Готовый перевод I'm a Popular Star in the Escape Game / Пискни, чтобы выжить: я стану легендой в игре смерти: Глава 9

Эта жуткая картина заставляла холодок подниматься из черной дыры в глубине души, а всё тело натянулось, словно тетива тугого лука.

Взгляды всех присутствующих сосредоточились на Цяо Ичжоу. Ли Мо и Цяо Ичжоу были единственными новичками в этой игре: жизнь или смерть Ли Мо отвечали за 50% сложности, а жизнь или смерть Цяо Ичжоу — за остальные 50%!

Пока Ли Мо был жив, выживание Цяо Ичжоу казалось не столь важным.

Но теперь, когда Ли Мо погиб, вопрос сохранения жизни Цяо Ичжоу стал первостепенным!

В сердцах каждого пронеслась одна и та же мысль: даже если они сами окажутся в опасности, нельзя допустить, чтобы с Цяо Ичжоу что-то случилось!

Труп под балкой продолжал сочиться кровью. Кап-кап — всего лишь слабые, короткие звуки, но они казались на редкость отчётливыми.

Густая кровь капля за каплей падала вниз, и вскоре земля окрасилась в зловещий багровый цвет.

Столь ужасающая сцена неустанно сокрушала психологическую оборону людей.

У Цяо Ичжоу волосы встали дыбом по всему телу: В этом деревянном ящике лежит труп капитана предыдущей команды выживших? Неужели поэтому, когда я проснулся, услышал слова вроде: Игроки предыдущего раунда погибли в полном составе, монстрам выданы права на преследование новых игроков.

Все тяжело сглотнули, и от одной мысли об этом стало не по себе: Мы тоже это слышали, но совершенно не обратили внимания. Теперь, если подумать, эта фраза была подсказкой к нынешнему раунду игры!

Лицо Фан Яня помрачнело. В конце концов, это он вскрыл деревянный ящик, а мертвецом оказался капитан предыдущей команды выживших, что, без сомнения, еще сильнее усилило чувство опасности у Фан Яня.

Давайте сначала уйдём отсюда, а там видно будет. Если вдруг кто-то из деревенских вернется, будут неприятности.

Хорошо!

Все поспешно последовали за ним.

Отчаяние и страх еще сильнее пожирали остатки их психологической обороны, словно свирепый зверь, затаившийся в темноте, который в любой момент мог утащить их на самое дно бездны.

Небо снаружи словно изменило цвет: едва забрезжил рассвет, как его снова затянули плотные черные тучи. Тени накрыли родовой храм, а подувший ветер пробирал до костей.

Цяо Ичжоу тихонько опустил рукава. Верхняя одежда Фу Юньцю сидела на нем мешковато, как раз скрывая красную полоску ткани на запястье.

Эта вещь была ключевым предметом, который, возможно, сумеет спасти ему жизнь в критический момент.

Только они собрались двинуться к выходу, как со стороны парадного входа послышался шум. Со сквозняком пронесся свист, двери были выкрашены в мрачные тона, отдавая зловещим и леденящим холодом.

Кто-то из деревенских вернулся?!

Беда не приходит одна!

Через черный ход, быстро!

Людям поневоле пришлось покинуть родовой храм через заднюю дверь, основание которой уже источил мох. Весь дверной косяк словно пропитался слоем маслянистой грязи, отливая глубокой чернотой.

Преодолевая отвращение, Цяо Ичжоу толкнул деревянную дверь. Раздался предельно резкий скрип, и перед Цяо Ичжоу предстала сцена, которую он не забудет до конца своих дней:

Утонувшие в черной воде мелкие бесы, один за другим, цепляясь конечностями друг за друга, медленно выбирались на берег.

Их было невероятно много: если окинуть взглядом, всё пространство сплошь кишело ими.

На пустом заброшенном пустыре за родовым храмом движения каждого мелкого беса были видны предельно отчетливо. Их тела раздулись, они распластались на земле в уродливых позах, а на лысых черепах росли лишь редкие волоски, с которых капала вода.

Мелкие бесы ухмылялись, обнажая сгнившие десны. Сейчас они смотрели на людей как на добычу, и не прикрытая ничем жажда убийства уже рвалась наружу.

Дыхание замерло, в сердцах каждого поселилось отчаяние.

Так вот что означало повышение сложности игры на 50%?

Никак нельзя было ожидать, что побег через черный ход не принесет спасения, а обернется новой угрозой.

Впереди деревенские жители, позади мелкие бесы — неужели они совсем не собираются оставлять людям шанса на выживание!

Цяо Ичжоу крепко сжал губы, прикусив их до ярко-красного цвета. При таком их количестве он не справится, даже если попытается пискнуть!

Мрачная вода, мертвецы и мрачное дерево.

Красноречивое свидетельство крайне зловещего места.

Взгляд Фу Юньцю слегка дрогнул, и он бормотал: Неужели мутировавшие здесь водяные гули потому и стали такими свирепыми и ядовитыми.

Лица обоих подручных побледнели, а голоса задрожали: Брат Фу, есть какой-нибудь способ справиться с ними?

Фу Юньцю кивнул: Есть два пути: вещи с абсолютной янской энергией могут разрушить это, а крайне зловещие предметы… тоже способны на это.

Цяо Ичжоу сильно удивился: Ты и в этом разбираешься?

То ли из-за неудачного ракурса, то ли по какой-то другой причине, но Фан Янь всегда чувствовал, что когда он смотрит на Фу Юньцю, уголки глаз того словно подернуты весенней влагой, а пара темных зراчках напоминает омуты персикового цвета, в которых плещется рябь.

Фан Янь тяжело фыркнул, крайне раздраженный: Дед Юньцю — ученый, исследующий народные поверья. Как ты думаешь, зачем я взял Юньцю в эту игру?

Цяо Ичжоу: (…) Не потому ли, что близлежащая водная гладь первой получает лунный свет?

Цяо Ичжоу поспешно переспросил: Что относится к вещам с абсолютной янской энергией, а что — к крайне зловещим предметам?

Фу Юньцю: Есть несколько мнений. Подсолнухи подходят, агаровое дерево, часто используемое буддистами, тоже сойдет.

Все невольно издали стон: где же все это раздобыть в такую минуту?

Оставалось лишь переложить надежды на что-то другое: А что насчет крайне зловещих предметов?

Фу Юньцю: Вроде бы говорят, что даже призраки боятся свирепых людей. Помните того громилу с тесаком, который рубил нас? Стоило ему показаться, как женщина-призрак исчезла без следа. Наверное, деревенские жители тоже понимают этот закон, раз уж потворствуют злодеяниям этого здоровяка.

Это же…

Всё в точности совпало с тем, с чем они столкнулись!

Да как это вообще возможно, всё сошлось тютелька в тютельку!

Услышав слова Фу Юньцю, Линь Гэ тут же поник духом и скорчил товарищам свирепую гримасу: По-вашему, я похож на злого человека?

Цзян Ши отчаялся еще сильнее: Перестань уже. Похоже, призрак не напугает тебя, а вот ты сам напуган до смерти и только громко вопишь.

Линь Гэ: Нельзя было просто сделать вид, что ты испугался меня!

Надежды не осталось…

Ситуация становилась все более критической: деревенские жители, вошедшие через парадную дверь, уже проникли внутрь.

Они явно обнаружили труп Ли Мо и те самые вскрытые деревянные ящики.

Проклятье! Эти чужаки действительно вернулись!

Быстро ищите, возможно, они где-то поблизости!

Опасность подступала все ближе, их почти готовы были обнаружить. Нельзя было ни продвинуться вперед, ни отступить назад.

На лбу у всех выступил холодный пот, люди затаили дыхание. В этот самый момент Цяо Ичжоу неосторожно толкнули в спину, и он подался вперед. Прежде чем он успел опомниться, его выбросило прямо к куче трупов мелких бесов.

Воздух внезапно замер.

Цяо Ичжоу замер в позе человека, который едва не пал ниц, совершенно не смея шевельнуться. Встретившись взглядом с теми полными злобы зрачками, он почувствовал, как холод пронзает его кожу и проникает в самые глубины внутренних органов.

Что же делать?

Сердце Цяо Ичжоу колотилось как безумное, он крепко сжал губы. Ударить ли его своим милым писком?

Члены команды невольно раскрыли рты, собираясь даже втащить Цяо Ичжоу обратно, но было уже поздно.

А-а-а, если Цяо Ичжоу погибнет, пройти эту игру станет абсолютной невозможности!

Все засуетились, словно муравьи на раскаленной сковороде: Цяо…

Прежде чем этот крик сорвался с губ, каждый увидел, как Цяо Ичжоу мгновенно успокоился и даже приложил палец к губам, призывая к тишине.

Мелкие бесы не сдвинулись с места.

Каждый из них колебался, не смея сделать ни шагу вперед, лишь смотрели на Цяо Ичжоу полными злобы глазами, выглядя крайне настороженно.

Что вообще происходит?

Все ломали головы, теряясь в догадках и совершенно не ожидая такого исхода.

Лишь сам Цяо Ичжоу отчетливо понимал: судя по всему, устрашающий эффект того милого ударчика заставил эту стайку мелких бесов насторожиться по отношению к нему!

Вспомнив недавние слова Фу Юньцю об исключительно свирепых людях, неужели… это он?

Цяо Ичжоу не знал, плакать ему или смеяться: в глазах этих бесов он, должно быть, выглядел по-настоящему жестоким.

Когда его только что вытолкнули вперед, Цяо Ичжоу уже решил, что с ним покончено. Кто бы мог подумать, что его прежний писклявый удар неожиданно подарит ему шанс на выживание!

И впрямь после темной ночи наступает рассвет!

Сделав вид, что заносит кулак, спиной к товарищам, Цяо Ичжоу издал свирепый низкий рык в сторону мелких бесов, а в глазах его мелькнул жестокий блеск.

Иначе говоря, напугал.

Но только он сам знал, насколько сильно он сейчас слаб: это тело было слишком хрупким, стоило ему завершить прием, как силы полностью покинут его. При таком количестве противников он ни за что бы не справился.

Тем не менее, мелкие бесы были полностью повержены и сломлены. Стоило ему поднять кулак, как они задрожали всем телом и мгновенно отступили обратно в воду.

Цяо Ичжоу: (…)

Великолепно, со стороны он и правда выглядел жутко!

Два слова о свирепости придали Цяо Ичжоу немало уверенности. Оказывается, среди такого количества мелких бесов у него был именно такой образ!

Цяо Ичжоу и сам чувствовал себя невероятно величественным и грозным!

Повернувшись снова, Цяо Ичжоу увидел ошеломленные лица товарищей.

О, это просто кайф.

Впрочем, все же стоило соблюдать скромность, иначе он выдаст свой милый писк. По-настоящему сильный человек, к которому стремился Цяо Ичжоу, вовсе не тот, кто целыми днями орет о своей крутизне, а тот, кто обычно кажется мягким и безвредным, но в критический момент способен в один миг вцепиться в горло добыче.

Ему нужно учиться этому скрытному духу.

И никто не должен узнать про этот постыдный Золотой палец!

Цяо Ичжоу поспешно крикнул: Чего застыли?! Живо уходим!

Только тогда остальные опомнились и поспешно покинули родовой храм через черный ход.

Позади лежала лишь лишенная всякой растительности пустошь, примыкавшая к мелководью, усыпанному галькой, и грудам причудливых скал. Укрыться было негде, и людям оставалось лишь спрятаться за валунами.

Деревенские жители, обыскав все и никого не найдя, с бранью вернулись в храм: Похоже, эти чужаки уже ушли! Проклятье!

Все еще не оправились от пережитого шока — это было на волосок от гибели!

Убедившись в полной безопасности, двое подручных озадаченно спросили: Почему те мелкие бесы только что казались испуганными?

Он даже не осмеливался произнести слово испуганными вслух, но именно такое впечатление производили на него эти бесы!

Их охватило поистине абсурдное чувство!

Словно во сне.

Цяо Ичжоу: Полагаю, они увидели Фан Яня у меня за спиной.

Все: ???

Цяо Ичжоу тут же свалил всю вину на Фан Яня: Те мелкие бесы, что нападали на нас раньше, перестали преследовать нас и отступили в испуге, едва завидев, что не могут вселиться в Фан Яня. Наверное, они никогда прежде не встречали людей, в которых нельзя вселиться, вот и насторожились. Всё это благодаря Фан Яню!

Двое подручных внезапно всё поняли: Вот оно как! Мы только что заметили, что у тебя плечи дрожали, ты в порядке?

Я вообще-то пугал мелких бесов!

Цяо Ичжоу подобрал слова: Я впервые видел столь жуткую картину, не смог поначалу совладать с эмоциями, да еще и ноги от страха подкосились, так что меня вынесло наружу — просто позор!

Могли ли те двое услышать, как он так отзывается о себе?

Его веки слегка опустились, а ресницы, подобные тончайшим крыльям цикады, тревожно задрожали, излучая природную хрупкость.

Оба подручных тут же рассвирепели, словно ругать себя для Цяо Ичжоу было больнее, чем ругать их самих: Только не говори так! Если бы ты внезапно не вышел вперед и не предотвратил кризис, все мы могли бы выйти через парадный вход храма и столкнуться нос к носу с той толпой деревенских!

Густые длинные ресницы скрыли все эмоции, и Цяо Ичжоу приподнял уголки губ: Спасибо вам.

Он солгал.

Какие еще подкосившиеся от страха ноги и случайное падение? Его кто-то толкнул.

Но теперь, когда сложность игры только что возросла, если разболтать об этом и посеять в команде взаимное недоверие и раскол, это окажется куда хуже повышения уровня сложности.

Цяо Ичжоу не считал себя глупцом и не собирался совершать столь примитивные ошибки.

Что нам теперь делать? — спросили оба подручных.

Фу Юньцю, единственный в команде обладатель обширных познаний о призраках, утвердил план: Раз уж всё это связано с погребением в воде, должно быть определенное место. Пойдем вверх по течению этой реки, и оно наверняка окажется неподалеку.

Победить зло с помощью еще большего зла, используя останки членов команды выживших для подавления женщины-призрака в воде — надо же было додуматься деревенским жителям до такого.

Фу Юньцю вздохнул, куда больше опасаясь того, что женщина-призрак уже убила сорок восемь человек и ей не хватает лишь последней жертвы.

Если не поторопиться…

Взгляд Фу Юньцю заволокла пелена густого мрака: Давайте разделим поиски на две группы, так будет быстрее. Сейчас безопасность Цяо Ичжоу превыше всего, поэтому пусть его охраняют сильнейшие в нашей группе — Фан Янь и Ван Цян. Ни у кого нет возражений?

Оба подручных дружно кивнули, у них не было абсолютно никаких возражений.

Зато Цяо Ичжоу выразил беспокойство: А вы трое…

Фан Янь, словно цыпленка за шкирку, потянул его за воротник сзади и заставил двинуться вперед: Юньцю очень силен, не то что ты, слабак.

Цяо Ичжоу: (…)

Фу Юньцю казался таким мягким и нежным, что в нем было трудно заметить хоть какую-то силу.

Заметив, что взгляд Цяо Ичжоу по-прежнему прикован к Фу Юньцю, Фан Янь почувствовал еще большее раздражение: Юньцю намного сильнее тебя, выглядящего так, будто за тобой вечно нужно присматривать! Если не пойдем прямо сейчас, мы не пройдем игру, и тогда нас ждет гибель всей командой!

Почему все вокруг считают, что у меня такой вид, будто меня нужно защищать!

Цяо Ичжоу подавил в себе желание высказать всё, что наболело, и был вынужден закрыть рот.

Мрачное небо словно собиралось пролиться дождь в любую минуту. На спокойной, неподвижной глади реки лежала печать мертвенности, в воде не было ни единой рыбешки — мутной и хаотичной.

Две группы разделились для поисков, времени оставалось все меньше, счет шел на секунды.

Пустынное русло реки тянулось к верховьям, источая зловоние гниения. Запах постепенно усиливался по мере продвижения вверх по течению.

У Цяо Ичжоу возникло предчувствие, что впереди что-то должно произойти!

Вы обратили внимание на их недавний разговор? — Цяо Ичжоу повернулся к Фан Яню. — Помните, когда мы попали в беду, тот мелкий бес, полный злобы, стоял на берегу и желал нашей смерти в воде? Стоило нам выбраться на берег, как он взбесился.

Фан Янь: Верно.

Изящные брови Цяо Ичжоу нахмурились: Неужели призрак в этой воде ищет последнюю жертву?

Обрывочные разговоры деревенских жителей навели Цяо Ичжоу на мысль, что вся эта деревенская братия тоже не отличается добротой.

Долго молчавший Ван Цян внезапно произнес: Как бы то ни было, сейчас дорожка каждая секунда! Лучше разделиться для разведки, так эффективность будет выше.

Фан Янь задумался: …Тоже верно.

Однако Цяо Ичжоу уловил некую странность и посмотрел на Ван Цяна. В глазах Ван Цяна мелькнул огонек, и он изобразил простодушное выражение лица: Сестренка, ты боишься оставаться одна? Могу составить тебе компанию.

Он продемонстрировал Цяо Ичжоу свое расположение.

Брови Цяо Ичжоу нахмурились еще сильнее: Не нужно, я пойду один.

На сердце у него заскреблось недоброе предчувствие: Ван Цян вызывал у него куда больше отвращения, чем Фан Янь.

Не давая обоим возможности возразить, Цяо Ичжоу отделился от группы.

Ван Цян никак не ожидал, что у того хватит на это духу: после недавнего нападения мелкого беса он все же осмелился пойти в одиночку?

Мысленно выругавшись, Ван Цян снова обратился к Фан Яню: Капитан, не беспокойтесь, я присмотрю за ним. Времени мало, прохождение игры — превыше всего.

В словах Ван Цяна был смысл, и как бы Фан Янь ни переживал, возражать больше не стал.

Фан Янь особо подчеркнул: Позаботьтесь о нем.

Тело Ван Цяна слегка напряглось: после разделения он получил ценную информацию и не стал делиться ею с товарищами по команде.

Ван Цян: Не беспокойтесь, капитан, я непременно о нем позабочусь.

Он был новичком из того же потока, что и Фан Янь, но в бытность новичком старосты команды E даже близко не подбирались к разгадке этого правила.

Новичков использовали, бросали на произвол судьбы и превращали в расходный материал для прохождения уровней.

Ван Цян прошел через девять кругов ада, несколько раз оказавшись на волосок от смерти. И все же в этой игре участвовали только Ли Мо и Цяо Ичжоу, а теперь Ли Мо был мертв, и все стремились защитить Цяо Ичжоу.

Он никак не мог взять в толк, почему Цяо Ичжоу так невероятно везет, и этот жуткий контраст лишь сильнее кривив душу Ван Цяна.

С какой стати так трудно было только мне? Почему… именно он получает всеобщее покровительство? Да еще и наперегонки, словно боятся не уберечь его!

После завершения игры все члены команды будут ему только благодарны!

Фан Янь: Мм.

Ван Цян слегка опустил голову, и его лицо скрылось в глубокой тени. Пережив прошлую игру, простодушный Ван Цян окончательно искривился изнутри. Ради выживания ему было наплевать на всё остальное.

Тихий берег черной речной воды, речная галька вокруг отливала унылыми тусклыми цветами.

Хотя вокруг дул горный ветер, гладь реки оставалась гладкой, как зеркало, становясь все более мертвенно-безмолвной.

Отойдя на приличное расстояние, Цяо Ичжоу присел на корточки, желая рассмотреть черную воду вблизи.

Позади него внезапно кто-то возник, и чья-то рука резко протянулась вперед, намертво зажав ему рот и нос.

Мг!

Лицо Ван Цяна исказилось, он тяжело и шумно дышал, едва не выкатывая глаза от напряжения: Отправляйся-ка ты на смерть ради команды со спокойной душой!

Рот Цяо Ичжоу был зажат, а сила нападавшего была столь велика, что на щеках остались глубокие следы от пальцев, полностью лишая возможности сопротивляться.

Ван Цян: Когда вчера вечером мы разделились, я случайно добыл всю информацию о женщине-призраке — сорок девятая жертва, вот ключ к прохождению!

Нападать на ветеранов игры было невозможно, да и силенок бы не хватило.

Если подумать, хрупкий Цяо Ичжоу подходил для этого куда лучше!

Лицо Ван Цяна выражало почти безумное помешательство, и он изо всех сил толкнул парня вперед: Она уже убила сорок восемь, и ты — та самая последняя жертва.

А уж в этой реке водяные гули знают толк в своем деле!

Падая в воду, Цяо Ичжоу боковым зрение заметил, как запятнанный кровью таймер издал щелчок и переключился:

[00:01:28]

До его смерти оставалось меньше двух минут.

http://bllate.org/book/35696/4416242