В свой первый рабочий день Чжоу Шэн решил выглядеть безупречно. Он не поскупился и обзавелся приличным костюмом: классическая рубашка, галстук, жилет, держатели для рукавов, пиджак и начищенные кожаные туфли.
Покупка влетела в копеечку — ушла добрая треть всех денег, что он сумел наскрести со своих электронных счетов. По нынешним меркам трата казалась безумной, но Чжоу Шэн понимал: оно того стоит.
Отец с ранних лет вдалбливал ему простую истину: человек в любых обстоятельствах должен выглядеть подобающе. И дело тут вовсе не в чужом мнении или попытке заслужить уважение. Это нужно лишь для того, чтобы напоминать самому себе: ты все еще человек.
Когда враги целятся в тебя из ружей, держа за жертвенного ягненка, разве ты перестаешь быть человеком? А когда носишь рваную дерюгу и перебиваешься пресным хлебом с соленьями — разве ты не человек? Человек. И ты обязан жить. В любых условиях сохранять опрятный вид, насколько позволяют обстоятельства, — это твой стержень, твоя плоть и кровь. Это то достоинство, которое держит тебя на плаву.
Вглядываясь в зеркало, Чжоу Шэн подмечал в отражении все более разительное сходство со своим прежним обликом. В памяти всплыли безмятежные годы юности: как он гарцевал на коне по мостовым, слушал театральные напевы и предавался праздной лености. А следом пришли воспоминания о более поздней поре, когда все его нехитрое имущество умещалось в один потрепанный коричневый чемодан, а при себе были лишь очки да черная шляпа.
Казалось, все это было лишь вчера.
Чжоу Шэн неторопливо затянул держатели на рукавах рубашки и тихо, опустив голову, произнес — то ли себе, то ли кому-то незримому:
— Отныне впереди долгий путь. Я не предам это весеннее возрождение и никогда не вернусь к прошлому.
***
Когда Чжоу Шэн спустился в гостиную, тетушка Чжан, увидев его, одобрительно закивала:
— До чего же хорош! Глаз не оторвать!
— Правда? — с улыбкой отозвался Чжоу Шэн. — Вы ведь каждый день видите господина Чу, чья внешность безупречна. И на этом фоне мой наряд кажется вам приличным?
Тетушка Чжан шутливо погрозила ему пальцем:
— Ну что за глупости вы говорите! Я, конечно, баба неграмотная, складно изъясняться не умею, но точно знаю: вас двоих и сравнивать-то нельзя. Вы совсем разные.
Чжоу Шэн не стал развивать эту тему. Вскоре он попрощался и вышел из дома.
Сюй Чжао вызвался отвезти его в офис. Поскольку в район вилл Восточного озера с его строгой охраной посторонние машины не пропускали, парню пришлось ждать за воротами. Он приехал на видавшем виды сером подержанном автомобиле неизвестной марки — неказистом, но просторном, красная цена которому была тысяч тридцать юаней. Внутри все было вычищено до блеска.
Как только Чжоу Шэн устроился на пассажирском сиденье, Сюй Чжао завел мотор и с усмешкой произнес:
— Шэн-гэ, видел бы ты лица охранников на КПП! У них челюсти так и отвисли. Наверное, в голове не укладывается, что житель такого роскошного района может сесть в подобную колымагу.
— Не обратил внимания. В конце концов, машина — это лишь средство передвижения, — спокойно ответил Чжоу Шэн. — К тому же я должен поблагодарить тебя. Не приедь ты, мне пришлось бы вызывать такси.
Сюй Чжао махнул рукой:
— Да брось ты, Шэн-гэ, не чужие люди! Я эту развалюху только ради мамы и купил, чтобы возить ее в больницу. Мне за радость, что ты не брезгуешь. Если надо, я хоть каждый день буду у тебя водителем.
Чжоу Шэн мягко улыбнулся:
— Я позвал тебя вовсе не для того, чтобы ты крутил баранку.
Сюй Чжао в свое время окончил университет по специальности «экономика». Если бы не тяжелая болезнь матери, его жизнь не покатилась бы под откос в последние годы.
Чжоу Шэн сменил тему:
— Как себя чувствует матушка? Идет на поправку?
— Почти поправилась, — ответил Сюй Чжао, не отрывая взгляда от дороги. — Теперь достаточно раз в месяц ложиться на плановое обследование.
Сюй Чжао все еще чувствовал себя неловко из-за убогости своей машины, но нынешний Чжоу Шэн держался так просто и дружелюбно — совсем не так, как прежний капризный барчук, — что парень наконец набрался смелости и озвучил вопрос, который давно не давал ему покоя:
— Шэн-гэ... Ты и вправду женился?
— Ты откуда знаешь? — слегка удивился Чжоу Шэн.
Сюй Чжао изумился еще сильнее. Справившись с первыми эмоциями, он пояснил:
— Да ты сам за пару месяцев до своего исчезновения то и дело хвастался перед Сюй Линем и остальными, будто окольцевал того самого киноидола. Они тогда решили, что ты просто треплешь языком, и никто не поверил. А вчера мне вдруг позвонил один из той компании и давай расспрашивать, знаю ли я, как с тобой связаться. Но ты не переживай, Шэн-гэ, я им ни слова не выдал! Просто когда я приехал к твоему дому и понял, что это тот самый район вилл Восточного озера, где, по слухам из интернета, обитает Чу... в общем, у меня пазл в голове и сложился. Вот и спросил из любопытства.
Чжоу Шэн вспомнил назойливые уведомления в телефоне, скопившиеся за последние пару дней. Двое старых знакомых действительно донимали его расспросами о браке, намекая, что прослышали об этом от своих родителей.
Очевидно, прежний владелец этого тела, несмотря на все обещания сестре Фань, не умел держать язык за зубами. К тому же его союз с Чу Циньбаем так или иначе затрагивал интересы бизнеса. Хоть былой круг общения Чжоу Шэна и нельзя было назвать элитарным, у некоторых его приятелей семьи были весьма состоятельными и влиятельными. Чу Циньбай вбухал огромные деньги в его лечение, так что появление слухов оставалось лишь вопросом времени. Сложив это с хвастовством прежнего Чжоу Шэна, неудивительно, что праздные бездельники тут же кинулись за подтверждением.
Впрочем, все эти сообщения Чжоу Шэн просто проигнорировал.
Обратившись к Сюй Чжао, он лишь подтвердил:
— Да, это правда. Но дела обстоят непросто. Из-за его публичного статуса прошу тебя держать рот на замке и не болтать лишнего.
Сюй Чжао согласно закивал.
В душе он переживал за друга, понимая, что лезть не в свое дело не стоит. Если Шэн-гэ так рьяно оберегает тайну их брака, значит, питает к мужу искренние чувства. Но у людей уровня Чу Циньбая вокруг всегда вьются толпы искусителей. Да и в последние дни весь интернет гудел от слухов о его интрижке с каким-то популярным актером. Хотя пиарщики Чу Циньбая тут же состряпали опровержение, уверяя, будто это был обычный ужин со съемочной группой и они были не одни, черт их знает, где там правда, а где ложь.
Чжоу Шэн и не подозревал, какие мысли роятся в голове его спутника. Дорога от Восточного озера до офиса корпорации Чжоу заняла около сорока минут. По иронии судьбы, главное здание семейной фирмы располагалось всего в паре кварталов от агентства Чу Циньбая. Стоило Чжоу Шэну выйти из машины, как он тут же приметил вдали знакомый гигантский рекламный щит на крыше высотки.
Сюй Чжао, ничего не зная об этом соседстве, с сомнением покосился на стеклянные вращающиеся двери офисного центра и предложил:
— Шэн-гэ, может, мне пойти с тобой?
Чжоу Шэн обернулся и невольно рассмеялся:
— Ты за кого меня принимаешь? Думаешь, я туда драться иду?
— Твой младший братец доверия не внушает, — хмуро буркнул Сюй Чжао. — Я поспрашивал людей: он сейчас рулит проектным отделом корпорации. В компании поговаривают, что в следующем месяце его вообще назначат генеральным директором. Если ты вот так просто придешь туда, он из шкуры вон вылезет, чтобы тебя сожрать.
Чжоу Шэн покачал головой:
— Я иду не к нему. — Он не стал вдаваться в подробности, а лишь добавил: — Занимайся пока мамой, не волнуйся ни о чем. А когда придет время — ты мне понадобишься.
Сюй Чжао опешил. До этого момента он полагал, что Шэн-гэ обронил обещание взять его на работу просто из вежливости. В конце концов, парень даже не успел защитить диплом, да и опыта у него не было никакого. Услышав эти слова вновь, он ощутил, как в груди вспыхнул восторг, который тут же сменился глухой тревогой. Он ловил себя на том, что благоговеет перед новым Чжоу Шэном и безоговорочно верит каждому его слову. Но за какие такие заслуги? Что он вообще умеет, кроме тяжелого физического труда?
Он замялся:
— Шэн-гэ, но ведь я...
— Я знаю, о чем ты переживаешь, — мягко прервал его Чжоу Шэн, вглядываясь в загорелое, обветренное лицо паренька. — Перестань себя недооценивать. Если пока не можешь поверить в собственные силы — просто поверь в мое чутье на людей.
У Сюй Чжао едва слезы не брызнули из глаз. Когда мама слегла, а денег на лекарства отчаянно не хватало, он обивал пороги десятков контор в поисках работы. Но у кого примет резюме недоучка без диплома и стажа? Нормальные компании брезгливо захлопывали перед ним двери. За эти неполные три года он успел побывать и курьером, и автомехаником, таскал мешки с цементом на стройках, разгружал фуры. А когда судьба свела его с компанией зажравшихся мажоров, он прекрасно понимал, что для них он — пустое место, шут гороховый, над которым можно глумиться. Ему было плевать на их насмешки, ведь прежний Чжоу Шэн хотя бы платил ему за услуги. Сюй Чжао помнил это добро.
Но он и помыслить не мог, что однажды этот высокомерный прежде барич скажет ему такие слова.
Сюй Чжао не понимал, как человек, который выглядит настолько недосягаемым, может так искренне и великодушно протянуть ему руку. Сюй Чжао рос без отца, сполна познал неприкрытую человеческую подлость и хлебнул горя. Даже если эти слова были всего лишь утешением — он до гроба останется благодарен Чжоу Шэну за то, что тот увидел в нем человека.
Сюй Чжао поспешно отвернулся, не желая показывать свою слабость. Он завел мотор и торопливо бросил:
— Ладно, Шэн-гэ, иди. Если вдруг что понадобится — сразу звони мне!
Машина резко тронулась с места и скрылась в дорожном потоке. Сюй Чжао твердо решил для себя: нужно учиться, вгрызаться в книги каждую свободную минуту. Он костьми ляжет, но не опозорится, когда Шэн-гэ действительно призовет его на помощь.
***
Войдя в холл, Чжоу Шэн окинул взглядом интерьер. Корпорация Чжоу, будучи старым авторитетным предприятием, пускай и переживала не лучшие времена, все еще твердо стояла на ногах — под офисы здесь было отведено целых семнадцать этажей. Однако дьявол крылся в деталях: скучающие девицы на ресепшене, засыхающие декоративные деревья в кадках, зевающие на ходу клерки. Вся эта сонная, застойная атмосфера красноречиво свидетельствовала об увядании некогда великой бизнес-империи.
Девушка за стойкой при виде Чжоу Шэна на секунду оцепенела, а затем поспешно поднялась. Однако, услышав, что гость требует аудиенции у председателя правления Чжоу Цицуна, она вежливо, но твердо произнесла:
— Господин, у вас назначено? Без предварительной записи господин Чжоу не принимает.
— Назначено, — спокойно ответил Чжоу Шэн. — Имя — Чжоу Шэн. На девять утра.
Администратор лишилась дара речи. Ее взгляд метался от экрана монитора к лицу стоявшего перед ней мужчины, словно она пыталась сопоставить несовместимое.
У старого председателя было двое сыновей, и оба пользовались в компании дурной славой, каждый по-своему.
Младшего, Чжоу Суна, сотрудники видели регулярно. Тот уже год как стажировался в компании после выпуска: парень компанейский, остроумный, обаятельный. И это несмотря на то, что вся контора шепотом обсуждала, как он еще полгода назад затащил в постель Линду из рекламного отдела, умудряясь при этом сохранять статус образцового бойфренда при официальной невесте.
Но старший сын, Чжоу Шэн, превзошел всех. Классический избалованный отпрыск богатых родителей, вечный источник проблем. Если он и заявлялся в офис, то лишь с одной целью — вытрясить из отца денег. Из-за их бурных семейных сцен председателю Чжоу приходилось менять разбитые стационарные телефоны в кабинете чуть ли не каждый месяц. Все сотрудники, даже те, кто не знал Чжоу Шэна лично, помнили его карикатурный образ: обесцвеченные волосы, рваные джинсы с какими-то цепями. Он обычно разваливался в кожаном кресле прямо в лобби, закидывал ногу на ногу и заявлял секретарю: «Передай Чжоу Цицуну: если завтра утром бабки не упадут мне на карту, его любимый младшенький приковыляет в офис на костылях».
И вот, после почти года тишины, этот скандалист объявляется снова. Но почему он выглядит как совершенно другой человек?
Девушка как раз собиралась уточнить, не тезка ли он, как вдруг стеклянные двери закружились, пропуская внутрь целую делегацию.
В холл стремительным шагом вошел председатель Чжоу в окружении нескольких старейших акционеров компании. Волосы Чжоу Цицуна уже тронула заметная седина, но он по-прежнему держал осанку, а в его чертах угадывалась былая привлекательность. Суровые складки у переносицы выдавали человека жесткого характера.
Администратор робко перевела взгляд на Чжоу Шэна, который тоже наблюдал за вошедшими. Поколебавшись мгновение, она набралась смелости и негромко окликнула руководителя, прерывая его оживленную беседу с коллегами:
— Господин Чжоу...
Чжоу Цицун недовольно повернул голову к ресепшену. На его лице застыла суровость, но стоило ему перевести взгляд на стоявшего рядом молодого человека, как он осекся.
Чжоу Шэн вежливо склонил голову:
— Отец.
http://bllate.org/book/35909/4524279
Готово:
