Непонятно почему, но в этот момент в глубине души Лу Хэна сама собой зародилась волна умиления: — Почему ты не сбежал?
— ? — Мо Туань поднял голову, во взгляде его смешались капля испуга и капля растерянности.
Помолчав, Мо Туань протянул один палец и указал на едва наполовину съеденный хлеб на тарелке: — Нельзя… переводить еду.
— …
Под жгучим взглядом Лу Хэна тот неторопливо доел хлеб, а затем с виду весьма послушно опустил тарелку в раковину. Однако Лу Хэн был кем надо: в тот самый миг, когда Мо Туань бросил косой взгляд на распахнутое окно, Лу Хэн ухватил его за воротник сзади и сунул ему в руки метлу.
— Скоро пойдем наводить порядок, это задание, безбилетников не бывает, Окей?
Мо Туань нахмурился, кивнул и попытался увернуться от руки Лу Хэна.
— Держи.
Мо Туань взял метлу, и стоило Лу Хэну отпустить его, как он сиганул наружу, прямо как в цирковом номере.
— …А парень-то тренированный, — Лу Хэн выбежал вслед за ним через парадную дверь, но тот уже исчез. Остальные товарищи по команде как раз тянули жребий у главного входа, распределяя зоны уборки по общежитиям. Лу Хэн вытянул бумажку — ему досталась клумба с левой стороны от замка.
Территория снаружи здания делилась на шесть участков: парадный вход замка, площадь и цветочные клумбы со всех четырех сторон.
Пока Лу Хэн ходил искать беглеца, все группы уже приступили к уборке. Он подошел к краю клумбы, несколько минут беззаботно прождал, а потом для вида пару раз взмахнул метлой. Кусты напротив слегка шевельнулись, и он тут же сделал широкий шаг вперед, вытащив за шкирку соседа по комнате, который притаился в зарослях и притворялся грибом: — Да ладно? У тебя совесть чиста смотреть, как я тут машу метлой?
Совесть у Мо Туаня, судя по всему, была чиста донельзя, а вот поведением ловца он остался крайне недоволен. Он начал барахтаться, но Лу Хэн пригрозил ему: — Не уберешься как следует — останешься здесь на всю жизнь.
Мо Туань замер.
— Насовсем останусь здесь?
Лу Хэн: — Конечно, этот Управляющий радушно пригласит тебя пожить с ним, составить ему компанию. О, кстати, ты же не знал? Вчера после обеда один из наших товарищей по команде погиб, его тело разрубили на куски, набили ими целый мешок и выбросили на задние холмы — сейчас от него, должно быть, и костей не осталось.
Мо Туань втянул голову в плечи, в его чистых глазах промелькнул испуг, что чрезвычайно обрадовало Лу Хэна.
— Кем… разрубили? Лю-люди что ли? — Мо Туань вцепился в свою метлу, выглядя донельзя испуганным.
— ?
Лу Хэн озадаченно моргнул, а затем уголки его губ изогнулись в зловещей улыбке: — Понятия не имею кто, но уж точно не люди.
— ? — Мо Туань на мгновение замер, и секунду назад казавшийся смертельно испуганным и встревоженным парень мгновенно превратился в безразличную марионетку с унылым личиком.
Равнодушным и протяжным тоном он выдал дежурную фразу: — Ааа… понятно.
Лу Хэн: — ???
Мо Туань вырвался из рук Лу Хэна, отступил на три-четыре метра и принялся лениво мести, совершая движения настолько показные, что на его лице буквально читалось: я не хочу работать.
Лу Хэн: — Ты что, не хочешь отсюда убираться?
Мо Туань уставился на застрявший в прутьях метлы опавший лист, который никак не удавалось стряхнуть: — Без разницы.
— Даже если здесь останется твоя жизнь? Или если за тобой каждый день будут охотиться местные призраки из инстанса?
Мо Туань бросил на него косой взгляд — судя по всему, призраков он боялся куда меньше, чем самого Лу Хэна: — Без разницы.
— Тех, кто не хочет жить, я повидал немало, но тех, кто жаждет внимания духов, встречаю впервые. Ты из каких будешь? — Лу Хэн рассмеялся.
— Тебе не понять, — уныло отозвался Мо Туань. — Да и говорить с тобой не о чем.
Однако Лу Хэн к нему неожиданно преисполнился интереса и задал еще пару вопросов, но не добился от Мо Туаня ни единого слова в ответ — собеседник явно не желал продолжать этот разговор.
Но в словаре Лу Хэна не существовало понятия отступить перед трудностями, были лишь назойливость и упорство. Поразмыслив еще немного, он внезапно озарился догадкой: — Ты случаем не местной стряпней прельстился? Черный хлеб каждый день? Капиталисты от зависти заплачут.
— ? — Мо Туань приподнял веки: — Черный хлеб?
— Ну да, тот самый, что ты ел сегодня утром. Прошло каких-то полчаса, и уже забыл?
Мо Туань явно ничего не забыл, потому что у него в горле судорожно сглотнулось.
А ведь вкусно, подумал он.
В следующую секунду Лу Хэн безжалостно разрушил его фантазии.
— Только не думай, что сытная еда будет каждый день. Сразу предупреждаю: ломтики ветшины и жареное яйцо — это моя спонсорская помощь. Этот скряга не пожалел для нас разве что соленых огурчиков.
Он по-прежнему выглядел так, будто все еще таил обиду на вчерашний отказ Мо Туаня принять протянутую им лично чашку рисовой лапши: — С твоими барскими замашками еще пара приемов пищи, и нам придется грызть сухой хлеб, запивая водой из-под крана.
— ? — Мо Туань поднял голову и с недовольством уставился на него.
— Чего? — Лу Хэн невинно развел руками, а сверкающие на запястье часы чуть не ослепили собеседника. — В моих словах есть что-то не так?
Попялившись друг на друга в течение трех секунд, Мо Туань опустил свои похожие на вороньи перья ресницы и потерпел поражение.
Мгновение спустя он с вихревой скоростью принялся мести землю. Капиталист, прибравший к рукам маленького чернорабочего (вычеркнуто), Лу Хэн сидел на большом валуне неподалеку, закинув ногу на ногу, и с чувством глубокого удовлетворения хлопал в ладоши: — Я же говорил, кому придет в голову любить это проклятое место.
Закончив уборку, Лу Хэн взвалил на плечо две большие метлы и уже собрался идти отчитываться к Ван Мэну, как мимо них проходила та самая парочка. Женщина бросила на него яростный косой взгляд, а затем перевела его на Мо Туаня.
Стоило ей увидеть Мо Туаня, как ее лицо с искусно наложенным макияжем исказилось самым странным образом, и она ускорила шаг.
Не прошло и двух минут, как оттуда толпой направилась целая группа людей. Женщина, стоя рядом с Ван Мэном, указала длинным ногтем на смазливую физиономию Лу Хэна.
Лу Хэн в ответ расплылся в улыбке: — Что-то случилось?
— Ты говоришь, это он? — спросил Ван Мэн у Ян Яо.
— Не он. Его сосед по комнате.
Мо Туань, который сидел на придорожном камне в углу клумбы и считал муравьев, насторожился. Он только было собрался подняться, как несколько рослых мужчин окружили его со всех сторон.
— ? — В глазах Мо Туаня мелькнула паника, но он изо всех сил попытался подавить ее. Он отчаянно вглядывался в выражений лиц этих людей, пытаясь разглядеть настороженность и подозрение.
http://bllate.org/book/35713/4418960
Готово:
