Когда Су Чжи вернулся из стационара, он обнаружил, что Сяо Жуаньтан уже ушел. Спросив на стойке регистрации, он узнал, что расходы на осмотр той беременной женщины уже оплачены, результаты обследования в порядке, ничего страшного, всё в норме.
Су Чжи вызвал машину, чтобы отправить беременную женщину домой, и только после этого покинул больницу.
Вернувшись домой, он получил звонок от своего агента Тун Лиюнь, которая сообщила, что ему предлагают главные роли в двух фильмах.
Первый — остросюжетный детективный экшен с двумя главными героями, а у второго довольно специфическая тематика: это фильм о однополой любви.
Су Чжи опешил: — Фильм про однополую любовь?
Дело было вовсе не в том, что у него имелись какие-то предрассудки. При его нынешнем статусе участие в гей-драме не оказало бы серьезного влияния на карьеру. Однако, судя по прежним методам работы Тун Лиюнь, она никогда бы не стала брать для него сценарии подобной тематики. В конце концов, учитывая реалии отечественного кинопроката, такие картины всё же несли в себе определенные риски, и еще бабушка надвое сказала, удалось бы им вообще пройти цензуру.
— Продюсером и режиссером этой ленты выступает лично режиссёр Лю.
Су Чжи сразу всё понял. Режиссёр Лю — это ведущий постановщик с ярко выраженным авторским стилем. Личная жизнь у него была довольно бурной, но вот выходящие из-под его руки работы отличались бескомпромиссным качеством. Большинство его картин фокусировалось на маргинализированных группах общества и исследовало социальные проблемы, а его режиссерский почարек в некоторой степени напоминал стиль Скорсезе, что весьма импонировало вкусам жюри нескольких крупных европейских кинофестивалей.
— А что насчет фильма с двумя главными героями?
— Режиссер — Ван Ганьвэй, а на роль второго главного героя утвердили Лю Чи по требованию инвесторов. — В самом конце голос Тун Лиюнь стал тише.
Ван Ганьвэй был весьма искушенным режиссером коммерческого кино. Су Чжи уже доводилось с ним работать, и результаты совместного творчества оказались вполне успешными. Но услышав имя Лю Чи, он едва заметно нахмурился. Тот был восходящей молодой звездой, чья внешность идеально отвечала современным женским стандартам красоты, благодаря чему пользовался бешенытой популярностью.
Су Чжи сталкивался с ним пару раз: в общении парень вел себя вроде бы скромно, но актерской школы за плечами не имел, и его мастерство нельзя было назвать даже сносным, он никак не тянул на главную роль в полном метре. Однако в последнее время его популярность била все рекорды, да и компания Ханьсин не жалела на него средств. Главным инвестором в новом фильме режиссера Ван Ганьвэя выступала как раз Ханьсин.
Поэтому неудивительно, что на роль второго главного героя навязали именно Лю Чи.
— Ничего не поделаешь, раз зрителям он нравится. Даже если у него будет каменное лицо, публика всё равно схавает, — невзначай добавила Тун Лиюнь.
— Скинь мне сценарий, я ознакомлюсь, а потом решим.
— Понял!
Когда Су Чжи изучил оба сценария и отправил Тун Лиюнь сообщение, было уже десять часов вечера.
Он выключил компьютер, устало помассировал переносицу, достал телефон и написал сообщение Лю Чи. Но перед тем как выйти из приложения, прямо под названием беседы «Десять вечера — время баиньки» мелькнуло знакомое имя.
Сегодня меня задели? Задели!: Поднимите глаза на название группы! Спать легли, спать?
Лян Хаошэн: Нет...
Янь Су: ……
Чэнь Цзяфань: У меня сейчас фонтан идей.
Сегодня: Платите деньги, платите! Быстро гоните деньги! Вы все — сплошное ничтожество!
Ниже шла длинная цепочка красных конвертов.
Сегодня: Хэ-хэ-хэ~
Янь Су: Сел поудобнее, Сяотан, ты сменил ник, поздравляю! Машину разбил?
Сегодня: ……Разбил!
Чэнь Цзяфань: Ха-ха-ха, на этот раз не знакомый?
Сегодня: Незнакомец…
Янь Су: Сяотан, скажи, на тебе проклятие, что ли?
Лян Хаошэн: Это уже третий раз за этот месяц?
Сегодня: Ага. Первые два раза я только выходил из машины, как мошенники, стоило им увидеть мое лицо, тут же делали невозмутимый вид, отряхивали зады и сбегали.
Чэнь Цзяфань: Точно проклятие.
Янь Су: Каждый раз, когда тебя пытаются подставить, ты сам громишь машины в ответ. Наверное, ты уже прославился в тех кругах.
Сегодня: Мне это не нужно, спасибо!
Сегодня: Янь Су, ты в последнее время снимаешься? Можешь закинуть меня до компании? Этот живодёр Жуань говорит, что не станет менять мне машину и запрещает Сяо Ли меня забирать!
Янь Су: Побыть твоим личным водителем не проблема, но с тебя помощь в выборе сценария.
Сегодня: Посылаю тебе средний палец! Меня сегодня этот живодёр Жуань уже один раз прокатил на баре! А ты опять норовишь использовать меня как собаку!
Янь Су: *Улыбаясь, гладит собаку по голове.jpg*
Сегодня: Катись к черту!
Чэнь Цзяфань: Кстати говоря, как на этот раз удалось выкрутиться?
Сегодня: Это был толстяк! Это был толстяк! Я люблю толстяка!!
Настоящий толстяк весом в двести цзиней, он же кинозвезда Су Чжи, на мгновение замер, удерживая палец на экране, и испытал весьма противоречивые чувства.
Сегодня: В этот раз разбивать машину было бесполезно! Выручил меня толстяк! Толстяк весом в двести цзиней просто красавец!
Янь Су: Подожди-ка…
Янь Су загрузил скриншот.
На нем красовались слова, сказанные самим господином директором сегодня утром.
Янь Су: Разве ты не говорил, что он — деревенская версия актера второго сорта, угольный магнат, у которого рано или поздно разовьется импотенция, да еще и с маленьким ху*м?
Су Чжи по ту сторону экрана: «……»
Сегодня по эту сторону экрана: ……
Сегодня: На этот твой выпад у меня нет ответа.jpg
Сегодня: Не зацикливайтесь на таких мелочах! Слушайте сюда! Я положил глаз на толстяка!
Лян Хаошэн: ……Босс, простите, но ваши вкусы мне не понять…
Сегодня: Катись к черту! Я намерен переманить его к себе в личные помощники! Посмотрим, кто после этого осмелится бросаться под мои колеса!
Сегодня: Только вот не знаю, получится ли переманить. У него собственная студия, возможно, занимается постпродакшеном, судя по всему, в деньгах не нуждается… но вряд ли он богаче Жуань-дичжу. Как думаете, если я попрошу Жуань-дичжу выкупить его студию, а потом затащу его в постель, сработает? Когда я стану его боссом, ему придется во всем мне подчиняться, и тогда я заставлю его ублажать меня!
Лян Хаошэн: А после этого твой старший брат превратит тебя в инвалида третьей группы.
Янь Су: А это мысль, я поддерживаю.
Чэнь Цзяфань: Присоединяюсь, присоединяюсь.
Сегодня: ……
Сегодня: Мусор!
Раздраженно швырнув телефон на диван, Сяо Жуаньтан повернул голову в сторону кухни и рявкнул: — Мам! Мам! Мне уже можно снимать маску с лица?
— Закрой рот! Еще пять минут!
— Мучения!
— Мучайся, но терпи!
— Я спать хочу!
— Сначала сделай маску, потом спи!
Господин директор от нечего делать продолжил разваливаться на диване.
Прошло две минуты.
— Мам!
— Иду, иду я! Чего орешь?!
Через некоторое время человек с кухни наконец появился, прихватив с собой тарелку с нарезанными фруктами. На лице Сяо Сюжун красовалась точно такая же маска. Закинув в рот кусочек яблока, наколотый на зубочистку, она подошла к своему младшему сыну, уселась рядом, скрестив ноги, после чего взяла пульт от телевизора, включила экран и принялась с аппетитом смотреть передачу.
Стоял отчетливый и звонкий хруст жующегося яблока.
У господина директора было крайне сложное на душе.
Потерпев какое-то время, он всё же не выдержал и предъявил претензию: — Мам, задам тебе вопрос, отвечай честно.
Госпожа Сяо скосила на него глаза: — Чего тебе?
— Я всё еще твое сокровище?
Госпожа Сяо еще раз глянула на него, затем перевела взгляд на тарелку с фруктами на журнальном столике, мгновенно всё сообразила и безапелляционно заявила: — Нет.
Госпожа Сяо с предельно серьезным видом повернулась к нему, указала на тарелку с фруктами и произнесла: — Мелкий негодяй, из-за тебя до твоих шестнадцати лет я вообще не смела покупать домой фрукты. За те шестнадцать лет количество раз, когда я ела фрукты, можно было пересчитать по пальцам одной руки, да и то я ела их украдкой за твоей спиной, боясь, что ты заметишь. Женщины стареют быстрее, если не едят фрукты, говорю тебе, Сяо Сяотан, из-за тебя я постарела на сколько лет, а теперь ты еще и маме запрещаешь фрукты есть?
Господин директор мгновенно сник: — Да нет же… Ешь, ешь на здоровье…
Его макушку снова погладили.
— Умничка~
Вернувшись в комнату, господин директор лег в постель, пытаясь настроиться на сон. Ворочаясь с боку на бок и не в силах уснуть, он в конце концов поколебался немного, открыл чат в WeChat и принялся жаловаться.
Сегодня: Мама снова ест яблоки прямо передо мной, молю о пожалейке и утешении…
Янь Су: Человеческая трагедия.
Лян Хаошэн: На это больно смотреть.
Чэнь Цзяфань: Сяотан, неужели ты до сих пор не привык…
Ся Дун: ……Слушай, может, заказать тебе яблочный пирог, чтобы сбить охотку?
Сегодня: ……Пожалуй, не надо…[*Горько плачет, искажая лицо*.jpg]
Янь Су: Ну или перед сном сегодня побольше думай о яблоках, глядишь, во сне удастся наесться.
Лян Хаошэн: Повторяй про себя пару раз: я хочу съесть яблоко, — и бог яблок тебя услышит.
Сегодня: *Средний палец*.jpg
Отбросив телефон, господин директор почувствовал себя немного обиженным.
В глубине души полуверуя-полусомневаясь, он про себя несколько раз повторил: «Я хочу съесть яблоко, я хочу съесть ананас», после чего принял правильную позу, сложил руки на груди и с полнейшей надеждой погрузился в сон, рассчитывая увидеть сладкий сон о поедании яблок.
И тогда господин директор проспал всю ночь напролет.
Это был кошмар, способный довести господина директора до нервного истощения.
Во сне он стоял в саду Второй больницы, а рядом возвышался тот самый металлический мусорный бак, который он пнул накануне.
Ошеломленный, он во все глаза наблюдал, как железный контейнер безо всякой видимой причины с грохотом валится на бок.
Стоило ему не поднять его, как бак сам вставал и снова с грохотом падал.
В итоге господин директор не съел ни единого яблока, зато целую ночь напролет только и делал, что поднимал мусорный бак.
Ему казалось, что на его шею уже можно повязывать ярко-красный пионерский галстук.
Когда он проснулся, в ушах всё еще стоял грохот падающего на землю мусорного бака.
И где обещанный бог яблок?! В мусорке не было даже огрызка!
Мусор!
К наступлению следующего дня Су Чжи прибыл во Вторую больницу и издалека увидел Сяо Жуаньтана: с двумя огромными темными кругами под глазами тот сгорбившись сидел на корточках на скамейке возле мусорного бака. Прядка волос на макушке торчала в разные стороны, сам он выглядел абсолютно изможденным, то и дело клюя носом и чуть ли не засыпая на ходу.
Но стоило кому-то пройти мимо, как он мгновенно подскакивал, широко распахивая покрасневшие от лопнувших сосудов глаза, и в упор уставлялся на прохожего.
Это до смерти напугало нескольких больных, направлявшихся по своим делам, и обратило в бегство пару человек, намеревавшихся выбросить мусор.
— На вид такой нормальный, а на деле психопат!
— И надо же, такая смазливая мордашка!
……
Су Чжи вошел в палату и увидел, что его младший брат стоит у окна, глядя куда-то вдаль, в сторону мусорного бака. Распознав, кто там сидит, Су Чжи нахмурился еще сильнее.
— Ты устроил?
Услышав голос за спиной, Су Вэнь медленно повернулся. На его лице отразилось легкое недоумение, после чего он неторопливо кивнул.
Су Чжи: «……»
http://bllate.org/book/35855/4440859
Готово:
