Они дали ему имя, определили день рождения. В обычные дни всем, что у них было, они непременно делились с ним.
По крайней мере, в первые годы они были словно настоящая семья.
Даже когда потом он постепенно рос и, узнав о некоторых вещах, был вынужден становиться всё более жестоким и хладнокровным, при виде Ло Июя он не мог сдержать нахлынувшей мягкости.
Пусть даже эта крупица мягкости была спрятана глубоко-глубоко внутри, почти невидимая.
Шэнь И понимал: получить удар в спину от незнакомца и быть преданным близким человеком — это два совершенно разных чувства.
Он мог это понять, но не мог принять.
Поэтому Шэнь И поднял голову, внимательно и серьёзно вглядываясь в черты лица Ло Июя, и равнодушно произнёс:
— Не стоило тебя спасать.
Ло Июй сдержал улыбку, ещё сильнее сжав пальцами его кости:
— Верно, вырастил тигра, который обернулся против меня. Раскаялся? Жаль, но теперь уже поздно.
Он помолчал и с горькой усмешкой добавил:
— Брат, ты запер меня на Подземном уровне, и мне уже было достаточно больно. Теперь ты хочешь сказать эти слова, чтобы сделать ещё больнее?
Шэнь И усмехнулся:
— Больнее? Ты и вправду думаешь, что если выучил пару словечек, которыми люди выражают эмоции, то перестал быть зверьем?
Неизвестно, какое именно слово в этой фразе задело Ло Июя за живое.
Он отпустил руку Шэнь И, несколько секунд пристально смотрел на него, а затем поднял ладонь и чисто, одним движением нанёс ему оглушительную пощёчину.
— Какое высокое чувство расового превосходства.
В этот удар была вложена вся сила.
Шэнь И, взрослый мужчина ростом под метр восемьдесят, от такого удара не устоял на ногах — он отшатнулся на несколько шагов назад, едва сумев сохранить равновесие.
В ухе вспыхнула резкая боль.
Словно что-то острое пронзило его насквозь.
В левом ухе нарастал непрерывный гул, а все остальные звуки стали невнятными и далёкими.
Будто он слушал внешний мир сквозь какую-то преграду.
Скорее всего, у него лопнула перепонка.
Шэнь И даже немного восхитился собой: он умудрялся сохранять спокойствие в такой ситуации.
В глубине души он даже приготовился умереть ещё раз.
Но на самом деле…
Возможно, из-за того, что его оглушило ударом, он даже не заметил, что дрожит.
Страх смерти у людей не нуждается в причинах.
Даже если он старался быть максимально рациональным и внушал себе, что всё равно, он всё равно подсознательно боялся того времени ожидания, когда нож вот-вот должен был опуститься на голову.
Голос Ло Июя доносился до него словно сквозь туман:
— Так ты думаешь, что мой гнев сейчас — притворство, лишь подражание людям?
Шэнь И коснулся распухшего уголка рта и легко усмехнулся:
— До этого не дошло. В конце концов, если пнуть дворовую собаку, она тоже подскочит и укусит.
Ло Июй пришёл в ярость, и его взгляд сейчас ничем не отличался от взгляда голодного волка, смотрящего на кусок сырого мяса.
Казалось, в следующее мгновение он бросится вперёд, чтобы безумно вцепиться в его горло.
Этот облик был настолько угрожающим, что Шэнь И внезапно вздрогнул, ощутив непреодолимое желание отступить.
Неизвестно, к счастью или к несчастью, но в дверь постучали.
Три вежливых, сдержанных стука.
Ло Июй, который хотел схватить его за горло, отвлёкся и опустил руку.
Голос его не выражал ни радости, ни гнева, но в нём сквозило необъяснимое величие:
— Войди.
Вошедший человек опустился перед Ло Июем на одно колено.
— Король, первая облава на людей прошла успешно.
Этот древний титул, пропитанный духом чуждой расы, заставил Шэнь И замереть.
Его охватило абсурдное чувство, будто он подобрал на улице обычную дворнягу, а она оказалась повелителем целого района.
Как это возможно?
Ло Июй умер всего три года назад.
Как он мог за столь короткий срок собрать Экспериментальные образцы и стать их предводителем?
Как ему это удалось?
Новый Экспериментальный образец перевёл взгляд на него, и в глазах его заиграла насмешка, он сам заговорил:
— Доброго дня, господин.
Лицо Шэнь И помрачнело.
Он понимал, что сейчас выглядит жалко.
Левая сторона лица распухла и горела, из уголка губ сочилась кровь, половина слуха почти пропала.
То, что он когда-то мог уничтожить одним приказом, теперь возвышалось над ним…
Шэнь И стиснул зубы.
Он узнал этот Экспериментальный образец — тот принадлежал ко второй группе и был одним из его подчинённых.
Только вот из-за того, что он однажды укусил ассистента, Шэнь И лично приклеил ему ярлык бракованного.
Если бы не случай с Ло Июем, через пару дней его бы уже скормили рыбам в океане.
Тогда он смотрел на Шэнь И с ненавистью и жаждой убийства.
Теперь же осталась лишь насмешка.
Ло Июй бросил Экспериментальному образцу:
— Не нужно мне отчитываться, действуй сам.
Слишком чужой.
Эта давящая аура.
В нём не осталось ни тени прежнего человека, и Шэнь И не знал, как теперь с ним себя вести.
Экспериментальный образец отозвался, но перед тем как покинуть лабораторию, внезапно бросил Шэнь И:
— Не ожидал, что однажды увижу вас в такой унизительной позе.
Согласно планам короля, вряд ли пройдёт много времени, прежде чем можно будет увидеть, как его личность будет полностью сломлена и он будет на коленях молить о прощении.
Шэнь И нахмурился и внезапно поднял голову, его тон стал ещё резче:
— Когда тебя наказывали, ты ныл и кричал, а теперь, лишь воспользовавшись случаем и убив пару наших людей, ты возомнил, что перевернул игру?
— Не забывай, вы всего лишь кучка искусственно созданных тварей.
Он повернулся к Ло Июю, его голос звучал ледяным холодом:
— Ло Июй, либо убей меня сразу, не давай мне шанса. Иначе я обязательно убью тебя тысячу раз.
Выражение лица Ло Июя почти не изменилось.
Лишь пальцы, опущенные вдоль тела, слегка дрогнули.
Но не от страха.
Просто ему стало немного грустно.
Однако эта едва уловимая печаль тут же была погребена под нахлынувшей волной ненависти.
Он сказал:
— Шэнь И, просидев в лаборатории столько лет, ты ведь давно не выходил наружу, верно?
Шэнь И насторожился:
— Что ты задумал?
— Чего боишься? — усмехнулся он. — Просто хочу, чтобы ты составил мне компанию.
Когда звуки внешнего мира были искажены и ничего нельзя было разобрать, тревога в сердце Шэнь И лишь усилилась.
Он подсознательно хотел сбежать, спрятаться в маленьком пространстве, отгородившись от всех.
Точно так же, как тогда, когда он убил Ло Июя.
Ло Июй, не слушая возражений, схватил его за запястье:
— Я не отпущу, иди следом. Иначе, если вывихнешь руку, я не стану помогать.
Шэнь И был вынужден последовать за ним.
Здесь, помимо Подземного уровня, где проводили вскрытия и другие кровавые эксперименты, территория была разделена на три сектора по алфавиту.
Шэнь И, будучи куратором сектора А, славился своей безжалостностью и жестокостью в управлении всеми Экспериментальными образцами.
Звучит красиво.
На самом деле, это просто кучка лицемеров наверху, пользуясь своим положением, не хотела марать репутацию званием палача и свалила всю грязную работу на них, молодых, заставляя быть убийцами.
Мозг Шэнь И лихорадочно работал.
Физические показатели Ло Июя сейчас пугающе высоки.
Если он хочет отомстить, он мог бы убить его на месте — зачем эти игры?
Он вышел следом за Ло Июем из лаборатории, где стояли инкубаторы для Экспериментальных образцов.
Расстояние до главных ворот составляло всего сотню метров.
Но путь был устлан трупами, которые почти превратились в гору.
Кровь текла по полу, густая и липкая. Когда наступаешь, она тянется тонкими нитями.
Каждый раз, когда Шэнь И видел знакомые лица, он не мог не запнуться, и мысли его замирали.
А потом его приводила в чувство резкая боль от рывка за запястье.
Так продолжалось до тех пор, пока он не увидел старика, которому было за шестьдесят.
Шэнь И охватил холод, и эта иллюзорная пелена сна, наконец, дала трещину.
— Лао Бай… профессор Бай?
Ло Июй, даже не взглянув, просто отшвырнул труп ногой:
— Обычный старик, кто знает, как его звали… Что, узнал? Он тебе дорог? Уже жалеешь его?
В его словах сквозила какая-то необъяснимая ревность.
Помолчав, он горько усмехнулся:
— Кажется, кроме меня, все тебе дороги.
Глава 5. Я прошу тебя.
Эти слова Шэнь И уже не слышал.
В тот момент, когда он подтвердил личность лежащего перед ним человека, в голове словно что-то взорвалось. Вместе с непрекращающимся звоном в левом ухе разноголосица хаотичных шумов причиняла нестерпимую боль.
Шэнь И, не обращая внимания на уже покрасневшее от боли запястье, сам вцепился в руку Ло Июя.
— Ло Июй… — голос его охрип. — Он сделал мне много добра, ты не мог бы… в память о том, что мы когда-то…
О том, что?
О том, что были семьёй, были опорой друг для друга?
Этого он сказать не мог, да Ло Июй и не стал бы слушать.
Шэнь И лихорадочно перебирал в уме варианты, но с отчаянием понял, что у него нет ни одной причины, по которой Ло Июй мог бы его послушать.
Он решил опустить всё остальное и продолжил:
— Он не должен был умирать, ты не мог бы вернуть его к жизни? Я клянусь, он никак не помешает твоим планам.
Произнося это, Шэнь И, обычно всегда спокойный, едва не сорвался на рыдания:
— Лао Бай, он не должен был, не должен был умереть такой смертью…
Ло Июй неожиданно прервал его:
— А как ты думаешь, я должен был умереть той смертью?
Шэнь И на мгновение замер, не зная, как оправдаться.
Этот пронзительный крик, этот взгляд, полный ужаса… Разве он сам не знал, что Ло Июй не должен был умирать такой смертью?
Самое смешное, что даже перед самой смертью этот ребёнок не верил, что Шэнь И действительно бросит его.
Именно он собственными руками разорвал это доверие в клочья.
Шэнь И с трудом нашёл в себе силы произнести:
http://bllate.org/book/35907/4447924
Готово:
