Готовый перевод The Pampered Fake Young Master Just Wants to Eat Melon / Приёмный сын хочет только сплетничать: Глава 10

Линь Тэнфэй на самом деле уже поел, но проголодался быстро, а от вкусной еды отказываться, конечно же, не стал: — Спасибо, тётушка.

Линь Ивэй тут только и бросил на него упрёк: — Только о еде и думаешь! Посмотри, до чего отъелся! Если не сядешь на диету, потом девушку не найдёшь.

Не успел он отчитать собственного сына, как тут же без перехода принялся пилить Чу Хэяня: — Сестра, ты слишком балуешь детей. Где это видано — садиться за завтрак в такую рань? Скоро уже полдень.

Линь Цинлуо холодно глянула на него: — Наговорился?

Линь Ивэй опешил и обиженно протянул: — Сестра, я-то опять чем тебе не угодил? Дети же за столом, прояви ко мне хоть немного уважения, ладно?

Линь Цинлуо велела Чу Хэяню и Линь Тэнфэю идти завтракать, а Линь Ивэя оставила стоять в одиночестве. Тот поломал голову, но так и не смог понять, с чего это вдруг Линь Цинлуо напустила на него такой кислый вид.

Совестью он обделён не был, поэтому подсел к Линь Цинлуо и, перехватив инициативу, сам налил ей чашку чая: — Сестра, если я где-то случайно тебя обидел, позволь хотя бы извиниться, хорошо? Перестань на меня сердиться.

Линь Цинлуо не притронулась к чаю и, окинув его испытующим взглядом, спросила: — Что в конце концов с папиным здоровьем?

Линь Ивэй тяжело вздохнул: — Эх, и не спрашивай. Только и делаем, что мотаемся в больницу, и вот — опять положили. Мы с матерью Тэнфэя днём и ночью дежурим у постели, ухаживаем, о каком бизнесе тут думать. Тэнфэй вот-вот в университет поступает — опять уйди уймища денег. А чтобы он попал в нормальное учебное заведение, мы взяли квартиру в районе хорошей школы, за неё и по сей день ипотеку выплачиваем. На детей траться, на стариков траться — тяжело это, понимаешь ли.

Линь Цинлуо уточнила: — Сто тысяч, что я дала тебе в прошлом месяце, уже улетели? Где больничные счета? Покажи мне.

Линь Ивэй переменился в лице: — Сестра, что за слова такие? Ты что, даже мне не веришь? Я столько лет ухаживаю за родителями — пусть без особой пользы, но сил положил немало!

Линь Цинлуо отрезала: — Я тебе не верю? Это я-то тебе не верю! Говори толком: за эти годы я перевела тебе на лечение отца с матерью больше трёх миллионов, куда делись такие деньжищи?

Линь Ивэй резко вскочил на ноги и завопил: — Тэнфэй, иди сюда, скажи своей тётке: тратил твой отец деньги на лечение дедушки с бабушкой или нет?!

Линь Тэнфэй испуганно вздрогнул, и ложка выпала у него из рук.

Он робко покосился на Линь Ивэя и Линь Цинлуо, несколько мгновений беззвучно шевелил губами, но так ничего и не ответил.

Чу Хэянь велел подать ему другую ложку: — Ничего страшного, продолжай кушать.

[Дядя даже пенсии дедушки с бабушкой норовит присвоить, с какой стати у него хватает совести заставлять племянника лжесвидетельствовать? Он же ещё и домашний тиран — жена и кузен вечно битые, но бояться пикнуть кому-нибудь. С таким папашей неудивительно, что старшая кузина носа дома не показывает.]

Услышав это, Линь Ивэй рассвирепел и заорал: — Чу Хэянь, ты здесь посторонний человек, какого чёрта лезешь в дела нашей семьи?!

Он даже не заметил, что Чу Хэянь сидит с опущенной головой и хлебает кашу, вовсе не раскрывая рта, и решил, что парень нарочно подкапывается под него.

Линь Цинлуо в ярости ткнула в него пальцем и пригрозила: — Линь Ивэй! Заткнись немедленно!

Испугавшись, что Чу Хэянь выведет его ложь на чистую воду, Линь Ивэй от страха и стыда перешёл в нападение: — Сестра, тебе пора прозреть! Твой родной сын столько лет мыкался по чужим углам из-за этого самозванца, занявшего чужое место! Мало того, что ты не выгнала его взашей, чтобы отомстить за родного ребёнка, так ты теперь ещё и слушаешь его бредни, подозревая собственного брата! Какую он тебе закваску в голову залил?

Раздался звонкий шлепок — Линь Цинлуо отвесила ему смачную пощёчину.

Ошеломлённый ударом, Линь Ивэй не верил своим ушам: — Сестра! Ты бьёшь меня из-за какого-то приемыша, у которого с нашей семьей нет ни капли общего? Я тебе родной брат или кто?!

Линь Цинлуо с размаху ударила его второй раз: — Бью именно тебя, неблагодарную скотину! Янь-янь вырос на моих глазах, и моему сыну не позволено выслушивать твои грязные сплетни!

Она потрясла занывшей рукой и подозвала управляющего: — Проверь историю болезни и все выписки моих родителей за последние годы, до последнего листочка! Я хочу своими глазами увидеть, куда уплыли эти деньги!

Глава 5

Поняв, что сестра на этот раз настроена предельно сердито, Линь Ивэй тут же сменил гнев на милость и рухнул на колени: — Сестра, я был неправ, я всё понял, выслушай моё объяснение!

Управляющий бросил взгляд на Линь Цинлуо и уточнил: — Всё равно проверять?

Линь Цинлуо отчеканила: — Проверять!

Больше всего на свете она ненавидела ложь от близких людей, и сейчас ни единому слову Линь Ивэя она не верила — ей подавай неопровержимые доказательства.

Сообразив, что дело пахнет керосином, Линь Ивэй отчаянно затараторил, пытаясь оправдаться: — Сестра, признаю, не все деньги, что ты присылала, ушли на лечение наших стариков, но и меня винить нельзя! Мать с отцом знали, как тяжело мы с матерью Тэнфэя зарабатываем копейку, жалели нас и сами не хотели брать эти деньги, говорили, что им хватает их пенсий. Пусть я потратил не всё до копейки, но за больными ухаживал как положено! Считай эти деньги платой за мои труды, тебе что, жалко? Всё равно ведь деньгами не обижена!

Слушая его излияния, Линь Цинлуо испытывала лишь омерзение: — Линь Ивэй! У тебя вообще осталась хоть капля стыда?

Она подозвала управляющего обратно: — Выясни всё до конца: куда уходили родительские пенсии и каково движение средств по счетам этого мошенника!

Линь Ивэй рухнул плашмя на пол и на коленях подполз к ногам Линь Цинлуо, ухватившись за них и умоляя о пощаде: — Сестра, не надо проверок, я во всём сознаюсь, слышишь, во всём! Да, я не тратился на стариков и прибрал к рукам их пенсии, но меня вынудили обстоятельства! Дай мне шанс, сестра, я обязательно исправю всё, клянусь, больше ни за что не оступлюсь!

С отвращением отпихнув его ногой, Линь Цинлуо бросила: — Тогда выкладывай начистоту: куда делись деньги? Ты случайно не вляпался во что-то запретное?

Растянувшись на полу от пинка, Линь Ивэй понуро молчал, не в силах выдавить ни слова, лишь продолжая наперебой божиться, что впредь возьмётся за ум.

Перелистывая светскую хронику, Чу Хэянь мысленно усмехнулся: [А дядя хорош: завел любовницу на стороне, завёл интрижку, да ещё та и подбила его на азартные игры. Чем больше рос игорный долг, тем меньше он думал о том, чтобы вовремя остановиться; подстрекаемый этой девицей, он побежал брать деньги у ростовщиков, надеясь отыграться, а в итоге заложил даже ту квартиру в хорошем районе. Ах да, ещё те коммерческие помещения в самом центре, которые ему купила мама, кредиторы давно перепродали по дешёвке.]

http://bllate.org/book/35881/4444468