Она испугана.
Она чувствует нервозность.
Её сердце дрогнуло.
Цяо Вэйи вспомнила, как только что поцеловала сестру в щеку, и без колебаний выбрала третий вариант ответа.
— Сестричка, у тебя так быстро бьётся сердце. Твоё сердце дрогнуло? — она испытующе посмотрела на Цяо Янь, а её красивые глаза не отрывались от нежно-розовых губ девушки, в ожидании услышать утвердительный ответ, чтобы тут же чмокнуть её ещё раз.
Столкнувшись с таким прямолинейным вопросом Цяо Вэйи, Цяо Янь почувствовала, что только что выдохнутый воздух грозит снова застрять в горле, и не осмелилась встретиться с ней взглядом.
— Э-э… Одежда испачкалась, пойду переоденусь.
Запинаясь, выпалила Цяо Янь, резко поднялась, развернулась и бросилась к ванной.
И снова сбежала с поля боя.
Цяо Вэйи склонила голову набок и посмотрела в сторону ванной. Только что она совершенно точно видела румянец на щеках сестры, а та всё равно не признаётся — наверняка смущается. Почему её сестричка так легко краснеет? Но стоило ей увидеть покрасневшее лицо сестры, как её собственное тело отчетливо отреагировало приступом возбуждения!
В ванной комнате на полу валялись испачканная соусом рубашка и несколько предметов нижнего белья, а небольшое помещение уже наполнялось клубами пара.
Цяо Янь стояла под душем, позволяя горячей воде струиться по её нежной белой коже. В местах, где совсем недавно обжёгся кипяток, уже вздулись маленькие волдыри. Невзначай задев эти красные точки, она поморщилась, бросила взгляд на талию и только теперь заметила водяные пузыри.
Оказывается, она получила ожог, иначе почему её поясницу так жгло и было жутко неприятно?
Цяо Янь, то дотрагиваясь до крошечных волдырей перед зеркалом, то досадуя на то, что её сердце только что колотилось так бешено, ругала себя за никчёмность: подума подумаешь, какая-то девчонка просто поцеловала её в щеку, а у неё едва сердце из груди не выпрыгнуло.
Ничего страшного, это же всего лишь младшая сестра, разве её собственная двоюродная сестричка не вечно целует её в щеки?
Когда Цяо Янь закончила мыться и вернулась в спальню, она уже успела себя успокоить.
Войдя в комнату, она заметила, что включена лишь прикроватная лампа. Цяо Вэйи сидела с книгой в руках и, опустив голову, сосредоточенно читала. Мягкий желтоватый свет падал на её идеальные черты лица, делая Цяо Вэйи ещё более нежной на вид.
Дыхание Цяо Янь на мгновение перехватило: как же она красива, а ведь сама она та еще любительница красивых лиц.
Услышав шорох, Цяо Вэйи подняла голову:
— Сестричка, ты закончила мыться? Иди сюда, ложись. — Она похлопала по месту рядом с собой.
От этих слов Цяо Вэйи у Цяо Янь неожиданно возникло иллюзорное ощущение, будто они уже несколько лет состоят в браке, и сейчас наступил тихий и сладкий вечер после свадьбы.
Уголки губ Цяо Янь слегка приподнялись, и она мысленно усмехнулась: «Какая же тут чертовски романтичная атмосфера».
Едва она легла, как Цяо Вэйи тут же придвинулась ближе и потянулась к ней, намереваясь обнять:
— Обними меня, сестричка.
Её голос звучал сладко, словно искупавшись в мёде.
— Ой… — сдавленно пискнула Цяо Янь, поморщившись. Цяо Вэйи задела её ожог, а она ведь совсем забыла намазать мазь, когда выходила из ванной.
— Что случилось, сестричка? — заметив, что сестре почему-то больно, Цяо Вэйи перевела взгляд на руку, которой Цяо Янь прижимала талию.
— Ничего страшного, просто недавно случайно обожглась, — попыталась объяснить Цяо Янь, не желая волновать девушку.
— Разве так можно говорить, а вдруг начнется воспаление? Сестричка, лежи в постельке и не двигайся, я пойду принесу мазь.
Цяо Янь было открыла рот, чтобы остановить её, но Цяо Вэйи уже выбежала из комнаты.
В груди разлилось приятное тепло — оказывается, жить с кем-то под одной крышей вовсе неплохо. Прожив несколько лет в одиночестве, Цяо Янь привыкла справляться с болезнями и прочими невзгодами сама и уже позабыла, каково это — когда о тебе кто-то заботится.
— Я сама, — Цяо Янь протянула руку, пытаясь забрать тюбик с мазью.
— Нет, я сама намажу сестричке спину, — ловко увернувшись, ответила Цяо Вэйи. На ней было белое легкое ночное платье, а босые ноги ступали по прохладному полу.
Они молча смотрели друг на друга. Встретившись взглядом с постепенно наполняющимися влажным блеском глазами Цяо Вэйи, Цяо Янь в конце концов сдалась:
— Ладно-ладно, давай ты намажешь мне спину.
От ледяного прикосновения по пояснице побежали мурашки. Цяо Янь почувствовала, что ей стало трудно дышать, и, опустив взгляд, увидела, как сосредоточено Цяо Вэйи обрабатывает её рану.
Черт побери, она опять всё усложняет. Сердце Цяо Янь снова забилось быстрее, и, стараясь не смотреть на Цяо Вэйи, она перевела взгляд на ночник у той за спиной.
Маленький мотылек кружил вокруг лампы, раз за разом ударяясь о её сияющий источник и разыгрывая из себя глупца, летящего на огонь.
Как же надоело это насекомое.
Мысленно пожаловалась Цяо Янь.
— Готово, сестричка. — Цяо Вэйи с улыбкой отложила мазь и бережно опустила задравшийся край одежды Цяо Янь.
Цяо Янь с облегчением выдохнула. Стоило ей повернуться и лечь, как сзади накатила волна тепла.
Цяо Вэйи обняла её со спины.
В этом нет ничего особенного, закрыв глаза, Цяо Янь занялась самовнушением, и её сердце постепенно успокоилось.
— Сестричка, давай так и уснем. А ведь когда я мазала тебе спину, твоё сердце всё ещё билось из-за меня.
Цяо Вэйи пристально всматривалась в волосы Цяо Янь и неторопливо шептала ей на ухо.
Цяо Янь резко распахнула глаза. Черт, черт, черт! Она снова всё поняла!
— Разве сестричка не должна отблагодарить меня за то, что я её так растрогала?
Растрогана ли она? Боится шелохнуться.
— Если сестричка молчит, значит, это знак согласия.
С этими словами Цяо Вэйи слегка приподнялась, намереваясь поцеловать Цяо Янь в белоснежную шею.
Словно сообразив, что именно собирается сделать Цяо Вэйи, Цяо Янь тут же перевернулась на спину, лицом к ней, и преградила им путь огромной мягкой игрушкой — Долгоухим Кроликом. Строгим голосом она произнесла:
— Нельзя.
После этого, как бы Цяо Вэйи ни ластилась и ни капризничала, Цяо Янь оставалась непреклонной. Пусть Цяо Вэйи и была биороботом, она всё же оставалась совсем юной, наивной девочкой, которая ничего в этом не смыслит — значит, понимать должна она сама.
Она не может позволить себе превратиться в зверя и воспользоваться чужой неопытностью.
http://bllate.org/book/35816/4434794
Готово:
