент выглядел Чжоу Сун.
Он вышел в коридор с почернелым лицом — и тут же столкнулся с девушкой-администратором, которая несла стопку бумаг. Вся она немедленно разлетелась по полу. Чжоу Сун навис над ней:
— Ты из какого отдела?! Руки откуда растут?! Не хочешь работать — сегодня же катись!
Девушка стояла ни живая ни мёртвая, на глазах выступили слёзы.
В следующую секунду кто-то коротко и точно ударил его под колено — Чжоу Сун споткнулся и едва не рухнул прямо посреди коридора.
Он обернулся с готовой бранью.
Встретил тёмный взгляд Чжоу Цицуна — и осёкся.
Рядом с отцом стоял Чжоу Шэн. Чжоу Цицун ткнул пальцем в сторону младшего сына:
— Перед кем тут выламываешься? Компания твоя, что ли?! Я ещё тебе ничего не передал, а ты уже — посмотри на себя! Ты вообще понимаешь, что вытворял всё это время?!
Чжоу Сун бросил на брата взгляд, полный ненависти. Склонил голову:
— Папа, я был неправ.
— Сколько раз говорить: на работе — господин Чжоу! — отрезал Чжоу Цицун.
— Господин Чжоу, — выдавил Чжоу Сун.
Грудь у Чжоу Цицуна тяжело поднималась и опускалась.
Раньше он считал, что старший сын слишком заносчив.
Но с тех пор, как Чжоу Шэн вошёл в компанию, он действовал взвешенно, шаг за шагом, — и многие старые акционеры уже открыто хвалили его подход. Пусть не все безоговорочно поддержали его инициативы, большинство всё же были готовы подождать и присмотреться.
Младший же — словно подменили. Становился всё несдержаннее: то, что прежде хотя бы скрывал, теперь демонстрировал в открытую.
Чжоу Шэн не испытывал никакого желания наблюдать эту семейную сцену.
— Господин Чжоу, тогда я пойду.
Чжоу Цицун покосился на него — собрался было сказать, что «господином Чжоу» он может его не называть, — но тут же вспомнил собственное требование и только сухо кашлянул.
— Иди.
На первом этаже народу было немного, однако несколько человек эту сцену всё же видели.
К вечеру во всех рабочих чатах говорили только об этом.
«Чую, в компании скоро всё перевернётся»
«Не знаю как вы, я голосую за Чжоу Шэна. Заносила кофе на совещание, смотрела на него — клянусь, посмотрели бы и вы, как он там стоял и говорил, влюбились бы с первого взгляда»
«Интересно, кто в итоге победит»
«Вам не кажется, что наш старший вообще не замечает Чжоу Суна?»
«Хахаха, теперь когда ты так сказала — точно! Один Чжоу Сун и скачет»
«Если честно — мне даже кажется, что он и всю компанию не рассматривает как конечную цель. Не в том смысле, что смотрит свысока, просто у него такой взгляд — как будто это для него лишь ступенька. Не могу объяснить»
«Да, от него правда веет чем-то другим. Вы знаете, что с ним вообще происходило этот год?»
«Слухи, не ручаюсь — говорят, женился»
«Женился??? На ком???»
«Не знаю, всё туманно. Слышала от людей из проектного отдела: Чжоу Сун однажды на вечеринке выпил и брякнул, мол, Чжоу Шэн женился — и уже возомнил, что пристроился к богатейшим семьям Ланьчэна. Только вот нужен ли он им самим»
«Брак по расчёту? Чжоуши всё-таки не маленькая»
«Ну, Семья Чжоу — это не тот уровень. Да и у компании сейчас дела не блестящие. По-моему, брак по расчёту — маловероятно. Но если говорить о по-настоящему богатейших семьях Ланьчэна — их буквально единицы. Удивительно, что ни слуху ни духу»
…
О самом существовании этой корпоративной культуры — бесконечных рабочих чатах, тихих войнах в мессенджерах, сплетнях, живущих своей жизнью, — Чжоу Шэн не имел ни малейшего понятия.
Тем более не подозревал, что сам стал их главной темой.
Телефон он использовал исключительно для поиска информации. В обычной жизни мало кто его беспокоил; из-за работы в последнее время добавил несколько контактов — но и с ними переписка сводилась к делу. Никаких разговоров ни о чём.
Чжоу Шэн был искренне убеждён, что в компании так принято.
В тот день он вышел из здания раньше обычного.
У тротуара в ряд стояли три спортивных автомобиля. На капоте среднего — синего суперкара — развалился парень с вызывающе-пурпурными короткими волосами, обнимая длинноногую девушку. Завидев Чжоу Шэна, он присвистнул:
— Молодой господин Чжоу! Сколько лет, сколько зим!
По его сигналу из остальных машин высыпали ещё человек семь-восемь — мужчины и женщины вперемешку. Наперебой окликали «молодой господин Чжоу», и это оживление меньше всего напоминало дружескую встречу.
Стоявшие рядом коллеги выразительно переглянулись.
Все знали: молодой господин в прошлом любил кутить, и приятелей соответствующих хватало. Думали, давно порвал — а выходит, не совсем.
Чжоу Шэн сличил лица с именами в телефонных контактах. Более-менее совпадало.
Жестом отпустил коллег. Подошёл к синей машине:
— Чего надо?
Сюй Лин скривил губы в ухмылке, развалившись на сиденье и глядя снизу вверх:
— Молодой господин Чжоу нехорошо поступает. Столько сообщений — и ни ответа. Значит, на работу устроился, другим человеком стал — и старых друзей побоку?
Девушка рядом с ним ткнула пальцем с блестящим ногтем ему в грудь:
— Нормально разговаривай.
Сюй Лин убрал ухмылку — как одолжение сделал:
— Ладно, что было — то прошло. Я не держу зла. Молодой господин Чжоу, поехали с нами?
Чжоу Шэн окинул взглядом всю компанию. Было ясно: просто так не отвяжутся.
— Куда? — спросил он прямо.
— В хорошее место, — многозначительно улыбнулся Сюй Лин.
Обитель изящества и покоя — один из самых закрытых и дорогих клубов Ланьчэна — располагалась в переулке Сянюй, в самом сердце города. Снаружи — строгий старинный облик, у входа — вышколенная прислуга, взгляд у каждого намётанный.
Сюй Лин с девушкой под мышкой шёл впереди.
Насмешку в глазах он спрятал, заговорил вкрадчиво:
— Молодой господин Чжоу, эта Обитель — не какое-нибудь заведение. Она связана с Семьёй Цюй. Без приглашения сюда вообще не попасть. Я с трудом добыл один билет — ну и не мог же о вас не вспомнить, правда?
— Благодарю вас, Сюй Лин, — бесцветно ответил Чжоу Шэн.
Сюй Лин чуть слышно усмехнулся.
Он был самым состоятельным в этой компании.
Прежде терпел Чжоу Шэна и держал его за вожака: тот был доверчив и щедр на чужие деньги. После того как год назад с молодым господином что-то случилось, роль лидера сама собой перешла к Сюй Лину.
Теперь он слышал, что тот пришёл в себя и устроился в Чжоуши. Посылал сообщения — все уходили в пустоту. Намеренно. Очевидно.
Злость копилась давно. Если сегодня не поставить его на место — значит, напрасно носить имя Сюй Лин.
Он переглянулся с несколькими людьми за спиной, и вся компания прошла внутрь.
Место оказалось не таким буйным, как можно было ожидать.
Зато сословное расслоение здесь читалось с первого взгляда.
Компанию Сюй Лина пустили только на первые два этажа. Публика здесь собиралась ради выпивки и веселья; негромкая музыка, группки людей на диванах. Кто-то из пришедших уже ворчал:
— Тут хуже, чем в баре. «Выше только для избранных» — что за чушь вообще?
Тут же получил тычок в бок.
И заткнулся.
Они сюда не за атмосферой пришли — но признаваться в этом вслух никто не собирался.
Чжоу Шэн, казалось, ничего этого не замечал.
Расстегнул пуговицу пиджака, опустился на диван. Лицо — безмятежное.
Сюй Лин сел рядом, наполнил бокал и придвинул его к нему. Перешёл к делу:
— Молодой господин Чжоу, догадываетесь, почему именно сюда?
Чжоу Шэн взял бокал.
Закатанный до локтя манжет открывал тонкое запястье. В приглушённом свете рука казалась чёткой, почти скульптурной — и этот покой, разлитый во всём его облике, не был ни наигранным, ни показным.
Он повернул голову:
— Почему?
Сюй Лин на миг застыл. Что-то было не так. Он никак не мог понять — что именно.
Всё же положил руку ему на плечо, наклонился к уху:
— Не говорите, что я вас не предупреждал. Точные сведения: сегодня здесь Чу Циньбай. Ты посмотри, что ты раньше пробовал — мелочовка, он тебя и замечать не хотел. Сегодня другое дело. Ребята поддержат — поднимай шум сколько влезет. Он крутится в шоу-бизнесе; поймаем на горячем — никуда не денется, придётся прогнуться.
Чжоу Шэн думал, у них припасено что-то более серьёзное.
Не ожидал, что всё упрётся в Чу Циньбая.
Он скосил взгляд на лестницу, ведущую наверх.
— На чём именно поймаем?
— Ну, кто приходит в такие места — явно не просто так сидит. Люди из шоу-бизнеса известно как гуляют. Застанем с кем не надо — вот и весь разговор.
Сидящие рядом загалдели:
— Точно, молодой господин Чжоу! Раз уж вы официально женаты — вам сам бог велел, всё по-честному!
— Потом ни на какую работу ходить не придётся.
— Улики в руках — и сам диктуй условия. Хочешь денег, хочешь ещё чего — всё твоё!
Смех покатился по кругу.
Чжоу Шэн был именно тем человеком, которого проще всего задеть и раздразнить. Ввяжись по-настоящему в историю с Чу Циньбаем — и можно спокойно сидеть и наблюдать, как его перемелют.
Тот, кто в прошлом при первой же провокации уже ломился бы искать разборок, поставил бокал на стол и сказал негромко:
— Человек, утративший всякие границы, теряет и достоинство, и стыд. Похоже, в любую эпоху — одно и то же.
Сюй Лин вскочил, лицо пошло пятнами:
— Чжоу Шэн, ты что несёшь?! Мы к тебе по-хорошему, а ты?!
Чжоу Шэн поднял взгляд:
— С чего вдруг ты решил, что твоё «по-хорошему» мне нужно?
http://bllate.org/book/35909/4555796
Готово:
