Ци Янь не планировал проводить время в баре, и если бы не пробки, он бы сюда ни за что не заглянул.
Впрочем, Ци Янь был разочарован: симпатичный парнишка перед ним явно не вызывал у него никакого интереса. После короткого разговора Ци Янь узнал, что юношу зовут Лян Цань и он еще учится в университете.
С тех пор как Ци Янь стал школьным учителем, у него выработалось стойкое убеждение в отношении учеников любого возраста: чем дальше они от него, тем лучше, лишь бы не лишили его стабильной работы. Однако, стоило ему упомянуть свою профессию, как этот студент напротив, казалось, пришел в еще больший восторг и даже придвинулся ближе, чуть ли не касаясь плечом его руки.
— Не ожидал, что вам уже почти тридцать, брат. Вы совсем на свой возраст не выглядите, — заметил Лян Цань.
Ци Янь невозмутимо убрал руку и равнодушно произнес:
— Эй, двадцать девять — это всё еще двадцать девять. В любом случае это двойка в начале. Тройка звучит слишком старо, не вздумай округлять мой возраст в большую сторону.
Лян Цань рассмеялся:
— Вы и на двадцать девять не тянете. Ни лицом, ни стилем одежды. По ощущениям — ровесник мне.
Ци Янь лишь улыбнулся в ответ, ничего не сказав.
Лян Цань продолжал болтать:
— Раньше у меня от одного вида учителей начинала болеть голова. Думал, что ненавижу их всех без исключения, но, встретив вас, понял: внешность решает всё. — Сказав это, он одарил его сладкой улыбкой.
Ци Янь отпил воды и промолчал. Его природные персиковые глаза излучали дружелюбие, независимо от того, улыбался он или нет. Из-за этого, когда он, потеряв терпение, смотрел на провинившихся учеников с абсолютно каменным лицом, пытаясь их припугнуть, те зачастую лишь краснели. Что ж, можно сказать, что это был своего рода другой уровень устрашения.
— Брат, а что вы преподаете? — спросил Лян Цань.
Ци Янь, не торопясь, посмотрел на него:
— Угадай.
— Ставлю на гуманитарные науки, — ответил юноша. — Вы так мягко разговариваете, должно быть, это гуманитарный цикл.
Ци Янь усмехнулся, приподнял веки и произнес:
— К сожалению, я учитель физкультуры.
Юноша на секунду опешил:
— Ф-физкультуры?
Ци Янь прищурился — эта реакция его вполне устроила. Он сидел в расслабленной позе, откинувшись на спинку стула, склонив голову набок и машинально крутя в пальцах завязку от капюшона толстовки.
Он уже собирался что-то добавить, но, подняв взгляд, заметил одну фигуру. В его глазах, до этого остававшихся спокойными, мелькнуло что-то глубокое. Он потер пальцами край бокала, сделал глоток и произнес:
— Слушай, ты часто здесь бываешь?
— Ну, бывает, — юноша еще не отошел от мысли, что этот человек может вести уроки гимнастики бадуаньцзинь.
Секундой позже Ци Янь щелкнул пальцами прямо перед его носом. Лян Цань очнулся, посмотрел на почти идеальное лицо собеседника и решил: ладно, пусть будет бадуаньцзинь...
— Спросить тебя хочу, — Ци Янь улыбнулся.
Юноша, полностью очарованный этой улыбкой, выпалил:
— О чем?
Ци Янь слегка кивнул в сторону:
— Вон тот человек.
Юноша проследил за его взглядом. За барной стойкой стоял мужчина с превосходной осанкой. С этого ракурса Ци Янь сразу приметил на запястье мужчины дорогие часы и его руки, сжимавшие шейкер: четко очерченные суставы, вздувшиеся под светом лампы вены, переходящие в крепкие предплечья, скрывающиеся под засученными рукавами рубашки.
Хотя этот мужчина сейчас был занят приготовлением коктейлей, Ци Янь был не настолько глуп, чтобы считать, что человек, способный позволить себе часы за пятьсот тысяч, просто бармен.
— О, это Брат Янь, — сказал юноша. — Ты, должно быть, здесь впервые? Он владелец бара, мы все зовем его Брат Янь.
Ци Янь перевел взгляд выше и, как только рассмотрел лицо мужчины, едва заметно приподнял брови. Через несколько секунд владелец, маскирующийся под бармена, почувствовал на себе взгляд Ци Яня и обернулся. Их глаза встретились.
На пару мгновений эмоции в глазах Ци Яня застыли, но уже в следующее мгновение он вернул себе привычное спокойное выражение, улыбнулся мужчине за стойкой и невозмутимо отвел взгляд.
— Неплохо выглядит, — бросил Ци Янь.
— Что? Брат, тебе нравятся такие? — юноша, казалось, был удивлен и даже рассмеялся. — А я думал, это не твое амплуа.
Ци Янь отпил воды и слегка улыбнулся:
— Просто спросил.
***
Дальнейшие мысли Ци Яня были явно не здесь. Лян Цань пытался завести еще несколько тем, но в отличие от начала вечера, Ци Янь отвечал куда более равнодушно. Периодически он невольно бросал взгляд на мужчину за стойкой. Конечно, он не делал этого нарочно, но во всем баре только этот владелец привлекал его внимание: будь то фигура, обрисованная рубашкой и брюками, или та прохладная, безразличная аура, что окружала его.
Естественно, люди не могут устоять перед чем-то эстетически приятным. В баре было много народу, и, по грубым прикидкам Ци Яня, как минимум четверть посетителей тайком поглядывали на хозяина заведения. Конечно, было и человек пять, кто подходил познакомиться. Выглядел этот владелец довольно холодным, и хотя он отвечал паре-тройке фраз тем, кто к нему обращался, продолжения эти диалоги не имели.
Ци Янь же был не более чем зрителем. Хотя они уже несколько раз сталкивались взглядами, Ци Янь каждый раз умудрялся отвернуться первым, не выдав себя ни жестом, ни выражением лица.
В последний раз, когда их взгляды встретились, у Ци Яня как раз зазвонил телефон: это был водитель той машины, что ехала сзади него в пробке — сообщал, что путь свободен и можно двигаться.
— Ладно, спасибо, — сказал Ци Янь. — Сейчас подъеду.
Он повернулся к парню:
— Я...
— Брат, ты уходишь? — спросил Лян Цань. — Куда?
Ци Янь приподнял бровь и улыбнулся:
— А что такое?
— Да так, ничего. — Юноша наморщил нос, выглядя при этом довольно мило. — Понятно, вам не нравятся такие молодые, как мы.
Ци Янь подцепил ключи и покрутил их в руке:
— Дело не в этом. Я смотрю на расположение духа.
— Не смешно, за весь вечер никого не подцепил, — парень понуро опустил плечи.
Ци Янь мимоходом спросил:
— Ты же студент? Завтра занятия, разве нет пар?
— А... — Лян Цань помедлил, затем машинально ответил: — Вроде бы есть, но неважно, не хочу идти на утреннюю пару.
— Что значит не хочешь идти? — Ци Янь невольно нахмурился и постучал пальцем по столу. — Где твой университет? Уже поздно, я отвезу тебя в общежитие.
Юноша остолбенел и захлопал глазами:
— Брат, ты серьезно? Тебя что, так затянуло в роль учителя?
Ци Янь усмехнулся:
— Есть немного. Но ты просидел со мной целый час, а люди в баре не слепые. Думаю, сегодня тебе тут уже ничего не светит. Возвращайся лучше пораньше, завтра учеба.
Лян Цань посмотрел на время, на его лице отразилось колебание. После короткой борьбы с собой он поднял взгляд, увидел улыбку Ци Яня и расслабился:
— Ну ладно. Тогда подбросишь?
Ци Янь кивнул:
— Подброшу. Считай, это плата за то, что развлек меня беседой.
Юноша поднялся и, надевая куртку, пробормотал:
— В первый раз подцепил учителя физкультуры, да еще и такого, который теперь тащит меня обратно в школу.
Ци Янь рассмеялся, и они вместе вышли из бара. По пути к университету Лян Цань всё еще пытался намекать, но Ци Янь игнорировал все его сигналы и просто высадил у ворот.
Через опущенное стекло Лян Цань смотрел на него с обидой. Ци Янь, управляя машиной одной рукой, улыбнулся ему напоследок:
— Хорошо учись и стремись к лучшему!
Машина сорвалась с места и скрылась вдали.
Вернувшись домой, Ци Янь вышел из душа и начал перелистывать ленту на телефоне, вытирая мокрые волосы. Ло Ци, видимо, перебрал на банкете, и в диалоге одна за другой появлялись голосовые сообщения по сорок-пятьдесят секунд.
Ци Янь нажал на воспроизведение и бросил телефон на кровать, продолжая сушить волосы феном. Сквозь шум прибора нетрезвый голос Ло Ци звучал еще более невнятно. Первые несколько сообщений были посвящены хвастовству о том, насколько круто он выступил на сегодняшних соревнованиях, а середина — ностальгии по карьере Ци Яня, который когда-то ушел из спорта и уже не вернулся.
Забавно, но с тех пор, как он покинул национальную сборную, прошло уже столько лет, и сам Ци Янь перестал придавать этому значение. Однако окружающие всё еще тянули эту ниточку. Ло Ци в обычной жизни был бесшабашным парнем, но, напившись, всё равно возвращался к этой болезненной теме.
— Брат, то, чего я достиг сегодня — это наполовину твоя заслуга, серьезно. В моих достижениях есть частичка твоего имени, — голос Ло Ци прерывался. — Я не лгу, брат.
— Сегодня журналист спросил меня, кто мой любимый лыжник, и я назвал твое имя. Капитан Чэнь даже не успел меня остановить, — продолжал Ло Ци. — В итоге журналист переспросил, кто ты такой. Да чтоб их, даже те, кто не видел Олимпиаду в Лондоне, лезут сюда брать интервью!
Ци Янь запустил пальцы в волосы и усмехнулся. Он всего один раз взял чемпионство, а с тех пор соревнований было не счесть, талантливых спортсменов в стране появилось множество — вполне естественно, что его не помнят.
Дальше Ло Ци снова начал расхваливать его. Он всегда был таким: называл себя его преданным фанатом, а в пьяном виде становился просто одержимым. Ци Янь не знал, как справляться с этим фанатизмом, и решил прервать запись.
Он выключил фен, и в комнате воцарилась тишина. Голос Ло Ци стал слышен гораздо четче, и Ци Янь, который не сразу понял, о чем тот говорит, теперь отчетливо уловил нотки явного недовольства.
— Нет... он, с чего он вообще... Линь Янь, этот пес, что в нем такого хорошего, брат Ци? Он просто пользуется тем, что ты его любишь, поэтому так себя ведет. К тому же, если бы тогда не ты...
— Ты кому это пишешь? — внезапно вклинился голос Чэнь Миня.
Голосовое сообщение резко оборвалось. В комнате повисла оглушительная тишина.
Ци Янь с безразличным лицом повесил полотенце на шею, подошел к кровати и взял телефон. Последнее сообщение Ло Ци уже было удалено.
Ци Янь лег на кровать и открыл чат группы. Завтра начинался учебный год, и в группе, где за лето скапливалось по 999+ сообщений, сегодня было подозрительно тихо.
Ци Янь слегка приподнял уголок губ и отправил сообщение:
【Космический топ-модель: Обезьянки, скоро полночь. Вы там свои чудеса уже сотворили?】
http://bllate.org/book/35802/4432966
Готово:
